Глава 37. Ты исправишь свои ошибки
21 декабря 2014 г., 16:36
Асгардское Хранилище оружия было оцеплено, вокруг него собралась целая армия вооруженных до зубов воинов. Личная охрана доставила царя к зданию, чтобы он мог самостоятельно контролировать происходящее, ведь предстояло поместить самое мощное во всех мирах грозное произведение мастеров Муспельхейма рядом с другими артефактами так, чтобы они случайно не активировали друг друга.
Локи, лежа на своем переносном троне, проворачивал в руке Гунргнир, явно нервничая. Он внимательно всматривался в толпу, встречаясь взглядом с некоторыми асами, которые чуть заметно кивали ему. Царь ждал.
Голубое сияние в небе возвестило о том, что в Хранилище перенеслась владычица Огненного Мира. Трикстер дал команду страже внести себя в здание и пропустить в него магов, которым предстояло закрыть смертоносный меч защитным куполом.
Пожилой чародей учтиво проводил Суртсею к цилиндрическому возвышению, сделанному из черно-красного сплава неизвестных в Муспельхейме металлов. Еще несколько асов в мантиях со знаками отличия Совета Магов окружили огненную деву и ждали, когда она возложит свое главное оружие на постамент. Едва пылающий артефакт коснулся поверхности металла, он издал пронзительный звон, и, под монотонное бормотание стоявших вокруг асов, над огненным мечом сомкнулся сияющий зеленоватый купол.
— Вы закончили? — Повелительным тоном спросил Локи, сильнее сжимая Гунгнир в ладони.
Суртсея обернулась, встретилась взглядом с трикстером, и вдруг подумала — как так получилось, что постамент и защитный купол для ее оружия был приготовлен заранее? Откуда у царя Асгарда золотое копье, если он все еще не мог применять магию? Да и каким образом, без помощи Тессеракта, кто-то мог пробраться в Муспельхейм?
Огненная дева еще не успела ничего сделать и даже осознать случившееся, как вдруг вокруг ее шеи, сдавливая горло, обмоталась холодная гладкая цепь, от прикосновения которой в пламенную плоть вгрызлась разъедающая боль. Инстинктивно схватившись ладонями за металл, Суртсея почувствовала, как руки обожгло, словно кислотой. Практически потеряв сознание от боли и удушья, демон ощущала, как ее пламя угасает, становясь неспособным причинить серьезный ущерб. На запястьях сомкнулись тяжеленные браслеты, шипы внутри которых пронзили руки насквозь. А потом то же самое произошло с лодыжками. Металл оков разъедал плоть, от невыносимой боли хотелось орать, но шею все еще сдавливала цепь.
— Выведите ее из здания, — услышала Суртсея ледяной голос любимого мужчины. — Суд должен быть открытым.
Оказавшись на улице, Локи осмотрел собравшийся народ. Его верные асы сработали замечательно, вовремя созвав послов разных миров, чтобы все видели, как вершится правосудие в Асгарде. Как должно вершиться.
— Дорогие мои подданные! — Провозгласил царь, усиливая голос магией, чтобы все могли его слышать. — Сожалею, что мне пришлось так надолго оставить вас, но, поверьте, я делал все возможное, чтобы скорее вернуться, и теперь бесконечно счастлив снова быть вашим правителем. За время моего вынужденного отсутствия, случилось много плохого, в частности, по вине слишком горячего владыки Муспельхейма. Уничтожив мир читаури, погубив миллионы невинных, огненный демон нарушил вселенское равновесие, и на грани гибели оказались все мы. Но теперь выход найден. При помощи Тессеракта и моих блистательных ученых, я остановлю катастрофу. Суртсей станет недостающим звеном живой нити, соединяющей и питающей миры. Я отдал приказ отправить демона в мир читаури и заточить там, замкнув на нем разорванную цепочку. Мертвые миры снова станут обитаемыми, а те, что на грани гибели, восстановятся. И свой приговор в исполнение приведу я сам.
Под оглушающие возгласы толпы Локи жестом позвал тех, кто должен был помочь ему осуществить задуманное, к трикстеру подвели еле живую от боли и удушья Суртсею, которая все равно сохраняла облик, созданный для любимого — прекрасная сияющая дева с искрящейся белой кожей, волосами, похожими на ртуть и золотыми глазами. Она все еще не могла принять случившееся, но холодный повелительный взгляд царя говорил красноречивее любых слов.
— Настало время ответить за содеянное, — сухо проговорил Локи, прямо и безжалостно смотря в горящие золотом глаза. — Тот, кто совершил зло, должен исправить его. Думаю, мое решение не покажется несправедливым.
Суртсея хотела многое сказать, но не позволяла сдавившая горло ядовитая цепь. Содрогаясь всем телом, беззвучно плача и пытаясь вдохнуть, демон увидела голубой свет открывающегося портала, кольцом расходящийся в чистом небе, открывая черный пугающий провал в неизвестность.
