Меня свел с ума твой Instagram

      Флоран с трудом приоткрыл многотонные веки и уставился в белый высокий потолок. В комнате царили полумрак и тишина. Музыкант хотел приподнять голову и осмотреться, но резкая боль в виске заставила его со стоном откинуться обратно на подушку. Тогда Мот попытался позвать Микеле, но пересохшее саднящее горло смогло выдавить лишь жалкий хрип и кашель.       "Черт, да что же это?!"       Однако в следующее мгновение Фло услышал какой-то шорох, а потом над ним возникло красивое, но усталое лицо незнакомого мужчины:       - Вы очнулись? Как себя чувствуете?       Второй раз экспериментировать с голосом Мот не решился и просто осторожно кивнул.       - Я прошу простить моего водителя - он работал на меня всего второй день - человек с безупречнейшей репутацией, и вдруг не справился с управлением. Конечно, ливень сыграл свою роль, но... В общем, я его уже уволил, - выдал мужчина, чуть нахмурившись. - В больницу я Вас не повез, уж простите. С моим статусом скандалы в прессе мне ни к чему. Но Вас уже осмотрел мой личный врач. Не переживайте, ничего серьезного: легкое сотрясение мозга, пара ушибов и, к сожалению, трещина ребра. Я бы хотел, чтобы Вы... эм...       - Флоран, - просипел музыкант.       - Флоран? Чудесное имя, - улыбнулся незнакомец. - Мое имя Жеральд. Так вот. Я бы хотел, чтобы Вы, Флоран, пару дней отлежались у меня. Не беспокойтесь, Вас никто не потревожит: здоровый сон, вкусная еда и пара осмотров моего врача - вот и все, что Вас ожидает.       Весь вид Жеральда кричал о его серьезности и солидности: сдержанного темно-синего цвета, аккуратно выглаженный костюм, галстук в тон, короткие стильно подстриженные волосы, чуть тронутые сединой, четкая лаконичная речь "по существу", а еще совершенно не вяжущиеся с образом теплые бездонные глаза медового оттенка и легкая полуулыбка на тонких губах.       Мот хотел возразить, но снова зашелся в приступе кашля.       - Не стоит, поберегите горло.       - Мне нужно позвонить... предупредить, - просипел музыкант.       - Да, конечно, - проговорил Жеральд и протянул свой жутко дорогой (кажется, Vertu*) телефон Моту.       Фло поднял на мужчину удивленный взгляд.       - О, совсем забыл сказать - Ваш телефон, к сожалению, оказался менее крепким, чем Вы, - снова мягкая едва заметная улыбка. - Разбился при ударе о тротуар. Ну, я, пожалуй, пойду. А Вы звоните, кому хотели, и отдыхайте. Сон - лучшее лекарство, - еще раз улыбнулся Жеральд и покинул комнату.       ***       У Жеральда Мот пробыл четыре дня, и ему показалось, что столь прекрасного отдыха у него не было уже давно. Все обещания хозяина, как оказалось, загородного роскошного особняка были исполнены: Флорана исправно кормили три раза в день безумно вкусными блюдами, в "его" просторную и со вкусом обставленную комнату никто не совался (кроме самого Жеральда, и то по вечерам), а врач, месье Гаран, делал все возможное, чтобы в кратчайшие сроки поставить своего пациента на ноги.       Микеле и Дову Мот позвонил в тот же вечер, когда случилась авария. И блестяще, бесподобно и самоуверенно... наврал. Обоим. Музыкант сказал, что ему срочно пришлось уехать по семейным обстоятельствам домой, в Аржантёй. Какие такие обстоятельства могли вынудить Фло сбежать посреди тура, он придумать не смог, а потому, протараторив продюсеру свою маленькую ложь, Мот тут же бросил трубку.       С Локонте подобное не прокатило.       Итальянец все четыре дня названивал Флорану чуть ли не каждый час, интересуясь, когда тот приедет; канюча о том, как ему без друга в Париже скучно и одиноко; рассказывая как и всегда какие-то глупые истории про себя, ребят из труппы и своего мерзкого Жан-Жака, заставляя сердце француза от повествований о последнем болезненно сжиматься в комок.       Отвратительно. Больно и неприятно. До тошноты. Будто и не было ничего между ними: ни жадных поцелуев, ни сводящих с ума стонов, ни вульгарного признания Микеле о том, что он его, Флорана, хочет.       