Альбинос

Эрони лежала на холодной земле. Первыми вернулись ощущения. Всё тело затекло и занемело, не говоря о том, что ныла каждая клеточка тела от неудачного приземления. Как только шквал всех этих неприятных ощущений обрушился на девушку, она, скривившись, тихо застонала. Потом, подтянув колени к груди, открыла глаза, которые сразу же ослепил свет светила. «Получается туннель шёл сквозь скалу на противоположную её сторону? - пронеслась первая мысль в голове девушки. – А сейчас утро. Уже утро. Я пролежала тут целую ночь!». Вдруг Эрони подскочила, как укушенная змием ядовитым, разглядев в слепящем свете перед собой силуэт. То, что она увидела после, чуть не отправило её снова в мир грёз. Перед ней сидел большой мохнатый зверь. Он был такой величины, что, сидя, в росте мог легко сравняться с Седриком. А людей выше этого мага Эрони ещё не встречала. Серая длинная шерсть свисала свалявшимися клочьями со всего тела этого чуда. А то, что это какое-то чудо спорить не приходилось. Длинная вытянутая по-волчьи морда с кошачьими острыми ушками и приоткрытой пастью открывала пугающий вид на ряд жёлтых острых клыков. Длинные мощные львиные лапы зверя были снабжены столь же пугающими когтями, которые, видимо, не имели такой способности, как у кошек - втягиваться в подушечки. Но зато зверь обладал поистине кошачьей гривой и узкими полосками зрачков в огромных, по сравнению с его мордой, янтарных глазах. Образ завершал длинный хвост с такой же свалявшейся шерстью. - Кыш! – выкрикнула первое, что пришло в голову Эрони. – Кыш, кому сказала!! Вон, брысь! Зверь даже не шелохнулся. Раскрыв свою огромную пасть в таком зевке, что едва не вывихнул себе челюсть, он продемонстрировал девушки ряды острых, как лезвия, зубов во всей своей полной пугающей до дрожи красе. А ведь там, среди заточенных клыков, Эрони чётко разглядела застрявшую там бурую шерсть кого-то животного. Эрони быстро начала искать взглядом тот туннель, из которого она вчера выпала. Вход в него нашёлся довольно быстро, но за спиной пугающего монстра. Увидев, что зверь лениво поднялся, девушка отпрянула назад, не отрывая глаз от клыкастой морды этого чуда. Когда её спина упёрлась в камень скалы, Эрони вжалась в эту непреступную стену, будто пытаясь раствориться в ней. Тут зверь сделал пару шагов по направлению к своей жертве. Девушка быстро схватила первый попавшийся камень и швырнула прямо в два огромных глаза чудовища. Зверь, сморщившись, неприятно фыркнул, но Эрони хватило этой заминки, чтобы пробежать вдоль каменной стены, в которую она упёрлась, и найти в ней небольшую щель. Она быстро протиснулась внутрь неё, умом понимая, что только упрощает задачу этому хищнику. Щель была не столь велика, чтобы этот зверь не мог достать её своими лапами, а внутри она была обездвижена, ведь бежать больше некуда. Зверь, вопреки ожиданиям, не приближался. Он чинно уселся напротив укрытия девушки и прожигал её взглядом. Эрони же руками набирала небольшие камушки со стенок щели, в которую себя загнала. - Кыш!! Уйди! – выкрикнула Эрони. – Брысь!! Фу!!! Пошёл вон! Альбиносы не вкусные!! - Ты так в этом уверена? – прошамкал клыками зверь. Правда, его речь было очень сложно разобрать. Она была отрывистой, рычавшей и лишённой всякой интонации. Но это была настоящая человеческая речь!! - Что? Что ты сказал?! – не поверила себе Эрони. – Нет! Я просто ударилась головой!! - Согласен, - опять прорычал зверь. - Вон!! – крикнула Эрони, швыряя в зверя камни из правой руки. Зверь сморщил морду, прикрывая её лапой от