Когда выключаются камеры

Когда машина остановилась возле здания с надписью «Lotte», у меня перехватило дыхание. Это же один из самых дорогих отелей! Помнится, я как-то ради интереса смотрела номера на сайте, так самый дешёвый стоил в районе двадцати тысяч рублей. Да, нехило Чанёль расплатился за наш поцелуй… Мужчины помогли донести мне чемодан до отеля, и один из них стал разговаривать с девушкой на ресепшене – видимо, решал вопрос с заселением. Затем мне передали электронный ключ от номера, и, спустя несколько минут, я оказалась в дорогущем номере с видом на ночной Сеул. Швейцар занёс мой багаж, и, наконец, я осталась наедине со своими невесёлыми мыслями. Плюхнувшись на огромную мягкую кровать, я закрыла глаза и стала обдумывать произошедшее. Своими последними действиями Чанёль поставил меня в тупик. Губы до сих пор горели от его поцелуев, и я не могла понять, к чему парню такие сложности – сначала лишать меня работы, затем целовать, селить в дорогущий отель… Хотел бы трахнуть – просто трахнул бы и всё, но нет. Кажется, его увлекла эта игра, вот только… Я не знала, как найти из всего этого выход. От грустных мыслей меня отвлекло бурчание в животе. Покопавшись в чемодане, я извлекла из него припасённую ранее пачку рамёна и, вскипятив воду в чайнике, заварила себе ужин. Это довольно странно – ужинать лапшой быстрого приготовления в самом престижном отеле Сеула. После еды меня стало клонить в сон, ведь день выдался тяжёлый, и я, недолго думая, завалилась спать, решив, что завтра подумаю над своей дальнейшей жизнью в стране утренней свежести. ***** Утро, словно глумясь, встретило меня солнышком. Потянувшись, я отключила разбудивший меня будильник и, приняв душ и приведя себя в порядок, отправилась на завтрак, который, чанёлевскими усилиями, был включён. После завтрака я направилась в банк, чтобы выяснить проблемы с картой. Покинула я заведение не в самом радужном настроении – оказалось, что произошла какая-то ошибка, из-за которой моя карта была заблокирована, и на восстановление уйдёт от трёх до четырнадцати дней. Я даже не удивлюсь, если имя этой ошибки – Пак Чанёль. Решив не тратить свои и без того скромные сбережения, я вернулась в отель. Так, за просмотром предложений о приёме на работу в газете и интернете, и прошёл день. Пак больше не звонил. ***** На следующий день я отправилась на собеседования по тем предложениям, которые выделила для себя накануне. Но, обойдя около пяти точек, не смогла найти ни одну, которая хотя бы немного подошла к моим запросам. Где-то платили слишком мало, где-то не предоставляли жильё, где-то не брали европейцев. У меня не такие огромные запросы, но не хотелось бы в таком дорогом городе, будучи образованным человеком, получать копейки, которых едва хватит на проживание. Когда я уже почти впала в пучину безысходности и отчаяния, мои глаза чисто случайно зацепили объявление, висящее на заборе, с поиском на работу девушек 18-25 лет европейской внешности, в крупную компанию. Одна часть меня завопила, что это всё лохотрон и меня продадут в рабство, а другая отнеслась к предложению с любопытством – а что, если судьба? Не зря же это объявление попалось мне на глаза именно тогда, когда хотелось локти кусать от отчаяния. Недолго думая, я позвонила по указанному номеру телефона и, получив приглашение, тут же поехала в назначенное место. ***** Человек, являвшийся директором фирмы, оказался приятным мужчиной лет тридцати пяти. Он задавал вполне типичные вопросы – кто я, откуда, чем занималась ранее… На мой вопрос, кем я буду работать, я получила следующий ответ: - Мы ведём работу с клиентами. Как правило, наши клиенты – солидные люди, это директора банков, крупных заводов и тому подобное. Поэтому нашей фирме необходимы сотрудники, которые будут заниматься переговорами и заключением контрактов. - А почему в объявлении указано, что вы набираете европейцев? – задала я больше всего мучивший меня вопрос. – Почему нельзя принять, скажем, кореянку или корейца? Директор улыбнулся. - У нас работают и корейцы в том числе, но, так как среди наших клиентов есть представители Америки и Европы, нам необходимы сотрудники, у которых не будет проблем с языком, да и, как показала практика, к таким больше доверия со стороны западных клиентов, - разьяснил мужчина. - А почему такие строгие ограничения в плане возраста? – не унималась я. Мне всё время казалось, что