Архив "Никогда"

Переместившись в комнатку, которую выделили Локи для временного пребывания в Черном замке, трикстер мешком повалился на лежанку. Использовав долгое время мощные заклинания, асгардец совершенно обессилел, к тому же боль в груди снова давала о себе знать. Со сдавленным стоном приложив ладонь к нанесенной призрачным клинком ране, Локи подумал, что, несмотря на оставленную вместо него иллюзию, охрана, стерегущая сомнительного союзника-пленника, могла что-то заподозрить, но сейчас ему было все равно. — Дикари! Отсталые дикари! — Сквозь зубы процедил царь Асгарда, морщась от боли. — Да чтоб вас ваши боги прокляли! Вспоминая о мыслях жрицы Красного Бога, Локи скривился. «Почему женщины всегда так уверены, что тот, в кого они влюблены, особенный, избранный, великий легендарный герой и тому подобное? Не хочется признать, что запала на обычного паренька? Конечно, ты же великая жрица! Простые смертные не для тебя! Что ж, ты познала любовь бога сполна». Силы постепенно возвращались, боль отступала, но вставать все еще не хотелось. Локи было интересно увидеть реакцию тех, кто найдет труп Мелисандры, и услышать домыслы. Скорее всего, эти дикари расценят случившееся, как дурное предзнаменование или как праведный гнев Р'глора, который за что-то там покарал свою нерадивую жрицу. Усмехнувшись, трикстер закрыл глаза. Он снова думал о заклинании теней, о своей призрачной дочери Хэлдис, которая, казалось, теперь всегда незримо присутствовала рядом, ожидая приказа убивать, и ее возможностях, о предстоящем военном совете и том, как избавить себя от раны, нанесенной призрачным клинком, ведь, даже хорошенько покопавшись в голове Красной женщины, асгардец не нашел ответ. «Скорее бы вернуться домой…» — вздохнул Локи, машинально взяв в ладонь угасший амулет, связанный с Тессерактом. Холодный и безжизненный. Небо над самым большим космодромом читаури было ясным и сияющим, на него было больно смотреть. Несметная армия, собранная новым главнокомандующим, собиралась переходить в наступление на Асгард, заручившись поддержкой недовольных властью Локи миров. Конечно, против мощи Тессеракта идти было рисковано, но читаури располагали достаточными возможностями, позволявшими, пусть и с большими потерями, победить в этой войне. Подготовка к вылету всегда занимала много времени, ведь корабли должны быть в идеальном состоянии, тем более, перед решающей битвой. Пилоты спешно тестировали работу всех систем, сканировали механизмы, проверяли вооружение. — Первая гвардия! Готовность десять минут! — Прозвучало по связи. И вдруг небо вспыхнуло слепящим алым светом, разошлось волнами, открыв черный провал, из которого хлынул жидкий огонь. В одно мгновение огромный процветающий мир превратился в обугленную безжизненную пустыню, покрытую твердой коркой спекшегося камня. — Видели, предатели?! Вы это видели? Срывающийся от ярости голос владыки Муспельхейма, транслируемый при помощи Тессеракта на все Девять миров, прозвучал, как приговор. — Видели, что будет с теми, кто пойдет против законного царя? Глупцы! Вы думали, можете безнаказанно захватить асгардский трон? Так смотрите на то, что останется от ваших жалких мирков, если восстание повторится! Надеюсь, я доходчиво объяснила? Суртсея, видя на экранах мониторов реакцию подданных, сжала дрожащие руки в кулаки. Она люто ненавидела всех, кто мог позволить себе думать плохо о Локи, и без тени сожаления смотрела на покрытую пеплом каменную поверхность мира читаури, похожую на расплавленный черный воск. Продемонстрировав свою силу, правительница Огненного мира упивалась могуществом и властью, и, даже понимая, что совершила великое зло, была безумно счастлива. Эйфория накрыла ее с головой, лишила рассудка. Демон жалела об одном — рядом не было ее любимого Локи, а ей так хотелось разделить с ним радость победы!