Мизофобия...

Private psychosomatic clinic doctor Lestrade 10:05 Джон стоял у стеклянного входа в центр и не находил в себе сил войти. Он бессовестно опоздал на приём, на который, ко всему прочему, не особо-то и хотел идти. Судьбой ли было то, что его будильник так не вовремя сломался и не подал сигнал? Джон не знал, а ещё он не знал, стоит ли волновать миссис Дангер. Стоит ли вообще перешагивать порог этого странного места. Стоит ли надеяться на то, что ему помогут. – Я опоздал, а значит, фактически не записался на приём, – произнёс он, поправив съехавшую перчатку. – Психиатр – это такой серьёзный шаг, а я не смог его сделать. Я безнадёжен. Лучше просто вернуться домой и подготовиться к первому уроку. Развернувшись на каблуках, Джон резво спрыгнул с невысоких ступенек и направился подальше от клиники. Однако вчерашний знакомый силуэт мужчины, резко появившийся из-за угла, заставил молодого человека притормозить. – О, – только и выдал Холмс, завидев Уотсона. – Мистер Холмс? – удивился Джон. – Вы всё же решили вылечить свою мизофобию, мистер Уотсон? – спросил мужчина. – Ну… я … А вы? Вы тоже пришли на приём? – Нет, не совсем. Я, в некотором роде, работаю здесь. Точнее, я что-то вроде управляющего этой клиники, однако работа в школе мне нравится больше. – Вы… вы управляете этим местом? – удивился Джон. – Но разве это не частная лечебница мистера… мистера Лестера… – Доктора Лестрейда? Да, в некотором роде. Это наше общее предприятие. Он предлагал дать лечебнице моё имя, но я отказался. Поэтому, это место и именуется "частной клиникой доктора Лестрейда". – Ясно. Знаете, так вышло, что я опоздал на приём, а потому, – сбивчиво начал молодой человек, – а потому, мне пора! Джон уже было обогнул Холмса, но тот как-то изловчившись, смог вновь оказать напротив Джона. Мужчина раскинул руки в стороны, перекрывая Уотсону пусть к отступлению. Сердце молодого человека бешено застучало. Холмс был слишком близко. Он был опасно близко. Ещё шаг и он схватит его своими грязными руками. – Не бойтесь, мистер Уотсон, я и пальцем не трону вас. Я знаю, что подразумевает под собой мизофобия, а так же понимаю насколько неприятны для вас посторонние прикосновения. Я очень рад, что вы последовали моему совету и решились наведаться сюда. Визит к психиатру требует большого мужества, ведь не каждый в этом мире готов признаться себе в том, что у него проблемы. – Наверное, однако, если быть откровенным, я не считаю, что моя фобия – это проблема, мистер Холмс. Я отношусь к ней весьма нормально, а сюда пришёл просто потому, что мне показалось это слегка полезным. Ну, как это объяснить? Я думал, что будет не лишним узнать, что по этому поводу думает специалист… – Вот как. – Да, что ж, мне действительно пора. Скоро начнутся занятия, а я даже не подготовил класс. – Перед тем, как вы уйдёте, можно задать вопрос? – Эм, наверное. – Как вы планируете справляться со своей работой? Вам ведь предстоит работать с множеством людей, большая часть из которых дети. Класс ежедневно будет переполнен дурно пахнущими подростками, забывающими мыть руки. А тетради. Вам предстоит их проверять, а неизвестно где они могли побывать. Так ответьте мне, как? Как вы собираетесь со всем этим справляться, будучи в таком бедственном положении? – Я уверен, что со всем справлюсь. Пока никто не захочет обнять меня, – улыбнулся Джон, – всё будет в полном порядке. – Как знаете, мистер Уотсон, – скучающе выдал Шерлок Холмс, а затем добавил. – Если всё же решите всерьёз заняться своей проблемой, то обращайтесь лично ко мне. Я помогу совершенно бесплатно. – Благородно, но мне этого не нужно. Я со всем справлюсь самостоятельно, – гордо выдал Джон, а затем едва слышно добавил. – Надеюсь.

