Оборотная сторона бессмертия +779

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Основные персонажи:
Гарри Поттер (Мальчик-Который-Выжил), Драко Малфой
Пэйринг:
Гарри/Драко Драко/Блейз Забини
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст
Предупреждения:
OOC, Насилие, Нецензурная лексика, Кинк, Секс с использованием посторонних предметов
Размер:
Макси, 715 страниц, 57 частей
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
«Лучшая работа по фандому! » от Kurabie-san
«Потрясающе идеально» от прррр
«Непревзойденно» от мизантроп_
«Отличная работа!» от Wizardry I.K.
«Спасибо! Удивительная история!» от A.M.E.
«Отличная работа!» от Berta15
«Отличная работа!» от natallia-92
«Выше всяких похвал» от DaraLapteva
«Отличная работа!» от Жестокий Ангел 2
«Просто нет слов! Замечательно!» от Erisu
... и еще 10 наград
Описание:
После победы над Волдемортом жизнь юного поколения победителей идет своим чередом. Никто из них не задумывается, что стало с проигравшей стороной... Пока однажды Рон не тащит Гарри в Министерство, где Артур Уизли в качестве наблюдателя принимает участие в последней подготовке детей бывших Пожирателей Смерти к отправке в лагеря для интернированных. Увиденное лишает юного Героя покоя и сна...

Посвящение:
Спасибо огромное за чудесные коллажи:

an iv http://www.pichome.ru/images/2014/12/04/IK6kr.jpg

МиртЭль http://www.pichome.ru/images/2015/05/02/eJa39i.jpg

Фырко Мурфой http://www.pichome.ru/images/2015/07/31/yPbDhMv.png

Ну и личное художество)) Регулус Блэк, сателлит Тома Реддла http://www.pichome.ru/images/2015/09/22/hcWvguJ.jpg

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Глава 44. В интересах Гарри Джеймса Поттера

9 апреля 2015, 18:29
Шагнув из камина, Гарри с трудом удержался на ногах. Сильное головокружение и мучительная тошнота стали немым укором от организма, которому парень не позволил набраться сил и восстановиться полностью, как того требовали лечащий колдомедик и здравый смысл.

- Привет, Поттер, - ожидающий его Забини поднялся с кресла. – Воды?

Гарри, прикрыв глаза, слегка взмахнул рукой в останавливающем жесте. Блейз замолчал, равнодушно дернув плечом, и присел на подлокотник кресла, рассматривая гостя и ожидая, когда тот придет в себя и соизволит, наконец, поздороваться.

Герою потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с тошнотой и вернуть себе устойчивость, но даже когда он открыл глаза, безмолвие в гостиной не нарушилось - парни молча смотрели друг на друга, и казалось, что пространство вокруг понемногу начинает искрить от напряжения.

- Поттер, - Блейз не выдержал первым, - если ты попросил о встрече, чтобы объявить мне о своих притязаниях на Драко, мог бы так не торопиться, я…

- Нет, - оборвал его Гарри. – Мне нужна информация.

- Оу… - пробормотал Забини, удивленно дернув бровью и, кажется, немного насторожившись. – И… Э-э-э… Какого рода?

- Лаборатория Снейпа. Как мне найти ее в Мэноре?

На несколько секунд в помещении повисла напряженная тишина.

- Зачем? – севшим вмиг голосом наконец прошептал Блейз.

- Мне нужен договор, - совершенно спокойно, но не сводя с Забини немигающего взгляда, ответил Герой. – Гермиона сказала, что за копией ходил ты. Как найти лабораторию?

Забини резко поднялся и отошел к окну.

- Драко не давал мне разрешения раскрывать кому-либо информацию о лаборатории, Поттер. Извини…

- Забини, - Гарри, вздохнув, постарался быть терпеливым. – Чем быстрее договор будет у меня, тем быстрее Драко окажется дома. Просто скажи, как найти лабораторию.

- Ты все равно не сможешь ее открыть, - обернувшийся Блейз показался Поттеру испуганным. – Она закрыта родовым и откроется только Малфою.

- Ты не Малфой, - тихо зарычал Гарри, сдерживая вмиг ощетинившуюся от ревности магию.

- У меня была кровь Драко, отданная им добровольно! Иди к нему! Почему ты пришел ко мне, Поттер? Я не скажу тебе ни слова без его разрешения… Хватит с меня… Иди к нему сам, если он посчитает необходимым…

- Чего ты боишься? – тихо перебил собеседника Гарри, внимательным прищуром скользя по слегка вспотевшим вискам Блейза, по его подрагивающим пальцам.

- Поттер! – зарычал Забини, пытаясь скрыть страх за маской раздражения. – Я не имею права раскрывать тебе семейные тайны Малфоев!

