Тайны дома Арчеров

«Господи помилуй, да что же ты себе напридумывала! Мертвецы, нечистая сила, опять начиталась своих страшных сказок? Милая, тебе пора оставить свои глупые фантазии, ты сама видела, лорд Арчер – серьезный человек и вряд ли потерпит подобные ребячества!» - раздавался в голове у девушки голос леди Уэлш. Она тряхнула головой и вновь уставилась в окно. Глубокий вздох, чтобы подавить внутри накатывающее волнение. За окном раскинулись темно-зеленые холмы и болота – привычный для Англии пейзаж, мрачный и угнетающий даже днем, пугающий в сумерках. Низкие тучные облака давили на землю и на грудь девушки, сырой воздух, казалось, наполнил легкие водой, и на глазах выступили слезы. Впереди показалось родовое поместье Эмерсонов, баронов Арчеров. Старый, тяжеловесный, но небольшой замок с отголосками романского стиля. Говорят, он был перестроен из какой-то военной развалины одним из предков лордов Арчеров, вот только тот на старости лет был, кажется, не совсем здоров и страдал паранойей, так что его произведение архитектуры напоминало больше неприступную крепость, чем пригодное для житья место. К тому же уже издалека было видно, что это место долго пустовало в ожидании хозяина и хранило холод не одного десятилетия. Эрин вспомнила, как отец рассказывал, что старик Арчер предпочитал городскую жизнь уединенной и покинул родовое жилище, лишь только Кристоферу исполнилось двенадцать. Несмотря на то, что замок располагался не так далеко от Лондона и светской жизни, им пренебрегали из-за старины и новой моды на роскошные особняки. Его время прошло. Чем ближе кэб подбирался к замку, тем сильнее в глубине души у девушки разгоралось острое, приводящее в смятение чувство, даже необходимость, чтобы сейчас хоть кто-нибудь оказался рядом, просто рядом с ней, этого было бы достаточно, чтобы унять дрожь и подавить страх. Но в карете больше никого не было. Лорд Арчер наотрез отказался брать служанку Эрин, уверив, что обеспечит свою жену достаточным количеством слуг, пусть даже такая категоричность показалась всем странной. Сам он предпочел ехать верхом, оставив тем самым Эрин одну со своими волнениями по пути в поместье, которое должно было стать ей домом. «Словно героиня Анны Рэдклифф» - пронеслось в голове, и девушка вздрогнула, вспомнив страшные сцены из любимых романов. Она была из тех детей, которым необходимо общество, но при том всегда оставалась самодостаточной и тихой: она готова была никого не трогать и спокойно сидеть в сторонке, лишь бы вокруг были люди, лишь бы звучали голоса, шуршали платья и велись непонятные разговоры. Она не терпела одиночества и ненавидела наступление ночи, когда нужно было остаться наедине с собой. Именно ночь привила ей любовь к чтению и наполнила голову самыми разнообразными мирами, героями и историями. Теперь же, ей не хватало для успокоения даже их. Новая жизнь застигла ее врасплох, а в душе одни страхи сменялись другими, переплетая бурные фантазии из книг с реальностью. Процессия въехала во двор, и новая волна тревоги буквально захлестнула Эрин с головой, ладони вспотели, в глазах потемнело. Первое, что она увидела, - это как со всех сторон ее окружили бледные безжизненные лица слуг, словно заключенных этой крепости. Кэб остановился, девушка испуганно оторвала взгляд от окна и начала судорожно поправлять подвенечное белоснежное платье. Теперь ее единственным желанием было никогда не выходить из этого кэба. - Питер, вещи леди Арчер отнеси в ее покои, Кэтрин, покажешь госпоже замок и проводишь к ужину, - раздался глухой голос лорда, а затем дверца резко распахнулась, и Эрин подали руку. - Добро пожаловать в поместье Фарнборо. - Меня зовут Кэтрин, теперь я ваша служанка, я покажу вам замок. Все было как в тумане. Эрин слепо последовала за худенькой девушкой, не проронив ни слова. Ее повели по темным коридорам, просторным пустым залам, холодным гостевым комнатам, но едва ли новой обладательнице этих просторов удалось запомнить хоть половину того, что ей рассказывала служанка. Замок казался огромным, запутанным и нелюдимым. - Это ваши покои, а за стеной покои господина. Он предпочел расположить все в одном крыле, чтобы не отапливать весь замок. - Мои покои? – удивленно пробормотала Эрин. - Да, господин много работает и потому решил выделить вам комнату по старому обычаю. Чтобы