Сказ о том, как мы в Эквестрию попали

      Холодный ветер усиленно откалывал маленькие кусочки могучих отполированных скал, которые возвышались над тропой в серой обширной каменной пустыне.       Длинное, описывающее местность предложение часто хорошо подходит в качестве первых строк, особенно если в нём употреблены окрашивающие фигуры речи. Если не очень, то всё равно, пространство заполнено и не надо волноваться, как начать.       Против порыва ветра бесцельно шёл Андрей, прижимая подбородок и ворочая крыльями, пытаясь согреться. Непонятно, что занесло его сюда, но, видимо, ему больше ничего не оставалось делать, кроме как зачем-то скитаться. Как отчаянный боец, только без бойцовства.       Среди ровной каменистой поверхности и редких скал выделялся холм. Обычный холм, можно просто пройти мимо, но внезапно из-за него, словно из пушки, вылетают мандарины, связанные одним шнуром, проходящим сквозь все плоды. Из-за того, что они приземлились прямо на пути у Андрея, ему пришлось остановиться и понять, что происходит. Не то чтобы он был очень удивлён, он мог бы пойти дальше, но стоял на месте, смотря на мандарины.       Из-за холма послышались голоса, а затем цокот копыт. - Далеко улетел! - донёсся приближающийся женский голос.       Светло-красная единорожка весело выбежала из-за холма к связке мандаринов. Она наклонилась, чтобы поднять их, но, подняв глаза, увидела Андрея и замерла. Странно, почему она не заметила его, пока бежала? Приняла его за скалу, что ли? Ну или специально так сделала, чтобы попасть в неловкую ситуацию. В общем, хоть Андрей был к этому равнодушен, он всё равно не пошёл дальше и стоял, прохладно смотря на единорога, которая осталась в той же позе с удивлёнными глазами. - Чего так долго? - ещё один женский голос, нетерпеливый и как бы такой нежный, начал приближаться из-за того же самого холма.       Это Молестия. Большая кобыла с какой-то непонятной, серо-розового цвета, блестящей гривой, с игривой походкой. Ну короче наводила шарм, и если бы там кто-то был, то все бы такие "ууу, вау", но там был Андрей и ещё какая-то пони, которая, видимо, была прислугой Молестии. А для Андрея это значило, что сейчас начнутся блядовыходки, от которых он старался уйти. Наверное. Откуда мне знать, кто что чувствует. - Странно тебя видеть в таком месте. Тебе не холодно? - спросила Молестия, увидев Андрея. - В моей душе вечная мерзлота... - Точно, как же я могла забыть, - принцесса подмигнула и круто показала на него копытом, как будто этот ответ на её вопрос всегда был их фишкой.       Она подошла к светло-красной кобылке, продолжавшей находиться в неловком замешательстве. - Сколько метров? - Молестия магией подняла мандарины. - А... Вылетело за пределы измерительной рулетки, мэм. - Здорово. Но надо ленту подлиннее, чтобы измерить точно. - Чем вы тут занимаетесь? - спросил Андрей, но не из любопытства, а чтобы не казаться слишком молчаливым. - А ты чем занимаешься? - Ничем. - Ну и мы тоже почти ничем. Кстати, знакомься, это моя помощница Полиамория, - принцесса указала на светло-красную.       Андрей взглянул на Полиаморию без интереса. - Хочешь ебаться? - спросила она.       Хоть он меньше всего ожидал такого предложения, но всё же предполагал вероятность выпадения такого вопроса, ибо иногда в своей голове проводил диалоги с разными людьми, задавал себе вопросы, придумывая на них различные варианты ответа, то есть подготавливал себя на всякий случай ко всякой чрезвычайной ситуации. На этот вопрос у него был заготовлен ответ "А зачем?", но он думал, что скорее ебанётся, чем ответит. Однако сейчас он был слишком зол и печален, чтобы удивляться или стесняться, а поэтому ничего не ответил, а только мысленно произнёс: "Какая же это всё хуйня". - Полиамория, - властно-нежно сказала Молестия. - Сбегай к остальным, проверь, как идут дела.       Полиамория убежала туда, откуда пришла с Молестией. - А где твой дружок? - спросила принцесса у Андрея. - Вы обычно вместе всегда. - Не знаю. - Впрочем, да, у него легко получается раздражать. Конечно тебе захочется побыть одному. Чего только стоит то, что он натворил в Клаудсдейле. Они до сих пор в замешательстве, особенно Селестия. После победы над Тиреком доверие к ней, конечно, увеличилось, но то событие не забылось и не раскрылось. Зачем Селестии забирать драгоценные награды у своего народа, да к тому же перед битвой с Тиреком? Но многочисленные очевидцы врать не могут. Такой скандал разразился. В Кантерлоте уже несколько дней перед дворцом стоит пикетирующая толпа. Никчёмная причина, на первый взгляд, но из неё вытекает множество других причин. Большинство интеллигентов сходится во мнении, что это был чейнджлинг, а следовательно, обороноспособность