Нечто чудесное

Это солнечное прекрасное утро началось с ревности. Ревность заколотила в мою дверь как разъярённый недоделанный дятел, заставила подавиться бутербродом и оставить кофе нетронутым. Она орала как сирена, уверяя, что на этот раз точно прибьёт меня. Хватаю рюкзак, выглядываю в окно. Перспектива нарисовалась не из приятных… Блин. - Оставь его в покое! – Рёв сопровождается очередным ударом. Дверь содрогается. - Не желаешь, как истинный джентльмен, отстоять честь дамы и всё такое? – Интересуюсь у виновника утреннего скандала. Он смотрит на меня как на дуру своими красивыми глазищами. - Сволочь ты. – Вздыхаю я. - Верни кота!! – Продолжает орать соседка. Мохнатый раздраженно отводит уши назад. - И ведь никакой благодарности. – Наивно взываю я к кошачьей совести. Мистер Бо надменно дёргает хвостом, разворачивается ко мне жопой и медленно уходит на кухню. Хочется отвесить ему пинка. Но, увы, я слишком люблю эту скотинку шерстяную… Вот вам отличная зарисовка на тему превратностей любви. Надеваю рюкзак, лезу в окно. Жаль, что нет времени переодеть милый сарафан с одуванчиками на что-то более удобное для лазанья по дереву… Зато кеды очень в тему. Как хорошо, что я не ношу каблуки. Некоторые прохожие не без любопытства приостанавливаются, но в итоге продолжают свой путь, дети тычут в меня пальцами, мальчишки постарше хихикают, рассматривая мои трусы. Кинуть бы в них чем-нибудь… Я всерьёз задумалась над тем, как смотрюсь со стороны и осознала, что за эти трусы мне ни капельки не стыдно, показала говнюкам язык. Потом хотела пригрозить кулаком, но чуть не навернулась и вцепилась в ветку крепче. Ободрала колено и оцарапала щёку. Свалилась на газон. Пацаны снова заржали. Ну да, я не Женщина-кошка… зато бультерьер во мне порой просыпается на загляденье. Подрываюсь на ноги, мчусь в их сторону с видом психопатки, они бросаются в разные стороны. Выстроилась на тротуаре с самодовольным видом победительницы. Волосы, заплетённые в косу, растрепались, рожа расцарапанная, но гордая, колено кровоточит и неприятно пощипывает… - Ах, ты стерва! – Орёт на меня с порога голос соседки. Я подпрыгиваю так, будто она выстрелила мне в зад. Мать твою, до чего ж кошмарная баба… Бегу прочь со скоростью бешеного поросёнка, чудом лавируя среди угрюмых жителей утреннего Нью-Йорка. Меня переполняет какая-то глупая радость и хочется смеяться. Перепрыгиваю через скейт девчонки с розовыми волосами. За мной никто не гонится, но я вошла во вкус. По обе стороны невнятный мир, состоящий из ярких пятен, среди которых особенно выделяются желтые такси по левую сторону. Шум города обволакивает меня, ветер в лицо и много-много разных лиц навстречу… Останавливаюсь лишь возле «Нового музея современного искусства», на углу Бауэри и Принс. Пытаюсь отдышаться. Запрокидываю голову вверх. На небе ни облачка. День обещает быть солнечным и жарким. Будто не было грозы ночью... Я улыбаюсь недовольной дамочке в красном платье. Как можно с утра уже быть с таким вот выражением лица? Она на всякий случай обходит меня стороной. Видимо, думает обо мне то же самое. Снимаю рюкзак, нахожу телефон, проверяю почту. В который раз… Взволнованно закусываю нижнюю губу. Джаред не пишет. Уже два дня три часа и сорок пять минут. Это… не привычно. Мы переписываемся почти полгода и ему плевать который час, чем я занята, занята ли вообще. Ему необходимо пожаловаться, что он отрезал волосы, сбрил брови и чувствует себя голым, необходимо знать какая ночь за окном в эту минуту, как я отношусь к блондинам, что я читаю, какие чувства испытываю сегодня, что думаю о легализации однополых браков в прошлом месяце, любит заставить посмотреть какой-то фильм и написать о нем своё мнение, а потом заявить, что ни