Оборотная сторона бессмертия +779

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Основные персонажи:
Гарри Поттер (Мальчик-Который-Выжил), Драко Малфой
Пэйринг:
Гарри/Драко Драко/Блейз Забини
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст
Предупреждения:
OOC, Насилие, Нецензурная лексика, Кинк, Секс с использованием посторонних предметов
Размер:
Макси, 715 страниц, 57 частей
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
«Лучшая работа по фандому! » от Kurabie-san
«Потрясающе идеально» от прррр
«Непревзойденно» от мизантроп_
«Отличная работа!» от Wizardry I.K.
«Спасибо! Удивительная история!» от A.M.E.
«Отличная работа!» от Berta15
«Отличная работа!» от natallia-92
«Выше всяких похвал» от DaraLapteva
«Отличная работа!» от Жестокий Ангел 2
«Просто нет слов! Замечательно!» от Erisu
... и еще 10 наград
Описание:
После победы над Волдемортом жизнь юного поколения победителей идет своим чередом. Никто из них не задумывается, что стало с проигравшей стороной... Пока однажды Рон не тащит Гарри в Министерство, где Артур Уизли в качестве наблюдателя принимает участие в последней подготовке детей бывших Пожирателей Смерти к отправке в лагеря для интернированных. Увиденное лишает юного Героя покоя и сна...

Посвящение:
Спасибо огромное за чудесные коллажи:

an iv http://www.pichome.ru/images/2014/12/04/IK6kr.jpg

МиртЭль http://www.pichome.ru/images/2015/05/02/eJa39i.jpg

Фырко Мурфой http://www.pichome.ru/images/2015/07/31/yPbDhMv.png

Ну и личное художество)) Регулус Блэк, сателлит Тома Реддла http://www.pichome.ru/images/2015/09/22/hcWvguJ.jpg

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Глава 29. Мир неоправданных ожиданий

4 января 2015, 22:59
Очень хотелось пить. Мучительная, невыносимая жажда – первое, что он почувствовал, когда сознание вынырнуло из пустоты. Странно… Неужели здесь есть подобные ощущения? Разве они не присущи телесным оболочкам?

Ужас осознания накрыл его мгновение спустя. Он чувствовал тело! Тело, которое сейчас непослушно содрогнулось и мгновенно ощутило, что связано не только собственной слабостью да сильнейшим онемением.

- Тихо-тихо, мистер Поттер, - тут же раздался рядом громкий, словно иерихонские трубы, шепот Регулуса Блэка, и парень страдальчески застонал от болезненного гула в голове и понимания, что попытка не удалась.

Он был жив! Жив, обессилен, прикован к какой-то горизонтальной поверхности…

Гарри с трудом приподнял словно налитые свинцом веки, однако ничего не увидел, кроме размытого пятна света и темных «мушек», мерцающих в нем. Мгновенно накатила тошнота, желудок сжал спазм, и парень дернулся в рвотной судороге, но оковы, впившиеся резкой болью в конечности, не позволили сдвинуться с места. Его голову тут же сжали чьи-то крепкие пальцы и насильно повернули набок.

- Сколько можно блевать, Поттер? – брезгливость голоса Регулуса, смешиваясь с едким вкусом желчи, приятных ощущений не добавляла.

Что-то острое, немного царапая, коснулось губ, как только прекратились рвотные позывы, и Гарри рефлекторно дернулся, пытаясь уйти от неприятного прикосновения, но пальцы на его висках тут же сжались сильнее, удерживая голову в нужном положении и причиняя дополнительную боль.

- Не дергайся, мальчик, - рявкнул Блэк, и очищающее заклинание, обжигая, прошлось по щеке, стирая смешанную со слюной желчь.

