Рок. Судьба. Кысмет

Трактир. Молодой мужчина и не очень молодая женщина. - А имя моей возлюбленной у меня на лбу не написано? – очередная стопка уже пошла, как вода, даже не обжигая душу. - Да, - закивала в ответ его тётушка. - Это Анна. Но ты должен забыть, пресечь эту невозможную, запретную любовь. Она сестра тебе… - И ты туда же??? – серые глаза яростно сверкнули. – Нет у меня сестры! Не было, нет, и не будет! Никогда! Тем более, такой! - Я знаю, что говорю, - Сычиха невозмутимо отняла у него новую рюмку. – В таборе она сейчас, с Михаилом. - Что?? – Корф поднялся, и не совсем уверенным шагом двинулся к выходу. – Я им устрою морозные лунные ночки! - Не о том ты думаешь! Не твоя она судьба! - Посмотрим! – упрямо донеслось от дверей. Корф действительно отыскал Репнина и Анну у цыган. А дальше был спектакль с дракой, для Шуллера, потом запущенное поместье Забалуева, визит к княгине, снова табор, ночь на морозе, карета Андрея Платоновича, подушка, флакончик… Арест негодяя, сомнения, поиски настоящего убийцы, тайная комната, пистолет в руках княгини, Аня… Спасение, вино, воспоминания, слёзы, первый поцелуй… Уже привычно раздосадованный Репнин, очередная попытка Анны сбежать, неудачная, потом такое же их полуобъяснение. Утро. Роза Мишеля. Ещё одна попытка всё исправить, Лучик… Конюшня, тет-а-тет с Репниным, вызов на дуэль. Пожар в конюшне, спасение лошадей. Мише повезло больше. Анна обо всём узнала, догадалась, пыталась их возненавидеть. Обоих. Сразу. Но пришла к нему, к Владимиру, к хозяину. Теперь везёт ему? Их несостоявшаяся ночь. Дуэль, задуманный им фарс, чтобы погибнуть. Её вольная. Его коньяк. Лиза… Ошибка. Отъезд Анны. Его полубредовое существование. Ольга. Петербург. Поиски Анны. Короткая вспышка счастья и взаимной ревности. Бал. Арест. Вновь Ангел-хранитель. Опять почти объяснение… и Шишкин. Упоительное возвращение в поместье. Мечты. Снова Ольга. Проблемы-трудности. И всё равно счастье! Объяснение, признание, коленопреклонение, предложение. Её согласие! Пётр Михайлович. Лиза… Анна… Кара. Бенкендорф. Тюрьма. Это всё уже начинает приедаться. Забалуев, Цесаревич… Свобода, дом родной, счастливая невеста! Вопрос. Честный ответ. Обсуждение, осуждение, его поиски выхода, Аннино исчезновение, возвращение. Примирение, решение: бежать! Приготовления. Неожиданное появление (вновь Петра Михайловича). Удар. Но кого приложило сильнее? Непонимание. Разрыв. Кольцо на столе. Какой по счёту её отъезд и побег? Усталость. Мишель. Найден выход – Кавказ. Визит к Долгоруким. Пистолеты. Андрей… Нелепость! Опять тюрьма. Это судьба… Миша нудный. Забалуев – скотина!!! С Бенкендорфом! Тётушка. Пирожки и побег. Модестович. Натали. Столица. Александр. Письмо Анны. Упоминание о Воланж. Разгадка. Дом Забалуева. Подвал. Её долгожданное: «Люблю, люблю тебя...» Возвращение домой, снятие всех обвинений, подготовка к венчанию, планы, мечты, надежды, и… Страшная находка, затерявшийся черновик в ящике стола, написанный, несомненно, рукой отца: «…В здравом уме и твёрдой памяти, оставляю всё, чем владею, своей родной, признанной дочери, Анне Ивановне Корф.» Ещё один отчаянный разговор с тётушкой. Визит в тюрьму, к той женщине, к бывшей крепостной, Марфе. Её радость от встречи с найденной дочерью. И бережно хранимые старые письма барона Ивана Корфа, любимого хозяина в прошлом… Ещё одна пошлость. И подтверждение. Тупая боль в сердце. Сестра? Сестра… Сестра. Необратимость? Невозможность счастья? Вновь Кавказ? Владимир в прострации, один, сидел у пылающего камина, и открытая на столе коробка с пистолетами непреодолимо притягивала его взор. Как избавление. Корф протянул руку, и взял один из пистолетов, проверил, приставил к виску. Дважды так «повезти» не может. Выстрел. Темнота. Тишина. Покой. Всё.