черта я не понимаю в кинематографе. И вот теперь… мне этого не хватает. Заворачиваю в знакомую кофейню, становлюсь в очередь. Утро никогда не будет правильным без кофе. Из телека над головой баристы снова слышу имя Джеймса Палмера, на которого ополчился весь мир из-за убийства льва. Я отвожу взгляд от экрана, слегка морщусь и лезу в рюкзак за плеером - средством для преображения мира. My Darkest Days врываются в уши, вынуждая пританцовывать на месте и беззвучно шевелить губами: You’re the only one who matters, And the only one for me, Now I’m lonely and ending never, only your love can save me… Дотанцовываю песню уже со стаканчиком обалденно вкусного кофе на улице. Потом вдруг замечаю, что люди на меня косятся. Подозрительно осматриваю себя. Ну да, на чувырлу похожа. С каких пор кому-то есть дело? Слежу за взглядом мужика с кислой физиономией, оборачиваюсь… Ко мне несётся знакомая довольная рожа и, подозреваю, что орёт моё имя на всю улицу. Выдёргиваю наушники. - Габи-и-и!! Усмехаюсь. На него звонко тявкает солнечно-рыжий шпиц, натягивая хозяйский поводок. Мой приятель подпрыгивает и увеличивает скорость. - Не пугай людей, Макс. – Прошу я, когда он, наконец, подбегает ко мне. - Привет! – Сияет он, обнимая свой потертый кожаный портфель. На голове как всегда - вороны пытались свить гнездо, но парень их разогнал, а причесываться не посчитал нужным. - Привет. – Предлагаю свой стаканчик. – Кофе? Он отрицательно мотает лохматой башкой. Вообще Макс очень милый персонаж. Работает в библиотеке, пишет занятные детективы и достаёт своей персоной всех редакторов в городе. - Что случилось? – Взгляд его тёмных почти чёрных глаз задерживается на моей щеке, а потом на окровавленной счёсанной коленке. - Утро началось… бодро. – Я хихикаю, вспоминая свой ненормальный побег из собственной квартиры из-за соседского кота. - Сегодня пятница. – Сообщает Макс торжественно. - Ммм… да ну? – Изображаю искреннее удивление. - Ну хватит. – Гримасничает. Не любит мой ироничный тон, видите ли. - Ты придёшь? - Как всегда. Эл хочет нам что-то рассказать. – Делюсь я по секрету. – Напомни Робу, а то у него вечно беда с реальным миром. - А ты Сильвии. - Само собой. – Киваю. Каждую пятницу мы собираемся компанией из семи человек, чтобы поныть о разбитых сердцах, разрушенных надеждах, о прошедшей неделе и её злоключениях. Элизабет называет нас клубом анонимных девственников, мы протестуем, но ей нравится нас доводить. Макс смотрит на наручные часы, я понимаю, что он как обычно опаздывает. Если бы он был блондином, то очень походил бы на кролика из «Алисы в стране чудес». - Удачного дня. - До вечера! – Кидает он уже через плечо, убегая. Я делаю очередной глоток постепенно остывающего кофе, строю планы на день… Обзор мне заслоняет привлекательный мужской торс в довольно открытой майке. Я сразу же отмечаю красоту рельефа рук и то, как выделяются вены под кожей, это завораживающе красиво. Мой взгляд скользит выше… Белозубая обворожительная улыбка, глаза спрятаны за темными стёклами очков. Мне требуется время на осознание того, что Лето теперь выглядит ТАК. - П-привет. - Растерянно мямлю. Джаред осматривает меня не менее заинтересованно, чем я его. Впервые мы встретились не в декабре... Ещё одна особенность Нью-Йорка – никогда не знаешь, кого встретишь. - Ты расцарапанная. - А ты зелёный. - Я не могу отвести взгляд от его кислотного цвета волос. Даже в глазах рябит. Лето усмехается, проводит рукой по яркому затылку, неопределённо пожимает плечами. Потом осторожно вытаскивает из моих волос пару листьев. - Что с тобой стряслось? – Рука тянется к моей щеке, но в самый последний момент он убирает её, засовывает в карман, смотрит по сторонам. Чувствую напряжение в каждом