- Это ради самих Малфоев, мать твою! – взорвался Герой. – Драко для моего спасения разрешил достать копию, неужели ты думаешь, что он будет против…

- Я не знаю! Я, черт возьми, не знаю, Поттер, будет он против или нет! Почему ты пришел с этим ко мне, если считаешь, что он не будет возражать? Иди к нему! Не втягивай меня в это!

Губы Блейза дрожали. Казалось, он едва сдерживается, чтобы не сбежать от Гарри, и останавливало его лишь осознание, что побег в собственном доме от гостя опустит его чистокровное достоинство миль на пять ниже уровня моря. Герой же, в свою очередь, прекрасно понимая справедливость доводов собеседника, совершенно не хотел объяснять тому, что пока не готов к разговору с Драко…

Они в полной тишине сверлили друг друга взглядами не меньше минуты, и на этот раз оборвал молчание Гарри:

- Нам еще есть, что обсудить, Забини, - произнес он, разворачиваясь к камину.

- Шли сову, Поттер, - откликнулся слизеринец, напряженно глядя ему в спину.

Уже шагнув в камин, Гарри услышал за спиной облегченный вздох.


Оказавшись дома, Поттер осел на пол и, откинувшись спиной на каминную стойку, прикрыл глаза. Сквозь гул в ушах он слышал голоса Рона и Джинни, доносящиеся с кухни, и этот факт его отнюдь не радовал. Он понимал, что объяснений не избежать, но сейчас ему не хотелось тратить на это ни время, ни силы.

Поборов приступы тошноты и головокружения, Гарри вздохнул и поднялся на ноги. Хотелось или не хотелось, но брат с сестрой Уизли здесь, а значит, выбора у него не оставалось.

- Иногда нужно делать то, чего не хочется, - слышал Гарри тихое, но какое-то злое ворчание друга. – Через «не хочу», сестренка, потому что иначе… Ебись оно все тестралом! Я даже думать не желаю, что будет иначе!

- Все, Рон! Я не собираюсь это обсуждать! – гневным полушепотом оборвала его сестра. - Тем более, не собираюсь обсуждать это здесь!..

- Привет, - тихо произнес Гарри, остановившись на пороге кухни и привалившись к косяку.

Сидящий на подоконнике и нервно дымящий в приоткрытое окно Рональд вздрогнул и чуть не выронил сигарету. Джинни, едва заметными движениями палочки расставляющая в шкафу, видимо, только что принесенные продукты, резко обернулась и немного побледнела.

- Гарри? – выдохнула девушка. – Мерлин, Гарри… Ты… Ты давно здесь?

Хозяин дома оттолкнулся от косяка, шагнул внутрь и тяжело опустился на стул.

- Помешал какому-то важному разговору? – слегка улыбнувшись, спросил он.

Конечно, он понимал, что говорили Уизли о нем, а точнее о нем и Драко. И, судя по их реакции, ему бы этот разговор не понравился.

- Нет, - слишком быстрым ответом подтвердила его догадки Джинни. – Не помешал. Мы говорили о тебе… - она осеклась на мгновение. – О том… О том, что нам с тобой нужно поговорить…

Гарри устало вздохнул:

- Да. Да, рыжик, нужно…

- Давай потом! – тут же торопливо перебила его девушка. – Вот все успокоится, ты придешь в себя, и мы поговорим…

- Отличная идея, - зло буркнул Рональд, выкидывая окурок в окно и спрыгивая с подоконника. – Давай, Джин, потяни подольше!

- Рон! Мне кажется, тебе пора! – Джиневра и позой, и интонацией неосознанно скопировала мать, что мгновенно возымело действие – младший Уизли, не сказав больше ни слова, вылетел из кухни.

В наступившей тишине, казалось, было слышно даже бормотание старых портретов, уже очень давно запертых Поттером в спальне бывшей хозяйки дома. Гарри рассматривал девчонку, которую еще недавно называл невестой, и думал, что она не заслуживает ни его измен, ни этой неопределенности, ни того, что он в итоге собирался ей сказать.

- Гарри, тебе нужно прилечь, - нарушила молчание Джинни. – Ты ужасно бледный. Иди в постель. Я принесу поесть в комнату…

- Рыжик, - тихо перебил ее парень. – Рон прав. Не стоит откладывать разговор.

Она замерла и, кажется, на мгновение перестала дышать, но потом вдруг совершенно спокойно произнесла:

- Мне не нужны твои объяснения, Гарри. Просто скажи, ты все еще хочешь жениться на мне?

Он поднялся со стула и, подойдя к окну, достал сигарету из забытой Роном пачки. Вопрос Джинни был таким прямым и четким, что, с одной стороны, все сильно упрощал, не требуя сентиментальных разглагольствований и просьб о прощении, с другой - не оставлял никакой надежды, что после его ответа между ними сохранится хотя бы подобие дружбы.

