Ашикаби-(полу)ангел

      Покончив с грандиозным разносом, Таками ушла из палаты Минато не сразу. Ей не хотелось уходить вот так: раздав приказы и высказав неудовольствие. Юкари и Минато — её дети, но не подчинённые. И они старше пятнадцати, так что и говорить с ними, вообще-то, следует как с равными. Теоретически.       Дети, конечно же, дулись на Таками, не понимая, что таким образом мать ограждала их от опасностей плана Секирей. Что бы ни говорил Минака, но ашикаби быть далеко не так безопасно, как кажется.       «Нельзя нападать на ашикаби». «Нельзя на одну секирей нападать нескольким сразу». «Надо представляться, когда хочешь сразиться». Для некоторых все эти правила были пустым звуком. А некоторые — готовы были их преступить. И тогда ашикаби окажется под ударом.       Ну и не менее важная деталь: Минато плохо перенесёт потерю секирей, если проживёт с ней хоть сколько-нибудь. Пусть уж лучше он позлится на Таками сейчас, чем окрылит Яшиму, а когда её не станет, — придёт в полное отчаяние.       Таками этого не допустит.       Объяснять свои мотивы не стала, и дети от этого только больше раздражались. Лучше всего было бы уйти. Но... Как мы знаем, Таками не хотелось делать этого вот так. Слишком бессердечно она тогда выглядела бы.       Поэтому старшая Сахаси как ни в чём не бывало перевела разговор в нейтральное русло, дождалась, пока Минато и Юкари успокоятся, и только потом, оставив последнее слово за собой, — ушла.       Когда она вернулась к себе, чтобы обработать кое-какие данные, её срочно вызвал Минака. Чертыхнувшись, она всё же вылезла из-за стола и отправилась к президенту МБИ.       На подходе к кабинету Минаки Таками мрачно размышляла о том, чего же тот от неё хочет.       Сегодня ей не хотелось бы с ним видеться. Всё-таки... Беседа с дочерью и сыном вышла не самой приятной, и кого-кого, а Минаку ей после такой встряски меньше всего хотелось бы лицезреть.       Но, выбора не было. Таками толкнула дверь и вошла.       — Таками-кун, у меня для тебя есть очень важное и ответственное поручение! — воскликнул Минака после поверхностного обмена положенными приветствиями.       Женщина насторожилась: Минака был почти серьёзен. А это почти всегда не к добру. Лучше бы он кривлялся.       — В чём дело? — осторожно спросила она с металлом в голосе, без приглашения садясь в кресло.       — Кофе?       — Ну уж нет, — резко ответила Таками. — Если ты меня зачем-то звал, так и говори зачем, а иначе — у меня и так дел по горло.       — А может, я тебя выпить кофе позвал? — с хитринкой во взгляде спросил Минака.       Таками резко встала.       — До свидания, — бросила она и развернулась.       Здесь уже и сам Минака торопливо вскочил на ноги. Колёсики кресла дробно стукнули.       — Стой-стой, Таками-кун, я же пошутил!       Таками вздохнула и обернулась.       — Я тебя слушаю.       — Как я и говорил, у меня для тебя, Таками-кун, есть ответственное поручение. Ну и, если говорить начистоту, мне хотелось бы тебя удалить из Синто Тейто. На время, — подмигнул он ей. — А вообще-то мы в Лондоне участвуем в конференции и в выставке. Лично я поехать не могу, — Минака тяжело вздохнул. — Ты же не думаешь, что я оставлю план Секирей без внимания? Без личного вмешательства? Это, как ты понимаешь, невозможно, Таками-кун.       — Тебя никто не заставляет, Минака, — снова села Таками в кресло для посетителей.       — Ну да... Но — не могу. С другой стороны, послать какую-нибудь мелкую сошку я тоже не могу. Это несолидно выглядит, и этим мы нанесём нашим дорогим партнёрам страшное оскорбление. Ну или покажем простое неуважение. Какая разница? Главное, это будет некрасиво.       — Ясно, — кивнула Таками.       То, что говорил Минака, имело смысл. Это не было его обычным бредом, на этот раз он просил сделать что-то, что было бы действительно нужно и полезно.       