Ангел Музыки или Как всё начиналось

Спустя год... POV Кристина Десятый год моей жизни принес мне много нового. Много таинственного и печального. Во-первых, ко мне явился Ангел Музыки, обещанный отцом. Я была удивлена, ведь папа обещал прислать его лишь после смерти, но Ангел заверил меня, что это не так уж важно, и мой отец жив. Ангел учил меня петь...Господи, я жила только ради мгновений наших встреч, когда исчезало все, весь мир! И оставался Его голос. Ангел добился, чтобы мне выдели отдельную комнату, где мы смогли бы заниматься, не таясь. И жизнь стала размеренной, спокойной. До тех пор, пока я не узнала правду о своем отце... Я никогда не забуду той разрывающей сердце боли, пришедшей вместе с вестью о смерти папы. Все случилось поздней осенью, когда мы с Мэг, мадам Жири и остальными девочкам из кордебалета отправились в Лион на лекции к знаменитой приме-балерине Жаннет Дюпюи. Я предполагала, что благодаря незримой помощи Ангела никто меня больше не задирал и вообще мало кто со мной разговаривал. Только Мэг, мадам, ну и малышка Жамме, изредка. Я никогда не задумывалась о том, как Ангел добился подобного, и уж точно не могла подумать, что стоит нам выехать за пределы Оперы, как все нападки и издевательства вернутся. Не столь невыносимо, как прежде, но очень обидно. Кати все время называла меня жабой, палкой, бездарностью, стачивала супинатор моих пуант, и самое главное, заставляла других девочек плясать под её дудку. Однажды, после очередной репетиции под надзором мадам Жири и мадемуазель Дюпюи, девочки решили осмотреть Лионский театр, и Мэг, по настоянию матери, взяла меня с собой. Мы очень долго бродили по запыленным коридорам, старым гримерным и рабочим помещениям. - Эй ты, пучеглазая! Я вздрогнула и посильнее укуталась в тонкую кофточку-болеро. Кати преградила мне дорогу и нависала надо мной, как коршун над добычей. - Когда же ты уберешься из театра? - спросила балерина проводя тонким острым ноготком по моей щеке. - Мадам и так была слишком к тебе добра! Недавно выделила собственную комнату, а до этого кормила тебя, одевала целых три года...Сиротский приют уже заждался тебя, милая маленькая Кристина. Кати схватила меня за подбородок и заставила посмотреть ей в глаза. - Каково это, быть никому не нужной сиротой? Я резко дернула головой. - Я не сирота! Мой папа выздоровеет и я вернусь домой! Мерзкий, писклявый смех вырвался из милого ротика Кати. - Неужели, мадам так тебе и не сказала? Твой папаша мертв! Уже три года, как он гниет глубоко в земле на каком-нибудь захудалом кладбище Прованса... POV Мадам Жири Она не должна была узнать об этом так! Не должна была... Я корила себя за все те годы молчания и молилась, чтобы девочка оправилась. Кристина слегла в постель с очень тяжелой формой нервного расстройства, лихорадкой и классической простудой. Личный врач мадемуазель Дюпюи ставил крайне печальные прогнозы, а, тем временем, нам с девочками уже нужно было возвращаться домой. Я оставила Кристину в Лионе. Месье Белымов, бывший русский офицер, а ныне востребованный лекарь, обещал присылать мне письма о состоянии девочки по меньшей мере раз в неделю. Спустя пять дней мы с девочками уже были в Париже. Франсис закатил мне беспочвенную сцену ревности (хотя это он проводил в мое отсутствие время с Ла Карлоттой), а я, недолго думая, разорвала с ним все связи. И теперь, мне нужно было развеяться...удовлетвориться. Престать думать о маленькой Кристине и забыть Франсиса. Поэтому я отправилась к Эрику. POV Эрик Я так и не сказал Луизе, что тайным покровителем Кристины Даае и Учителем был я. Несомненно, женщина о чем-то догадывалась, но эти догадки были не более чем слухами и подозрениями. Она пришла ко мне после разрыва я очередным ухажером, сразу после её возвращения из Лиона. Я был не против этого визита и собирался осторожно расспросить Луизу, как дела у Кристины. Но, не все в наших встречах было гладко. Пожалуй, единственное, что раздражало меня во все более частых визитах Жири, так это её настойчивость. Балетмейстерша уже давно вбила себе в голову идею выйти за меня замуж. Разумеется, ни о какой любви речи и не шло, Луизе всего лишь нужны были мои деньги и привелегии, доступные замужним дамам. - Ну, Эрик, милый, это ведь выгодно для нас обоих! - в очередной раз промурлыкала женщина, проводя рукой по моей обнаженной груди. - Луиза... Её маленькая искусная ручка опустилась ниже, и я забыл все, что хотел сказать. - Да, Эрик? - пробормотала она, едва касаясь губами моей щеки. - Хорошо. Я согласен. Луиза улыбнулась, опустилась губами к моим губам, и наши тела сплелись в вихре животной страсти. Я так и не узнал у нее о Кристине... *** Кристина Даае провела в Лионе всего несколько недель, за которые успела выздороветь, смириться со смертью отца и повзрослеть. Не внешне. Нет. Душевно. Кристина больше не была наивной маленькой девочкой. Но и не стала озлобленной, как многие дети в её положении. Горе сделало Кристину еще более сострадательной к чужим несчастьям и еще более ранимой. По возвращении в Париж продолжились её ежедневные уроки с Ангелом Музыки. И все было...спокойно. Но в сердце маленькой девочки никогда не прекращал звучать скорбный реквием, исполняемый скрипкой её мертвого отца. Спустя шесть лет... Я стою у камина с бокалом вина, Мое сердце от гнева пылает. Неужели и мне, как и всем суждена Та болезнь, что сердца разбивает? Нет, не нужно меня утешать, Мне сегодня ваш бред не поможет. Как хотелось бы мысли о Ней разогнать. И прилечь в одинокое ложе. Я Тебя ненавижу за потерянный сон! Я Тебя ненавижу за разбитое сердце! С губ невесты срывая столь противный мне стон, Пока помню тебя, не хочу я жениться... Продолжение следует...