- Нет.

Его ответ прозвучал тихо, но твердо. Любые дополнительные фразы сейчас казались бы ничтожной попыткой выглядеть в ее глазах лучше, чем он есть на самом деле.

Гарри чувствовал, как она буравит его затылок тяжелым взглядом, но, как только он обернулся, Джинни тут же отвела взор, пряча полные слез глаза.

- Я соберу вещи, - она старалась говорить ровно, однако голосок предательски дрожал, разрывая на куски его душу – девушка была дорога ему, ее боль отзывалась болью в нем самом.

Девчонка, развернувшись, торопливо выскочила за дверь. Гарри слышал, как каблучки процокали по старой лестнице, как тихо скрипнула дверь его спальни, как что-то звякнуло, что-то треснуло – Джинни не справилась со стихийным выбросом.

Хотелось броситься за ней, обнять, прижать покрепче, сказать, что он любит ее, пусть не так, как того хотелось бы ей, но ему всегда было хорошо рядом с ней, тепло, уютно… Сказать, что он считает ее своей семьей и очень сожалеет, что не может дать тех чувств, которые она заслуживает… Хотелось… Но он продолжал стоять у окна и рассматривать тихо тлеющую сигарету, так ни разу и не затянувшись. Любые его слова сейчас могли дать Джинни надежду, а на это Гарри не имел права. Она переболеет и встретит того, кто действительно сможет сделать ее счастливой, и это самое главное. Ради этого он готов был даже к ее ненависти.

Джинни вернулась через полчаса. Она была бледная, но совершенно спокойная, хотя красные глаза, слегка припухшие губы и растертый носик свидетельствовали о пролитых слезах.

- Зелья на тумбочке. Не забывай пить, Гарри. Продукты у тебя есть, но лучше все же приходи пока к нам, мама накормит горячим. Я сегодня вернусь в Хогвартс, до праздников меня в Норе не будет.

Джинни говорила очень тихо, но дрожи в голосе уже не было, а вот Поттер смог только молча кивнуть, совершенно не доверяя собственным связкам. Девчонка еще несколько секунд потопталась на пороге кухни и, наконец, бросив тихое: «Пока, Гарри», оставила его одного.

Поттер прикурил новую сигарету и в этот раз все же затянулся. Что ж, сей разговор он представлял себе немного иначе, но случилось как случилось. В любом случае, Джинни все равно было бы больно… Всё! Слава Мерлину, этот шаг уже сделан, и пути назад нет. Теперь нужно вернуться к первоочередным задачам, к тому, от чего его отвлекли столь несвоевременные выяснения отношений.

Затушив окурок, парень вернулся в гостиную и вызвал по каминной сети приемную Шеклболта.

- Мистер Поттер! – радостно заулыбалась ему секретарша Кингсли. – Давно вы к нам не заглядывали…

- Добрый день, Рейчел, - Гарри выдавил из себя приветливую улыбку. – Наш министр на месте?

- Нет, мистер Поттер, сорвался как по тревоге, какие-то срочные дела.

Гарри нахмурился. В голову тут же полезли нехорошие мысли, уже привычно вьющиеся вокруг Малфоев.

- Давно?

Девушка обернулась, чтобы взглянуть на часы:

- Минут сорок. Ему что-то передать?

- Да, - кивнул парень. – Как появится, пусть свяжется со мной. Спасибо, Рейчел.

- Не за что, мистер Поттер, - улыбнулась девушка. – Заходите к нам, не пропадайте!

Он вновь заставил себя любезно и обаятельно оскалиться в ответ и торопливо оборвал связь.

На душе было неспокойно. Гарри казалось, что он зря теряет время, каждую минуту которого Малфой находится в кошмарных условиях лагеря под угрозой покушения со стороны АИДа.

Медленно поднимаясь в спальню за прописанными колдомедиком укрепляющими и восстанавливающими зельями, парень размышлял, что, в принципе, у него есть еще как минимум один способ добраться до договора, не дожидаясь возвращения Шеклболта и оформления разрешения на посещение Люциуса Малфоя.

Гермиона рассказала о безуспешной попытке Рона установить усиленную блокировку на камин, закрывая дом персонально для Драко. По словам подруги, действия это не возымело совершенно никакого, дом принял Малфоя за хозяина. Как, впрочем, и палочка Гарри. И сейчас, упрямо отгоняя вызванные этим рассказом и мешающие мыслить трезво эмоции, юный Электи вычленил из полученной информации сухой остаток необходимых для дела данных: если дом Поттера принял Драко, значит и Малфой-Мэнор должен раскрыть свои двери для Гарри. Оставалось только понять, где именно искать тайный вход в лабораторию Снейпа. И от того, чтобы воспользоваться чутьем Уилана или кого-то из его омег, скорее всего безошибочно определившего бы место, где Забини разлил кровь Драко, Гарри удерживали лишь слова этого самого Забини, заставившие Героя задуматься о неправильности проникновения в Мэнор без ведома Малфоев. Да и, в отличие от Драко, с его отцом Поттеру хотелось пообщаться в наименее комфортной для того обстановке – под давлением тюремных стен - так почему бы не сделать этого сейчас?