не беспокоить. Что-то внутри девушки приятно заклокотало. Пусть это было скорее проявлением нелюдимости и оторванности с его стороны, нежели заботой, но это было приятным сюрпризом. Она обвела взглядом комнату и почувствовала какое-то едва уловимое облегчение: вот и ее место, ее оплот, ее маленькая крепость. - Вам помочь переодеться к ужину? - Нет-нет, оставьте меня. Вернее, подождите за дверью, пожалуйста. Она присела на краешек роскошной кровати с балдахином, посмотрела на огромный резной шкаф на французский манер, зеркала, ширмы, будуар, столик, маленькую софу, окна... Довольно нелепая обстановка, учитывая стиль постройки. Конечно, лорд был далек от лондонской моды да и моды в целом, скорее всего он просто заказал популярную мебель, чтобы как-то оживить комнату. Все это было таким чужим, и тем не менее девушка впервые ощутила толику спокойствия. Чтобы не происходило снаружи, здесь все останется так. Эрин поднялась и застыла, не решаясь подойти к зеркалу, в голове все спуталось, она едва осознавала, что происходит. Медленно, словно каждое движение давалось ей с трудом, она стянула перчатки и сняла фату. Перед глазами мелькали сцены подготовки к свадьбе, белоснежные ткани по новой моде, кружева, цветы, жемчуг, улыбки… небольшая церквушка святой Агаты, священник, клятвы, скучающий взгляд графа, холодный поцелуй, который пронизывал насквозь. Ее первый поцелуй. Прощания, слезы, снова улыбки, боль в груди, граф торопит, свинцовые тучи, что давят на грудь, мрачная крепость, что станет тюрьмой, и эти безжизненные бледные лица… Что нужно было сделать с людьми, чтобы они смотрели так… подавленно? - Леди Арчер, поторопитесь, вас уже ожидают. Сколько времени прошло, пока она снимала перчатки и фату? Все как будто застыло, и эти кричащие птицы за окном... - Помогите мне снять платье.

***

Лорд Арчер мог в одном костюме жениться, преодолевать километры дороги верхом и ужинать тем же самым вечером со своей женой. «Война и не тому научит» - пронеслось в голове у Эрин. Теперь, когда она знала, что в этом месте у нее есть безопасный уголок, единственное, что еще вселяло в нее, как в молодую девушку, безумный ужас, - это ожидание брачной ночи. Едва ли она понимала, как это происходит, надежда новоиспеченных жен по обыкновению падала на плечи мужа, но похоже в эту минуту лорда Арчера занимали совсем иные заботы. Мужчина задумчиво поглощал утку, не поднимая глаз на девушку и часто хмуря брови. Стол был скромен, без намека на праздничность, но достоин, слуг отослали, в зале царила напряженная тишина. - Леди Эрин, я хотел бы с вами поговорить, - наконец, произнес барон, - и я хотел бы, чтобы в момент, когда я обращаюсь к вам, вы смотрели на меня, а не в свою тарелку. Девушка замерла, почувствовав, как тело сковывает страхом от одного его хриплого голоса. Она аккуратно положила вилку и нож и, с трудом подавив в себе детское желание просто вскочить и выбежать из столовой, подняла глаза на лорда Арчера. Он смотрел прямо на нее, но в то же время… сквозь. - Теперь, когда вы носите звание моей супруги и баронессы Арчер, я хотел бы озвучить вам ваши скромные обязанности. Они действительно скромные, поверьте, я не буду просить многого. Не выдержав его долгий взгляд, Эрин опустила глаза, но, услышав, что барон замолчал, через силу вновь подняла их. Он не изменился в лице. - Прежде всего вы должны сохранять честь семьи, которой теперь принадлежите, - он сделал многозначительную паузу, которая особенно выделяла его слова. – И вы, конечно, должны родить мне наследника. Девушка коротко кивнула, на этот раз не в силах отвести взгляд. Но если по ее распахнутым испуганным глазам можно было сразу прочитать все, что лежало у нее на душе, то в ровном взгляде мужчины не было ровным счетом ничего. И тем не менее, они замерли, каждый в своей вселенной, освещаемые дрожащим пламенем свечей. На секунду от его пронизывающего сверкающего взгляда девушка потерялась в пространстве и сильнее сжала кулаки под столом, чтобы не потерять сознание. - А потому… сегодня я буду ждать вас в своих покоях, - как ни в чем не бывало закончил барон и снова принялся за утку. Ужин закончился в тишине. Эрин не могла думать ни о чем, словно потеряв все мысли и чувства в одно мгновение, единственным, что еще захватывало ее внимание, остались плавные блики от