Программа

ХонБин оказывается неожиданно улыбчивым кудрявым парнем. Ты дёргаешься, когда при встрече он тебя обнимает и берёт за руку. Словно вы парочка. Вы довольно долго гуляете по парку, едите мороженое, примериваете смешные очки. Тебе приходится прикладывать усилия, чтобы изображать радость и умиление. Хорошо, что тебе вообще хватило мозгов догадаться, что это такая конспирация. Ближе к вечеру вы оказываетесь на набережной реки Хан. ХонБин обнимает тебя за плечи и, мечтательно глядя вдаль, вдруг говорит: – Рассказывай. Ты путаешься в словах, сбиваясь, когда он то нежно проводит рукой по твоей щеке, то заправляет прядь волос за твоё ухо. Закончив, смотришь на него беспомощно. Он симпатичный и улыбается так безмятежно, словно ни слова не услышал. А потом вдруг наклоняется, замирая в миллиметре от твоих губ, и выдыхает едва слышно: – Имя. – Ли ЧжэХван. Ты тонешь в нежных объятиях. ХонБин ведёт носом по твоей щеке и шепчет едва слышно: – Я посмотрю, что можно сделать. На работу ты приходишь в растрёпанных чувствах. Всё ещё переживаешь за подругу. ХонБин ничего не обещал, а он – единственная твоя надежда. А ещё ты взбудоражена вашей «конспирацией». Он так и не сделал ничего, что было бы чересчур. Но того, что сделал, было достаточно, чтобы перемешать все твои мысли и заставить возвращаться к прошедшему «свиданию» снова и снова. Тебе стыдно. Подруга в беде, а ты тут думаешь о мужчине. Под неодобрительным взглядом ВонЩика ты едва не скармливаешь шредеру важные документы и отправляешься домой на очередной внеплановый выходной. Начальник Ким слишком добр к тебе. Запястье вспыхивает болью, и ты сгибаешься пополам, утыкаясь носом в собственные коленки. Пятна перед глазами перестают плясать секунд через десять. Шум в ушах утихает, чтобы ты смогла расслышать обрывок фразы: – … зачем так грубо. Боль в запястьях отступает, а тебя вздёргивают, заставляя выпрямиться. Посреди твоей гостиной, развалившись на твоём любимом кресле, ухмыляется Ли ЧжэХван. – Разве моя любимая жена не говорила тебе не вмешиваться? – тянет он очень доброжелательно. Ты хочешь сказать ему много всего, но вовремя прикусываешь язык. Любое неосторожное слово добавит тебе шансов получить смертный приговор. Хотя и без этого, судя по всему, надеяться не на что. Ты закусываешь губу, думая, что подставила ХонБина и ВонЩика. Начальника Кима ещё может спасти использование псевдонима, во всяком случае, ты очень хочешь в это верить. «Рави» кажется достаточно надёжным прикрытием. Если только тебя не будут пытать. Ты не уверена, что найдёшь в себе мужество молчать. Но решаешь очень постараться. ЧжэХван с интересом наблюдает за твоим лицом. – Видимо, оппозиционных высказываний не будет, – хмыкает он. Ты молча буравишь его ненавидящим взглядом. – Ладно, – благожелательно улыбается. Он вообще очень много улыбается и кажется действительно беззаботным. Неудивительно, что ты даже подумать не могла, что он работает в Отделе Безопасности Программы. – Тогда сразу перейдём к той части, где тебя насильно волокут в Управление. Ты не особо сопротивляешься. Что толку пытаться противостоять мрачным бугаям? Они заталкивают тебя в идеально чистую, блестящую на солнце чёрную машину и залезают сами, оказываясь по бокам. ЧжэХван устраивается рядом с водителем и звонит жене. Он ни слова не упоминает о тебе, только воркует, спрашивая, что на ужин и не устала ли «его ласточка» за день. Тебя укачивает. Ты недоумённо хмуришься, потому что лифт едет не вниз, а вверх. Ты знаешь, что камеры клиентов Отдела Безопасности находятся в подвальных помещениях Управления, это ни для кого не секрет. Однако тебя везут на восьмой этаж. На восьмом