Решив, что носом вервольфа он воспользуется, если не удастся договориться с Люциусом, Гарри расправился с батареей разномастных бутылочек, пузыречков и флакончиков, не поморщившись, влив в себя их горькое, склизкое и вонючие содержимое, а буквально мгновение спустя дом перевел на камин спальни вызов из кабинета Шеклболта.

- Гарри! – министр казался встревоженным. – Все в порядке? Как ты себя чувствуешь?

- Все хорошо, Кингсли, - парень слегка улыбнулся. – Сделайте мне, пожалуйста, разрешение на посещение старшего Малфоя, сэр.

Мужчина нахмурился и тяжело вздохнул:

- Гарри, ты только вышел из Мунго… Между прочим, вопреки рекомендациям колдомедиков! Отлежись хотя бы пару дней дома!..

- Сэр, - спокойно оборвал его парень. – Вы отнимаете мое время…

В глазах министра вспыхнул испуг, терять неугомонного мальчишку из виду мужчина не желал совершенно.

- Ладно, Гарри... Подожди. Дай мне десять минут и открой для меня камин. Пойдем в Азкабан вместе, хорошо?

Юноша вновь улыбнулся:

- Конечно, Кингсли. Как скажете.


У ворот Азкабана они были минут через двадцать, и Гарри был искренне рад сопровождению в лице Шеклболта – все же магические способы перемещения сейчас давались парню в разы тяжелее обычных, и вовсе не факт, что Поттер добрался бы до пункта назначения самостоятельно, не потерявшись где-то в портале.

- Стоишь? – встревоженно заглядывая в бледное лицо, спросил Кингсли, все еще не решаясь выпускать из объятий на мгновение обмякшего в его руках мальчишку.

- Да, сэр, спасибо, - пробормотал Гарри, чувствуя, что земля под ногами вернула себе твердость и устойчивость.

Однако пока они шагали по темным, сырым коридорам старого мрачного замка, Поттер еще не единожды хватался за плечо Кингсли и был вынужден выслушивать тяжелые вздохи и ворчание министра о сумасбродстве и неугомонности юных.

В лазарете Азкабана было гораздо светлее и теплее, нежели в остальных помещениях тюрьмы. Только вот отдохнуть здесь удавалось далеко не каждому узнику. Во всяком случае сейчас Люциус был единственным пациентом местного колдомедика.

Гарри перешагнул порог и остановился, молча рассматривая лежащего на узкой больничной койке светловолосого мужчину. Малфой не сразу отреагировал на появление посторонних, открыв глаза, лишь когда тишина, сменившая негромкий скрип двери и приглушенные шаги, затянулась почти на минуту.

- Слава Мерлину… - слетело с губ мужчины, когда его немного расфокусированный и сонный взгляд остановился на темноволосом юноше.

Гарри обернулся к Шеклболту:

- Вы говорили, что с Малфоями все в порядке, - тихо процедил он.

- Люциус немного простыл, Гарри, - вздохнув, проворчал Кингсли. – Ты еще сегодня утром чувствовал себя гораздо хуже мистера Малфоя, но, к сожалению, тебя в приказном порядке удержать в кровати невозможно…

Он обошел парня, по-прежнему буравящего его взглядом, и направился к заключенному.

- Цепи в случае с Героями не помогают? – усмехнулся Люциус, видимо, услышав их короткий диалог, и, подняв руку, слегка потряс довольно массивной цепью, сковывающей его запястье с железной боковиной койки.

- Пытались сбежать, мистер Малфой? – негромко поинтересовался Поттер, в свою очередь приближаясь к кровати.

Шеклболт молча поставил перед Гарри стул и буквально насильно заставил опуститься на него, надавив на плечо.

- Вам, как никому иному, известно, мистер Поттер, что мне в данный момент безопасней находиться здесь, - слабо усмехнулся Люциус, внимательно рассматривая болезненно бледного и исхудавшего Героя. – А вам, кажется, действительно не следовало пока покидать постель…

- Вы сказали мистеру Шеклболту, сэр, что отдадите договор только мне, - перебил его юноша. – Как я могу его получить?

Люциус тихо хмыкнул, изучая внимательным прищуром бледное лицо парня с сухими, потрескавшимися губами и упрямым взглядом лихорадочно блестевших зеленых глаз, и наконец перевел взор на Шеклболта:

- Господин министр, мы с мистером Поттером можем поговорить без свидетелей?