- Я… - голоса не было, горло саднило, и из него вырывалось жутковатое сипение. – Я не вижу…

- А еще постоянно блюешь, бредишь и при этом выглядишь как покойник, - усмехнулся Регулус. – Боюсь, тебе придется потерпеть эти неудобства, как и некоторые другие. Ты сам так решил… Если верить здешним целителям, я успел вовремя, и все обратимо. Но могло бы быть гораздо печальней… Если бы не мой брат…

Пальцы Блэка наконец оставили в покое его голову, и боль немного отпустила.

- Брат?.. – непонимающе прошептал Гарри и попытался прищуриться, надеясь рассмотреть хоть что-то.

- Впервые за последние двадцать лет я увидел Сириуса, - хмыкнул мужчина. – И представляешь, мерзавец даже не обнял младшего братишку! Орал как умалишенный, что ты умираешь, вытолкнул меня из чудесного сна… А я собирался выспаться, знаешь ли!

- Сириус… - беззвучно сокрушенно дрогнули посиневшие губы.

Теплые пальцы вдруг жестко сжали подбородок юноши.

- Впервые вижу, чтобы мертвецы умудрялись говорить во сне без загадок, прямым текстом, - задумчиво произнес Регулус, и Гарри почти физически ощутил изучающий взгляд мага. – Он любил тебя… Кажется, куда сильнее, чем крестника, да? У моего брата был отличный вкус…

Поттер прикрыл невидящие глаза. Любил… Сириус был единственным, кто его действительно любил. Единственным, кто любит до сих пор. Почему же он помешал? Ведь Гарри шел к нему…

- А сейчас маленький укольчик, юноша, - перебил младший Блэк его мрачные размышления, и Поттер почувствовал, как в онемевшую руку впивается игла. – Раз вы решили лишить меня возможности вернуть Тома и чуть не сделали столь нужное нам, такое замечательное тело, - от ямочки между ключиц по груди, по животу к самому паху скользнули теплые пальцы, и Гарри понял, что полностью обнажен, - совершенно непригодным к жизни, вам придется ждать великого дня его нового пришествия под действием этого прекрасного маггловского зелья…

Дальше парень уже не слышал. Голос и другие звуки превратились в монотонный гул. Сознание вновь отключалось. Последней мыслью, мелькнувшей в голове Поттера, стал набор витиеватых ругательств, адресованных Сириусу Блэку.

***



Письма не было и на следующий день. Такого мучительного ожидания в жизни Драко не случалось, наверное, еще никогда.

Малфой безропотно глотал успокоительные, выданные Барнзом и впихиваемые ему прямо в рот Уиланом, и от этого ходил немного отрешенный, полусонный. Распахав себе соскочившим с заготовки ножом ладонь левой, все еще ноющей в районе запястья и постоянно немеющей руки, парень был тут же освобожден от работы, и теперь ему оставалось только дремать в пустой казарме. Однако даже в полузатуманенном маггловскими успокоительными сознании четко пульсировало ожидание. Драко вздрагивал при каждом скрипе двери; с надеждой смотрел на Уилана, встречаясь с ним у столовой или на дорожке в медотсек, когда брел на обработку пораненной руки. Но вервольф вновь и вновь отрицательно качал головой и ободряюще улыбался, пытаясь убедить, что все нормально. А Малфой опять впадал в состояние спячки, приглушая в сознании яркость красок окружающего мира, ясность звуков, резкость эмоций.

Парни, видя, что ему не до них, сторонились, стараясь не тревожить. Только Канингтон, Нотт и не понимающий, что произошло с другом, и оттого встревоженный Гойл каждую свободную минуту норовили провести рядом. Драко слушал их, односложно отвечал на вопросы, даже не раздражаясь от надоедливости друзей, но, как только те замолкали, Малфой тут же проваливался в пустоту своей эмоциональной спячки.

В четверг Уилан, зайдя в казарму, замер на пороге. Драко, распахнув глаза, пару секунд смотрел на него, а потом, все еще не понимая причин его появления, приподнялся на локте.