этаже находится Первый Отдел. Там выдают информацию о подобранных партнёрах участникам Программы. Именно там ты подписала заявление о выборе «иных перспектив». – Зачем?.. – ты не договариваешь, перехватывая весёлый взгляд ЧжэХвана. Но он всё равно дружелюбно отвечает: – Подберём тебе пару. Здорово, да? – он улыбается широко, и ты с трудом удерживаешься, чтобы не попытаться расквасить его огромный нос. Тебя всё ещё цепко держат за предплечья. Забавно. Ты так старалась избежать этой участи, но, кажется, от судьбы всё же не уйдёшь. Сейчас тебя выдадут замуж, и ты окажешься вовсе бесправной женой. Если захочет, муж запретит тебе работать и вообще выходить из дома. А уж ЧжэХван позаботится мотивировать твоего супруга. Ты надеешься, что хотя бы на результат подбора сотрудники Отдела Безопасности влиять не могут. Это было бы слишком. Тебя оформляют как изменившую выбор. Симпатичная девушка в аккуратном деловом костюме, кажется, искренне поздравляет тебя с «верным решением» и провожает до комнаты выдачи результатов. На безымянном пальце девушки ты замечаешь тонкое колечко. Наверное, кому-то всё же везёт. В конце концов, не все мужчины садисты, должны же и нормальные парни на ком-то жениться? Может, повезёт и тебе. Ты почему-то думаешь про ВонЩика и ХонБина. Они оба давно отметили 23 года. Интересно, почему до сих пор не женаты? Тоже выбрали «иные перспективы»? Возможно, так, а возможно, нет. Таких девушек, как ты, отказывающихся от участия в Программе, очень мало. Но тем не менее, если девушка отказалась, её потенциальный муж остаётся без пары. Тому, кто старше, обычно это мужчина, контактные данные партнёра сначала не выдаются, только фотография и общая информация вроде профессии и хобби. Если в 23 года твоя пара не захотела участвовать в Программе, ты так никогда и не узнаешь, как этого человека найти. А если вдруг найдёшь, говорить о полученных тобой результатах не имеешь права. В принципе, спустя некоторое установленное время можно обратиться за повторным подбором. Но многие так этого и не делают, тоже пассивно выбирая «иные перспективы». Комната выдачи результатов представляет собой маленький чулан с креслом и проектором напротив белой стены. Считается, что процедура должна быть торжественной, поэтому участникам Программы не просто выдают лист с информацией о подобранном партнёре, но сначала показывают что-то вроде презентации. Ты с некоторым трепетом опускаешься в кресло. Через минуту на белой стене можно будет увидеть лицо твоего будущего мужа. Несмотря ни на что, ты всё ещё надеешься. Надеешься, что всё наладится, что тебе хотя бы не достанется монстр. Ещё ты думаешь, что этот человек уже видел твоё лицо на такой же белой стене. Наверное, он очень расстроился, когда в положенный срок ему не выдали твои координаты. Не самое лучшее начало отношений. Девушка в костюме ободряюще касается твоего плеча, включает проектор и выходит. Ты задерживаешь дыхание. Когда на стене появляется лицо, ты давишься воздухом и открываешь рот. Это определённо твой начальник. Проектор демонстрирует имя, возраст и прочие данные, бо́льшую часть которых ты и так знаешь. Понятно, почему он не женат. Ты сидишь, оглушённая, не зная, радоваться или наоборот. Наверное, радоваться. ВонЩик всегда казался тебе надёжным и… добрым. Он действительно пытался тебе помочь спасти подругу, рискуя сам. Ты очень, очень благодарна. А ещё он узнал, что ты должна стать его женой, не меньше трёх лет назад. И ничем себя не выдал. Даже когда ты выбрала «иные перспективы». Ты неуверенно улыбаешься. Выйти за начальника Кима кажется большой удачей. Конечно, и ЧжэХван поначалу выглядел милым парнем. Но ты