Такой же, только другой

Тихий и безмятежный день, видимо, был компенсацией за то, что Коноха только что пережила. Солнышко согревало пострадавшую деревню своими ласковыми лучами, игривый ветерок проносился туда-сюда, заставляя шелестеть листву деревьев. Редкие облачка не торопились, переплывая по бескрайним просторам неба, а задерживались на месте, наверное, чтобы понаблюдать за тем, что происходит внизу. Коноха, попрощавшаяся с народом пустынной страны Ветра, готова была, наконец, заняться собой. В скором времени планировалось устроить реставрацию пострадавших частей деревни. Но сейчас всем было не до этого. Сперва следовало залечить раны после произошедшего. К слову, подсчет результатов экзамена, так и не законченного, был отложен. У Хокаге было достаточно работы, да и участников финального тура меньше всего волновало то, стали ли они чунинами или нет. Наши герои сидели на лавочке в парке и наслаждались выходным днем, пока Какаши и другие чунины были на миссии. Редко они где-нибудь собирались вместе в свободное от миссий время. Пару раз в Ичираку, и то по инициативе Какаши-сенсея. Сейчас же что-то заставило их изменить своим принципам. Команда номер семь, за исключением капитана, провела этот день вместе. Они успели прогуляться по тренировочным полигонам, заскочить на рынок Конохи, а теперь их путь закончился здесь. — Мне даже не верится в то, что произошло, — произнесла Сакура. И правда, сейчас в Конохе было так тихо и спокойно. Невозможно было бы догадаться о вчерашних погромах, если бы не разрушенные дома и частично покинутые людьми районы деревни. — Ничего этого не случилось бы, если бы не доверчивость шиноби из Суны. Орочимару так просто одурачил их... — заметил Саске. Наруто откинулся на спинку лавки, устремляя взгляд ввысь и щурясь от солнца. — Всё позади, давайте не будем вспоминать то, чего всё равно не сможем изменить, — предложил он. Сакура покосилась на блондина, удивляясь что в последнее время он значительно меньше дурачится и изрекает намного больше умных мыслей. Саске ухмыльнулся. — Да, от этого никакой пользы, — согласился он. — Однако, я не согласен с тем, как поступил Третий. Нельзя было отпускать этих предателей просто так, забыв обо всем, что они натворили. Сколько людей погибло! Сколько пострадало! Третий сам чуть не лишился жизни... Наруто опустил взгляд и перевел его на Учиху. Ему с самого начала этого дня казалось, что Саске ведет себя немного странно. — Тем не менее, он жив, — перебил Узумаки. — Кстати о пострадавших, Хинату выписали из Госпиталя. Теперь в ее палате лежит Неджи. Хоть какая-то справедливость. — И ты туда же... — расстроилась Сакура, заметив злорадную усмешку, мелькнувшую на лице блондина. — Что?! Уж он это заслужил! — возмутился Наруто. "И что с вами обоими творится?" — подумала Харуно. — И как самочувствие Неджи? — поинтересовалась куноичи. — Плохо, — Узумаки погрустнел, представив себя на месте Хьюги, который сейчас находился в критическом состоянии. — Гаара нанес ему слишком тяжелые повреждения. Думаю, я бы при всем желании так не смог. Говорят, ему требуется операция. И для этого нужен особо опытный ниндзя-медик. — Неужели Тсунаде-сама? — воодушевилась Харуно, поняв, кто точно справится с операцией, какой бы сложной она бы ни была. — Кто-кто? — переспросил Наруто. — Одна из Великой Тройки. Как твой наставник Джирайя и Орочимару. Величайший медик всех времен. Совсем позабыл? — пояснил Саске. — Хотя я бы особо не надеялся на ее помощь. Она покинула Коноху много лет назад, и с тех пор о ней никто ничего не слышал. — Хм... Вот как? — протянул Наруто. — Значит, ее непременно надо найти! — Ну-ну. Желаю удачи, — ухмыльнулся Саске, встав, потянулся. — Ладно, я что-то слишком засиделся. Есть неотложные дела. Увидимся позже. Сакура и Наруто проводили Учиху удивленным взглядом и переглянулись. — Тебе не показалось, что он сегодня какой-то не такой? — спросила Сакура. — Да, видимо, еще до конца не пришел в себя после всего, что произошло, — протянул Узумаки. — Ладно, до завтра, Сакура. Мне тоже надо кое-кого навестить. Хотя на уме у блондина было нечто иное. Ему интересно было, куда пойдет Саске. Наруто решил незаметно за ним проследить.

