«Любовь через погибель»

Маргарэт восседала в своем кабинете за вычурным столом из красного дерева. Она окружила себя самыми изысканными вещами, чтобы прикрывать черноту внутри шиком и блеском снаружи. Эта женщина любила следить за собой, и в свои восемьдесят девять выглядела на «легкие» сорок. Выкрашенные в белоснежный оттенок волосы и густые черные ресницы, дымчатые тени и алая помада завершали образ "железной" леди. Строгий брючный костюм слонового оттенка завершал ее лоск, показывая, насколько она стремилась к совершенству вкуса, своего разума и своих действий. Все, что находилось в ее кабинете, стояло строго на своих местах и не имело права двигаться кем-либо, кроме нее самой. Подушки на диване сохраняли свое положение уже многие месяцы, а пыль обходила стороной стерильное убежище Верховного правителя. Она включила компьютерную голограмму и настроила канал с отделом «коллекции первоклассных убийц».       - Доброе утро, ваше Верховенство, - нудный голос мужчины заполнил ее разум.       - Прикажи Люциусу и Аврааму следить за Еленой. Она никогда бы не спасовала перед убийством. Но среди тех, кто в списке есть человек, которого ей будет сложно убить. Ее разум, возможно, помнит его, потому что человеческий мозг безграничен даже после наших вакцин беспамятства. Если она не сможет убить его, пусть твои парни сделают это за нее.       - Вы хотите сказать, что он еще жив? – удивленно спросил он.       - Он не просто жив, он собирался ее вернуть обратно. Изображение на экране огромной компьютерной стены исчезло, и женщина снова вернулась к своим привычным делам, изучая дела прокаженных.

***

Призрачный силуэт скользил вдоль коридора. Миниатюрная фигурка молодой девушки аккуратно пробирался сквозь защитные лазеры. Она ловко выполняла трюки, и обходила самые сложные маневры. Первый раз ей казалось сложным выполнение этого задания. Слишком хорошо себя защищала эта коалиция. Она уже представляла, как доберется до каждого из них, будет медленно всаживать пули в их сердца, наблюдая, как их жизнь теряет смысл. После приступа с этой новой душой она желала убить кого-нибудь, загладить свой проступок. Стереть из памяти эту секундную слабость. Весь вечер она старалась подавлять эмоции, и в конечно итоге смогла побороть свои слабости. Хотя они не такие уж и свои. Они чужие, и они портят ее. Как только все будет исполнено. Как только последнее сердце перестанет биться, она вновь самоликвидируется. Дойдя до конца, девушка в два счета выключила лазеры и сняла с себя защитный костюм. Взъерошив волосы, Елена натянула милую улыбку на лицо и постучала в дверь. Кто-то слишком долго шел к двери, но когда она все же открылась, Гилберт замерла на месте. Перед ней стоял седой старик, у которого на груди висел точно такой кулон, что и у нее в детстве, когда она обучалась мастерству убийства в консервации. Она давно потеряла его. Выполняя задание на больше не существующей планете, она упала в озеро и потеряла его. И как бы она не искала его, все было впустую. С тех пор и умерла ее душа, которая была дарована Богом при рождении. Это было единственным, что напоминало о том, что она человек. После потери единственной вещи, которая являлась воплощением ее человечности, девушка вырастила в себе «Анаконду» и была безжалостна при выполнении своих задач. Заткнув ему рот ладонью, чтобы он не успел и слова произнести, девушка затолкала его обратно в квартиру. Она затащила его в самый потаенный угол, который только успела найти. Мастерство первоклассного убийцы нельзя потерять, если однажды приобрел. Еще когда она проходила лазеры, она слышала, как кто-то поднимался по лестнице. Она слышала эти голоса, знала их наизусть и могла поклясться, что они подчищали за ней следы. Стоило ей спрятать его, как парадная дверь пролетела мимо виска. Прямые длинные волосы всколыхнулись, а в груди снова что-то затрепетало.       - Уйди в сторону, Гилберт, - скомандовал темнокожий парень, и указал арбалетом влево.       - Привет, ребята. Сколько не виделись? Десять лет?       - Прошло целых две минуты, а он еще жив. Я слышу его дыхание. Теряешь былую хватку, Анаконда, - хмыкнул Авраам, и пустил пулю под ноги девушке. После этого выстрела всё внутри девушки выключилось, и она почувствовала, как разум снова берет верх над ней. Четкие, отточенные движение, резкие выпады и непредугаданные шаги. Два остро заточенных ножа из высоких кожаных сапог глухо вонзились в горло Люциуса. Стена позади него мгновенно окрасилась в алый оттенок. В крови невинной с виду девушки бешено играли «черти». Она чувствовала, как наполняется смыслом вся ее сущность, как становится увереннее ее дрожащая рука после встречи со стариком. Смерть Авраама была самой сладкой, которую она только могла подарить. Хруст позвонка и тряпичные мышцы во всем теле напоминали ей, как сильна была она во плоти убийцы и как могла вершить чужие судьбы. Уложившись в те самые две минуты, о которых сетовал ее коллега по коллекции, Елена открыла окно и выбросила их тела со сто восемьдесят пятого этажа. Если в них и осталось что-то живое, то оно должно было разорваться в клочья о бетонный асфальт.       - Ты убийца! – вдруг раздался старческий голос позади нее. Она закрыла глаза и, ослабив хватку самоконтроля, обратилась к тому комку души, что сидел глубоко внутри. Но он молчал. Словно был солидарен с ней.       - Откуда у тебя этот кулон? – сухо спросила она у него, и достала из кобуры за спиной пистолет. Мужчина растерялся и сжал кулон ладонью.       - Откуда он у тебя! Отвечай! Она научилась сдерживать чужестранку внутри себя, но сейчас чувствовала, что это кричит отчаянно ее разум. Он пульсировал и указывал на ложь, на все события, что она пережила до и после смерти. Все в мгновение ока оказалось ложью, или, по крайней мере встало под сомнение.       - Это мой кулон.       - Ты врешь. Он был моим. С самого рождения! Я носила его.       - У тебя была точная копия его. После этих слов вся засова в груди девушки рухнула, как ненадежная пирамида. Она ощутила, как заболело сердце, которое никогда ее не подводило, как стала увеличиваться в объеме эта самая душа. И снова появилась эта дрожь в руках, в горле что-то заклокотало, и все, что было в ее сознании – все это натянулось одной большой струной. Старик открыл рот, чтобы закончить свою историю, но жестокая пуля вонзилась в его лоб. Руки опустились, и она выронила пистолет.       - Первая цель уничтожена, - еле слышно сказала Елена. И отрешенно побрела в сторону выхода. Как бы она теперь не старалась, она чувствовала все, что чувствует человек с душой и сердцем. Ей было больно, она знала этого старика, она вспомнила его глаза и голос, уверенный голос человека, который надевал на нее этот кулон. Его руки были нежными. Она помнила эти единичные прикосновения.