Вот только почему должна отдуваться именно Таками? Она не простой наёмный служащий. Она и без должности главного исследователя проживёт, даже если её уволят. Не то чтобы она так уж сильно не хотела ехать, скорее, свои дела в Синто Тейто она считала важнее.       — Ты согласна? — удивился Минака.       — Вообще-то, нет, — ответила Таками, однако, не вставая с кресла. — У меня, знаешь ли, сын ранен. Ему предстоит сложная операция. И мне хотелось бы лично проследить за тем, как она пройдёт.       — Моя дорогая Таками-кун, — радостно ощерился Минака, — ты, похоже, забыла, что я и так в курсе твоих планов. Я и сам способен проследить за тем, как пройдёт трансплантация... Кстати, на когда ты её запланировала?       — Я хочу лично это сделать, — проигнорировала Таками вопрос.       — Но ты же не хирург, — удивился Минака. — То есть, ты, конечно, и это умеешь, но профессиональный хирург-то тебя превосходит на голову, а то и на две. Ты — исследователь, Таками-кун, а не практик. Не боишься сделать Минато-куну хуже?       — Боюсь. Именно поэтому я буду лишь присутствовать. Лично следить. А не резать. Хотя, конечно, если говорить о Танигаве, последнее звучит привлекательно.       — А как же клятва Гиппократа?       Таками бесстрастно посмотрела на него, как бы говоря: «Ты хоть понял, что сказал?»       — Клятва не имеет волшебной силы, Минака. Да и Танигава не пациент. Он — материал.       — Браво! — похлопал ей Минака. — Вот это я понимаю! Вот это то, что надо! Так может, просто подождёшь? — улыбнулся он ей. — Тебе так хочется прямо сейчас провести пересадку? А может, дашь лёгким Танигавы-сан прийти в относительный порядок после экспресс-очистки-то? Тем более, что та ещё не закончена, уж я-то знаю. А мне нужно, чтобы ты отправлялась в аэропорт уже завтра.       — А почему я вообще должна куда-то ехать? — сложила Таками руки на груди.       — Ну а тебе что, жалко? — заныл Минака. — И потом, я же прикрываю тебя? Как с этим Танигавой? Или как с тем несчастным директором школы? Мне потом, между прочим, Карасуба-сан жаловалась, что ты не разрешила ей его изрубить, а лишь сказала проткнуть живот! Знаешь, как она на тебя была обижена потом?       Таками поморщилась. Похоже, что выхода у неё не было. Придётся соглашаться.       — Ладно, — нехотя ответила она. — А как же с охраной? Я, всё-таки, второе лицо в МБИ.       — Ты хочешь взять с собой кого-то из секирей? — догадался Минака. Таками кивнула. — Гм... -потёр он подбородок. — Сейчас из основного состава Дисциплинарного Отряда активна только Хайхане. Карасуба временно отстранена от работы, а Беницубаса-сан — всё ещё отдыхает на больничной койке после того, как Акицу-сан славно повеселилась с ней... Ах, — прижал он руки к груди. — Эта Акицу! Я впечатлён! Поистине, как это прекрасно, что и у неё теперь есть ашикаби! Хотя, надо признать, что теперь с тестированием новых продуктов будет сложнее, — вздохнул он на публику, хотя никого, кроме Таками, в кабинете не было. — Но ничего, думаю, ничего страшного не будет, если мы возьмёмся за отработанных секирей. Им-то уже всё равно. Ты это, Таками-кун, распорядись, прежде чем уедешь.       — Значит, ты предлагаешь мне ехать без охраны? — прищурилась Таками, старательно не думая о просьбе Минаки, хотя выполнять ту всё равно придётся.       — Ну почему же без? Кроме постоянного состава у нас есть ещё и временный состав! А у тебя с Хомурой-куном особые отношения, если мне не изменяет память. Вот и возьми его с собой, — предложил Минака с гадкой ухмылочкой.       — Он окрылён, — немедленно отозвалась Таками.       — А это что-то меняет? — деланно изумился Минака. — Тебя никогда не останавливала окрылённость Карасубы-сан, например. Как ни странно, но в таких делах ты ей, почему-то доверяешь. Почему же это должно останавливать тебя сейчас с тем секирей, который относится к тебе не плохо?       — Он окрылён. У него ашикаби, — стала объяснять Таками Минаке как маленькому. — Он может не согласиться.       — А ты поговори с ним, — предложил он. — Ну, например, скажи ему, что если он не захочет ехать, ты снимешь с него полномочия и Хранителя Неокрыленных, и из Отряда его выгонят, так что его возможности помогать неокрыленным резко сократятся. Он должен тебя послушать. К тому же, если он, как и все секирей, дорожит связью со своей ашикаби, можно припугнуть его мною. Но только припугнуть, ничего делать я не стану, скорее всего.       — И почему это он испугается? — приподняла Таками бровь.       — Ну, например, потому, что мне достаточно дать компьютеру нужную команду, чтобы разорвать связь секирей-ашикаби. Это можно сделать почти с любыми окрылёнными секирей. Но я предпочёл бы обходится без таких крайних мер, так что пугать пугай, а на меня не рассчитывай. Это для поздних стадий. В общем, найди убедительные аргументы, свои — я уже привёл.       — Хомура всё равно не согласится! — воскликнула Таками.       — Очень вряд ли. Хотя... — задумался он вслух. — Там же и вторая живёт, так что мало ли, что ей известно. В «медовые горшочки» я вроде эту информацию не заносил, но и она — один из первых номеров. В общем, не согласится Хомура — значит не согласится...       — И я останусь без охраны.       — Слушай, ты определись, охрана тебе нужна, или Хомура! Если тебе нужен он, несмотря на то, что уже занят, напой ему что-нибудь. Ну... — задумался Минака. — Например, что если ты попадёшь в руки врагов, то, конечно, они обязательно узнают от тебя о плане Секирей, и тогда у бедных пташек уже никогда и нигде не будет спокойной жизни. Или ты можешь надавить на жалость. Или, если тебе всё-таки охрана нужна, а не смазливое личико рядом, ты можешь отказаться от идеи сопровождения секирей.       — Вот как?       — А что? По-моему, все эти годы работы в МБИ разбаловали тебя, Таками-кун. Привыкла ты к секирей, если что-то опасное намечается, а разве это хорошо? Это очень плохо! И потом, элитный отряд телохранителей справится с задачей охраны всяко лучше, нежели заурядный или даже незаурядный секирей огня. О, он, конечно, сможет за тебя отомстить так, как этого ни один телохранитель не сможет, а что толку? Защитить тебя он просто не сумеет, поскольку всё равно не знает, как.       — Ну хорошо, — неуверенно сказала Таками, наполовину убеждённая словами Минаки. — Я возьму обычную охрану. А там свяжусь с Хомурой и послушаю, что он скажет.       — Через ашикаби на него не повлиять, Таками-кун, — услужливо напомнил Минака.       — Ладно, — поморщилась Таками, которая и не думала о том, что ей отсоветовал президент МБИ. — А как же мой сын?       — Если тебе так важно присутствовать лично, почему бы просто не отложить операцию? Сдай этого Танигаву куда подальше, в ту же тюрьму, а когда придёт время — позволь Карасубе его вытащить и поставить перед фактом, как и собиралась изначально.       Таками замерла, неверяще глядя на Минаку.       — Что? — оскорбился он. — Таками-кун, ты меня обижаешь! Неужели ты думала, что я не в курсе твоего договора с Карасубой? Конечно, тебе удалось провернуть всё так, что я и по сию пору ничего не знаю о вашей беседе подробностей, но то, что вы договорились — это же очевидно. Хотя, признаю, я был очень удивлён, узнав, что ты куда-то делась, но потом восемьдесят восьмая при лаборантах сказала, что ты — в неврологии, и всё встало на свои места. Не волнуйся, Карасубу-сан поставят на ноги и без твоего участия.       — Она тебе не простит того, как ты с ней обошёлся, — заметила Таками, придя в себя.       Лучшая защита — это нападение, ведь так?       — Конечно, не простит! — радостно согласился Минака. — И вот это-то — самое замечательное!       Таками посмотрела на Минаку так, словно у него мозг из ушей потёк.       — Ну что не так? Подумай сама — куда ей деваться? Наша бедная Чёрная Секирей успешно притворяется, что смягчилась, но её суть не переделать. Она хочет проливать кровь — и ей дадут такую возможность. На службе МБИ, понятное дело. Не простит мне, что я её выгнал, говоришь? Так у неё есть ашикаби, который может на неё повлиять. Ашикаби, через которого на неё можно влиять, если она всё-таки не любит его настолько, что готова игнорировать его приказы и просьбы... Право, иногда я удивляюсь, зачем вообще она окрылялась? Ну да пусть. В общем, — сложил Минака кисти рук домиком, снова садясь за стол, — Карасуба-сан — связана по рукам и ногам, понимает она это или нет. И ты тоже, Таками-кун, связана по рукам и ногам. Поэтому я охотно прощаю тебе этот сговор за моей спиной. И даже готов поощрить тебя, если ты придумаешь новый! — подмигнул он ей.       Таками заскрипела зубами.       — Ну-ну, не надо вот так остро реагировать. Я же не угрожаю? Не угрожаю! Так что же ты тогда так страшно злишься?       Таками сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, но всё же успокоилась.       Она решила не продолжать эту тему, которая себя исчерпала, и переключилась на обсуждение вопроса, который ей предстояло ещё решать.       — Ты так и не сказал, что это за конференция, как и того, что я там буду делать, — напомнила она ему.       — А ну да, ну да, — покивал Минака. — Однако ты совсем не следишь за делами собственной компании. Не забывай, ты её совладелец, по крайней мере, номинально, как и уважаемая Асама-сан. Но её хотя бы понять можно, что она в наши дела не вникает, а вот ты...       — К делу, Минака, — поморщилась Таками.       — Как я и сказал, конференция пройдёт в Лондоне. Также там будет и выставка, но там участвовать можно по желанию, от тебя же требуется посещать именно конференцию. Доклады ты читать не будешь, этим займутся другие, а вот ты — ты должна будешь наладить связи с одной компанией, как там она называется... а, точно, «Гехирн»! Их представители тоже там будут.       — И чем они так интересны?       — Чем интересны, говоришь? — улыбнулся Минака. — По непроверенным данным, у них есть данные по технологиям, которые позволяют, пусть и на минимальном уровне, управлять душами.       — ...       — Я вижу, мне удалось произвести на тебя впечатление, — довольно сказал Минака.       — Они... Они... Ты меня разыгрываешь? Это невозможно!       — Нет ничего невозможного, Таками-кун, — назидательно ответил Минака. — Конечно, они не объявляли об этом во всеуслышание, но после, как они заинтересовались, в свою очередь, нами, я не мог не оказать им ответную любезность. Что интересно, их интерес к нам усилился после того, как Беницубаса-сан стала жертвой беспричинной паники. А многие неокрыленные секирей — подозреваю, что все — увидели забавный сон. Мне уже страшно интересно, чем всё это обернётся! Я даже подозреваю, кто на самом деле виноват в этом переполохе. Это будет великолепная игра!       — Но как они этого добились?! — услышала Таками только первую часть высказывания Минаки.       — Поправка — не добились, а если добились, то об этом ничего неизвестно.       — Откуда же тогда такая уверенность?       — Ну... Допустим, они нашли какие-то древние технологии. Скорее даже не их самих, а чертежи и принципиальные схемы.       — Секирей? — выдохнула Таками.       — Возможно, — улыбнулся Минака. — Очень возможно. Знаешь, у их компьютеров интересная архитектура. Я даже подозреваю, что у них, а точнее не у них, а у их шефов есть искусственный интеллект.       — Это же... Это же грандиозные возможности.       — Именно!       — Но, — вдруг протрезвела Таками, — такими данными они делиться не станут.       — Конечно, нет. Но нам это и не нужно. Нам нужно наладить с ними связи. Раз уж они так их ищут и сами пытаются пойти нам на встречу, то и нам надо предпринимать ответные шаги. А то ведь заподозрят, что мы что-то заподозрили, — рассмеялся Минака.       — А так, можно подумать, не заподозрят? — фыркнула Таками.       — Конечно, заподозрят. Но это будет не так плохо... И потом, а вдруг они что-то нам предложат?       — Ну да, конечно. С чего бы им делиться уникальными технологиями именно с нами?       — Кто знает, Таками-кун? — улыбнулся Минака. — Быть может, нам есть им что предложить?       Таками лишь вздохнула. Минака мог быть прав, лучше не спорить с ним, а готовится к конференции.