Кингсли не хотелось оставлять больного, ослабленного мальчишку наедине с Малфоем, которому он с момента обнаружения в вещах Блейза писем от Регулуса Блэка, автоматически перестал доверять, а магическую силу бывшего Пожирателя помнил прекрасно. Но перечить Поттеру, коротко бросившему: «Оставьте нас», он не смог.

- Что вы собираетесь делать с этим договором, Гарри? – тихо спросил Люциус, когда дверь за тюремным лекарем и министром закрылась.

Юноша слегка растерялся:

- Я его еще не видел, сэр, - пробормотал он, стараясь придать голосу уверенности. – Все будет зависеть от того, что в нем.

Мужчина вновь хмыкнул и тут же зашелся в мучительном кашле. Гарри потянулся за графином с водой, но Люциус остановил его взмахом руки, заставляя парня сесть обратно.

Прошло не меньше минуты, прежде чем приступ отступил, возвращая Малфою способность говорить.

- Гарри, - сдавленно прохрипел Люциус. – Вы… Если я дам вам совет, вы прислушаетесь к нему?

Поттер нахмурился.

- Я его выслушаю и проанализирую, сэр, - осторожно пообещал парень.

Малфой удивленно вздернул бровь:

- А в вас раскрываются таланты политика, юноша, - насмешливо просипел он. – Хорошо, этого мне достаточно. Предполагаю, что в настоящий момент вы собираетесь предать договор огласке, я прав?

Гарри немного смутился. Это действительно казалось ему единственным правильным вариантом. Рассекретить договор, тем самым лишив смысла маггловскую охоту на хранящих его тайну Пожирателей; смягчить негодование магической общественности правильной подачей информации – не все магглы хотели волшебникам зла, а только кучка радикалов… И, собственно, острота ситуации будет сглажена, проблема уйдет в формат вялотекущего противостояния, прямой угрозы жизни конкретным людям не будет… А с остальным он будет тихо разбираться потом.

- Да, - нехотя, чуть хрипло пробормотал парень. – Сейчас это видится мне единственно возможным путем решения проблемы.

Малфой кивнул:

- Это и правда наиболее безопасный вариант, мистер Поттер. Только вот, он не решит сути проблемы, лишь обеспечив защиту кучке бывших Пожирателей, а ведь вам в итоге этого будет мало, не так ли, Гарри? – Люциус стал совершенно серьезен, и его взгляд, казалось, проникал прямо в душу парня, а голос, став тише, походил на шипение змеи. – Раскроем карты, юноша, назовем вещи своими именами. Вы - Электи, Гарри, и вы продолжите войну до полной и безоговорочной победы над противником - иначе просто не умеете. Но сейчас вы не можете думать наперед, сейчас вас волнует лишь безопасность моего сына, а все остальное отходит на второй план. И, оберегая Драко, при этом торопясь вернуть ему свободу, вы готовы лишиться едва ли не главного козыря в будущей войне.

- К чему вы клоните? – парень хмуро смотрел на Малфоя, непроизвольно сжимая пальцы в кулаки каждый раз, когда тот упоминал сына.

- Огласка документа станет огромной тактической ошибкой, Гарри, - еще тише произнес Люциус. – Вы собираетесь развязать руки нашему врагу, практически обезвредив имеющееся у нас оружие…

- Я собираюсь вернуть Драко домой, - процедил Поттер. – Я хочу, чтобы он спал в собственной постели, а не мерз в вакууме лагеря. Я хочу, чтобы ад, на который вы его обрекли, наконец закончился!..

- Мистер Поттер! – тихо рявкнул Люциус, заставляя мальчишку замолчать и лишь зло буравить собеседника тяжелым взглядом: - Выслушайте меня, мистер Поттер, и решайте сами, как поступить. Я отдам вам договор в любом случае, но прежде позвольте мне сказать.

- Говорите.

- Человек, подписавший договор со стороны магглов, обладает огромной властью в их мире, Гарри. Он один из тех, кто начинает и заканчивает войны, кто меняет правительства и обрушивает экономику целых государств, - быстро и тихо, но очень четко чеканил Малфой. – Но, тем не менее, это человек, а люди - не бессмертные Боги. У вас в руках будет бумага, способная, при правильном использовании, не просто свергнуть его с Олимпа, этот документ может уничтожить его физически. Вы можете обезглавить АИД руками самих магглов, просто отправив копию этого документа нужным людям, и они уберут компрометирующего их сообщество человека. Это помимо того, что вы можете начать войну между мирами, или между маггловскими государствами, в зависимости от того, как именно используете эту бумагу… Но для того, чтобы создать себе новых врагов, много ума не надо, мистер Поттер. Вы же сейчас имеете возможность обрести могущественного союзника. Союзника, который обеспечит безопасность не только Драко, но и всей магической Британии, а возможно, и всему волшебному миру…

У Гарри от слабости и напряжения сильно кружилась голова. Парень уже плохо соображал, о чем говорит мужчина, и, не сдержав тихого стона, закрыл лицо руками.