Вот и сейчас, сидя в темноте и закрыв глаза, Мот прижимал к уху трубку и слушал веселое щебетание Локонте.       - И тут Дов начинает мне доказывать, что я не прав. Нет, ты представляешь? Мне! Что я не прав! А я ему говорю... Фло, ты слушаешь меня вообще?       - Конечно, слушаю, Мик.       На другом конце провода воцарилась минутная тишина, а затем итальянец тихо и каким-то будто не своим голосом прошептал:       - Ты же вернешься ко мне?       Флоран задержал дыхание, а после, громко сглотнув, тоже ответил шепотом:       - Конечно, Мик. Конечно.       ***       Флоран вернулся в отель рано утром. До города его довез Анри, новый водитель Жеральда, и, притормозив в соседнем квартале по просьбе самого Мота, высадил пассажира.       "Ни к чему мне лишние вопросы."       В кармане француза лежал новенький, один в один как его, айфон, подаренный Жеральдом. Фло долго отнекивался и отказывался от подарка, чувствуя себя жутко неловко.       "Проститутка я ему что ли, ей-Богу!?"       Но в итоге Мот все же сдался: то ли аргумент "в качестве извинения за причиненные неудобства" подействовал, то ли обаяние нового знакомого.       Понапрасну надеясь на то, что в такой ранний час итальянец спит, Флоран подошел к их общему с Микеле номеру и... замер, увидев полоску тусклого света, проникающего из-под двери.       Вздохнув и приготовившись к худшему, Мот повернул ручку и вошел внутрь...       ***       Локонте, хмурый, сидевший на кровати и вглядывающийся в текст какой-то очередной песни, услышав щелчок замка, поднял глаза на вошедшего и в следующее мгновение, подобно настоящему урагану, слетел со своего места, и кинулся к другу.       Опешивший Флоран так и замер на пороге, чувствуя, как итальянец крепко его обнял, сжимая пострадавшие ребра француза, заставляя того поморщиться от боли. Микеле уткнулся носом в шею Мота, шумно вдыхая родной запах друга, и прошептал, обдавая жаром кожу Фло:       - Ты вернулся! Как же я скучал по тебе...       Отстранившись, Локонте принялся внимательно разглядывать Мота, а француз, в свою очередь, натянуто улыбнулся, превозмогая неприятные ощущения, вызванные объятиями Мика.       - Ну, я же обещал. Куда я от тебя денусь?       ***       Микеле, с раздражением оторвавшись от содержания своей песни, недовольно покосился на айфон Мота, валяющийся на кровати друга и беспрестанно пиликающий.       "Этот идиот опять забыл отключить звук уведомления в твиттере? Ну, и надоедливые же эти его фанатки!"       Когда телефон пропищал в четвертый раз, Локонте не выдержал: "Сам виноват!"       Подойдя к постели француза и оглянувшись на дверь ванной комнаты, в которой сейчас принимал душ Флоран, итальянец взял в руки айфон и открыл, как оказалось, входящие сообщения от некого Жеральда.       "Это еще кто?"       Но в следующее мгновение Микеле уже не интересовал данный вопрос, ибо сознание Локонте застелила пелена праведного гнева.       "Ты добрался до отеля? Почему не позвонил? Надеюсь, что с тобой все в порядке."       "Фло, ты решил поиграть в молчанку? Я ведь беспокоюсь..."       "А знаешь, эти четыре дня были самыми лучшими в моей жизни за последние несколько лет. И все благодаря тебе."       "На днях хочу устроить банкет в честь успешного завершения одного проекта. Приедешь?"       Микеле резким движением отбросил айфон обратно на кровать, словно тот был не предметом техники, а ядовитой гадюкой.       "Значит, в Аржантёй уехал по семейным обстоятельствам? Ну-ну", - хмыкнул про себя итальянец и, сложив руки на груди и уставившись на дверь ванной комнаты не мигающим злым взглядом, принялся ждать появления Мота.       *Vertu - это эксклюзивные и одни из самых роскошных в мире мобильных телефонов, изготовленные вручную с использованием таких изысканных материалов, как сапфировое стекло, кожа, благородные металлы и драгоценные камни.