Оборотная сторона бессмертия +827

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Основные персонажи:
Гарри Поттер (Мальчик-Который-Выжил), Драко Малфой
Пэйринг:
Гарри/Драко Драко/Блейз Забини
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст
Предупреждения:
OOC, Насилие, Нецензурная лексика, Кинк, Секс с использованием посторонних предметов
Размер:
Макси, 715 страниц, 57 частей
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
«Самому душевному автору!» от Forgotten..
«Лучшая работа по фандому! » от Kurabie-san
«Потрясающе идеально» от прррр
«Непревзойденно» от мизантроп_
«Отличная работа!» от Wizardri
«Спасибо! Удивительная история!» от A.M.E.
«Отличная работа!» от Berta15
«Отличная работа!» от natallia-92
«Выше всяких похвал» от DaraLapteva
«Отличная работа!» от Жестокий Ангел 2
... и еще 11 наград
Описание:
После победы над Волдемортом жизнь юного поколения победителей идет своим чередом. Никто из них не задумывается, что стало с проигравшей стороной... Пока однажды Рон не тащит Гарри в Министерство, где Артур Уизли в качестве наблюдателя принимает участие в последней подготовке детей бывших Пожирателей Смерти к отправке в лагеря для интернированных. Увиденное лишает юного Героя покоя и сна...

Посвящение:
Спасибо огромное за чудесные коллажи:

an iv http://www.pichome.ru/images/2014/12/04/IK6kr.jpg

МиртЭль http://www.pichome.ru/images/2015/05/02/eJa39i.jpg

Фырко Мурфой http://www.pichome.ru/images/2015/07/31/yPbDhMv.png

Ну и личное художество)) Регулус Блэк, сателлит Тома Реддла http://www.pichome.ru/images/2015/09/22/hcWvguJ.jpg

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Глава 10. Привет, Поттер

20 ноября 2014, 01:51
— Привет, Поттер, — в голосе была ледяная бесстрастность, Фениксовцы должны понимать, что имеют дело с мужчиной, а не с глупым, напуганным сопляком.

— Драко! Я боялся, что ты не придешь… — Гарри бросился к нему, словно хотел обнять, но тут же остановился и смущенно, очень быстро заговорил, то пряча взгляд, то вдруг расцветая своей совершенно детской, открытой улыбкой. — Прости меня, я не хотел тебя… Короче, прости… Ты как? А у меня все же взяли в прошлый раз сумки! Надеюсь вам все передали… Я вот сегодня тут еще… Ты только не ругайся, ладно? Просто, когда я тебя нес… Роба такая тонкая… Как вы насмерть в ней не замерзаете?..

Драко озадаченно смотрел на привычно взъерошенного, торопящегося рассказать ему все и сразу, перепрыгивая с мысли на мысль, потешно краснеющего и совершенно искренне улыбающегося Поттера и думал, что если перед ним «шпион», то играет он идеально, а за Героем никогда не замечалось склонности к лицедейству.

Кашлянув, то ли пытаясь перебить Гарри, то ли избавляясь от собственной оторопи, Драко, наконец, шагнул внутрь домика и протянул куртку:

— Ты забыл в прошлый раз…

— А, да, спасибо! Это Сириуса, она мне очень дорога…

Поттер подошел к Малфою и, забирая вещь, случайно коснулся пальцами руки отдающего.

— О, Мерлин… — выдохнул он и, схватив куртку, не глядя, швырнул ее на стол позади себя и быстро сжал в теплых ладонях ледяные пальцы Драко. — Ты замерз! Малфой, какого книззла лысого ты перся через весь лагерь с курткой в руках, если самым логичным было ее надеть?!

Из его голоса моментально пропала ребяческая робость, Поттер был совершенно по-взрослому серьезен и даже рассержен. Он выпустил руку Драко и быстро направился к сумкам, уверенно скомандовав:

— Раздевайся, Малфой! Будем утеплять тебя.