почему-то уверена, что с ВонЩиком будет по-другому. Экран гаснет, и ты встаёшь с кресла, чтобы выйти и получить на руки документы. И недоумённо оборачиваешься, когда экран вспыхивает снова, демонстрируя уже другое лицо. Изумлённо таращишься на совершенно незнакомого тебе парня. Рядом с фото появляются персональные данные. Два? Ха, кто бы мог подумать. Такое действительно редко бывает. И ты никак не ожидала, что это может случиться с тобой. Теперь ты можешь выбирать. Пробегаешь глазами по строчкам с куцыми данными. Нелепо, что человек должен принять решение, основываясь только на имени, возрасте, профессии, кратком описании семьи и хобби. Второй кандидат оказывается врачом, который любит кошек. Ты фыркаешь. Действительно полная характеристика. Возможно, он очень неплохой малый, но ты, конечно, выберешь ВонЩика. Экран снова гаснет, и ты вновь поворачиваешься к двери: второго кандидата ты разглядывала стоя. Но проектор вспыхивает опять. И вот это уже действительно странно. Трое претендентов – такое бывает раз на миллион. Хмуро разглядываешь удивительно бандитскую физиономию, читаешь про «неопределённое место работы» и «разводит рыбок». С трудом дожидаешься окончания презентации и направляешься к двери. Стонешь, когда проектор выдаёт новое фото. Это уже ни в какие ворота. Может, это такая злая шутка? Открываешь дверь и обнаруживаешь за ней ту аккуратную девушку. Похоже, она собиралась войти как раз в этот момент. Девушка заглядывает в комнату и удивлённо смотрит на экран: – Ещё не всё? – Нет, – бурчишь ты, – кажется, там что-то сломалось. Девушка кидает на тебя немного растерянный взгляд, но тут же находится: – Почему вы уходите? Вы должны просмотреть всех кандидатов. – Но это уже четвёртый… – проектор гаснет и через секунду загорается опять, – пятый. Тут явно какая-то ошибка. Тебя разворачивают и подталкивают к креслу. На экране какой-то старик, увлекающийся оригами. – Это действительно необычно, – щебечут тебе над ухом, – но таковы правила, вы должны просмотреть всех кандидатов. – Шестой, – меланхолично сообщаешь ты. – Эмм. Я позову специалиста. Возможно, действительно произошёл какой-то сбой, – она поспешно выходит, оставляя тебя наедине с проектором, который явно не собирается успокаиваться и показывает всё новые и новые лица. Ты очень быстро перестаёшь их считать. Печально, что если это ошибка, возможно, и ВонЩик совсем не твоя пара. Дверь открывается, и ты оглядываешься, чтобы увидеть входящего ЧжэХвана. Вообще-то присутствовать в комнате выдачи результата может только участник Программы и сотрудник Первого Отдела, и то не всегда. – Кажется, ты удивительно популярна, – тянет ЧжэХван ехидно, но ты чувствуешь, что на этот раз он действительно разочарован. Ну, хоть какой-то плюс. Дверь открывается снова, и ты внутренне напрягаешься, когда в комнату вместе с девушкой в костюме входит хмурый мужчина. Он цепляется за тебя взглядом, задерживаясь на несколько мгновений, потом переводит его на экран. Ты тоже смотришь на фото и невольно вздрагиваешь, узнавая своего одноклассника, который когда-то при тебе замучил насмерть котёнка. – А вы кто? – спрашивает мужчина тихим, приятным, но очень холодным голосом. Вопрос адресован ЧжэХвану, который тут же вскидывает голову и отвечает высокомерно: – Ли ЧжэХван, Отдел Безопасности. – Выйдите, – равнодушно говорит холодный парень и отворачивается. ЧжэХван стискивает зубы и сжимает кулаки. – Это Чжонг Тэгун, – шёпотом поясняет сотрудница Первого Отдела. И к твоему неописуемому восторгу ЧжэХван молча покидает комнату. Ты смотришь на этого Тэгуна почти с обожанием. Муж КаДи подчинился, как бы унизительно это для него ни было. И