мелких камушков. Они, конечно, не могли причинить ему никакого вреда, но, видимо, делал он это чисто на инстинктах. - Прекрати! – рыкнул зверь. – Глупая девчонка! Я не собираюсь тебя есть. - Ага, как же, - скептически пробормотала Эрони, набирая свободной рукой ещё камней. – Так я тебе и поверила. - Но я же не съел тебя, когда ты была без сознания. - А откуда мне знать, что на уме у животного? – спросила девушка. – Я тебе не верю! Поклянись, что не тронешь меня. Давай, принеси эту клятву перед всем, во что веришь!! Эрони всегда была свято убеждена, что если кто-то даёт обещания или, тем более, клятву, то просто обязан это выполнить. По её убеждениям было легче вонзить в своё сердце кинжал, чем нарушить данное тобой слово. Так воспитал её Седрик. Он сам всегда держал своё слово и её учил тому же. Маг всегда ей говорил, что никогда не обещает ничего того, что не смог бы выполнить. Его принципы легко усвоились девочкой и впитались в её восприятие мира. Зверь же резко поднялся и глухо зарычал. Припав к земле, он оскалился и сморщил морду, отдаваясь во власть диких инстинктов. Его хвост яростно метался из стороны в сторону, ударяя хозяина по бокам. - Как ты смеешь!! – взревел он. - Ты, человек, требовать мою клятву?! Я раскромсаю твои косточки лишь одним укусом! Знай, с кем говоришь. - С диким зверем, который грозиться съесть ребёнка! – зло выкрикнула Эрони, пересиливая страх. Злобный оскал покинул морду зверя, а его большие глаза распахнулись шире. Он сделал осторожный шаг вперёд, шумно принюхиваясь. Потом, зверь склонил свою голову набок, продолжая смотреть на девушку. Сердце Эрони отбивало бешеный ритм, грозясь расколоться на мелкие осколки. Но зверь продолжал так стоять, не отступая, но и не приближаясь. Вдруг в голове девушки промелькнула безумная мысль: «Он же разумен!! Зверь, но разумен! Я ведь могу добиться того, что мне нужно от людей, а почему бы не попробовать и с ним? Так, что я сказала такого, что он перестал на меня рычать? То, что я назвала его диким зверем? Нет, на такое обычно злятся! Так, что же такого я сказала? Думай, думай! Точно!! Ребёнок!!!». Эрони еле сдержала улыбку, так и просившуюся наружу. - Что?! – спросила она зверя. – Давай, нападай на беззащитного ребёнка! Ну, почему медлишь? Эрони придала лицу такое выражение, будто, хотела расплакаться. Она, конечно, понимала, что уже не является ребёнком, но откуда этому животному разбираться в возрастах людей? Главное она уже уловила – нужно давить на жалость. - Ты ещё детёныш? – спросил зверь. - Кто я? – спросила Эрони, вытирая несуществующие слёзы. - Детёныш, - повторил зверь. – Тебя ещё не покинула мать? Тогда где она? Почему её нет рядом? - Я не знаю, где она, - созналась девушка. – И никогда не знала. Меня ещё младенцем нашли на пороге приюта. Потом меня взял к себе Седрик. Он один растил меня все эти годы. Заботился, любил, а вчера… вчера… Тут Эрони и вправду заплакала. Сжатые кулачки, полные камней, разжались, и она опустилась вниз, пряча лицо в ладонях. Весь страх вчерашнего дня вновь нахлынул на неё. Где же сейчас Седрик? Что с ним и её друзьями? Эрони не знала ничего. Она теперь одна. Снова одна. - Седрик? – переспросил зверь, подходя ближе. – Так, значит, ты его детёныш? Он тебя оставил? - Нет! – выкрикнула Эрони. – Здесь были люди. Они вчера напали на нас. Они забрали его. А меня оставили здесь, сказав, что я пойду на корм зверю, чтобы он не тронул их. - Точно детёныш, - тихо прошамкал клыками зверь. – И запах у тебя ещё свежий. Ладно, клянусь лесом, в