Драко безотчетно начал расстегивать пуговицы на робе, повинуясь уже привычному приказу и непонимающе наблюдая, как Гарри роется в сумке.

— Чего там у тебя под этой пародией куртки? Тельник? Снимай! — распорядился Поттер, вытаскивая мягкий серый свитер. — Гермиона сказала, что это будет теплее, если надеть прямо на тело…

Малфой, оставшись в некоем подобии майки, висевшей на нем бесформенной тряпкой, все же отвернулся от Гарри, почувствовав жгучий стыд за свою чудовищную худобу. А мгновение спустя понял, что в комнате стало совершенно тихо и, чувствуя на себе обжигающий спину взгляд, уже готов был сорваться и начать натягивать обратно свое тряпье… Когда горячие пальцы вдруг робко коснулись проходящего по лопатке, вздувшегося ярко-розового рубца.

— Что это, Малфой? — тихо выдавил Поттер так близко, что от теплого дуновения по бледной коже побежали мурашки.

Драко слегка поморщился от его прикосновения. Плетеный хлыст не рассек кожу, но верхний слой содрал, оставив болезненный воспалившийся след.

— Слегка задело… Кнутом… — ответил Малфой, почему-то не смея шевельнуться.

Дыхание позади него оборвалось, и тут же сильные теплые руки обхватили Драко за талию. Гарри притянул его спиной к себе и осторожно прижался горячими губами к воспаленной коже.

— Поттер… — каждый мускул на теле Малфоя напрягся. — Ты чего?..

— Мы скоро вас вытащим, Драко, — прошептали ему в плечо сухие губы. — Потерпи еще немного… Мы вытащим вас. И твоих родителей… Мы справимся. Мы же со всем справлялись. И с этим справимся. Я заберу тебя отсюда…

Горячее дыхание опаляло бледную прохладную кожу; прикосновение губ разливалось по рубцу легким, почти приятным покалыванием тысячи маленьких иголочек; теплые, сильные ладони, нырнув под майку, согревая, скользили по впалому животу и выступающим ребрам… И Драко вдруг почувствовал, как по его щекам, холодя и пощипывая, побежали слезы. Он плакал. Забыв про стыд, про то, что рядом с ним давнишний враг, про то, что собирался предложить ему серьезную, взрослую сделку… Малфой плакал как ребенок, впервые за последнее время вдруг ощутив себя нужным. Отчего-то он верил сейчас каждому сказанному Поттером слову, каждому нежному прикосновению. Верил, что эти руки смогут его защитить, что можно перестать быть сильным и довериться тому, кто гораздо сильнее. Ему хотелось обнять Гарри и уткнуться лицом в широкое плечо, хотелось рассказать обо всех своих бедах и страхах… Он так устал…

— Не бросай меня, Поттер… — прошептал Драко, и Гарри, словно услышав команду к действию, стиснул его еще крепче и тихо, уверенно произнес:

— Не брошу, — но тут же, выпустив из объятий, быстро сунул ему в руки свитер. — Надевай, застыл совсем.

Драко вытер влажные щеки и послушно натянул мягкое тепло. Гарри задумчиво следил за тем, как он одевается, словно пытаясь что-то понять.

Почувствовав, как тело моментально начинает согреваться в уютном шерстяном коконе, Малфой облегченно вздохнул и пробормотал:

— Спасибо…

Поттер слегка кивнул.

— Там в сумках для всех такие… И еще белье и теплые носки… Наденешь?

Малфой невольно усмехнулся, шмыгнув носом:

— Белье? Недостаточно облапал, Поттер?

— Я про носки! — Гарри слегка покраснел. — Идиот… Наденешь?

— Давай, — Драко опустился на стул рядом с ним и принялся расшнуровывать ботинки.

Поттер присел на корточки у сумки в поисках нужной упаковки.

— Как парни? — отстраненно спросил он.

— Нотт в медотсеке, остальные в норме…

Гарри резко обернулся.

— Что случилось?

