Архив "Никогда"

После страшного знамения, когда, казалось, все пророчества стали пустым звуком, ведь ни в одном из них не было сказано о голубом сиянии в небе на севере, прошло немало времени, но Белые Ходоки все не появлялись, и в сердцах людей затеплилась надежда на то, что тревога была ложной. Но все равно из Черного Замка снова летели вести о надвигающейся угрозе с призывом оставить междоусобицы, заключить перемирие и вместе сразить общего врага. И действовать надо немедленно. Жрица была уверена, что, исполняя волю единственного истинного бога, можно прибегать к любым средствам, ведь чего стоит жизнь, если не посвятить ее служению свету? Да, не всегда легко совершать то, чего ждет Владыка, порой приходится переступать через свои чувства, но люди живут в аду, и с этим надо смириться. Нанося на идеально гладкую кожу благовония, Мелисандра смотрела на ровно горевший огонь в огромной закопченной чаше. «Тот, кто однажды нарушил клятву, нарушит ее снова. О нем не стоит сожалеть, его жизнь не имела бы ценности, если бы не кровь, что течет в его жилах, которой суждено остановить Тьму. Это будет непросто, но, ступая осторожно, по самому краю пропасти, шаг за шагом, воины Света победят. Главное — верить». Вздохнув полной грудью, жрица отвернулась от пламени. Добиться сохранения жизни клятвопреступника непросто, но это было угодно Владыке, и Его воля свершилась. Теперь же, настало время для следующего шага, который сделать слишком тяжело, ведь женское сердце — не камень, даже если оно бьется в груди холодной надменной жрицы. За время, проведенное в Черном Замке, Мелисандра принимала активное участие в объединении сил Ночного Дозора и одичалых, чтобы совместно выступить против Иных в скором нашествии которых сомнений не было. Разослав вести о надвигающемся грозном враге во все концы Вестероса, воины готовились принять первый удар, понимая, что выжить шансов крайне мало, но выбора не оставалось. Жрица посмотрела на ожидавшего в постели молодого парня. «Я спасла его от одной смерти, чтобы обречь на другую. Но теперь в этом будет смысл». Мелисандра старалась не всматриваться в красивое подтянутое тело воина, пересеченное шрамами, придававшими мужественности, которую не успели дать годы. Черноволосый парень был уверен, что влюблен в таинственную прекрасную женщину, и что она в него тоже, ведь распознать чары он не мог. Того, кто с детства был лишен тепла и ласки гораздо легче поймать в колдовские сети, ведь душа каждого стремится любить. — Я жду тебя, Мелиса, — улыбаясь произнес парень, смотря на жрицу пустыми глазами. — Уже иду, Джон, нам некуда спешить. Скинув на пол алые одежды, женщина грациозно, медленно и завораживающе подошла к ложу и ловко, словно пантера, одним движением оказалась сверху на молодом любовнике. Заниматься сексом с мужчиной, находившимся под властью чар было не так захватывающе, как, если бы его действиями руководило настоящее желание, но разве это важно, если речь идет о колдовском ритуале? Поднимаясь и опускаясь, Мелисандра гладила ладонями свое соблазнительное тело, доводя себя до экстаза, и, лишь получив удовольствие, чтобы возбуждение не отвлекало, принялась за исполнение ритуала. Мысленно проговаривая слова заговора, жрица ускорила темп, чувствуя, как двигающийся внутри ее тела член напрягся до предела, уже готовый к разрядке. Сжав свою плоть, чтобы ускорить процесс, женщина незаметно достала припрятанный кинжал и, видя, как любовник забился под ней в экстазе, не сдержав покатившуюся слезу, пронзила его сердце. «Повезло тебе, Джон Сноу, — подумала Мелисандра, — умер счастливым, и твоя смерть спасет многие жизни». За окном послышался пронзительный визг, переходящий в жуткий рев, смешиваясь со свистом рассекаемого перепончатыми крыльями воздуха. Заставив себя отвести глаза от мертвого человека, который стал для жрицы слишком дорогим за то время, пока она готовилась к жертвоприношению, Мелисандра наскоро надела платье и выглянула на улицу. Драконы. Они откликнулись.