Не потеряй...

      У бассейна стояла симпатичная юная бета одиннадцати лет. Мэл, ткнув в окно пальцем, посетовал:       - Она дурно на него влияет. Ее родители католики. Встав из-за стола, он предложил мне помочь убрать со стола. Представляешь?       - Это та, которой он залепил жвачкой волосы? – уточнил Брант.       - Нет, - фыркнул Мэл. – Та легкомысленная особа нравилась мне еще меньше.       - Легкомысленная? – фыркнул Элиас. – Мэл, ей всего одиннадцать.       - Ей ЕЩЕ только одиннадцать, но вы посмотрите на результат.       - А Питер совершенно равнодушен к бетам, - посетовал Брант.       - Это потому, что он еще слишком маленький, – Мэл, разлил в чашки чай и подал Элиасу и Бранту. – Пирог резать будем через час. Там и так полно сладкого. Дело в том, маленькие альфы живут инстинктами – запахи влекут их к омегам. Становясь старше, они пытаются подключить к эмоциям рассудок и замечают физическую разницу. Но тут и оглянуться не успеешь, как их захватывают гормоны, и они снова увиваются за омегами.       - Вау, – прокомментировал Брант.       - Вот не надо делать такое лицо! – фыркнул Мэл и развел руками. – Я, между прочим, изучал психологию, до того, как похоронил себя в домашнем уюте.       - Кажется это называется семейным счастьем? – подсказал Элиас.       Мэл смерил его гневным взглядом, но тут же улыбнулся.       - И кстати, - Элиас обернулся к Бранту, – это возвращает нас к грядущему мероприятию. Ты уже говорил с Питером? Через шесть дней встреча с судьей. Если к этому времени Питер не будет знать, что Брайан его отец – ты предстанешь перед судьей не в лучшем свете.       - Я не знаю, как сказать. Может так: Питер я тут вспомнил, что ты все спрашивал меня кто твой отец, вот он.       - Ну, - адвокат поморщился, изобразил раздумье и кивнул. – Не слишком хорошо, но сгодится. Если конечно, ты не хочешь, чтобы судья решил, что ты ограничиваешь права Брайана на отцовство. Для справки: ограничивать права человека может только суд. И любой судебный крючкотвор крайне ревниво следит за своей привилегией.       - Я подумаю, – Брант покачал головой. – Я скажу ему. Честно. Не знаю, как… Ты поэтому здесь сегодня? Чтобы воззвать к моему чувству ответственности?       - Меня что нельзя пригласить просто так? – Элиас живейше изобразил удивление и обиду.       - Не в костюме, - подсказал Мэл. – Кстати, Брант, разве ты не должен был привезти Итана? Я конечно не профессиональный психолог, но раз уж он отказался от приема…       - Отправился в галерею. Сказал, что будет работать. Мы с Грегори решили заехать к нему вечером. Давайте вернемся к разговору с судьей. Что мне нужно делать, говорить?       - Все то же, что и всегда. Искренность залог успеха, - Элиас лучезарно улыбнулся. – Если нужно будет солгать, это сделаю я. Просто следи за мной и, если я сделаю рукой вот так, сразу прекращай говорить. Все что нужно, я скажу сам.       - Такой у нас план?       - Нет. Наш план гораздо лучше. Потому что он основан на том, что ты говоришь правду и только правду. А альфа лжет, чтобы выглядеть лучше. Смотри сам. Я рассказываю о том, что он был пусть косвенным, но участником махинации с твоей квартирой. Как не крути, но под давлением его непререкаемого авторитета, ты подписал бумаги, не глядя. Доминантное поведение. Дальше он не интересовался твоими чувствами, интересами. Сам решал, что и когда будете делать. Обвинил в измене, не выслушал, бросил явно нездорового омегу без средств к существованию. Никакого насилия, как я и обещал. Но то что альфа из него никудышный – налицо.       - То, что он альфа так себе, мы докажем, а дальше то что?       Элиас одарил Мэла еще одной улыбкой и снова повернулся Бранту:       - Как думаешь почему я участвую в этом деле, если семейные конфликты не мой профиль?       - И почему?       - Нестандартное мышление, уникальный подход, а самое главное – я знаю вас обоих! Я говорил с этим альфой. Когда вел дело по возврату твоей собственности, твое имя не примелькалось в газетах тогда, потому, что один богатенький мажор в нем был замазан. Со мной был еще один стажер. Сейчас он не работает в нашей конторе и может дать показания. Брайан про тебя даже ни разу не спросил. – Элиас откинулся на спинку стула с видом победителя. Малкольм и Брант переглянулись и снова посмотрели на омегу.       - И о чем это должно нам говорить?       - О том, что я подкину судье идею о психологическом тестировании. Ну знаете – медицинская экспертиза? Плохой альфа равняется плохой отец. Любой психолог как дважды два это докажет, а экспертное мнение любой судья учтет.       - Разве есть тесты для родителей? – удивился Брант.       - Куча, - фыркнул несостоявшийся психолог Мэл, – все приемные родители их проходят. И есть еще программы для родителей, подозреваемых в насилии над детьми, и так далее. Элиас, ты гений, все выглядит теперь гораздо лучше.       - Ну да. А довершит картину то, что Милад Орташ откажется проходить тестирование.       - Почему ты так думаешь? – в памяти Бранта Милад представал уверенным в себе человеком, с нервами крепче стальных канатов. Может это было потому, что Орташ был красивым, красивые люди чаще казались Бранту уверенными в себе. Эрик над ним посмеивался.       - Ну, скажем так – информация не подлежит разглашению. Но я вам гарантию дать могу. Орташ от тестирования откажется. Будь я его адвокатом, обязательно бы порекомендовал…