котором рос, клянусь своими клыками и хвостом, что не съем тебя. Довольна? - Да, - тихо всхлипнула Эрони. – И что теперь? - Теперь вылезь оттуда, - сказал зверь. – Нужно тебя куда-нибудь деть, да ещё и на охоту сбегать. - Ага! – вскрикнула девушка. – Так, значит, не собирался меня есть? А сам-то? - Детёнышей не ем, - заверил зверь. – Теперь думать, что с тобой делать. Оставлю здесь – другие съедят, а с собой взять не смогу – в лесу долго не протянешь. - Мне нужно на ту сторону скалы, - сказала Эрони. – У меня там друг остался. Он тоже детёныш, но ещё и сильно болен. Я не знаю, как он без меня ночь провёл. Он мог замёрзнуть, а в его состоянии это очень опасно. - Значит вас двое? - Да, - ответила Эрони, выбираясь из своего укрытия. – Отведёшь меня к нему? Зверь лениво осмотрел девушку, потом, потянувшись, как кот, фыркнул. В один прыжок он оказался рядом с Эрони и повернулся к ней большим серым боком. - Залазь на спину, - сказал зверь. Эрони быстро выполнила его просьбу. Шерсть зверя показалась ей очень необычной. Верхние длинные волоски были жёсткими и тёмными, когда под ними скрывался мягкий пух более светлого тона. Девушка покрепче уцепилась руками в мощные бока зверя, готовая к чему угодно. Как только она это сделала, сильные лапы зверя оттолкнулись от земли, бросая хозяина в высокий прыжок. Острые когти легко вцепились в камень скалы. Зверь легко подтянулся на выступающий камень и обернулся на свою всадницу. - Держишься? – спросил он. - А что мне остаётся?! – не выдержала Эрони. – Предупредил бы хоть, что прыгать собираешься! - Дальше, держись крепче, - клацнул клыками зверь и по-кошачьи пригнулся для прыжка. Эрони из последних сил вцепилась в это странное животное. Он легко перепрыгивал с камня на камень, находя лишь ему известные тропы и маленькие выступы. Так вскоре они поднялись на самый верх, где ветер был столь силён, что если бы Эрони не сидела верхом на звере, то точно бы не смогла устоять на ногах. Бока зверя тяжело вздымались, а из раскрытой пасти свисал длинный язык. Они простояли так некоторое время и Эрони начала уже бояться, что зверь либо её съест на месте, забыв про свою клятву, либо бросит её здесь. Но, будто услышав её мысли, он резко рванулся вперёд, да так, что девушка еле удержалась на его спине. Пробежав так ещё немного, они начали спускаться. Вниз прыгал зверь очень аккуратно, тщательно выбирая каждый камушек, прежде чем опустить на него лапу. Так что спуск занял намного больше времени, чем подъём. Но вот Эрони и увидела тот самый выступ-площадку, служивший им лагерем. - И где же твой друг? – спросил зверь, зорко вглядываясь вниз. - Должен быть там, - немного растерянно заверила девушка. – Он болен и у него много ран, так что никуда уйти Феликс не мог. Зверь продолжал молчать, пока они не спустились на место бывшего лагеря. Тут Эрони быстро спрыгнула с его спины и, оглядевшись, бросилась к двум большим камням, между которыми вчера Алиса укладывала юношу. Там и вправду, обхватив руками колени, сидел Феликс. - Я так рада, что с тобой всё хорошо! – радостно воскликнула девушка, обнимая друга. Феликс лишь слабо улыбнулся и посмотрел на огромного зверя. Юноша ничуть не испугался и тихо упрекнул Эрони: - Я же тебе ещё тогда, в деревне, говорил, чтобы, когда встретишь зверя, ты не кидала в него камень. Девушка испуганно отпрянула от юноши. Она не верила тому, что услышала. Феликс тогда не бредил!! Он ведь и вправду, когда его вводили в дом Вадима, говорил ей это. Но как он мог тогда что-либо предсказать, если едва