- Посетитель, - тут же торопливо произнес Уилан, заметив, как на лице парня отражается растущая с каждым мгновением надежда. – Блейз Забини.

Сердце, пропустившее несколько ударов, вновь размеренно застучало. Четверг. Он совсем потерял счет времени. Конечно… Четверг… Блейз…

Драко поднялся, обулся, стянул со спинки кровати куртку и, накинув на плечи, поплелся к выходу. Уилан поймал его у двери, заставил сунуть руки в рукава, сам застегнул молнию и, положив ладони на плечи, заглянул в глаза:

- Малфой…

- Я в норме, Уилан, - Драко повел плечом, сбрасывая его руку, и шагнул за порог.

Открыв перед ним дверь домика для свиданий, Альфа скользнул взглядом по впервые за последние несколько дней появившейся на бледных губах улыбке и, вздохнув, буркнул:

- Закончите – крикнешь. Я отойду к ребятам…

Драко кивнул и, войдя, обнял Блейза, не дожидаясь ухода вервольфа.

- Привет, родной… - прошептал Забини, немного теряясь от такой смелости друга.

Уилан смотрел на них несколько секунд, но потом качнул головой и молча закрыл дверь.

- Что-то случилось? – спустя мгновение с тревогой спросил Блейз, чувствуя, как крепко Малфой стискивает его плечи.

- Я рад тебя видеть, - прошептал Драко. – Рад, что ты пришел…

- Куда же я денусь? - улыбнулся Забини и ласково поцеловал его в висок.

Драко в ответ прижался губами к шее друга, но тут же отстранился, ощутив, как по телу Блейза пробежала легкая дрожь.

- Какие новости на воле? – Малфой выпустил Забини из объятий и присел на край стола.

Гость несколько секунд смотрел на него внимательно, даже немного прищурившись:

- Что-то конкретное интересует?

Драко замер, но тут же слегка улыбнулся:

- Меня интересует, что с моими родителями, Блейз, но вряд ли ты знаешь, поэтому можешь поделиться последними сплетнями из «Пророка», например.

- Кингсли только вчера вернулся из Штатов и сразу умчался по делам, и сегодня я его еще не видел… Поэтому, да, про твоих я пока ничего не знаю, Драко, прости. А в «Пророке» сейчас мало интересного. Расскажи лучше о себе. Что с рукой?..

Дверь распахнулась неожиданно, заставляя Забини вздрогнуть, замолчать на полуслове и обернуться. Драко поднял голову, и на лице его мелькнула то ли надежда, то ли мольба.

- Письмо?.. – беззвучно дрогнули губы сателлита, а в следующую секунду взгляд потух – Уилан отрицательно качнул головой.

- Малфой, - Альфа поморщился от ударившего в нос резкого аромата. – Ты обед пропускаешь, тебе чего оставить?

Драко равнодушно пожал плечом:

- Пусть Нотт выберет, сэр, - пробормотал он. – Мне все равно…

Уилан кивнул и прикрыл дверь.

- А о тебе здесь заботятся, - улыбнулся Забини, оборачиваясь к Малфою, и осекся. – Снежок, ты чего?

Драко быстро смахнул непослушную слезу и отвернулся:

- Это не забота, Блейз, - он старался говорить ровно. – Это то, о чем я тебя предупреждал – он может войти в любое мгновение… - Малфой вновь взглянул на друга и выдавил из себя улыбку. - А ты… Этот… ароматизатор все равно носишь?

- Драко, что случилось? – Забини смотрел серьезно. – Ты сам не свой сегодня!