- Вам плохо? – тут же оборвал свою высокопарную речь Малфой, с тревогой глядя на готового рухнуть со стула мальчишку.

- Справлюсь, - пробормотал Поттер и, растерев ладонями виски, вновь взглянул на собеседника. – Как?

- Обменяйте этот договор на другой, - почти ласково улыбнулся Люциус. - Договор между могущественными представителями двух земных миров обменяйте на простой договор мага и маггла: Гарри Джеймса Поттера и Фрэнка Чарльза Карлуччи Третьего.

- О чем договор? В чем подвох? – юноша пытался собраться и понять, чего именно хочет Малфой.

- Договор, Гарри, о том, что конкретно этот человек ни словом, ни мыслью, ни действием, ни бездействием, ни в сознании, ни в бесчувственном состоянии никогда не сможет противиться и угрожать интересам Гарри Джеймса Поттера, - хищный оскал Люциуса стал еще шире.

- Не понимаю, - нахмурился Поттер. – При чем здесь мои интересы?

Малфой тихо вздохнул:

- В сфере ваших интересов, Гарри, все самое важное в этом мире.


Спустя несколько минут они обсуждали детали плана, а через час Гарри поднялся, твердо зная, что и в какой последовательности будет делать.

- Сколько времени вам понадобится на составление текста договора, мистер Малфой?

- Пришлите за ним завтра вечером, - улыбнулся мужчина и вдруг поймал запястье юноши. – Гарри… Я рад, что вы услышали меня.

Парень высвободил руку и, смерив его взглядом, вытащил из кармана уменьшенную стопку копий писем Регулуса, вернул бумагам нормальный размер и небрежно бросил их поверх тонкого одеяла.

- С недавних пор, сэр, я имею исчерпывающую информацию о ваших талантах интригана, и не воспользоваться этими талантами было бы глупо с моей стороны, - спокойно произнес он, глядя на немного побледневшего мужчину. – Уверен, вы прекрасно осознаете, что вам тоже выгоднее действовать, говорить и думать исключительно в моих интересах. У меня, как видите, есть бумаги, с помощью которых я могу подкорректировать и вашу дальнейшую судьбу. В моей власти объявить вас героем, как профессора Снейпа, или предъявить доказательство вашего участия в попытке убийства маленькой Джинни Уизли… и в других преступных деяниях.

Пораженно замерший на несколько секунд мужчина довольно быстро взял себя в руки и вдруг усмехнулся:

- В этом мире нет ни одного письменного документа, который вы могли бы предъявить в качестве прямой улики против меня, мистер Поттер.

Гарри понимающе хмыкнул. Люциус говорил о том, что имени его в письмах не было. Только осадить Поттера было не так-то просто.

- Кроме, быть может, ответных писем Регулусу Блэку, да, мистер Малфой? – юноша понизил голос почти до шепота. – Поэтому вы убедили министра спалить базу АИДа и не искать сателлита Волдеморта, несомненно, узнавшего бы почерк вашего именного Прытко Пишущего?

Малфой не выдержал его взгляда, резко отвернувшись:

- Нет, - тихо прошептал он. – Регулус… Я просто хочу, чтобы его оставили в покое, Гарри. Он более не опасен…

- Несколько лет использовали его в игре против его же Электи, а теперь пытаетесь убедить меня в заботе о нем, мистер Малфой? – усмехнулся парень. – Говорят, даже Волдеморт восхищался вашими способностями выскальзывать из любой неудобной для вас ситуации…

- Гарри, - мужчина вновь взглянул на него. – Я понимаю, что история наших отношений не располагает к дальнейшей дружбе и полному доверию, но… Весь этот разговор не имеет смысла. Я и без угроз действую и буду действовать исключительно в ваших интересах, Гарри. У меня на то есть более веская причина, чем страх перед пожизненным заключением в Азкабане или поцелуем дементора… Мой сын.

Поттер смотрел на него исподлобья, слегка прищурившись.

- Насколько мне известно, сэр… - он осекся, вздохнул и немного хрипло, но все же заставил себя продолжить. – Вы были недовольны тем… Тем, что я посещал Драко…

- Недоволен? – фыркнул Люциус. – Министр – политик. Я был в бешенстве, мистер Поттер.

- Считаете, что… Драко… Я могу ему навредить? – горло перехватывало, и последнее слово он произнес беззвучно, лишь шевельнув губами.