находился на грани жизни и смерти? Да как он мог вообще увидеть будущее, если у него это никогда не получалось? - А про лес… Ты тоже предсказывал, а не бредил? – только и смогла выдавить из себя девушка. - Не знаю, - сознался Феликс. – Я и про зверя уверен не был. Сам же зверь с большим любопытством наблюдал за беседующими детёнышами. Костлявый мальчик показался ему не таким беззащитным, каким его описала ему Эрони. Этот детёныш даже и не боялся его. - Феликс, что теперь будем делать? – спросила Эрони. - Не знаю, - пожал худыми плечами юноша. – Можно направиться в тот город, куда повезли остальных. Эрони даже подскочила на ноги, воскликнув: - Так ты знаешь, где они?! Почему не сказал? - Потому что там мы уже ничего не сможем сделать. Их передадут в какое-то место, которое они называю «Город-Храм». Там мы их даже увидеть не сможем. - Город-Храм? На нашем континенте так называют только один город объединённый с храмом. Феликс, обычные храмы расположены в городах, которыми управляют и в их власти ещё и селения, находящиеся неподалёку. А Город-Храм – это очень большой город. Я бы даже сказала самый большой из тех, которые я изучала по книгам. Он даже управляет не близ лежащими селениями, а городами. У тебя есть хоть какой-то ориентир, где их искать? Иначе мы просто потеряемся там. Феликс сидел, ничего не говоря и покачиваясь взад вперёд. Его длинные волосы сейчас закрыли всё его лицо, а тонкие гибкие пальцы замысловатыми движениями перебирали пряди одну за другой. - Феликс? – неуверенно позвала его Эрони. Юноша начал возмущённо мычать, мотая головой из стороны в сторону. Руки, спустившись с волос на лицо, начали медленно царапать кожу. Напуганная Эрони отпрянула назад. Она сильно испугалась, что рассудок Феликса сейчас помутился. Тут, сидевший до этого без малейшего движения зверь, осторожно приблизился к девушке и прислонился к ней большим тёплым боком. - Не бойся, - сказал зверь. Когда пальцы Феликса прошли по щекам вниз к подбородку, он, шумно выдохнув, расслабился. Юноша поднял свои необычные бирюзово-зеленые глаза полные усталости и ликования. - Знаю, - тихо прошептал он. – Я знаю, куда их ведут. - Что это было? – точно также тихо спросила Эрони. - Я прошёлся по мыслям, след которых остался у меня в голове. Это сложно пояснить. Когда у меня бывают вспышки и я, будто, проникаю в чужую голову, я слышу все самые яркие мысли, которые только проносятся в голове. Но их так много и они все кричат, что почти ничего невозможно разобрать. Тогда тот мальчик, Руд, поделился со мной своими мыслями. После таких проникновений, есть что-то вроде осадка тех мыслей, но уже у меня в голове. Разобраться в них или прочесть – это очень трудно и больно. - Поняла, - кивнула Эрони. – И спасибо, что делаешь это. - Почему? - хрипло спросил Феликс. – Я ведь и для себя стараюсь. Алиса так заботилась обо мне. Я хочу ей помочь. Эрони повернулась лицом к зверю и благодарно погладила его по загривку, вставая для этого на цыпочки. - Ты можешь отвести нас как можно ближе к этому городу? – спросила она. - Наглеешь, - прорычал зверь, а потом обратился к Феликсу. – От тебя, детёныш, пахнет кровью и страхом. - Как и от тебя, дикий зверь из леса, - ответил тихим бархатным голосом юноша, почтительно склоняя голову. Зверь довольно прищурился. Странные ему детёныши попались. Обычно от всех, кто тут встречается, пахло кровью, страхом и яростью. Они все были такими же хищниками, как и он. Но эти детёныши, и вправду, были наивны как щенки. От них не пахло ненавистью, жестокостью