— Затеял драку и получил несколько ударов кнутом. Барнз… — Драко подавился именем колдомедика, резко покраснев, — доктор говорит, что он легко отделался.

— Мать вашу, — рыкнул Поттер, шагнув с найденной упаковкой носков к Драко, присел на корточки уже перед ним и снизу вверх заглянул в лицо: — Малфой. Умоляю. Не делайте глупостей! Дайте нам немного времени! Вы не в Хоге, где самое страшное — это снятие баллов с факультета! Ваша задача — дожить до освобождения!

В зеленых глазах плескалась такая искренняя тревога, что Драко не удержался и, протянув руку, коснулся пальцами смуглой щеки. Гарри тут же поймал его запястье и, прикрыв глаза, вдруг прижался губами к прохладной ладони.

— Наверное, я слишком многих потерял в этой войне, — глухо произнес Поттер. — Я не хочу потерять тебя… И их… Я устал от смерти и горя.

— Я тоже, — с грустной усмешкой пробормотал Драко и… решился на вопрос: — Поттер, ты правда… Ты видел… в Министерстве и… Просто пожалел? И тебе ничего от меня не нужно?

Гарри вздрогнул как от пощечины и, отпустив его руку, быстро встал.

— Ты считаешь, что я мог чего-то захотеть от подобного зрелища? — его голос был злым. — У тебя здесь крыша поехала, Малфой? И я тебя не жалел… Я… Блядь, я не знаю! Ты не чужой же!

Драко несколько секунд растеряно хлопал ресницами, не понимая, о чем он. Малфой спрашивал о необходимых Ордену сведениях, а Поттер, похоже, решил… О, Мерлин! Краска в который раз залила бледные щеки. Драко уже собирался воскликнуть, что он не это имел в виду, но осекся. Раз Поттер и впрямь пришел не ради выяснения информации о мифических Кукловодах Темного Лорда, наверное, стоит хорошо подумать, прежде, чем показывать ему какую-то свою осведомленность в этом вопросе. Пока что, судя по всему, Гарри и без того действительно не собирается его здесь бросать. Стоило немного подождать и не напрашиваться на предложение оплаты того, что для тебя делают совершенно бесплатно. Поттер вытащит его отсюда, Драко найдет чертов свиток, и тогда уже решит, что делать дальше. Кто знает, может, его куда выгоднее и безопаснее отдать Фениксовцам в надежде на благородство Героя, чем пытаться выкупить с его помощью свободу для родителей у явно скользких и опасных ублюдков?

— Не рычи, Поттер, — Драко подошел сзади к сердито уставившемуся в окно однокурснику и примирительно положил ладонь на крепкое плечо. — Мне, знаешь, тоже нелегко… Это, между прочим, ты каким-то образом лицезрел меня… Черт… Поттер… Когда это все закончится, я зааважусь.

— Заткнись, идиот! — Гарри резко развернулся. — Столько людей работают над тем, чтобы тебя отсюда вытащить, а ты решил в оскорбленную гордость поиграть? Аристократ хренов! — и вдруг взглянул на босые до сих пор ноги. — Слушай, Малфой! Ты это специально?

Он толкнул Драко к столу и, подхватив за тонкую талию, усадил на столешницу. Малфой молча наблюдал, как Поттер распаковывает носки, а потом, присев на корточки, сам аккуратно натягивает их на замерзшие ступни.

— Что-то не так с этим миром, — задумчиво пробормотал Драко. — Может, я уже умер?

— Какой у тебя размер обуви? — проигнорировав его философские размышления, спросил Поттер.

— Сорок третий, — растеряно откликнулся Малфой.

Гарри молча начал разуваться.

— Поттер? Ты серьезно?

— Да.

— Я не могу…

— Можешь. Они теплее. И не дырявые.

— Не могу, Гарри…

Поттер резко поднялся на ноги, и их глаза оказались друг напротив друга.