***

      В магазин направлялись три фигуры: парень лет двадцати, девушка примерно того же возраста и девочка лет четырнадцати. Хомура, Мацу и Рэй.       Они неспешно беседовали, хотя, справедливости ради, надо сказать, что девочка-то как раз молчала.       — ...Нет, Мацу, я решительно не понимаю тебя, — вздохнул Хомура.       — Но что изменилось, Хомура-тан? — искренне удивилась Мацу. — Ну пусть показала Рэй-тан, что она сильнее Мии-тан, что же это — повод отказываться от того, чтобы ходить с ней по магазинам? Ты не забыл, на что способна Мия-тан? Так вспомни, что она-то обычная домохозяйка. И именно она обычно ходит на рынок.       — Потому что не доверяет тебе, — хмыкнул Хомура.       — Это потому, что я не умею торговаться, — надулась Мацу. — И только.       — Что слышу я? — улыбнулся парень. — Совершенная секирей информационного типа не может решить такую простую задачу? — в голосе Хомуры отчётливо слышался смешок.       — Простую? — взвилась Мацу. — Это, чтобы ты знал, не интеллектуальная задача, а социальная. Мне можно не уметь её решать.       — Угу, особенно, если принять во внимание твой стиль речи...       — Ты на что намекаешь? — возмутилась девушка. — Ты критикуешь то, как я говорю? Чтоб ты знал, я могу превратить твою жизнь в ад! — пафосно воскликнула Мацу. — И жизнь любого существа, которое полагается на какой-либо вычислительный прибор. Так-то!       В тут же секунду раздался звонок.       Хомура вынул телефон из кармана, машинально принял вызов, но, поднеся аппарат к уху, обнаружил, что почему-то никто с ним не собирается говорить.       Пожав плечами, он спрятал телефон в карман.       — Так что ты го...       Вызов раздался снова.       Хомура вытащил телефон из кармана, принял вызов — и снова никто не ответил ему. Он не решился убирать телефон в карман: чтобы ответить сразу.       — Ладн...       Звонок.       Хомура впился взглядом в экранчик и обнаружил там надпись «Номер скрыт».       До него дошло.       — Мацу! — рявкнул он.       — А я что? — запричитала она. — Я ничего? Рэй-тан, подтверди!       — Но ты не «ничего», — резонно заметила Рэй.       — Я знаю, что это ты, — обвинил Мацу Хомура. — Прекрати, — потребовал он.       — Ничего не знаю. Но ты теперь убедился, что жизнь испортить достаточно просто?       — Я и не сомневался, — вздохнул он. — Вот только ты едва не превратила мою жизнь в ад вчера вечером! И это без всякого повода, а главное — без использования компьютера или телефона. Видела же, что я уставший, почему ты позволила мне вот так просто заснуть? Думаешь, я не дошёл бы до своей комнаты?       — Ой, Хомура-тан, не начинай. Не понимаю, чем ты недоволен, — пожала плечами Мацу. — Или ты предпочёл бы не спать, а чем-то другим заняться?       — Извращенка! — воскликнул Хомура.       — А ты о чём подумал? — неискренне полюбопытствовала Мацу.       — Ты знаешь, о чём.       — Права была Мия, когда говорила, что ты лютый ненасытный зверь, — вздохнула девушка. — Только об этом и думаешь!       — Когда это она такое говорила?       — А вот недавно. Ну ладно, если уж ты об этом думаешь, скажи тогда, не стало ли тебе интересно, что будет, если, как выражается Цуки-тан, ложе разделят двое секирей? — подмигнула ему Мацу и толкнула бедром. — Раз уж ты об этом подумал в контексте сна в моей комнате?       — Хватит! Тут, между прочим, Рэй-сан!       — И ей, конечно же, всё равно, — подхватила Мацу. — Впрочем, ладно.       Хомура ничего не ответил.       Некоторое время они шли молча.       — Яшиму жалко, — сказал он вдруг.       — И не говори, — Мацу вздохнула. — Но мне как-то себя жальче, — уточнила она. — Таками мне этого не спустит. Ладно ещё я не стала никак нарушать её слов... Кажется. Но недовольна она будет в любом случае. Одно хорошо — Рэй-тан с нами и в обиду нас не даст. Ведь не дашь, Рэй-тан, если попросим?       — Не дам, — ответила ашикаби.       — Это, конечно, да... — заметил Хомура. — Но ведь так будет не всегда?       — А почему бы и нет? — пожала плечами Мацу. — Наша ашикаби нас не бросит ради победы кого-то одного из нас же. Это тебе не какой-нибудь там Микогами.       — Это точно! — хохотнул парень. — Я этого крысеныша своими глазами видел.       — А почему крысеныша-то? — заинтересовалась Мацу. — По-моему, ашикаби как ашикаби... Ну, конечно, не такой он благородный как те, у кого по одной секирей, но Хига гораздо хуже.       — Его-то лучше не обсуждать на улице, — предупредил Хомура. — Она может говорить тебе, будто поможет нам, но откуда тебе знать, что это не попытка нас обмануть?       — Маловероятно, но возможно, — кивнула Мацу. — Не бойся, я очень осторожна. Я прекрасно допускаю, что на месте встречи нас будет ждать... да что угодно. Вплоть до ядерной боеголовки под ногами. Я не верю, что это так, но я допускаю, что это так. Как я допускаю то, что на самом деле я — единственное разумное и живое существо вообще, а вы все мне снитесь... Хотя я в это не верю...       Первые несколько мгновений Хомура молчал, но потом ответил.       — Знаешь, а может, лучше о чём-то другом поговорим?       — Ну, если так... Как думаешь, где лучше с Котё встречаться? Мы договорились насчёт центра,... Ну, не договорились, а условились, что где бы мы ни встретились, это будет не на севере.       — А почему бы не встретиться в океанариуме? — предложил Хомура.       — Ты смеёшься? Опять дельфины сплывутся... Как Котё будем объяснять? Я не хочу говорить ей ничего сверх необходимого. Минимально необходимого, то есть. Например, о том, что Рэй-тан может кого угодно послушаться, лучше умолчать.       — Об этом точно стоит говорить на улице? — осторожно оглядываясь, уточнил Хомура.       — Не боись, всё схвачено. Тут же шум от машин, ну а если использовать приборы, то я бы их засекла. Да и вычислить поведение Рэй-тан достаточно просто. Чтобы этим никто не воспользовался, просто не нужно оставлять её на попечение посторонних. Чтобы потом не рисковать. Я, конечно, приняла меры предосторожности, но...       — Какие ещё меры предосторожности? — удивился Хомура, взглянув на Рэй. Рэй их слушала, повернув к ним голову, но сама ничего не говорила.       — Попросила никогда меня не убивать. И тебя, кстати, тоже.       — И всё?       — Я бы не стала слишком много отсроченных просьб ей давать. Неизвестно, как оно там в будущем повернётся. Ещё конфликты появятся, и что тогда будет с Рэй-тан? Запомни, она — наша ашикаби, а не наша игрушка.       — И не наш щит, — сказал Хомура.       — Вот как раз теперь-то и понятно, что именно щит, — возразила Мацу, — хотя насколько наш — это вопрос уже открытый.       Хомура молча кивнул, но более ничего говорить не стал. Он и Мацу уже добрались до магазина.

***

      — Что-то мы много набрали? — поинтересовался Хомура, перехватывая мешок с рисом поудобнее.       — Так к нам скоро опять Сео придёт, и Кадзехана завалится... Думаю, её Мия позвала. Это ж сколько ртов! Из них — почти все секирей. С нами же теперь и Яшима, и Акицу. Да и Цукуими — тоже кормить надо.       — В честь чего это? — незлобиво фыркнул Хомура.       — Не знаю, об этом лучше у Мии спрашивать, — поддержала шутку Мацу. — Может, у неё настроение хорошее?       — Ну да, а нам втроём это нести.       Мацу рассмеялась. Хомура тоже расхохотался. И только Рэй молча и бесстрастно смотрела на них.       Вдруг раздался звонок телефона.       — Мацу! — воскликнул уже слегка раздражённый Хомура.       — Но это не я! Честно!       — Да? Извини, — покраснел он и, вытащив телефон из кармана, принял вызов.       — Алло? Хомура?       — А, Таками, — обречённо ответил он. — Ты по поводу Яшимы звонишь?       — Нет, не по поводу её, — строго заметила женщина. — Хотя я догадываюсь, что это ваша компашка причастна к тому, что восемьдесят четвёртая достаёт моего сына. Доставала. Теперь она до него не доберётся в любом случае, даже когда он выйдет из больницы. Пусть не считает меня дурой, я могу приставить к нему наблюдение и охрану — и я сделаю это. Её не пропустят.       — Таками, ты слишком остро реагируешь, — попытался успокоить её Хомура. В глаза он этого бы ей не сказал, но по телефону — почему бы и нет?       — Ну извини, — желчно ответила Таками. — Это не твоего сына порезал какой-то мелкий бандит, и при этом порезал не просто так, а когда твоей сын пытался защитить дурную секирей. Но я не поэтому тебе звоню, а по другому поводу .       — Что ещё? — вздохнул Хомура.       — Да ничего страшного не случилось. Просто у меня дел по горло. Я бы, пожалуй, выпустила Кусано погулять в ботанический сад, тебя бы позвала и сама отправилась, но...       — Но?       — Но всё не так просто... Минака отправляет меня в Европу на какую-то конференцию. Мне нужно это с тобой обсудить. И немедленно.       — Что? Но... — и тут Хомура понял. — Ты хочешь, чтобы я тебя охранял?       — Мне нужна охрана.       — Прости, но об этом не может быть и речи! — возмутился Хомура. — Ты же сама меня попросила помогать окрылённым, а если меня не будет... Извини, но если ты и передумала, то я — нет. И сколько там конференция продлится?       — Недолго, неделю-другую, а потом я вернусь.       — Нет, это именно что долго. Извини, но нет.       — Нет так нет, — покладисто согласилась Таками, — но поговорить лицом к лицу всё равно надо. Так что возвращайся сюда.       — Да зачем?!       — Не зачемкай мне. Тебя, дурака, кто заставлял вступать в Дисциплинарный Отряд? Ну вот и давай, отправляйся. Из основного состава на ногах только Хайхане, но не справится она одна. Забыл, с чем ко мне прибегал?       — Кстати, как ты их наказала?       — Просто: вручила тряпку, вывела в самый оживлённый коридор и велела вымыть руками от сих до сих.       — И вымыли? — поразился Хомура.       — Нет, конечно, — фыркнула Таками. — По-коридору постоянно люди ходили, так что это не слишком у них получилось. Но драться теперь зарекутся! Ты метод-то на вооружение прими, потом меня побеспокоить не просто сможешь. В общем, давай сюда. Прямо сейчас! Такси, что ли возьми. На права бы тебе сдать да машину купить, ну да ладно... И напомни всем: если я уезжаю, это ещё не значит, что за Яшимой и моим сыном не найдётся кому следить. Пока.

***

      Хомура вздохнул, но не стал стоять болванчиком и опустил руку с телефоном.       — Прости, Мацу-тян, — горестно вздохнул он, — но мне придётся вас покинуть. Немедленно. Опять моё присутствие в башне потребовалось.       — Ты скоро переселишься туда, — с укоризной пробормотала Мацу. — В самом-то деле, для этого ли ты туда поступал?       — Для этого, не для этого, а только ждут там меня. Ну-ну, не переживай, Рэй-сан вполне способна и нас вместе с покупками доставить, так что нормально доберёшься, если от неё требовать заведомо меньшего.       — «Нормально доберёшься», — пробормотала Мацу, передразнивая Хомуру. — Поверил, значит, в нашу ашикаби. Угу, добраться-то мы доберёмся, но как мы тащить всё это будем, не привлекая внимания?       — Так дай Рэй отлевитировать, только пусть создаст видимость, что несёт, — предложил Хомура.       — Я же сказала «не привлекая внимания», — проворчала Мацу, но неохотно кивнула — а как ещё быть? Самим такси поймать? Так за такое пижонство от Мии можно на орехи получить.       Хомура же немедленно отправился ловить такси, которых возле магазина было несколько штук (они не успели далеко отойти), а мешок поставил на землю.       — Ну что, Рэй-тан? Ты это, пролеветируй мешок, пожалуйста, как будто несёшь его, только чтоб не падал. А то видишь как получается?.. Хотя нет! Лучше обезвесь его, а понесу я. Я всё же крупнее на вид.       Не сказав ни слова, Рэй подняла мешок Хомуры с помощью своих способностей.

***

      Мацу, конечно, была сильнейшей секирей информационного типа. Она могла засечь не только камеру, находящуюся поблизости (или вдали, если условия позволяли), но даже и звукоснимательный прибор, считывающий колебания с вибрирующей поверхности лазерным лучом.       Однако внимательного взгляда живого человека и срабатывания затвора плёночного фотоаппарата она не могла засечь. Только не с помощью своих способностей.