или, что ещё хуже – металлом. Если бы от них доносился хотя бы один из этих запретных, то тогда бы зверь даже не стал бы заговаривать с этими детёнышами и растерзал на месте. ДА таких, как они, оставить здесь – обречь на смерть. В этих горах и лесу, находящемся далеко внизу, обитают и другие звери, которые защищают лишь своих детёнышей. - Хорошо, - прощёлкал клыками зверь, - отвезу. Но сначала в лес. Я не ел несколько дней. Эрони сразу легко согласилась на это условие. Зверь прилёг подставляя юноше с девушкой свою спину. Когда они взобрались на него, он легко побежал вниз, перепрыгивая с камня на камень. Так они спускались довольно долго. Потом, когда под мощными лапами уже была мягкая почва леса, зверь продолжал бежать в лишь ему выданном направлении. К закату, он остановился у большого могучего дерева, ствол которого не смогли бы обхватит Феликс с Эрони, даже взявшись за руки. - Слезайте и ждите здесь, - сказал зверь. – Тут вас никто не тронет. Вернусь к утру, тогда и отправимся. И оставив их тут, зверь умчался дальше. Эрони с Феликсом устроились под большим деревом, прижавшись друг к другу, для большего тепла. - Он нас не бросит? – тихо спросила Эрони. - Нет, - твёрдо ответил Феликс. – А у нас ничего из вещей не осталось? - Ничего, - грустно прошептала девушка. – Те разбойники забрали всё. Хотя бы одну фляжку с водой надо было припасти, а то есть хочется, что аж всё внутри ноет. - У меня тоже, - согласился Феликс. – И в горле пересохло. Знаешь, а я ведь только подумал, что мы в лесу. Может, здесь неподалёку есть ручей или ягоды? - Точно! – обрадовалась Эрони. – Сиди тут, а я поищу что-нибудь. - Далеко не уходи, - попросил Феликс, сворачиваясь клубочком на земле. Эрони послушно кивнула и начала искать хоть малейшие признаки еды. Уходить далеко она не собиралась, и так уже слишком много приключений выпало на её долю. Когда лес полностью погрузился во мрак, она с трудом нашла дерево, под которым оставила Феликса. Но, не смотря на это, в подоле своего платья она принесла много кроваво-красных ягод, которые на языке магов так и назывались «сангвинем» - кровь. Феликс был очень бледен и весь дрожал. Съев ягоды, они вместе заснули под деревом. Утром их разбудил, вернувшийся с охоты, зверь. Сытым он не выглядел, но и лапы, как вчера, когда они спустились в лес, у него уже не подгибались. Эрони с Феликсом опять взобрались на спину зверя и отправились в путь, всё дальше углубляясь в лес. *** Разбойники, когда поспешно покинули площадку-лагерь, шли, не останавливаясь, срезая тропы давно продолбленными ими туннелями. Так они двигались до глубокой ночи, подгоняя «спотыкающихся магов и их дружка», - как они называли Алису с Седриком и Сашей. Так под светом звёзд они добрались до широкой дороги, которая прямиком вела вниз от скал к Городу-Храму. На этой дороге их поджидала остальная часть шайки. Магам сразу завязали рты, чтобы они не могли прочесть никакого заклинания. После этого всех пленников усадили в повозку, связав им ноги, и сами расселись по коням. Ехали быстро, но не сказать, что бесшумно. На протяжении всего пути разбойники перекрикивались друг с другом, что-то перекидывали соседнему всаднику и всё время хохотали. Алиса всё время извивалась, стараясь выбраться из крепких пут. Седрик, сидевший напротив неё, казался совсем поникшим. Но его грусть и какая-то безнадёжность прослеживались лишь во взгляде его серых глаз. А вот его гордо поднятая голова и расслабленность наводили на совсем другие мысли, заставлявшие разбойников постоянно