❂❂❂❂❂

Неделя в роли учителя старших классов для Джона Уотсона обернулась настоящим Адом. Холмс был прав от начала и до конца, когда рассказывал с чем придётся сталкиваться Джону на протяжении всего периода работы в школе. Все эти замусоленные тетрадки, оставленные обгрызенные карандаши, спёртый воздух, духота – всё усугубляло его состояние. Не было ни одной перемены, на которой бы он не мчался в более-менее чистый учительский туалет, чтобы поскорее смыть с себя всю эту грязь. К концу первой недели ладони молодого учителя больше походили на освежёванное мясо, настолько сильно был стёрт кожный покров. Джону даже пришлось обратиться в медицинский кабинет, чтобы фельдшер обработала горящую и кровоточащую плоть. Конечно, у медсестры Мэри Морстен было много вопросов к учителю, однако, будучи воспитанной женщиной, она решила оставить их при себе, а так же она решила не распространяться о странной проблеме учителя. Ведь неправильно было бы поставить его в неловкое положение перед персоналом, который просто с ума сходил по новому коллеге. Джон Уотсон нравился абсолютно всем. Хоть он и держался в стороне от них, но всё же никогда не сбегал, когда кто-нибудь заводил с ним разговор. А ещё мистер Уотсон постоянно улыбался. И эта улыбка покорила не одну ученицу, и, что уж тут говорить, даже молоденькие учительницы пали под очарованием улыбки Джона. Однако, как дамы и коллеги мужского пола ни старались заманить Уотсона в школьный кафетерий на чашечку чая, им этого не удавалось, и это было чрезвычайно досадно. Хотя, наверное, досаднее всего было то, что никто не мог позволить себе обнять на прощание или пожать Джону руку. А всё из-за того, что их пугала реакция мужчины на это. Едва кто-то тянулся к нему на встречу, как молодой человек в ужасе отскакивал в сторону и с многочисленными извинениями удалялся прочь. – Мистер Уотсон такой странный в последние дни, Шерлок, – произнесла Ирэн Адлер, преподаватель истории, отпив малиновый чай из большой кружки. – Ага, – вторила ей миссис Хадсон, милая пожилая леди, преподающая математику. – Вот вчера заметила на его пиджаке нитку, хотела снять, приятное сделать, а он… он так испугался, казалось, ещё немного и упадёт в обморок. Шерли, я так боюсь за него. Может, у него какое-то психическое расстройство? Ты не знаешь? – Нет, миссис Хадсон. Честно говоря, я не общаюсь с этим человеком, да и вообще, не думаю, что… – Hola, – раздался приятный голос Диего, учителя испанского. – Привет, дорогой, – расплылась в улыбке Марта Хадсон. – О, Диего, невероятно выглядишь сегодня. Тебе очень идёт эта чёрная рубашка, выгодно подчёркивает твои карие глаза, – кокетливо обронила Ирен. – Muchas gracias, сеньорита Адлер. Здравствуй Шерлок, – растягивая «р» будто рыча, подмигнул мужчина. – Как твои ученики, Диего? – ради приличия поинтересовался Холмс. – Прекрасно, а как твои юные «пациенты». – Не жалуются. – Здорово, очень здорово. Ребят, а вы не против, если сегодня к нашему чаепитию присоединится мистер Уотсон? – Нет, конечно, нет! – заголосили женщины. – А ты думаешь, он этого хочет? – вскинув бровь, произнёс Холмс, он сильно сомневался в том, что Джон Уотсон вообще когда-либо переступит порог кафетерия. – Да, он сам спрашивал меня, может ли он присоединиться ко мне за ланчем. Я сказал "si". – К тебе? О-ля-ля, так наш недоступный учитель хочет провести время в твоей компании? – подала голос Ирен. – Что? Нет, не думаю. То есть, мне кажется, что он хотел побыть вместе с нами всеми. Хотя, должен признать, я успел с ним сдружиться лучше вас, так что, вполне возможно, что ты права, Ирен. – И когда же ты успел сдружиться с Джоном Уотсоном? – слишком грубо бросил Шерлок, чем вызвал удивление дам. – Ну, два дня назад я ему помогал нести тетради учеников. Точнее нёс я их один, но ничего страшного, я был даже рад помочь. А вчера он случайно уронил ключ от кабинета в ведро с грязной водой, которое уборщица забыла унести. Он так долго стоял рядом, но не решался их достать, что я вновь вызвался помочь. Достал их и вымыл под краном, а потом до меня вдруг спонтанно кое-что дошло, и я понял, что просто обязан весь день помогать ему открывать и закрывать двери этим ключом. Так и сдружились. Он оказался очень хорошим парнем, должен признаться. – Как это здорово, что у нашего мистера Уотсона наконец-то появился друг, – всплеснула руками Хадсон. – Ты рады за него, Шерлок? – Очень. Диего, можно тебя на пару слов. – Конечно. – Нам нужно выйти "покурить", дамы, так что продолжайте без нас, – произнёс Холмс и они с испанцем покинули кафетерий. Оказавшись на улице, мужчины поспешили зажечь сигареты. Они и в самом деле решили организовать перекур, хотя правилами это было запрещено. – Так ты, получается, знаешь о фобии мистера Уотсона, Диего, – констатировал Шерлок. – Да, при наличии интеллекта догадаться было весьма не сложно. Удивительно, как другие ещё ничего не поняли. – Да, уж, – сделал затяжку Шерлок. – Я рассказал о своей догадке Джону и… – Уже Джону, – ревностно заметил Холмс. – Да, я же сказал, что мы сдружились, – выпуская серое облако, произнёс он. - В общем, я рассказал ему о догадке, а он просил никому не говорить, сказал, что уж лучше пусть думают, что он странный, чем знают, что он "болен". Думаю, он не прав, Шерлок. – Да, я тоже так считаю. – Ну что, возвращаемся? Думаю, Джон уже на полпути в кафетерий. Однако Уотсон так там и не появился. Ни на следующий день, ни даже спустя неделю. Всё же молодой человек не мог перебороть себя и ступить на порог обители миллиарда различных бактерий. А потом Джон самолично заявился в кабинет Шерлока для того, чтобы просить о помощи. Похоже, что что-то важное побудило упрямца всерьёз заняться сложной проблемой.