его действии. Видимо, папарацци совсем достали. - С дерева упала. - Зачем ты туда залезла? – Джаред вопросительно приподнимает… то, что было бровями не так давно. Только сейчас замечаю чуть позади него длинноногое создание, наблюдающее за нами. Мне почему-то трудно прочесть эмоции её миловидного личика, кажется, это любопытство. Я таких длинных ног ещё не видела… Может, потому что не имею привычки пялиться на женские ноги. А сейчас пялюсь. Почти с завистью. - Габи? – Пытается напомнить о своём существовании красивый любимый голос. Её русые волосы раздувает ветер, она поправляет их худенькой изящной ручкой. Симпатичная, зараза. Вспоминаю, на кого похожа в данный момент я: коротконогое рыжее чудище в кедах, в нелепом сарафане с одуванчиками, с растрёпанной косой, в кровище… - Я туда не залезала, я оттуда свалилась. – Мой тон обрастает раздражением. Он редко бывает таким и мне он не нравится. Лето оборачивается на свою длинноногую спутницу, потом снова впивается в меня взглядом через очки. Похоже, он даже ради приличия не собирается представить нас друг другу. - Почему не сказал, что прилетаешь? – Я очень хочу, чтобы беседа перетекла в непринуждённое русло, но мой голос снова стал чужим и плеснул в Джареда претензией. - Спонтанно получилось… Твою мать, Габи, прекрати пялиться на неё! - Мы собирались покататься на велосипедах. Хочешь с нами? – Предлагает он. - Нет. – Резко отвечаю я, снова не успев взять свой тон под контроль. Пытаюсь исправиться: – в смысле, я… занята. - Чем? - Много чем. - Например? – Прикапывается он. Кофе неожиданно становится отвратительно горьким и я швыряю его в урну. Слава богу, не промахиваюсь. - Габи… - Какая разница? – Снова злюсь. - Да что с тобой? – В его красивый голос примешалось шипение. Привык видеть жизнерадостную дуру, да? Привык, что я отвечаю на любое сообщение хоть в 4 часа утра каким бы бредовым оно не было, привык, что я источаю счастье, привык, что я подбадриваю, выслушиваю, жду, делаю всё, что попросит… А сам развалился написать, что прилетает! А сам ходит тут… с… ней. - Говорю же, с дерева упала. – Поясняю я. - Вниз головой? – Уточняет. - Да. Сверкая трусами на весь квартал. Лето тяжело вздыхает. Я нервно поправляю рюкзак на плече. Он снова вертит башкой по сторонам. - Увидимся завтра? – Тихо спрашивает. Я молчу, уставившись на собственные кеды. - Габи… - Ты бы предложил, если бы мы не встретились сейчас? – Перебиваю я. – Написал бы, что прилетел? - Конечно. - Почему я тебе не верю? - Потому что вдруг решила примерить на себя роль ревнивой дуры. Прекрати. Тебе не идёт. У меня челюсть отвисает от негодования. Опять кошусь на длинноногую... - Да пошел ты. - Слушай… - Не хочу слушать. И разговаривать. И видеться. Делай всё, что запланировал. – Я выдавливаю из себя улыбку для его спутницы: - хороших выходных! - Но, по-моему, улыбка больше напоминает оскал злобной маленькой нелепой собачки. Девушка не соизволит отвечать. Спешу уйти куда подальше. Наушники, наушники, наушники... Шарю руками по шее в поисках спасительных проводов. Моё утро началось с ревности… Джаред прав? Это была она, да? Тёмная сущность, заползающая внутрь грудной клетки как гадюка и раздувающаяся там, заполняя собой всё свободное пространство, жалящая, отравляющая… Как чёрная туча, закрывающая солнце. Как ночь посреди дня, окунающая во тьму и холод. Приходится стоять в этой холодной темноте и заново учиться любить свет… *** На лестнице я сталкиваюсь с Сильвией. Наверняка мы последние, кого не хватает в квартире №83. Я делаю комплимент её дырявому растянутому желтому свитеру, в него будто из автомата выпустили очередь. На ком-нибудь другом он смотрелся бы странно, но Сильвия умеет носить такие вещички. Мулатку с взрывом из