бросать на него косые взгляды. Некоторые, время от времени, говорили Седрику, что чтобы он не задумал - сбежать ему не удастся. Саша, сидевший рядом с Алисой, был весь напряжён как натянутая тетива. Попыток выбраться из пут он не предпринимал, но всё же продолжал инстинктивно стараться придвинуть поближе к себе правую ногу, в сапоге которой был припрятан стилет. - Достала уже! – закричал на Алису Руд, сидевший рядом с разбойником управляющим телегой. – Хватит дёргаться!! Алиса в ответ что-то промычала сквозь кляп. Потом она, оперившись головой о край телеги, сильно прогнулась в спине, чуть ли не вставая на мостик, после чего резко расслабившись рухнула обратно, в положение «сидя», попутно производя много шума. Тут Алиса вся сморщилась, неудачно приземлившись на завязанные за спиной в неудобном положении руки. - Ну, всё достала!! – выкрикнул всё тот же Руд и, повернувшись назад к пленникам, схватил Алису за косу. Мальчишка, хохоча, резко дёрнул её волосы на себя, наматывая их на кулак. Алиса вся скривилась от боли и что-то замычала сквозь кляп. Тут изогнувшись всем телом Седрик кинулся вперёд, ударяя нахального мальчишку своей головой. После этого маг повалился в телеге набок, услышав хруст где-то в плече. Хотя и Руд, не ожидавший такого от самого смирного пленника, свалился с телеги, сопровождаемый воплями Алисы, чью косу он продолжал крепко держать. - Что здесь происходит?! – зарычал подъехавший к ним Вик. Разбойник, сидевший у поводьев телеги, сразу остановил коней. Руд, издав визг раненой собаки, отпустил косу Алисы и распластался по грунту дороги. Пленница же быстро метнулась подальше о края телеги. - Происходит то, что этот мальчишка нападает на связанную женщину! – с вызовом выкрикнул Саша, которому не посчитали нужным вставлять кляп. - Тот маг напал на меня! – запротестовал Руд. - Седрик защищал Алису, - раздражённо пояснил Саша. Вик осмотрел пленников, а затем и Руда. Он спешился и, заглянув в телегу, одним рывком оттащил Седрика к краю, разрывая воротник его чёрного плаща. - Думаешь самый умный? – спросил Вик. - Отсрочить неизбежное тебе всё равно не удастся. Надо же, защищаете своих!! Да вы столь прогнили, что дальше просто некуда. Даже эта женщина и то носит мужское одеяние!! Все маги продали души тьме, так что терпите расплату. После своего короткого монолога Вик отшвырнул Седрика от себя, на противоположный край телеги. Потом он, не обращая внимания на ненавидящие взгляды Саши и Алисы, помог подняться Руду. - Будь осторожней с этими, - предупредил Вик мальчишку. – Помни, их поглотила тьма. Руд с недоброй ухмылкой кивнул и двинулся вперёд за отрядом. Вик молча запрыгнул на своего коня, сверля хмурым взглядом пленников. Как только повозка тронулась, Саша тихо спросил Седрика: - Ты как? Больно? Маг, упавший лицом вниз, попытался перевернуться или привстать, но тут повозка подпрыгнула на камне, и он со стоном опять уткнулся в деревянное дно телеги. Вёрткая Алиса, изогнувшись змеёй, быстро приняла сидячее положение. Потом она чуть пододвинулась поближе к Седрику, кивая на свои ноги. Маг, недолго думая, повернулся на бок и устроил свою голову у неё на коленях. Правая бровь у него уже была разбита и поблёскивала свежей кровью. Саша, поймав на себе взгляд Седрика, еле заметно кивнул на свой сапог, в котором скрывался острый стилет. Маг отрицательно помотал головой, показав глазами куда-то вперёд, сквозь телегу. Проводник так и не смог точно понять этот жест. То ли маг говорил повременить до того как они доберутся до города, толи