- Я устал, - прошептал Малфой. – Просто очень устал…

Блейз растерянно окинул его взглядом, а миг спустя дыхание Забини оборвалось:

- Прости… - быстро зашептал он, шагнув к другу и вновь обнимая. – Прости, родной, я… Я не понимал, как это сложно… Как же вы?.. О, Мерлин!.. Драко… давай… Давай ты сядешь спиной к двери, и я… Я сделаю это рукой…

Малфой сперва непонимающе слушал друга, а когда до него, наконец, дошло, о чем тот бормочет – тихо, горько хмыкнул. Блейз, кажется, решил, что слезы вызваны сексуальной неудовлетворенностью. Это было бы забавно, если бы на душе Драко не было сейчас так паршиво. Он слегка отстранился и поймал за запястье уже нырнувшую ему в штаны руку:

- Стой, Блейз…

- Драко, просто расслабься… Я контролирую – ты получаешь удовольствие… Доверься мне, родной… - Забини настойчиво прижимал его к себе и, жарко целуя в шею, пытался справиться с сопротивлением.

- Не надо… Остановись…

- Ну, чего ты так боишься? Снежок, я все сделаю, как тебе нравится… Ты же знаешь… И быстро… Никто не войдет…

- Забини, стоять! – Драко резко оттолкнул его и, соскользнув со стола, шарахнулся в сторону. – Не трогай меня, Блейз! Я… Все изменилось. Я не могу…

Малфой опустил глаза, не зная, как сказать.

- Что… - Забини смотрел на него обреченно, кажется, все уже поняв, но в каком-то мазохистском порыве желая услышать это от любовника. – Что изменилось?..

На несколько секунд повисла гнетущая тишина. Блейз смотрел на любимого парня, улавливая каждое знакомое безотчетное движение, говорившее ему – знающему Малфоя с младенчества – гораздо больше, чем могли сказать слова.

- Я люблю другого человека, Блейз, - наконец тихо произнес Драко, вновь взглянув на друга. – Прости…

- Поттер?.. - Забини скорее утверждал, чем спрашивал.

В глазах Малфоя мелькнуло удивление, тут же вновь сменившееся болезненным чувством вины:

- Я должен был сказать раньше…

- Должен был, - хрипло согласился Блейз.

Он еще какое-то время с горечью смотрел на кусающего губы и прячущего виноватый взгляд бывшего любовника и, наконец, отвернулся, шагнул к двери, поднял и заткнул пробкой флакончик с ароматизатором.

- Извини… Мне нужно идти, - произнес он, не оборачиваясь.

Драко закрыл глаза, по щекам быстро побежали соленые капли. Ноздри Блейза дрогнули, и он замер, уже положив ладонь на дверную ручку.

- Не реви, Малфой, - выдавил Забини сквозь сжавший горло ком собственных слез. – Не выношу, когда ты плачешь…

Драко слышал, как открылась дверь, вздрогнул от ее хлопка, закусил губу, стараясь сдержать крик, но все равно тихо протяжно завыл, словно раненный зверь. Было больно. Больно от осознания собственного предательства, от чувства потери, от того, что своими руками раскрошил в прах сердце самого близкого до сих пор человека… Того, кто был больше, чем друг, больше чем любовник, больше, чем брат. Драко не помнил себя без Блейза. И сейчас Блейз уходил. А Малфой понимал, что вот именно в эти мгновения, должно быть, рвались нити, связывающие их восемнадцать лет, рушились мосты. Сейчас он терял не просто близкого человека, он терял часть себя…

Теплые сильные руки мягко легли на его плечи, заставляя вздрогнуть и распахнуть глаза.

- Рассказал-таки «брату» о том, что он - брат? – тихо спросил Уилан.

Плечи Драко дрогнули. Уилан обнял его и прижал к себе.

- Он переживет, - широкая ладонь прошлась по светлым волосам, жалея и успокаивая. – Ты все сделал правильно.

Малфой мотнул головой, оттолкнулся, шагнул к окну:

- Я хочу побыть один.

Вервольф несколько секунд молчал, но потом подошел к парню и снова развернул к себе:

- Здесь нельзя, сателлит, - спокойно произнес он. – Ты не должен находится во внутреннем периметре без…

- Мой Электи еще жив? – прямой взгляд серых глаз оборвал дыхание оборотня.