значит, всё же есть на него управа. Хотя, конечно, сомнительно, что с Тэгуном легко найти общий язык. Но кто сказал, что невозможно? Ты уж точно попытаешься. Холодный парень тем временем быстро перебирает пальцами по гладкой поверхности принесённого с собой планшета. Это длится минут пять, во всяком случае, на стене за это время промелькнуло не меньше десяти лиц. Ты давно перестала обращать на них внимание, изучая затылок Тэгуна. Наконец, он отрывается от планшета, проходит к проектору и молча выдёргивает вилку из розетки. Экран гаснет под тихий возглас девушки в костюме. – Нет смысла, – поясняет Тэгун и выходит. Ты сидишь, судя по всему, в конференц-зале. Во всяком случае, все присутствующие устроились за большим круглым столом, а за спиной Тэгуна висит доска. Слева от тебя нервно кусает губы Ли ЧжэХван. А слева от Тэгуна делает вид, что видит тебя впервые в жизни, Ли ХонБин. Ты чувствуешь колоссальное облегчение: с ним всё в порядке. – Ей уже всех кандидатов представили? – напряжённо прерывает тишину ЧжэХван. – Нет, – ровно отвечает Тэгун. – Что? – брови представителя Отдела Безопасности сдвигаются к переносице. – Но это против правил. – Мы не можем оставить её там на месяц, – всё так же равнодушно звучит ответ. ХонБин хмыкает, не отрывая взгляда от каких-то бумаг. – Месяц? – растерянно переспрашивает ЧжэХван, и ты готова плясать от радости, видя его таким дезориентированным и демонстрирующим слабость. – 76 867, – заявляет ХонБин. – Что? – муж КаДи начинает злиться. – 76 867 кандидатов. Тут ты сама моргаешь растерянно и не успеваешь себя остановить: – Это ведь какая-то ошибка, да? – ты тут же оказываешься в центре внимания. Взгляд Тэгуна тяжёлый и угрюмый, а ответ всё такой же безэмоциональный: – Нет. – Мы проверили, – тут же вмешивается ХонБин, изображая серьёзность, но видно, что ситуация его очень веселит, – всё верно. 76 867 мужчин. Эммм. Ну, 424 ещё не стали участниками Программы. Так что в итоге 76 443 человека, если, конечно, вы пожелаете отбросить эти 424. Повисает тишина. – Но ведь такого никогда не было, – бурчит мрачный мужчина с большим животом, сидящий напротив тебя. – Всё бывает первый раз, господин Ким, – философски замечает ХонБин. – Но ведь получается, – не унимается этот Ким, – что 76 442 человека останутся без пары. – Подадут на повторный подбор, – пожимает плечами ХонБин. – Единственное, что нам остаётся в этой ситуации, это помочь девушке с выбором. Согласитесь, просмотреть 77 тысяч анкет и не сойти с ума – задача нетривиальная. Ты невольно улыбаешься, глядя на его довольную физиономию. ХонБин единственный здесь вызывает симпатию. – Наверное, я просто выберу ВонЩика. В зале остались только вы с ХонБином. Он сидит рядом с тобой, сосредоточенный на своём планшете, очень похожем на планшет Тэгуна. – ВонЩика? – Эммм… Моего начальника, – ты не знаешь, притворяется ли он или правда не знает настоящего имени Рави, но это и не важно. – То есть там были твои знакомые? – ХонБин вскидывает голову, демонстрируя живой интерес. – Ну да. Я заметила двух. Может, ещё были, но я не следила особо. Он хмыкает и снова опускает голову. – Возможно, тебе всё же стоит присмотреться к другим кандидатам. В этих словах нет ничего такого. Но ты почему-то напрягаешься, чувствуя, что это не просто рассуждения. – Ко всем семидесяти… скольки там тысячам? – уточняешь осторожно. – Ну зачем, – улыбается он. – Я ведь для того тут и остался, чтобы помочь тебе сузить круг потенциальных мужей. – И как мы будем его сужать? – Во-первых, предлагаю исключить всех… эммм… не особо здоровых, – он разворачивает планшет к тебе, и ты невольно отводишь взгляд от изображения перекошенного