он говорил, что разбойников слишком много и они всё равно не смогут сбежать. Но в любом случае от этой немой беседы на сердце стало как-то легче. Больше никто из пленников не предпринимал ничего, что могло привести к перепалке с разбойниками. Было страшно, но они были готовы ко всему неизвестному. По взгляду Седрика было понятно, что он осознал свою участь и смирился с ней. Маг просто тихо наслаждался последними деньками, ощущая поддержку проводника и Алисы, которая была готова в любой момент начать бороться. С чем и с кем собиралась она сражаться - было не ясно, но пока Алиса всеми силами старалась свести на нет гнетущую обстановку. На второй день Алиса вдруг начала мычать весёлую мелодию, мотив которой легко запоминался. Вскоре её быстро подхватил Саша, тихо подпевая ей. Прекращали они лишь, когда на них начинали кричать разбойники, но и то ненадолго, вскоре вновь возобновляя мотив. Под вечер второго дня они проезжали мимо какого-то селения. Но как только отряд разбойников приблизился к этой деревушке, то сразу свернул в сторону. Ночью они не останавливались, срезая путь через поле, засеянное хлебом. Когда третий день почти безостановочного пути приблизился к вечеру, они прибыли к воротам Города-Храма, где их уже поджидали. Там стояло около дюжины жрецов в белых одеяниях и десятка два городских солдат. Вик, завидев их, радостно ударил ногами по бокам уже спотыкающегося коня, поторапливая его. Подъехав ближе он радостно улыбнулся собравшимся. - Я так рад, что посланный вперёд человек, всё-таки передал вам моё сообщение! – радостно воскликнул Вик. - Я бы не сказал, что оно было достоверным, - заметил высокий человек в белоснежных одеяниях, поверх которых был одет доспех. - Декабрий, ваше дело военное, а переговоры оставьте нам, - мягко указал старый жрец место подчинённому. - Вы правы, прошу прощения, - чуть склонил голову Декабрий, но на него уже никто не обращал внимания. Самый старый жрец, чьи короткие волосы и длинные густые брови были в тон белоснежных одежд, вышел вперёд. На его лице были столь глубокие морщины, что казалось, будто, они уходили далеко внутрь него, пронизывая старика до костей. Он заговорил неприятно-скрипучим голосом: - Это правда, что у вас для нас троих магов? Никто никогда не приводил больше одного. - Магов двое, - поправил его Вик, явно морщась от общения со стариком. – И ещё один – их приспешник, предатель света. Магов была целая шайка. Этот приспешник привёл к ним невинную девушку, и те её изуродовали, пытаясь исцелить своего умирающего сородича. Жертву спасти не удалось, а их выродок умер в пути. Остались только двое магов – мужчина и женщина. - Даже так? – удивился старик. – Позволите взглянуть на них? - Конечно, - согласился Вик, сползая с коня. Он проводил старика к повозке. Декабрий тихой тенью проследовал за жрецом. Кто-то из разбойников постарался его остановить, но мужчина лишь удостоил их взглядом полным холодного презрения. После такого никто не рискнул его задерживать. Тогда Руд тихо спросил, стоявшего рядом разбойника: - Да кто такой этот мужчина? - Тихо ты! – шикнули на него. – Это капитан городской армии. Поговаривают даже, что он родом из потомственных жрецов, поэтому может носить белые одежды под доспехом. - Врёшь! – буркнул в ответ мальчишка. – Жрецы – святоши и никогда не пойдут туда, где нужно марать руки или иметь дело с кровью. Дальше разглагольствования Руда никто не слушал. Все смотрели на старого жреца, который всматривался подслеповатыми глазами в пленников. Старик обратил всё