- Конечно, Малфой, - пробормотал Альфа, когда вновь заставил себя вдохнуть. – Что за идиотские вопросы?!

- В таком случае тебе не о чем волноваться. Выйди.

Вервольф какое-то время, прищурившись, рассматривал дерзкого мальчишку, но потом отпустил его плечо и, развернувшись, шагнул к двери:

- Пятнадцать минут, сателлит.

Драко отвернулся к окну и снова безотчетно потер ноющее запястье.

***



- Блейз, ты уже дома? Как прошла встреча? – миссис Забини, видимо, извещенная о возвращении сына домовиком, спустилась в гостиную и замерла на пороге: - Что случилось, милый?

Парень, откупорив бутылку огневиски, глотнул из горла и, поморщившись, гневно взглянул на виновато переминающегося с ноги на ногу Тебби:

- Стукач маленький… - и, вернув внимание матери, расплылся в обворожительной улыбке: - Все прекрасно, мама! Извини, я хотел бы побыть один…

Он прошел мимо, вновь приложившись к бутылке.

- Блейз! – раздался за его спиной возмущенно-встревоженный возглас матери, но парень только отмахнулся:

- Потом, мама, потом…


Поднявшись к себе, Блейз сразу уперся взглядом в колдографию Драко. Бутылка выпала из ослабевших вмиг пальцев и покатилась по дорогому ковру, оставляя за собой источающую крепкий запах спиртного мокрую дорожку. Парень подошел к тумбочке и опустился на пол, не сводя полного боли взгляда с улыбающегося светловолосого мальчишки. По щекам Блейза катились прозрачные капли отпускаемой им боли. Хотелось кричать, но не было сил. Ему казалось, что из него вытащили душу, оставив тело без энергии, без магии, и лишь ноющее в груди сердце еще свидетельствовало о продолжающейся жизнедеятельности телесной оболочки.

Блейз протянул руку, стиснул в пальцах знакомую рамку и, прижав колдографию к груди, заскулил тихо, обреченно, словно маленький, потерявшийся щенок.

Он чувствовал, как к двери подошла мать, постояла у порога и, так и не решившись постучать, ушла; швырнул подушку в Тебби, появившегося, чтобы убрать бутылку, но тут же испарившегося с испуганным писком; и наконец свернулся калачиком у кровати, не в силах даже подняться, чтобы лечь в постель, и провалился в болезненную дрему.

- Мерлин! Он без сознания! У него жар? – вырвал его из темноты испуганный голос матери.

- Пусть принесут зелья, - ответил ей усталый голос Кингсли, и парень приоткрыл глаза.

Министр, ласково отодвинув от Блейза встревоженную женщину, подхватил его на руки и аккуратно уложил в постель.

- Он просто уснул, родная, не волнуйся, - произнес Шеклболт, внимательно вглядываясь в лицо юноши, и мгновение спустя повторил: – Умиротворяющий бальзам нам и зелье сна без сновидений… А ты иди, любимая, я займусь им. Давай, Блейз, негоже ложиться в кровать в одежде.

Кингсли начал раздевать несопротивляющегося парня, а миссис Забини, замерев на пару секунд, с тревогой глядя на сына, потом все же покорно покинула спальню, доверившись любимому мужчине.

- Блейз, - наконец укрыв юношу одеялом и влив в него принесенные домовиком зелья, вновь заговорил Шеклболт. – Что случилось, мальчик?

Парень перевел невидящий взгляд на любовника матери и едва слышно спросил:

- Где Поттер?

Министр на миг затаил дыхание.

- П-поттер? – немного заикаясь, переспросил он. – П-почему ты… Почему ты спрашиваешь о Гарри?

- Драко любит его… - взгляд Блейза скользнул в сторону и устремился в пустоту темнеющего вечерним небом окна. – Вы нашли его?