калеки. Конечно, его жаль, но не становиться же из-за этого его женой. Ты согласно киваешь. ХонБин бодро стучит пальцами по планшету, а тебе приходит в голову мысль: – А можно исключить тех, кто мучил котов? – ты тут же смущённо замолкаешь, понимая, что сморозила глупость. ХонБин беззлобно хрюкает. – Про котов в наших базах информации нет. Но можно исключить тех, кто чересчур склонен к насилию. И ещё тех, кто совершал преступления, сидел в тюрьме. – Тех, кто склонен к насилию? – медленно повторяешь ты, и ХонБин поднимает голову, почувствовав смену твоего настроения. – То есть у вас есть такая информация? То есть, подбирая такому человеку пару, вы на самом деле заранее знаете, что… Ты недоумённо мычишь в его ладонь, плотно прижатую к твоим губам. – Я думаю, у тебя сегодня было слишком много потрясений, – криво усмехается он и только после этого убирает руку. – Возможно, стоит перенести выбор на завтра? – Нет, – выдыхаешь ты. Только что он, возможно, спас тебе жизнь. – Я в порядке. Хотя да, потрясений было много. Я просто хочу закончить с этим сегодня, – ты неуверенно улыбаешься, глядя на него с благодарностью. ХонБин качает головой, но возвращается к планшету. – Значит, вычёркиваем чересчур агрессивных и преступников. На этот раз ты замечаешь повторённое «чересчур». Он ведь явно не зря так говорит. Вы исключаете ещё много разных «категорий». Бо́льшую часть предлагает ХонБин, и многое из этого кажется тебе странным и нелепым. Но ты чувствуешь, что он действует по какому-то только ему понятному принципу, и со всем соглашаешься, даже с вычёркиванием тех, у кого аллергия на абрикосы. Вот уж что играет действительно значимую роль в семейной жизни. В итоге остаётся всего 16 кандидатов. – Серьёзно? – изумлённо выдыхаешь ты. От 76 тысяч к 16 единицам – это впечатляет. ХонБин светится неподдельной гордостью, заставляя тебя невольно улыбаться. Он протягивает тебе 16 листов, предлагая сделать окончательный выбор. На первом листе на тебя смотрит Ким ВонЩик. Ты рада, что он не оказался извращенцем и не страдает от аллергии на абрикосы. Следующие кандидаты тебе не знакомы, но ты добросовестно изучаешь все имеющиеся данные. А на последнем листе видишь ещё одно известное тебе лицо. И тогда всё становится понятно. Весь этот цирк, устроенный ХонБином. Он не забыл о твоей просьбе. Однако оставил тебе выбор. Ты поднимаешь голову, чтобы встретиться с его внимательным взглядом. Теперь ХонБин серьёзен на самом деле. Итак, твой выбор: гарантированная спокойная жизнь или убийственный риск ради подруги. Ким ВонЩик или Чжонг Тэгун. – Мне надо подумать, – твой голос хриплый, а в душе полный раздрай. ХонБин кивает и выходит из зала. Ты не знаешь ничего о Тэгуне, кроме того, что он работает во Втором Отделе Управления на достаточно высокой должности, чтобы иметь возможность походя приструнить ЧжэХвана. Судя по тому, что ХонБин так явно намекает тебе выбрать Тэгуна, холодный парень действительно обладает большой властью и может помочь КаДи. Но станет ли он это делать? С другой стороны – ВонЩик. Начальник Ким уже пытался помочь – и не смог. Зато с ним ты точно будешь в безопасности. Кто знает, может, найдётся ещё способ спасти КаДи? Если найдётся, ВонЩик наверняка будет на твоей стороне, не станет мешать и… Ох, да кого ты обманываешь. Какой ещё другой способ? В Сеуле до смешного мало людей, способных противостоять ЧжэХвану. Пожертвовать собой, конечно, очень благородно, но что, если Тэгун не захочет помогать, да ещё тебя будет угнетать? Тогда в проигрыше останешься и ты, и подруга. Твоя голова гудит от мыслей, в животе скользкими змеями скручивается тревога. Вообще-то ты уже всё решила.