Нечто чудесное

I'm in here, can anybody see me? Can anybody help? … Can't you hear my call? Are you coming to get me now? I've been waiting for, You to come rescue me, I need you to hold, All of the sadness I can not, Living inside of me... __________________________________________________ Солнце садилось за горизонт медленно и плавно как огненный шар, брошенный в океан, окрашивающий пространство вокруг себя кровавыми всполохами упрямого желания жить и согревать. Я всегда завороженно смотрю на закат, почти не дышу, мне кажется, что я способен раствориться в нём. Ощущение, что я участвую в чем-то сокровенном. Светило будто умирает каждый вечер, чтобы вновь воскреснуть утром. Таинство, воспринимающееся большинством людей как привычная обыденность... Я пытаюсь уловить переход красок, ускользающий свет, малейшие перемены в гипнотическом действе природы. Бесчисленное множество раз я любовался закатами и каждый из них всегда был уникален. Ветер взъерошил мои отросшие за несколько месяцев волосы, пощекотал затылок, донес запах листвы и грядущей ночной свежести. Я продолжаю смотреть на закат. Вновь накатывает чувство, что хочется поделиться этим мгновением с миром. Интересно, удаётся ли мне в полной мере донести свои эмоции до людей? Чувствуют ли они то же самое, когда я делюсь с ними частичкой своего мироощущения или любые попытки трансформируются в нечто чужое, понятое каждым по-своему? Шумно зашелестели листья деревьев, раскинувшихся под холмом, на котором я остановился. Я закрыл глаза, вслушиваясь в их таинственный шепот. Я не так часто бывал в этой стране... Она удивительно красивая и атмосферная. Суровые северные ландшафты, безлюдные вересковые пустоши и открытые всем ветрам перевалы... Сегодня я чувствую к ней нечто особенное. Возможно, стоит бывать здесь чаще. В последнее время груз ответственности давит на плечи особенно сильно и издевательски вынуждает прогибаться под тяжестью навалившихся проблем… А я веду себя как осёл, который тупо тянет этот вес в гору даже не задумываясь о том, что может сдохнуть. Так было всегда. Я не имею права показывать тем, кто в меня верит, что я не знаю какой путь сейчас верный. Даже брату не могу сказать, что я в растерянности. Не сейчас. Он видит мой страх, прячущийся за уверенными фразами, но мудро молчит, наблюдает и ждёт, готовый в любую секунду протянуть руку. В Шенноне гораздо больше мудрости, чем может показаться на первый взгляд. Я рад, что он рядом... Хаос моих мыслей неожиданно прервал звук, неопределенного происхождения, что-то вроде недовольного фырканья. Я резко повернул голову и застыл с приоткрытым ртом. На меня с укором смотрят зеленые глаза, явно намекающие на то, что я здесь лишний. - Эмм... - Замялся я, осматриваясь вокруг и не понимая, как я не заметил её раньше. - Ты одна здесь? - Как видишь, не совсем. - Смешно сморщив нос ответила девочка, поправляя клетчатый плед на своих коленях, а следом за ним и вязаную нелепую шапку не по сезону. Я задумчиво уставился на колеи от инвалидного кресла, оставленные на земле. Ребёнок был очень худым, бледным и трудно представить, что она сама добралась сюда. - Извини, я тебя не заметил... Девочка промолчала, продолжая всем своим видом намекать, что хочет побыть одна. А я почему-то чувствовал, что не хочу уходить вот так, не поговорив с ней хоть немного. Поэтому, потоптавшись на месте, я всё же приблизился к ней, опустился рядом с ее инвалидным креслом на землю. - Тут очень красиво. Молчание. - Часто здесь бываешь? - Допытываюсь я. - Иногда. Возникла очередная неловкая пауза. Я снова посмотрел на неё снизу вверх. Изящные черты лица, лет 13 наверное, длинные ресницы, капризная форма губ, чуть вздёрнутый носик, белоснежная мраморная кожа, под глазами внушительные синяки, очень худые руки, которые она сжимает в кулаки, чтобы пальцы не так дрожали, шапочка серая с узором из снежинок и оленей. Я заметил, что волосы на затылке сбриты и всерьёз задумался о том, какого они цвета... Наткнулся на колючий взгляд, заставший мои исследовательские разглядывания врасплох. - Я Джаред. - Я подарил зеленоглазой