— Знаешь, что, Драко Люциус Малфой, — хрипло процедил он. — Когда ты отсюда выйдешь, я сам вложу в твою руку палочку, чтобы ты обливиэйтнул меня и убрал воспоминания о том кошмаре в Министерстве. А потом, если захочешь, можешь послать… Но, пока, тебе придется терпеть мое присутствие и принимать помощь, несмотря на весь тот груз наших знаний друг о друге, который ты в себе несешь… Понял?

— Понял, — слегка улыбнулся Драко. — Поцелуй меня…

— Что?..

— Поцелуй меня, Поттер… Я потом сотру… Когда палочку в руку вложишь.

Гарри шарахнулся от него, как от бешенного гриндилоу. Драко тихо рассмеялся и, спрыгнув со стола, сунул ноги в свои ботинки.

— Вот видишь, Герой, не все так просто нести в себе, даже имея призрачную надежду на то, что это когда-то можно будет стереть из памяти, — привычно нараспев, но с какой-то незнакомой Гарри горчинкой произнес Малфой и направился к выходу. — Спасибо, Поттер…

— Стоять, Малфой! — вдруг резко рыкнул тот, сделав несколько разделяющих их шагов, развернул Драко за плечо и, притянув к себе, впился в губы уверенным глубоким поцелуем.

От неожиданности Малфоя словно парализовало. Горячий язык Гарри властно и мягко изучал его рот, совершенно не обращая внимания на то, что ответа нет точно так же, как и сопротивления. И лишь несколько секунд спустя Драко осторожно двинулся навстречу его напору. Однако, уловив робкую реакцию, Поттер тут же отстранился и тихо выдохнул:

— Сотрешь… Потом… — а в следующее мгновение сунул ему в руку куртку Блэка. — Постарайся не порвать, убью… — и все еще не разжимая пальцев на плече, добавил: — Снимай чертовы ботинки!

Они совершенно молча переобулись, и Драко, сжав в пальцах куртку, шагнул к двери. На пороге он обернулся, понимая, что надо что-то сказать, но слова не находились, и даже простое: «Пока!» — намертво застряло в горле. Поттер стоял, сунув руки в карманы и, слегка прищурившись, внимательно смотрел на него, то ли ждал этих самых слов, то ли что-то решал для себя. Малфой кивнул ему и, развернувшись, вышел за дверь.


Драко шагал по дорожке в направлении казарм, когда сзади его схватили за плечо крепкие пальцы. Уилан развернул его к себе и быстро принюхался. Малфой, заплутавший сейчас в собственных мыслях и ощущениях, смотрел на него растерянно, но спросить, в чем дело, даже не пытался.

— Если что, бегом в медотсек, Малфой, понял? — рявкнул Уилан, и Драко, совершенно не понимая, о чем он, непроизвольно кивнул. — Иди в столовую. Сумки принесут после обеда.

Малфой снова потерянно кивнул и поплелся к столовой.

Поттер его поцеловал. Его поцеловал Гарри Джеймс Поттер! Нет, конечно, он вынудил его. Он поставил этот поцелуй в противовес своему позору, и Герой принял вызов. Драко прекрасно знал, что Поттер ни разу не был замечен в связях с парнями — этакий стопроцентный натурал. Поэтому Малфой не сомневался, что для Гарри это был трудный шаг, но…

Он не додумал. Его внимание привлек медленно плетущийся со стороны библиотеки Крис. Что-то напрягало в фигурке мальчишки. Опущенная головенка? Напряженная спина? Слишком несвойственная ему неторопливость?

— Канингтон! — окликнул Малфой, и волчонок, вздрогнув, обернулся.

Красные, заплаканные глаза, припухшие, видимо, от долгих слез губы.

— Малыш, ты чего? — Драко быстро подошел к нему, с трудом борясь с желанием обнять мальчишку.

Крис отрицательно мотнул головой.

— Волчонок… Ты из-за Теда с Дэннисом? — это было первым, что пришло на ум.