тёмных кудрей и медового цвета линзами считают подающей большие надежды художницей. Мне тоже нравятся её работы. На её одежде или коже всегда можно обнаружить пятна краски, а за правым ухом тонкую кисточку, которую она часто забывает вытащить. Вот и сейчас я тянусь к ней, достаю кисть. А ведь она так в метро ехала… Она улыбается широко и белозубо, отнимает её у меня. Макс открывает дверь и на нас из-за его спины обрушивается шум. Я слышу голоса Элизабет, Роберта, Кими и Джуна. Сногсшибательно пахнет пиццей. - Где вас носит? – Ворчит Макс. Он снова с гнездом на голове. На нём красная футболка с эмблемой «флэша». Сильвия показывает ему язык, слегка бьёт по носу кисточкой, проходит в гостиную, где Элизабет уже открывает бутылки с пивом. Моя лучшая подруга больше не носит коротких стрижек, сменив их на женственную длину ниже плеч и прямую челку, ей чертовски идёт новый стиль. - Классный свитер! – Говорит Кими художнице. - И я о том же. – Подхватываю я. Проходя мимо Джуна, хлопаю его в приветствии по раскрытой мне навстречу ладони. Роб уже лезет в коробку, заявляя, что голоден, как бездомная псина. - Хей, не честно! - Сфофнешьпохафасдовдёфья! – Оправдывается оголодавший фотограф. - Ты в порядке? – Эл очень внимательно смотрит на меня. - Я работаю над этим. – Швыряю рюкзак к стене, прохожу к дивану. - Роберт, мать твою! – Рычит хозяин квартиры. – Получишь по сраному кумполу! - Нет сральника в человеческом кумполе, библиотекарь! – Роб ловко уворачивается и быстро дожирает остатки большого куска, пока его не отняли. - Ну хватит вам. – Это Сильвия. Протягивает мне бутылку из тёмного стекла, я беру её, постепенно проникаясь привычной пятничной атмосферой и забывая об утренней встрече с Лето. - Он сильно хищный сегодня… – Замечает Кими, глядя на Макса. Я усмехаюсь. Когда же до взъерошенного шизика наконец дойдёт, что миниатюрная симпатичная брюнетка с японскими корнями таскается сюда со старшим братом Джуном только ради Макса? А он всё ноет, как трудно встретить любовь в этом жестоком мире… С Джуном мы познакомились в музыкалке. Он волшебно играет на скрипке и теперь мы неплохой ресторанный дуэт. У него блестящие волосы до плеч, красивые руки и безупречные рубашки. Фотографа в нашу компанию притащила Сильвия. Голубоглазый блондин Роберт был объектом, который мулатка уверенно собиралась покорить. Но её планы разбились, как хрустальные колокольчики о чугунную жопу реальности, когда выяснилось, что Роб всерьёз запал на Джуна… - Это трудно? – Шепотом интересуюсь я у Роба, который, спасая кусок пиццы, спрятался за мной. - Что? Быть таким красивым? – Уточняет он. - Дружить с тем, кого любишь. Он косится в сторону Джуна, который проводит рукой по своим шикарным волосам, болтая с Элизабет о чем-то. - Зависит от настроения. Иногда хочется удавиться, иногда пристрелить его, а иногда рад, что есть возможность общаться, делиться, чувствовать, что я для него не пустое место… Нет ничего хуже, чем быть пустым местом. Я делаю глоток из бутылки, тянусь за пиццей. В комнате царит такой шум, что он перебивает все мои мысли. И это чертовски хорошо. - Раньше ведь оно как было? – Философски протянул Макс. - Как? - Вот именно! А теперь что? – Он всплеснул руками. - Что? - Вот и я говорю. – Кивает он с сокрушенной физиономией героя войны. Я смеюсь: - Да в тебе умер философ. - Во мне много кто сдох. – Тут же соглашается Макс, тянется за пачкой сигарет. – Воскрешаю периодически… - Литрами пива. – Добавляет Элизабет. - Но лучше сидеть на этом кладбище в тишине, чем слушать хор субличностей, своими комментариями рвущих одеяло реальности на куски одностороннего восприятия мира. - Убейте кто-нибудь этого шизофреника. – Взмолился Роб. - Переквалифицировался из писателей