свечей на стене и посуде. Она не заметила, как сменились тарелки, как граф закончил свой ужин и вышел, как слуги начали убирать со стола… Потом появилась Кэтрин и проводила девушку до спальни. Она знала, что он ждет ее. Она слышала его ожидание даже сквозь стену. В этом была какая-то безысходность, неизбежность. Она сняла платье и накинула ночную рубашку. За окном протяжно застонал ветер, девушка стояла босиком перед зеркалом, во все глаза уставившись в застывшее отражение. Бокал вина, выпитый за ужином по совету тетки, не придал никакой смелости, она чувствовала себя окаменевшим изваянием, неподвижным и в то же время безвольным. «Долг, обязанности, обеты правят людьми во всем мире, и именно потому мир еще не пылает в преисподней. Просто настало время исполнить мой долг, и в этом нет ничего… в этом просто нет ничего». Словно призрак, она протянула руку и коснулась своего отражения в зеркале, пытаясь убедиться, что это действительно ее долг и судьба, ее жизнь. Ноги сами понесли девушку в коридор и затем соседнюю спальню. Мужчина стоял напротив окна, спиной к двери. Его покои были меблированы также, как и покои Эрин, только вместо будуара с ширмами стоял рабочий стол из темного дерева, заваленный бумагами, и в целом комната смотрелась более теплой и жилой, хотя и была выполнена в темным тонах в отличии от светлой женской. Барон неторопливо повернулся к застывшей в дверях девушке и жестом пригласил войти. Единственным источником света служила одинокая свеча на столе в углу комнаты, и потому Эрин едва могла разглядеть в полумраке его лицо, но это дало ей возможность сделать два необходимых организму вдоха. - Располагайтесь на кровати. В его голосе, как обычно, не было ничего такого, за что можно было бы ухватиться, но Эрин незамедлительно последовала словам мужа. Он не делал ничего, но давил и подчинял, и эта сила была самой опасной. Девушка опустилась на подушки, следя за плавной, колышущейся фигурой. Он как всегда не торопился. Первым ощущением стало ощущение приятного тепла от его тела, и промерзшая насквозь от страха Эрин невольно вздрогнула. Он накрыл ее собой, раздвигая ноги, и только тогда девушку пробило осознание всего происходящего, она судорожно уперлась руками в его грудь и вскрикнула. - Не надо! Пожалуйста, не надо! Мужчина остановился, спокойно смотря на нее сверху вниз. - Пожалуйста… не делайте мне больно… Он смотрел на нее еще несколько секунд, пока она не выдохнула, а затем резко двинулся. Острая боль настолько неожиданно пронзила девушку, что из ее груди вырвался крик, и она начала истошно вырываться, но его руки, словно готовые к этому, сильно сдавили тело. - Расслабься, расслабься… - раздался шепот прямо над ухом. Она вцепилась в его предплечья по обеим сторонам и зажмурилась. Следующие минуты стали для нее настоящим кошмаром, из глаз текли слезы, она сильнее впивалась ногтями в кожу барона, неосознанно пытаясь отодвинуть его от себя… Боль немного утихала, но все таинство брачной ночи, ночи любви, о которой так часто пишут сведущие в этих делах французы… все это таинство, трепет, нежность и долгожданная сладкая близость были жестоко разрушены. В тот момент она думала, что навсегда, и ненавидела книжную ложь. Когда все закончилось, он как ни в чем ни бывало поднялся, надел штаны и снова отошел к окну. Только его тяжелое дыхание выдавало произошедшее. В одно мгновение боль, стыд, горечь и жалость к самой себе смешались в сознании девушки, она с трудом поднялась на ноги, прикрываясь одеялом, хотя шемиза оставалась на ней, и выбежала в коридор. Она задыхалась и часто всхлипывала, ноющая боль сковывала движения, и как только дверь в ее комнату захлопнулась, девушка повалилась на пол. Никогда прежде она не чувствовала такого унижения и отвращения, беззвучные рыдания сдавили горло, и Эрин почти инстинктивно прикрыла рот двумя ладонями, вдруг испугавшись, что барон ее услышит. Накативший страх затмил все. Она вскочила, охваченная необъяснимой тревогой, и кинулась к прикроватному столику, быстро нащупывая дрожащими пальцами ключ, и снова бросилась к двери в судорожной попытке ее закрыть. Лишь когда прозвучал короткий щелчок, девушка медленно опустилась на пол. Она подтянула к себе одеяло и свернулась клубочком, прижимая ткань ко рту. Из распахнутых глаз на пол стекали крупные капли слез.