Канингтон на мгновение замер, но потом согласно кивнул.

— С Тедом все будет хорошо, Крис. А Хант… Он сам виноват. Пойдем в столовую. Будешь проверять мою еду на наличие ядов, — он улыбнулся. — А потом нам передачку от Гарри Поттера принесут. Там, кажется, много интересного…

— Нет… Я в казарму, — перебил его мальчик. — Я не хочу есть. Твою еду проверяют теперь…

Он медленно пошел дальше, а Драко растерянно смотрел ему вслед, совершенно не понимая, что происходит с мальчишкой.

После обеда сумки уже стояли в казарме. Канингтон валялся на своей койке, не проявляя к передачке никакого интереса, в то время, как остальные парни радостно рылись в сладостях и вещах.

Собрав большую часть упаковок с мясом и взяв один из свитеров, Драко подошел к Крису.

— Волчонок, Поттер тебе свитерок передал, примеришь?

Мальчонка встрепенулся и поднялся с кровати, но мгновение спустя, слегка поведя носом, вернулся обратно:

— Мне не надо, спасибо… Отдай кому-нибудь.

— Так, ребенок! — Драко, наплевав на правила, уселся на край его кровати. — Что происходит?
Канингтон хмуро взглянул на него из-под отросшей челки и открыл было рот… Когда пространство казармы разорвал крик одного из подростков:

— Малфой! Нотт вскрылся!


Драко не помнил, как он бежал, не помнил, как пытался прорваться в медотсек, вырываясь из крепких рук удерживающих его охранников, не помнил, как появившийся Уилан вновь открыл для него все двери… Он очнулся, уже стоя на коленях у койки белого как простыня Нотта, слепым взглядом уставившись на красивое безжизненное лицо.

— Жив он, Драко, жив… Поднимайтесь… Ну, хватит уже, — Барнз гладил его по спине и тянул за плечо вверх, уговаривая встать.

— Почему? Почему, Барнз? — Малфой поднял на колдомедика глаза. — Почему он это сделал?

— Не знаю, Драко, — вздохнул мужчина. — Наверное, ему слишком тяжело далась сегодняшняя ночь. Хант умирал мучительно.

— Свяжите его, — прошептал Драко. — Его можно связать?

— Да. Пойдемте. Он сейчас спит, а потом я привяжу его к кровати. Пойдемте.


До самого вечера Малфой не мог прийти в себя, несмотря на то, что Барнз накапал ему какого-то маггловского успокоительного зелья и час держал у себя, отпаивая чаем с травами.

Он чуть не потерял Нотта! Чертов идиот решил, что нашел простой выход. А ведь Драко уже собирался взять для него гостинцы и попроситься у Барнза посидеть в палате. Хотел рассказать, что Поттер совсем не за сведениями пришел, что, судя по его словам, Орден Феникса пытается вытащить их отсюда. А ведь Тед тоже знает упрямство Героя, значит, сам тут же поймет, что если Гарри решил их спасти — он спасет, пусть даже они сами будут сопротивляться. Малфой готовил для друга сладости и хорошие новости… А этот придурок в это время резал вены!

Навестив «придурка» после ужина еще раз и вернувшись в казарму, Драко пробежал взглядом по койкам. Все были на своих местах. Крис, похоже, дремал; Малькольм читал какую-то книгу; Гойл, кажется, разобрался с передачкой, распределив гостинцы по всем и теплые вещи по своим парням. Одобрительно кивнув другу, Малфой лег на кровать и прикрыл глаза. До отбоя его отвлекал то один пацаненок, то другой. О чем-то разглагольствовал согревшийся немного и повеселевший от новой порции сладкого Грегори. А после отбоя мысли снова вернулись к Поттеру.

Гарри целовал его по-настоящему. Не жадно, не страстно, скорее, изучающе, но уверенно и глубоко. По-настоящему! И руки, такие сильные, теплые руки скользили до этого по животу и груди Драко тоже по-настоящему ласково. И когда губы Поттера касались рубца на спине…

Дверь казармы распахнулась, и в темноте проема появились два красных огонька.