в дебилы? – Интересуется Джун. - Да идите вы… Только Кими не поддерживает наш общий смех, смотрит на Макса, задумчиво закусив губу. - Где ты так? – Я указываю пальцем на громадный синяк на накаченном плече Роберта, который его джинсовая жилетка не в силах скрыть. - Бывший на днях подвёз. – Поясняет он, морща нос. – Точнее пытался. Мы как всегда поцапались и врезались в столб. - Ты клялся, что не будешь с ним общаться! – Возмущается Кими. - У него красивая задница. – Оправдывается красавчик. - Пф! - Зато теперь у него сотряс. – Добавляет Роберт. - Ему собственный член нельзя доверить, а ему права выдали! Мы все одновременно поворачиваем головы в сторону скрипача. Роб начинает заразительно ржать. Я смотрю поочереди то на одного, то на другого. А может всё не так уж и не взаимно… В природе отношений вообще всё странно устроено и логики никакой нет. Мы обсуждаем бесконечные отказы редакторов нашему горе-писателю, героев комиксов, мировые новости, выход новых сериалов. Много и громко спорим, смеёмся... А спустя полчаса я иду за второй упаковкой пива. Только вместо холодильника подхожу к окну. Кручу в пальцах телефон, смотрю, как огней, разгоняющих тьму, становится всё больше, в окнах домов разворачивается множество историй, ветер там внизу загоняет в тупик подворотни смятые газеты, пустые пакеты и прочий мусор, я почти слышу у себя в голове это раздражающее пакетное шуршание. Сейчас бы залезть на крышу с плеером, жадно глотая полной грудью прохладный ночной воздух… То ли пиво придало мне смелости, то ли я действительно дико раскаялась… Я пишу Джареду сообщение. Кому: ДЛ Тема: Прости меня ___________________________________________________________ Я вела себя глупо… Тема: [Re1] Прости меня 22:13, 15 июля 2015г. От: ДЛ ___________________________________________________________ Да Кому: ДЛ Тема: … ___________________________________________________________ Что у тебя с ней? Тема: [Re1]… 22:15, 15 июля 2015г. От: ДЛ ___________________________________________________________ У меня нет ответа, который тебе хотелось бы услышать Кому: ДЛ Тема: [Re2]… ___________________________________________________________ Это и есть ответ - Ты чего застряла? – На кухню заходит Элизабет. Видит моё лицо… - Что случилось? Я кусаю щёку до боли. Подруга подходит ближе. - Наверное, я потеряла его. – Выдыхаю я. – Не уверена, что он у меня был и что могу так выразиться, но я думала… мне хотелось… мне казалось, что я имею для него значение. - Хватаюсь за голову. – Боже, я такая идиотка! Без лишних вопросов Элизабет обнимает меня. Я вцепляюсь в неё как в спасательный круг, даже немного истерично. Не хочу стать пустым местом. Не хочу, не хочу, не хочу! - Тише... – Шепчет подруга на ухо, чувствуя, что я близка к тому, чтобы позорно разрыдаться. На кухню забегает поддатый библиотекарь-философ-не-удавшийся-писатель и лезет обниматься к нам третьим: - Всё будет хорошо, не пессимиздите! Мы вопим, чтобы он немедленно отлепился. - Макс, отлезь. – Командует Кими, которая притащилась за объектом своей страсти. - А ты в каждой жопе затычка. – Огрызается он на неё. - В бочке. – Поправляю я машинально. - В каждой жопе по бочке?? - Затычка. – Это Элизабет. - Ой, идите нахрен со своими метафорами! Эл выталкивает его обратно в гостиную. Я всё-таки лезу за пивом. На часах настало время включить старый мюзикл, выбор которого традиционно принадлежит в нашей компании Джуну. Макс, пользуясь всеобщим ожиданием, декламирует какой-то похабный стих, вскарабкавшись на журнальный столик. - Уверена, что он тебе нужен? – Интересуюсь у Кими. - Да. – Ни секунды колебания. Я улыбаюсь. Никто не примет тебя таким, какой ты есть, если только ты уже не тот, каким тебя хотят видеть, верно?