- Нашли? Откуда ты знаешь?.. – пораженно начал Шеклболт и осекся. – Л-любит? О… Мерлин… Ты поэтому?.. А Малфой… Он тоже знает, что Гарри?..

- Нет. Я не сказал… - зелья начинали действовать, веки наливались тяжестью и слипались против воли. – Вы не нашли его?

- Нет… Пока нет, Блейз… Мальчик мой, - большие теплые пальцы неловко коснулись пульсирующей венки на виске юноши. – Блейз, все наладится. Гарри ждет, когда Джинни Уизли окончит Хогвартс. Твоему Драко придется пережить эту блажь и…

- Это не блажь! – перебил его Забини, и в карих глазах, рассеивая дымку сна, сверкнул гнев. – Вы не знаете Драко! И… судя по всему, ваш святой Поттер ответил ему взаимностью… И если он при этом продолжает крутить романчик со своей Уизли, - парень приподнялся на локте, и в комнате тонко зазвенела магия, - я лично оторву ему яйца! Только… пусть найдется…

Последние слова слетели с красивых губ едва слышно, и юноша, будто мгновенно обессилев, упал на подушку, снова опуская ресницы. На переносице парня сверкнула слеза и, тут же сорвавшись, расползлась маленьким влажным пятнышком по шелковой наволочке.

- От-тветил… взаимностью? – пораженно пробормотал Шеклболт. – Значит… Тысяча гриндилоу! Вот почему он… Так это я виноват! Вот я старый дурак!.. Я виноват, что он не глядя схватил портключ… Я сказал ему, что вы встречаетесь, и он… Вот почему он…

Мужчина, упершись локтями в колени, уронил голову на руки, пряча лицо в ладонях.

- Это похищение? – тихо выдавил Забини. – Поттера похитили? Из-за этого вы были у мистера Малфоя, а потом умчались в Америку? Поэтому ваши неразговорчивые авроры сторожат меня днем и ночью? – он вдруг распахнул глаза, вновь уставившись на министра, и испуганно выдохнул: – Драко… Что-то угрожает Драко?

Шеклболт смотрел на юношу удивленно, словно видел перед собой инопланетянина.

- Откуда ты все это знаешь? – растерянно пробормотал он и тут же мотнул головой, будто стряхивая наваждение, но взгляд его, напротив, остекленел, и министр, словно завороженный, заговорил на одной ноте: - Драко ничего не угрожает, пока он в лагере и пока не знает, что с Гарри произошла беда.

Палочка появилась в широкой ладони почти мгновенно:

- Прости, мой мальчик, ты не должен…

- Кингсли, нет! – Блейз вскочил и шарахнулся к двери. – Я знал! И ничего не сказал Драко! Кингсли! Не надо! Пожалуйста!

Наполненный отчаянием голос юноши, кажется, причинял Шеклболту боль. Мужчина тихо утробно зарычал, сдавливая пальцами виски и прохрипел:

- Беги от меня, малыш, я… не знаю… что со мной…

Но, вместо того, чтобы послушаться, парень вдруг шагнул ближе и, протянув руку, вытащил из пальцев министра палочку.

- Я никогда не причиню Драко зла, - совершенно спокойно произнес он. - Я сам понял, что ему не нужно знать про Поттера, что он будет волноваться.

Он грустно улыбнулся и, призвав с тумбочки стакан и графин, вновь сел на постель.

- Вы сейчас сопротивлялись мистеру Малфою, Кингсли, - произнес он протягивая мужчине воду. – Сопротивлялись чарам отца, бросившего в вас всю мощь своей древней родовой магии… Видимо, ради спасения сына… Сопротивлялись… из-за меня… Мистер Малфой знает о Поттере?