тёплую улыбку. Девочка пытливо рассматривала меня около минуты не менее пристально, чем я её. - Тоже любишь смотреть на закат? - Вдруг спросила она. Её речь была привычной американской без какого-либо акцента или странных местных словечек, что породило в моей голове новую порцию вопросов, которые я так и не решился задать. Вместо ответа я кивнул. После чего мы молча уставились на то, что осталось от пламенного диска на горизонте. - Почему тебе грустно? - Поинтересовалась она. Трудно говорить о том, что меня гложет, человеку, которому наверняка в сто раз хуже. Но я попытался: - Моя жизнь очень изменилась. Меня будто расчленяют, раздирают, пробуют на вкус, делают выводы основываясь черт знает на какой логике, осуждают, смакуют каждую деталь... Чем выше я беру, тем больнее мне чувствовать и слышать некоторые вещи, делать вид, что они меня не тревожат, объяснять, держать себя в руках, не отвечать резкостью на то, что меня бесит, оставаться равнодушным... Слишком много людей идут за мной, верят мне и мне страшно их разочаровать. Меня слушают, но не слышат. Я не знаю... Я вроде бы этого хотел... Только не думал, что всё будет именно так. Я счастлив, но в то же время существую порой будто наполовину. Иногда боюсь не успеть воплотить всё, что задумал, а иногда мне хочется исчезнуть, чтобы все забыли, что я существовал вообще. Она молчала некоторое время, а потом посмотрела на меня совсем не детским взглядом: - Никто не хочет на самом деле исчезнуть всерьёз. - И ты? - Я - другое дело. - Почему? - У меня нет дороги назад. - Её тихий красивый голос оброс нотками раздражения. - У меня нет дороги вперёд. Нет сил молиться. Я не хочу ловить на себе жалостливые взгляды окружающих, я не в силах терпеть боль, которая грызет меня как стая голодных шакалов… Она отвернулась, замолчала на некоторое время. Я вновь услышал песню ветра, но сейчас она показалась мне заунывной, а не загадочной. Я тоже молчал, не представляя, что сказать, чтобы это было уместно. Снова посмотрел на девочку. Зеленоглазая будто почувствовала мой взгляд и продолжила: - У меня были мечты. Но я не могу их вспомнить. - Хмурит брови. - Я не помню, о чём мечтала... Я нервно облизал губы, переваривая услышанное, потом осторожно протянул руку и коснулся её холодной дрожащей руки. Обычно я избегаю прикосновений, но сейчас во мне творилось что-то необъяснимое, я тянулся к этому ребёнку как к угасающему пламени в надежде сохранить жизненно важные искры. - В задницу чудеса. - Объявил я, а девочка подарила мне взгляд полный удивления. - Чудо - это ты сама. Ты пришла в этот мир полный красоты, несправедливости, счастья и трудностей не для того, чтобы однажды, опустив руки, поплыть по течению. Ты должна верить в себя. - Прости, но это банально. - Пробормотала она. - Я буду верить в тебя. Хорошо? Я серьезно! Посмотри на меня. - Потребовал я. С большой неохотой она подняла взгляд и наши глаза встретились. - Ты представить себе не можешь сколько раз меня жизнь заставляла карабкаться вверх, сдирая кожу в кровь. Я падал так низко... потом полз, кое-как вставал, шёл, бежал, падал и начинал сначала. Я был раздавлен, растоптан, разочарован, в меня никто не верил... Я знаю, что такое просыпаться от боли и каково находиться в этом долбаном кресле, бояться, что вдруг это единственный в жизни способ передвигаться. Но может в этом и есть суть? Наши испытания, за которые мы будем вознаграждены, если не сломаемся? Она поджала губы, еле сдерживая слёзы. Я видел, как они притаились в уголках её красивых глаз и просились наружу. - Придумай новые мечты. - Прошептал я. - Мечты это не рисунок бездарного художника, который можно в любой момент нарисовать. Ими нужно жить, они должны рождаться, они становятся путеводителем, их нужно желать больше всего на свете. Мне захотелось улыбнуться. Я постоянно слышу что-то о мечтах, но давно не слышал, чтобы о них говорили так горячо и искренне. Я сжал слабую холодную руку. - Попробуй. - Это было больше похоже на просьбу. - И когда, проделав адски сложный путь, ты обернешься назад, ты ни о чем не пожалеешь. Ты будешь горда