страны не способна в должной мере защитить население. - Ну и пусть. Мне до этого дела нет. Пока у меня есть возможность ничего не делать - я ничего не делаю. - Да, я тоже пользуюсь возможностями, пока они есть. Но скоро эти возможности у нас отберут. Я знаю Селестию: если пони наконец поняли, что всё не очень хорошо, то она приложит усилия, чтобы это исправить. Насколько мне известно, особый совет её доверительных лиц готовит какую-то книжку, в которой будут описаны границы власти принцесс. И, скорее всего, она проведёт реформы, вследствие которых эта прекрасная пустынная земля будет использоваться на благо государства, к моему сожалению, а количество безработных и неотслеживаемых пони сократится, к твоему сожалению.       Андрей не знал, что ей по этому поводу ответить. Ничего не хотелось отвечать, потому что после каждого ответа чувствовалось, что сказанные слова какие-то плохие. Её слова, возможно, были немного оскорбительны для него, ибо намекали на его зависимость от волшебного способа получения пропитания. Он так долго не работал серьёзной оплачиваемой работой, что ему не хотелось начинать в этом прекрасном, как когда-то казалось, мире "нормальную" жизнь. Он уже начал понимать плюсы ебанутой жизни. Но, впрочем... - Зачем ты мне это рассказываешь? Мне похуй, что они там мутят-крутят. Если тебе что-то надо от меня, говори прямо, но не рассчитывай, что я соглашусь. - О, ты согласишься. Взгляни вокруг: пустыня. Ближайший населённый пункт за сотню километров от сюда. А ты давно не ел. Ты вообще для меня стал приятной неожиданностью; здесь, кроме моей свиты, я больше никого и никогда не видела. Удивительно вообще, как ты смог сюда дойти и почему. - И что? Я просто пойду дальше, - Андрей уже собирался идти, чтобы не слушать её, но Молестия преградила ему путь. - Нет, постой. Я заметила на твоей шее украшение. Давно носишь?       Он посмотрел на болтающийся кругляшек на верёвочке, на котором были нелепые рисунки, и который он нашёл в книге из библиотеки Твайлайт и носил, думая, что это, может, окажется волшебный амулет, который наделит его сверхсилами, но за всё время, которое он провёл с амулетом, ничего сверхсильного не произошло. - Ты, конечно, его не отдашь? - продолжала она. - Не бойся, отнимать я его не буду. Всё-таки это твоя собственность и неважно, дал ли его тебе кто-то или ты его нашёл или украл. Раз он позволяет тебе себя носить, то он твой. Но я знаю, как его использовать. Мы можем договориться. То, что таит в себе твоя штучка может быть выгодно нам обоим. - А что именно тебе выгодно? - Ну-у... Ты сам можешь догадаться, учитывая мои наклонности. Всякие женские принцессьи штучки. - А что может быть выгодно для меня? - Ой, на самом деле всё не так серьёзно, чтобы вот так вот обсуждать будто какой-то договор по разделу мира. Просто доверься мне. Разве я могу предложить что-то плохое? М? Милый? - Не знаю. Посмотрю, как захочется. - Тебе захочется. Если что, иди в замок Кантерлота. Только там есть то, что позволит использовать твою штучку. - Да-да-да-да...       Андрей наконец смог уйти от неё. Моля пожелала ему удачи, и когда он отошёл от неё на несколько десятков метров, то будто бы наступил на что-то очень прыгучее, из-за чего он стремительно взлетел высоко вверх, сам того не желая.       Крайне удивлённый, он долетел до космоса, а потом начал падать. Но падая, заметил, что вокруг всё стало не так. В смысле, небо и пространство стало ещё более разноцветным и нестабильным. Одни его части быстро пульсировали, а другие извивались. Вдруг появились разные лица, но они не обращали на Андрея никакого внимания, будто всегда здесь были. Он приземлился в летящую деревянную лодку, в которой сидел Лао-цзы и грёб вёслами. - Чтобы замариновать огурцы, нам понадобятся укроп, чеснок, базилик и очищенный корень хрена. Уложите их на дно подготовленной баночки. Затем в банку плотно уложите огурцы и перцы. Для маринада добавьте в воду соль и сахар, доведите до кипения, не забудьте снять с огня, а потом добавьте уксус и залейте им банки с огурчиками. Прикройте крышкой и оставьте на пятнадцать минут, - твердил Лао-цзы. - А надо учитывать равное соотношение ингредиентов? - Не имеет смысла, ведь я хочу срать.       Андрей вывалился из лодки и стал падать дальше, причём постоянно откуда-то доносился суровый голос: "Внимание, пожарная тревога, всем покинуть помещение". На своём пути вниз он встретил ещё несколько странных лиц, которые пытались завести с ним разговор, и сраных ситуаций, но я их не опишу, потому что не могу придумать.       Завидев, что земля наконец приближается, он расправил крылья и начал винтообразно планировать. Он приземлился в Кантерлоте и пошёл в толпу как ни в чём не бывало.