- Малфой… - прохрипел Шеклболт и сделал глоток, все еще морщась от дикой боли в голове. – Силен мерзавец… Как он смог?.. Без палочки…

- Драко – его единственный сын, Кингсли, - парень грустно усмехнулся. - Дядя Люц на многое способен ради своей семьи…

- Твой «дядя Люц» подверг опасности твою жизнь, - хмуро произнес мужчина. – Я же мог швырнуть в тебя непростительное…

- Вы… - парень вернул графин на место и внимательно взглянул на министра. – Вы не швырнули…

Кингсли сел рядом и, несмело обняв парня за плечи, притянул его к себе.

- Блейз… Я не знаю, как ты воспримешь мои слова… - тихо начал он, мучительно подыскивая правильные фразы.

- Как слова отца, - тихо перебил юноша, мгновенно снимая необходимость каких-либо объяснений, и положил голову мужчине на плечо. – Магии родителя может противостоять лишь родитель…

Шеклболт улыбнулся и зарылся лицом в темные волосы парня.

- Спасибо, - тихо выдохнул он.

- Когда найдем вашего Поттера, я сломаю ему нос, - сонно предупредил юноша, и его щека соскользнула с плеча Кингсли.

Мужчина подхватил его и, уложив в постель, аккуратно накрыл одеялом.

- Главное - найти, сынок, - прошептал Шеклболт. – А там можете делить своего Малфоя, сколько угодно, носы выправлять я умею.

Он склонился, прикоснулся губами виску уснувшего, наконец, парня и тяжело вздохнул:

- Это все от нехватки мужского воспитания… Подумать только, оба на смазливого мальчишку запали… Ох, уж эти Малфои… Сгною в Азкабане мерзавца! Из своего сына черт-те что вырастил, и мои теперь…



Совсем по-стариковски ворча и сокрушаясь, Шеклболт спустился в гостиную и, вздохнув, связался с авроратом.

- Как мальчик? - спросил он у показавшегося в камине уставшего, встрепанного и хмурого мужчины – первого зама главного аврора.

- Согласно отчетам колдомедиков, в целом нормально, сэр. Ожог ладони почти залечен, небольшая дезориентация еще осталась, но в целом, все хорошо. Вот только…

- Что?

- Информации по-прежнему практически никакой. Портключ испарился. Обруч, что висел у парня на шее… Его невыразимцы забрали, помните?..

- Да.

- Исчез у них из лаборатории бесследно.

- Обратный портключ? – сокрушенно простонал Кингсли.

- Скорее всего, сэр. Думаю, зачарован конкретно на Рональда Уизли и определенное время, а, так как сняли…

- Легилименты работали с мальчиком? – тяжело вздохнув, перебил аврора министр.

- Нет, сэр, колдомедики все еще запрещают. Только родственников пускают. Артур Уизли сказал, что парень постоянно бормочет о каком-то документе, о браслетах… Он вел себя буйно, и его напоили зельями…

- Ладно, - махнул рукой Шеклболт и потер все еще ноющие виски. – Завтра… Пусть отдыхает.

Он оборвал связь. Завтра он разнесет Мунго к чертям собачим, если медики вновь не пустят его к младшему Уизли! С тех пор, как мальчишку выбросило из портала прямо под ноги матери во дворе дома, прошло почти двое суток. Испуганная женщина, конечно, сразу аппарировала с сыном в приемное Мунго, и все, что осталось тут же наводнившим больницу аврорам – это перерыть вещи, снятые с парня колдомедиками. Даже министра, примчавшегося с другого континента, лечащий врач юноши – молодая женщина с жестким взглядом черных глаз – без разговоров выдворила за пределы палаты, как только тот попытался заикнуться о необходимости допросить ее пациента. Что ж, Шеклболт ждал достаточно, чтобы целители могли вернуть Рона Уизли в состояние, не вызывающее у них опасений. Завтра утром, если его снова попытаются остановить, он разнесет заблокированную чарами дверь в палату парня и сам организует похищение.