Каждый вторник и четверг.

В школе скучно, это становится понятно меньше, чем через неделю. Мы с Фрэнком только и делаем, что сидим на последней парте и как угодно избегаем попыток попасть к доске. Я изредка рисую, а потом делаю вид, что не заметил, как он смотрел. С каким-то… восторгом, что ли. «Фрэнк» - думаю я и у себя в голове развожу руками. На самом деле сегодняшний день - особенный, и я всяко стараюсь не акцентировать на этом внимания. Во-первых, потому что подозрительно, а во-вторых, потому что мне немного боязно. Вдруг этот псих-врач все поймет? Вдруг Торо окажется прав, и вся эта затея ничего, кроме траты времени? Звонок. Я понимаю, что последний урок закончился, и мне пора идти. Фрэнк ждет меня около раздевалок, последние дни мы стали вместе ходить со школы в сторону дома, но сейчас нам не по пути. -Извини, Фрэнк, я сегодня должен поехать на работу к маме, я обещал помочь ей с документами, не получится пойти вместе. Напишешь мне, как придешь? Лжец. Парень кивает, а затем улыбается одними губами. Он всегда улыбается. Улыбка на его лице соизмерима с тысячами чужих, и я чувствую себя просто ужасно, потому что собираюсь обвинить его предполагаемого отца в таком. *** Я иду по парковке в больнице, и моя сумка бьется о колено. Ох, ну и дурацкая же это идея, Господи. Но ничего другого я уже не могу придумать. В приемной я вру, что мой старший брат умер, и мне нужен доктор, «в кабинете которого» я могу поговорить о нем. В ответ милая женщина хочет уточнить, какой именно патологоанатом нужен, просит назвать имя или хотя бы описать его. С последним у меня проблем нет, так что через пару минут я знаю, какой кабинет на втором этаже мне нужен. Лжец. На двери нет таблички с именем врача или чего-то подобного, и я только сейчас понимаю, как хотел, чтобы имя на двери было любым другим. Каким угодно. Я захожу внутрь и вижу патологоанатома, сидящего на стуле перед экраном компьютера. Просто... Господи, неужели люди могут быть так похожи, не будучи родственниками? -Здравствуйте, мне нужна ваша помощь. Он быстро оборачивается, вероятно не слышал, как я закрыл дверь, и я его испугал. Через секунду его лицо смягчается и он говорит: -Да, конечно, чем могу помочь? -Я не знаю, помните вы или нет, но какое-то время назад в этой больнице умела девушка... ужасным образом..., - я чувствую, как слова застревают в моей глотке,- перерезала вены и свое...лицо, - мне требуется пару секунд, прежде чем продолжить, но он перебивает меня. -Да-да, я помню. И что? Конечно, помнишь. Сложно забыть убийство, которое сам совершил, скотина. -Я могу забрать ее личные вещи? Хоть какие-нибудь? Он обещает поискать их, и уходит из кабинета, прося меня подождать здесь. Я, как суперсекретный агент, ну, или полный придурок, начинаю рыскать по его столу, понимая, что если он поймет, что я здесь делаю, скорее всего, он и меня убьет. Господи, чуть больше месяца назад я представить не мог насколько все глубоко зайдет. Через пару минут фотография удостоверения оправляется на телефон Рэя. Еще две минуты спустя, он звонит и говорит, что мы должны встретиться около центра, потому что у него какая-то идея насчет возвращения Стива. *** Когда я вижу его сидящим на лавке, мое сердце падает в пятки. Мы не виделись несколько дней, ведь в группе Симпс не бывает неожиданных и резких «В центр. Быстро, блять!» в любое время дня и ночи. Этого так не хватает. Такое чувство, будто парень все это время не спал. Под глазами большие мешки и синяки, в руках стакан кофе. -Прекрасно выглядишь, друг. -Пошути мне еще, Джи, это же такая тема для шуток! -Все-все, успокойся! Что с тобой? Он поднимает на меня свои уставшие глаза, и мне хочется заткнуться. Ответа на вопрос не следует, да он, в принципе, и не нужен. Я шумно выдыхаю и сажусь рядом. -Я ведь тебе не верил. Не верил, но все равно спросил у мамы, представляешь? Она дала мне старую копию свидетельства о рождении Фрэнка и документы усыновления, а потом я таскался с ними почти по всему городу, перерывал интернет и все такое. Его отец был врачом, сначала терапевтом или чем-то в этом духе. А потом пошел в хирургию на профиль патологоанатома. Вот и все. Этот засранец отучился там год, а потом все это случилось. Я узнал всю историю из документов. Я говорю: «Извини, Рэй, но я не мог сказать ему сам, а тебя он послушает», за секунду до того, как Фрэнк выходит из-за дерева с той стороны лавки и делаю вид, что не вижу слез в его карих глазах.