здесь какой-то подвох… - Молодые сотрудники более трудолюбивы и нацелены на развитие и карьерный рост. Да и, в нашем деле, внешность играет не последнюю роль. Согласитесь, приятно одетый и хорошо выглядящий сотрудник – лицо фирмы. - Вероятно, - уклончиво ответила я, раздумывая слова директора. – А какова зарплата и график работы? - Зарплата будет зависеть от вашей работы. Минимум – один миллион вон. Максимума нет, всё зависит от количества заключённых с вашей помощью контрактов и их значимости. - Каким образом будут заключаться контракты? В чём заключается моя работа? – я продолжала выяснять детали. - Встречи с клиентами чаще всего происходят в отеле, - мужчина сцепил руки в замок. – Я даю вам адрес, вы встречаетесь с клиентом и разъясняете ему все тонкости контракта, которые предварительно объяснят вам наши юристы. Если клиент соглашается, вы заключаете договор, и - вуаля! – ещё один контракт в нашей с вами копилке, и лишние цифры на вашем сберегательном счёте. Я терзалась сомнениями. Очень уж всё звучит сказочно… Съездил, поговорил, подписал бумажку, получил деньги. - Но не всё так просто, конечно, - словно читая мои мысли, продолжил директор. – Бывает, что клиенты соглашаются почти сразу, а бывает, что требуется обладать хитростью и красноречием, чтобы убедить его в том, что эта сделка – то, что ему нужно. - Но, если я не обладаю никакими подобными навыками и не разбираюсь в юридических тонкостях, какой смысл в том, чтобы принять на эту работу именно меня? Разве юристы не справятся с этим делом лучше? Мужчина вздохнул и потянулся к селектору. - Пригласите ко мне Сок Кван Джи, - затем, повернувшись ко мне, сказал, - Надеюсь, я смогу наглядно ответить на ваш вопрос. Через пару минут вошла женщина лет сорока пяти, в очках, не сильно симпатичная на внешность. - Здравствуйте, мне сказали подойти… - Уже не нужно, - оборвал её мужчина. – Можете идти по своим делам, - женщина низко поклонилась и покинула кабинет. – Как видите, - обращаясь ко мне, продолжил он, - умный сотрудник не всегда обладает необходимыми внешними данными. Поэтому Кван Джи и ей подобные – мозг, который должен объяснить вам и прочим девушкам, что необходимо делать для благополучного заключения контракта. Ваша задача – использовать полученные знания с достижением максимально полезного результата, - закончил он. – Вы нам подходите, и, если я ответил на все ваши вопросы и вас всё устраивает, мы можем перейти к заключению трудового договора. - Вот так сразу? – я удивлённо вскинула бровь. - У нас довольно неплохие условия труда, а в Сеуле, сами знаете, как непросто найти хорошо оплачиваемую работу. Поэтому, к сожалению, я не могу гарантировать, что завтра ваше место не займёт кто-нибудь другой. Была не была. В любом случае, выбора у меня нет. - Я могу прочитать договор? - Разумеется, - мужчина протянул мне два листка. – Здесь – договор на корейском языке, который вы должны подписать. Здесь – на английском, чтобы вам было проще ориентироваться, - пояснил он. - Спасибо, - я погрузилась в чтение, взяв в руки договор на английском. – А что означает «в случае, если сотрудник по личным причинам хочет прервать договор сотрудничество с фирмой раньше указанного срока или процент несостоявшихся контрактов в месяц составляет более 30 процентов, он обязан выплатить штраф в размере 14 миллионов вон»? - Понимаете, нам не нужны ветреные люди. Если мы берём к себе сотрудника, то, как правило, это не на один или два года. Отношение к фирме, где сотрудники меняются каждые две недели, сами знаете, какое. Поэтому нам нужны серьёзные люди, готовые работать и зарабатывать, - разъяснил мне директор. – По поводу тридцати процентов – для нас тоже нежелательно терять клиентов, поэтому задача сотрудника – любым способом этого избежать. Больше странных пунктов в договоре я не нашла, а неустойка есть практически в каждой фирме, поэтому она меня не сильно смущала. Наконец, изучив от и до английский текст договора и мельком пробежав взглядом по корейскому, я приняла решение. - Хорошо. Я принимаю ваши условия и готова работать, - я подписала бумагу. - Отлично, тогда сегодня мы вас оформим, и, если хотите, наши юристы уже сейчас смогут объяснить ваше первое задание, если вы не очень торопитесь, - прошёл к двери мужчина. - Нет, сегодня я свободна, - я улыбнулась и прошла вслед за ним, готовая к новой и, я надеюсь, успешной, работе.