Малфой-старший внимательно рассматривал этого слишком рано повзрослевшего мальчишку. Лгать Электи было опасно, это он усвоил, еще находясь под властью Темного Лорда. Они не прощали лжи, считая ее предательством, даже если ложь была во благо…

- Определенно, мистер Поттер, я считаю, что без вас Драко было бы безопасней, - произнес мужчина. – И, видит Мерлин, мы с его матерью сделали все, чтобы вы не были вместе. Но случилось то, что случилось, обмануть судьбу, видимо, невозможно… И теперь мне остается лишь во всем помогать вам и надеяться, что вы не заставите Драко страдать…

Гарри поднял на него глаза, и Люциус осекся. В изумрудных радужках мальчишки плескалась такая боль, словно парня только что подвергли десяти Круциатусам одновременно.

- Не заставлю, - хрипло выдохнул Гарри и направился к двери. – Завтра вечером пришлю за договором.

***



Спустя пару часов Кингсли насильно аппарировал Поттера домой. Первый раз мальчишка потерял сознание, как только они поднялись из подвала Малфой-Мэнора, но, придя в себя, наотрез отказался отправиться в Мунго и даже домой.

- В Хогвартс, сэр, - пробормотал он, опершись на плечо мужчины и поднимаясь на ноги. – Мне нужен Кричер. Камины Малфой-Мэнора заблокированы авроратом?

- Гарри! Малыш! Объясни ты толком, что происходит? – взмолился Шеклболт, чувствующий, что упрямое молчание юноши, скорее всего, означает, что на уме у него снова какая-то рискованная афера.

- Кингсли, мы разобьем лбы, если попытаемся воспользоваться камином? – упрямо повторил вопрос Гарри.

- Арест на дом не накладывался, - вздохнул министр. – Мэнор охраняется только родовой магией Малфоев. Блокировка внутренняя.

Гарри удовлетворенно кивнул и направился в гостиную, откуда, связавшись с Макгонагалл и попросив разрешения воспользоваться ее камином, они переместились в Хогвартс.

Пока радостная Минерва колдовала над угощением, Гарри, вызвав Кричера, отвел его в уголок и шепотом давал какие-то распоряжения. Шеклболт напряженно вслушивался в неразборчивое бормотание парня, но так ничего и не разобрал, отвлекаемый десятками вопросов ведьмы, потерявшей при виде Гарри всю свою строгость и серьезность и едва сумевшей удержать слезы счастья.

Кричер выслушал Поттера, не проронив ни слова. И лишь когда парень закончил говорить, домовик выхватил у него из рук копию договора, еще раз, по слогам, едва шевеля губами, перечитал имя, в которое ему несколько раз тыкнул пальцем юный хозяин, и буркнул, что все понял… А следом обругал мальчишку за безответственное отношение к собственному здоровью; его преподавателей за ненадлежащее исполнение своих обязанностей, приведшее к истощению и нездоровой бледности Национального Героя магической Британии; Кингсли - за то, что не следит; Рона и Гермиону за невнимательность к другу; Джинни за недостаточность заботы о женихе… И вообще весь мир, который довел его бестолкового молодого господина до такого состояния! Напоследок заявив Макгонагалл, что больше не может выполнять свои обязанности в Хогвартсе по причине нездоровья хозяина, домовик задрал крючковатый нос и угрожающе предупредил юношу, что после исполнения задания возвращается домой, ибо к самостоятельной жизни Гарри Поттер еще, видимо, не готов.

У юноши не было сил ни на споры с Кричером, ни на разговоры с Минервой, когда домовик, наконец высказавшись, испарился. Парень слегка улыбался женщине, с трудом справлялся с тошнотой, глядя на угощение… И, в итоге, все же провалился в беспамятство второй раз за день.

Уставший от сумасшедшего дня Шеклболт с трудом успокоил испуганную Макгонагалл, а едва Поттер пришел в себя, безапелляционно заявил тому, что на сегодня приключений достаточно и перенес несопротивляющегося мальчишку домой.

- Просто еще небольшая слабость, - тихо бормотал Гарри, пока Кингсли стягивал с него одежду. – Я немного посплю, и все пройдет… Совсем немного…

Оставив покрывшегося холодной испариной парня в одном белье, Шеклболт взял нужные пузырьки и присел на край постели:

- Подожди, не засыпай, сначала лекарства.

Юноша покорно глотал вливаемые ему в рот жидкости, не в силах даже поднять веки.

- Вот так, - тяжело вздохнул Кингсли, отрывая от сухих губ Поттера последний опустевший флакончик. – Теперь спи.

Гарри потянул на себя одеяло, но не справился и просто свернулся на прохладных простынях в позу эмбриона, пытаясь хоть немного согреться. Мужчина укутал его и ласково погладил по спине.