собой. Ты будешь вознаграждена. - Я так устала, Джаред… - Беспомощно прошептали её губы и слёзы покатились по щекам. В эти секунды она показалась мне совсем крохотной, одинокой, опустошенной малышкой у самого края пропасти, которая хочет шагнуть вниз, но всё же оборачивается в поисках протянутой к ней руки. Я приподнялся и заключил её в свои объятья. - Обещай мне не сдаваться. - Не могу. - Она шмыгнула носом. - Давай придумаем мечту вместе. - Ласково предложил я. - А потом она станет твоим путеводителем. Закат обрушил на нас последние алые краски. Ветер стих, я слушал прерывистое дыхание хрупкого существа, на которого жизнь свалила не просто проблему, не испытание и даже не сражение, а жестокую войну без права на отступление и заключение мирового соглашения. Долгую, изматывающую, иссушающую, выворачивающую наизнанку войну... И нужна только победа. - Ты приятно пахнешь. - Вдруг сказала она. - Не отвлекайся. - С улыбкой сказал я, отстранился и посмотрел во влажные зелёные глаза. - Ты красивый… - Мы придумываем мечту. – Напомнил я ей. Девочка изучала меня долго и внимательно. Наши взгляды не отрывались друг от друга в немом ожидании. - Я хочу... ещё один закат. С тобой. - Это разве стимул? - Я с сомнением выгнул бровь. - Без инвалидного кресла. - Добавила она. Я снова улыбнулся, чувствуя, что в груди поселилось щемящее чувство, от которого я не скоро избавлюсь. Я шёл сюда, чтобы побыть в одиночестве и разложить по полкам запутанные мысли, поискать выход, а нашёл беззащитную жизнь на грани, которая напомнила, что мои проблемы в сущности - хрень. - Какого цвета твои волосы? - Не удержался я от любопытства. - Обычного. - Сказала она и смущенно натянула шапку сильнее. - Элла, пора ужинать! - Вдруг раздался поблизости низкий мужской голос. - Пап, это Джаред. - Сразу же представила меня Элла, вытирая мокрые от слёз щеки. Широкоплечий мужчина с проседью в бороде недоверчиво кивнул мне, здороваясь и пристально меня рассматривая. - У нас тут домик. У озера. - Решила поведать моя новая знакомая. - Может, поужинаешь с нами? Я столкнулся с холодным слегка взволнованным отеческим взглядом и отрицательно замотал головой. Выпрямился, попятился, в который раз улыбнулся. - Спасибо, мне пора. - А завтра придёшь? - Она посмотрела на меня с такой надеждой, что сердце пропустило удар от захлестнувших эмоций. Я приостановился и, не думая ни секунды, выпалил: - Приду. Впервые за нашу встречу, я увидел её улыбку. Она была очаровательна. - Тогда до завтра, Джаред. - До завтра, Элла. Отец аккуратно повёз девочку по тропинке всё дальше и дальше. Периодически она оборачивалась и пыталась выглянуть из-за него, чтобы посмотреть на меня. Говорят, не бывает случайных встреч. Эта, безусловно, оставила в моей душе отпечаток. Я продолжал стоять на месте, сумерки подкрадывались стремительно как хищник, готовый наброситься в любой момент, от солнца не осталось и следа, оно будто укатилось вслед за ребёнком, чей взгляд сейчас дал мне больше чем советы людей, которые много повидали в этой жизни. На следующий день я спешил к назначенному месту, мне столько хотелось сказать ей... Закат снова расплескал свои необычные краски на кроны деревьев, он опять был уникален как и предыдущий, но мой взгляд скользил по округе постоянно отвлекаясь, осматривая тропинку. Казалось, вот сейчас я увижу смешную шапку, милую улыбку и Элла поведает, что она придумала ещё одну мечту... Но она так и не появилась. Ни сегодня, ни на следующий день. Я с ужасом осознал, что мир продолжает существовать как ни в чем ни бывало. Солнце умирает и воскресает день ото дня, птицы поют, ветер шепчет что-то на своём языке, а с Эллой, перевернувшей мой внутренний мир, возможно, случилось непоправимое... Я снова присел на землю, всмотрелся в небо, обнял колени. В голове мысли жужжали как рой растревоженных пчел. Я понял, что каждый раз, как только захочется всё бросить, плюнуть, опустить руки или исчезнуть, перед моим внутренним взором будет появляться лицо чуда, воплотившегося в маленьком человечке, храбро сражавшегося за жизнь, которому я не успел сказать "спасибо".