своё внимание на Сашу и даже заговорил с ним: - Юноша, признаёшь ли ты, что пал в грех? Ещё не поздно и ты можешь раскаяться! Спаси свою душу и покайся. Магов уже не спасти, но тебя ещё можно. - Никуда я не падал! – возразил Саша. – Я просто работаю проводником, не больше. Этот человек заплатил мне за мою работу. А эти разбойники напали на нас, связали и оставили в лесу девушку и раненного юношу, без крохи еды. - Его разум тёмен! - воскликнул старик, вознося руки к небу. Седрик, тихо дремавший до этого момента, поднялся одним рывком, становясь на колени и привлекая, таким образом, внимание. Он промычал что-то сквозь кляп, потом резко вскинул голову вверх, а после кивнул на Сашу. Старик в страхе отшатнулся в сторону. Но вот Декабрий вышел вперёд, осматривая мага. Сам капитан был загорелым крепким мужчиной. Лицо у него было немного угловатым, что только подчёркивала короткая стрижка колючих тёмно-русых волос. Седрик рассмотрев капитана на миг удивился, потом моргнул, будто, отводя видение, и опять отчаянно что-то замычал. - Тебе есть что сказать? – спросил Декабрий. Седрик уверенно кивнул. – Развяжите ему рот. Со связанными руками всё равно не поколдует. Кто-то из разбойников неуверенно выполнил приказ. И как только Седрик обрёл возможность говорить, он затараторил, глядя вниз на землю: - Юноша не виновен. Его поймали по дороге сюда и сказали, что так заплатят больше. Ему угрожали его матерью. Меня поймали раньше всех и во время творения заклятий. Они держали меня без воды и еды и силой заставили обратить невинную женщину во мрак. Я смиренно каюсь и не заслуживаю прощения, но прошу отпустить сына Сэнара – Александра, ибо он не виновен. И прошу лёгкой участи невольно продавшейся тьме женщине, чьё имя я даже не знаю. Седрик в своей жизни лгал всего дважды. И это был второй раз. В первый раз он старался обезопасить себя, а сейчас друзей. Для жрецов такие слова должны были означать великую радость – покаявшийся маг, который всё равно умрёт, но при этом «признав свет». Сашу должны отпустить, а Алисе смягчить участь. Главное, чтобы ему сейчас поверили. - Вот даже как? – безразлично спросил Декабрий. – Я не вижу, чтобы у этого мага были причины врать, ведь сам он ничего не выигрывает. Как тебя назвали? Александр? Это правда, что сказал этот маг? Саша перевёл удивлённый взгляд на Седрика. Прежде чем проводник успел сказать хоть слово, маг тихо сказал ему: - Прошу тебя, сбереги брошку в виде пёрышка. Перед глазами Саши сразу встала Эрони с его подарком – той самой брошью. - То, что сказал маг это правда, - сказал Декабрию Саша. – Кроме матушки у меня никого нет, поэтому я готов был сознаться в чём угодно, лишь бы её не трогали. Декабрий повернулся к старому жрецу и, почтенно склонившись, сказал: - Благословите на праведное дело – освобождение невиновного, если этот юноша и вправду не является магом. - Благословляю, - с важным видом произнёс старик. – Я думаю, благородный воин Декабрий, ты дальше справишься и сам со своими солдатами. Поэтому оставляю остальные дела на тебя. А я с остальными жрецами удаляюсь в храм. Дальше Декабрий не обращал больше ни на кого внимания. Он быстро заплатил Вику за двух магов, и повёл троих пленников в город. Саше он сказал, что пока они не завершат все формальности, ему придётся немного походить под стражей. По поводу Алисы с Седриком он дал распоряжения своим солдатам, чтобы их отвели в темницу. После Декабрий отправился в храм, чтобы доложить о своих делах Верховному Жрецу, а пленниками можно заняться и завтра.