- Я в порядке, сэр, - еле ворочая языком пробормотал непривыкший к чужой заботе парень. – Часок посплю и…

Последние слова министр уже не расслышал, Гарри провалился в тяжелый лихорадочный сон. Шеклболт вздохнул, сокрушенно качнул головой и поднялся.

- Хоть действительно к кровати приковывай, - прошептал он, складывая сваленную кучкой одежду.

Нужно было немедленно возвращаться в Министерство. Он сорвался к Гарри, бросив на Нэша урегулирование возникшей в лагере проблемы, потому что безумно испугался, что без присмотра юный Электи может наворотить дел… Его сателлит, например, уже успел! И сейчас, пока одного мальчишку удалось уложить спать, необходимо было до конца разобраться с задачкой, закрученной вторым.

Еще немного потоптавшись на пороге спальни, Кингсли все же спустился в гостиную, вызвал по каминной сети Грейнджер, попросил ее через часок заглянуть к Гарри и, получив в ответ обещание обязательно навестить парня, немного успокоился и отправился в Министерство. Впереди ждал трудный разговор с Мурреем-старшим.

***



Поспать Поттеру не удалось и пятнадцати минут. Рон, ворвавшийся в спальню рыжим вихрем, сорвал с друга одеяло:

- Спишь?! Сломал Джинни жизнь и спокойно спишь?! – он размахнулся, чтобы ударить, но Поттер уже успел открыть глаза и, увернувшись, перехватил его запястье:

- Сдурел? – рявкнул Герой. – А если бы я тебя спросонья заавадил к чертям?

- Гад! Гад ты, Гарри! – Рон вырвал руку. – Из-за кого? Из-за Хорька! Ты бросил Джинни из-за Хорька! Бросил беременную невесту из-за белобрысого пидора, которого только ленивый не выебал в этом…

Его приложило о стену с такой силой, что с потолка посыпались кусочки ажурной лепнины.

- Не смей… - зашипел Поттер, поднимаясь на ноги.

Зеленые глаза потемнели, на бледных скулах играли желваки, а по кончикам пальцев пробегали молнии – Электи едва сдерживал себя.

- Ты… - простонал Рон, сползая по стене. – Ты совсем на нем сдвинулся… Ты даже не услышал… Блядь, ты ведь даже не услышал… Гарри! Джинни беременна! Сука… Как же больно! Ты разбил мне голову…

Поттер смотрел на него непонимающе. Голосу Рона каким-то чудом удалось пробиться сквозь охватившую его ярость, и сейчас он пытался осознать значение слов друга.

- Беременна? – неуверенно переспросил Гарри, опускаясь обратно на кровать. – Но… Как?..

- Охренеть! – Рональд, кажется, воспрянул духом и, кряхтя, поднялся. – Мне тебе про тычинки и пестики рассказать? Ты когда в нее членом тыкал, не знал, что от этого дети получаются?

Гарри вновь взглянул на него:

- Она… Она ничего не сказала… - растерянно пробормотал он.

- А ты дал ей возможность? Она тут с ума сходила, пока тебя не было! А потом вдруг узнает, что ты, оказывается, изменял ей с Малфоем! Кому ей рассказывать? Тому, кто вышвырнул ее из дома вместе с вещами? Знаешь что, Гарри! Либо ты бросаешь своего Хорька и женишься на Джинн, либо ты мне больше не друг!.. И не рассчитывай, что мы позволим тебе видеться с ребенком! Если, конечно, после всего случившегося она его выносит…

Он еще несколько секунд рассматривал совершенно потерянного друга, сидящего на разобранной кровати и уставившегося куда-то в одну точку на стене, а потом резко развернулся и вышел прочь.

Гарри вздрогнул, когда хлопнула дверь спальни, и вскочил на ноги:

- Рон! – он едва не навернулся с лестницы, слабость оказалась довольно опасной штукой. – Рон, стой!

Уизли стоял внизу и сердито смотрел на судорожно вцепившегося в перила друга.

- Рон… Скажи ей… Скажи, что я… Мне нужно кое-что решить, и… Я не брошу ее с ребенком, Рон. Готовьтесь к свадьбе.

- Когда? – хмуро спросил Уизли.

Гарри, не в силах держаться на ногах, опустился на ступеньку и привалился плечом к стене. Магический выброс, на который его спровоцировал Рональд, забрал остатки сил.

- Неделя, - устало произнес Поттер. – В следующий понедельник я приду в Нору на ужин, и мы все обсудим.

Рон кивнул и, развернувшись, направился в гостиную, тихо бурча себе под нос:

- Я о тебе забочусь не меньше, чем о Джинни. Это, между прочим, в твоих интересах, Гарри Джеймс Поттер.