feels

      Он, наверное, очень тёплый.       Намджуну именно эта мысль на ум пришла, когда Юнги в первый раз притащил в их общую студию это пиздецки неуклюжее существо. За несколько минут пребывания в помещении парнишка умудрился опрокинуть вешалку для одежды на настенную полку с кучей дорогих сердцу Намджуна дисков, при этом зацепив с соседней коробку с уже просто дорогими фигурками.       Сначала, конечно, в голове прокрутилось вместотысячисловное «Охуеть, блять», которое Юнги озвучил, как только к его ногам подкатилась оторванная голова Олафа, купленного на его кровные, но из-под растрёпанной челки выглядывали настолько ошарашенными и полными слёз щенячьими глазищами, что Ким только выдохнул тяжко и про себя зарёкся когда-нибудь ещё высказывать вслух желание знакомиться с ближайшими родственниками друга. Радовало только то, что братьев у Юнги было только двое — старшего, Сокджина, Намджун знал уже пару лет, а младший стоит сейчас перед ним, замерев по «Остолбеней, блять, и не дыши!» вежливой просьбе своего хёна.       С Джином, правда, поначалу общение не особо задалось, ибо он, чертяка, был, в отличие от Юнги, высок, плечист и красив, как стадо моделей, а Намджун втрескался с первого взгляда и по самые гланды. Даже случайное знакомство с фигуристой сокджиновой постоянной подружкой не спасло от ночей, проведённых за написанием очередной сопливой лирики о высоком и чистом чувстве. Воздыхания в стиле старшеклассницы продолжались около года и закончились так же внезапно, как начались, но на тех текстах Намджун хотя бы неплохо заработал, в студию оборудование нужное докупил и дружеские отношения, в конце концов, с Сокджином наладил.       Юнги на скорую руку устранил погром, волшебным образом вернув всё на свои места, параллельно по-стариковски причитая о сломанном Олафе и о том, что обязательно вычтет его стоимость из карманных Чимина. Младшенький же на пороге так и стоял по стойке смирно, в своей огромной аляске, закутанный почти до глаз в шарф, явно снятый с Юнги, похожий на нахохлившегося воробушка, и взглядом упирался прямо в Намджуна, который в этот момент размышлял о том, как могут братья так разительно отличаться друг от друга, имея при этом одних и тех же общих родителей. А ещё о том, что Чимин выглядит очень тёплым.       Спустя несколько недель, когда Чимин в гости заглядывает уже один, без брата, Намджун использует возможность, наконец-то, самолично в этом убедиться и понимает, что был неправ, и Чимин на самом деле горячий.