— Черт…

Он чуть не натворил бед!

Поднявшись с кровати, Драко натянул куртку Блэка и быстро пошел к выходу, стараясь не думать, не думать, не думать о Гарри. Возбуждение зарождалось еще где-то в солнечном сплетении, но он уже понимал, что точка невозврата пройдена, хотя Уилан пока еще лишь сердито проворчал, что реагировать нужно быстрее.

— Барнз!.. Мне… Мне нужна ваша помощь, — устало крикнул Драко, скрывшись от сверлящего взгляда Альфы за магическим барьером.

Колдомедик вышел, сонно потирая глаза.

— Малфой… — обреченно пробормотал он. — Заходите.

Драко вошел в кабинет, присел на стул и стал развязывать шнурки.

— Спускайте штаны, и на кушетку, — скомандовал Барнз и, зевнув, открыл один из шкафов. — На колени, задом кверху. Давайте быстрее, Малфой, вторую ночь не сплю!

Драко, удивленно поднял на него глаза, но промолчал, оголил зад, забравшись на кушетку, прерывисто вздохнул и принял указанную позу.

— Ну все, все, не дрожим, Малфой, — мягко усмехнулся Барнз, подходя к нему и неглубоко, на пару фаланг, вводя в него палец с любрикантом. — Чего сжался? Расслабься.

Когда внутрь стало проникать что-то твердое и холодное, Драко дернулся, но колдомедик свободной рукой тут же ухватил его за мошонку, и он испугано замер.

— Она не толстая, не бойся, — произнес Барнз и одним движением загнал гладкий длинный предмет, видимо, до конца, потому что Малфой, ойкнув, почувствовал, как сфинктер снова почти полностью сжался, закупорив введенный в анус цилиндр. — Это пробка, Драко. Анальная пробка с вибратором. Потрогай.

Малфой потянулся и нащупал торчащее из ануса круглое основание с небольшой кнопочкой в центре.

— Зачем? — хрипло спросил он.

— Чтобы я мог поспать, — улыбнулся колдомедик и нажал на кнопку.

Предмет в заднице тихо зажужжал и завибрировал, и Малфой, прерывисто, коротко вздохнув, напрягся.

— Ступайте в палату, Малфой. Сегодня вы спите здесь. Пробку не вытаскивать, зайду — проверю! Устанете кончать, нажмите на кнопку и спите. Утром сам достану. Все ясно?

Драко сглотнул и тихо выдавил:

— Да.

Колдомедик ласково погладил его по ягодице:

— Идите… Надеюсь, больше никому не приспичит сегодня.

Легко сказать: «Идите…». А как идти, если у тебя каменная эрекция, и в заднице, не переставая, вибрирует какая-то штуковина?

Первый раз Драко кончил в коридоре, не дойдя до палаты, привалившись к стене, яростно надрачивая и пытаясь покрепче сжать внутри вибрирующий цилиндр.

Зеленые глаза… Теплые, сухие губы… Влажный, властный язык… Сильные руки…

Оргазм заставил его глухо застонать.

— Малфой! В палату! — раздался из-за соседней двери раздраженный голос колдомедика, и Драко, вздрогнув, сделал оставшиеся несколько шагов до порога.

До того, как он смог, наконец, провалиться в глубокий сон, Малфой кончил еще два раза. Возможно, ему бы хватило и одного оргазма, если бы зад не распирало, и при каждом движении гладкая поверхность пробки не давила на приученные Барнзом к такому удовольствию стенки. Но сейчас Драко, ворочаясь и тщетно пытаясь отогнать будоражащие воспоминания, снова нажимал на кнопку и, кусая губы, чтобы не стонать слишком громко, через несколько минут изливался в кулак.

Засыпал он с мыслью, что в следующий раз позволит Поттеру прикоснуться к себе только после освобождения…