***

— Что ты предпримешь на этот раз? — пробормотал Учиха, стоящий на верхушке высокого дерева и наблюдавший за учеником, который стоял на поляне и озирался по сторонам. Менма принюхался. Запахло дымом. Похоже, в лесу, в котором он оказался, начинался пожар. Однако определить, откуда шло пламя, было нельзя, по крайней мере, с земли. Узумаки оценивающе посмотрел на ближайшее дерево, а затем, разбежавшись, понесся вперед. Взбежав по стволу на самую верхушку, брюнет заметил человека в плаще Акацуки, который тоже балансировал на качающемся дереве в десятке метров от нашего героя. Менма увидел, что столбы дыма поднимаются издали со всех сторон. Кольцо огня, пожиравшее лес с краев, постепенно сжималось. Он вновь посмотрел на Итачи, который впервые появился в собственных иллюзиях как реальный персонаж и, оценив все "за" и "против", сорвался с места и прыгнул Акацуки навстречу, закручивая чакру в своей правой ладони. — Расенган! — воскликнул Менма, всаживая темно-фиолетовую вращающуюся сферу цели в живот. Но это был не настоящий Итачи, а лишь обманка. Клон, который превратился в стаю черных воронов еще до того, как техника поразила его. Погасив расенган и закрывшись руками от каркающих птиц, которые, хлопая крыльями, летали вокруг и пытались клюнуть нашего героя, Менма решил вырваться из ловушки. Выпрыгнув из облака безжалостных птиц и ограничившись несколькими царапинами, мальчик полетел вниз. В последний миг он успел ухватиться руками за ветку дерева, которая оказалась прямо перед ним, и подтянуться. — Стихия Огня: Техника огненных сюрикенов феникса! — послышался знакомый голос. Узумаки инстинктивно развернулся, одновременно с этим активируя шаринган в правом глазу. Его рука с молниеносной скоростью выудила из кобуры для оружия на ноге кунай. Движения Менмы были столь быстрыми, что ему удалось отразить почти все объятые пламенем сюрикены, полетевшие в него целым облаком. Лишь один из них чиркнул мальчика по плечу, оставив царапину и легкий ожог. — Проклятье, — выругался Узумаки, и в следующий миг из густой листвы деревьев навстречу ему выскочил настоящий Итачи, вооруженный кунаем, которым он целился мальчику прямо в сердце. Ловким ударом Менме удалось предупредить атаку врага и отвести его руку с клинком в сторону, но за это Узумаки получил коленом в живот и, согнувшись пополам от боли, потерял контроль над чакрой, удерживающей его на ветке. Мальчик соскользнул и, кувыркаясь в воздухе, полетел вниз. В последний миг ему удалось остановить падение. Узумаки повис с воздухе в метре над землей, о которую он должен был расшибиться. Итачи бесшумно приземлился напротив него и не без удивления покосился на Менму. Учиха был осведомлен о попытках мальчика освоить технику левитации, которой владели Тсучикаге и его приближенные. Неужели у него это получилось так быстро? "Нет! Парень, наконец, осознал нереальность проиходящего и смог обернуть иллюзию в свою пользу", — подумал Итачи. Когда Менма перестал зависать в воздухе и тоже оказался на земле, он с удивлением посмотрел себе под ноги. — Поздравляю. Ты смог перешагнуть через роль жертвы в моем гендзюцу, — прокомментировал Итачи происходящее. — Но этого мало. Узумаки стиснул зубы и собрался было вновь атаковать врага, как вдруг тот остановил его жестом руки. — Не нападай на меня. Это бессмысленно. Прерви иллюзию. Вырвись из моего гендзюцу! — произнес Учиха. Менма беспомощно посмотрел по сторонам, когда по повелению Итачи, создателя этого иллюзорного мира, всё вокруг вспыхнуло в адском огне. Целые стаи черных воронов появились в покрасневшем небе и пошли на снижение. — Развейся! — крикнул Менма, пуская всю свою чакру к правому глазу. Шаринган в его глазу стал вращаться, а в следующий миг всё вокруг мальчика исчезло, превратившись в неясную дымку, а затем рассеявшись вовсе. Узумаки очутился там же, где и был. В холодной пещере, где проходили его тренировки с Итачи. — Получилось! — воскликнул он, глядя на своего наставника. Итачи кивнул. Он был очень доволен успехами Узумаки, хотя не собирался демонстрировать это. — Наконец, ты справился с задачей. Значит, твой шаринган и контроль над чакрой стали сильнее. Обучение завершено.

***

Юный Учиха медленно шел по покинутому жителями району Конохи, где недавно состоялась битва Наруто и Гаары. Он был погружен в собственные мысли. Всё последнее время Саске вспоминал свое с Наруто сражение в финальном туре экзамена и терзал себя мыслью о том, что, если бы не начавшееся вторжение армии Орочимару, он бы проиграл тот бой. "Все мои тренировки с Какаши-сенсеем... Все техники, которые я улучшил... Чидори, которую я изучил... Всё это было бесполезно. При всех своих причудах, тренируясь с Джирайей, ты умудрился стать сильнее меня!" — думал Учиха. Ему было обидно и горько от осознания этого факта. Но еще более обидным было то, что он, Саске, одолел своего противника, когда тот был беспомощен и не ожидал чьей-либо атаки. А Наруто умудрился остановить Шукаку, сражаясь с ним в полную силу. "Если я не могу победить даже Наруто, то как я смогу убить Итачи?" — пронеслось в голове. Саске остановился, глубоко вдохнув, чтобы преодолеть гнев, который вот уже несколько дней пожирал его изнутри. Откуда взялась эта тьма, которую Учиха так отчетливо ощущал внутри себя? Тьма, еще более едкая, чем та, что уже существовала в его сердце со дня уничтожения клана Учиха. Учиха вздрогнул. Ему показалось, что он увидел кого-то впереди. Вернее, не кого-то, а что-то. Это было зеленоватое полупрозрачное продолговатое облако, тянувшееся в виде дорожки по улице. Что это? Не дым и не туман. "Чакра!" — осенило Саске. Он начал замечать, что дорожка из чакры начинает рассеиваться, и ускорил шаг, двигаясь туда, куда вел его этот таинственный след. Саске шел все быстрее и быстрее, пока не остановился перед кучей песка, на которой дорожка из зеленой полупрозрачной дымки заканчивалась. Он оглянулся через плечо, обнаружив, что чакра, витающая в воздухе, испарилась, будто ее и не было, посмотрел по сторонам, а затем неожиданно для самого себя услышал что-то, похожее на шепот... и шипение. Звук доносился откуда-то снизу. Поняв это, Учиха стал разгребать гору песка, пытаясь откопать то, что все это время манило его. С лопатой дело бы двигалось быстрее, но, за неимением оной, Саске копал руками. Наконец, он наткнулся на что-то твердое. Это был люк с ручкой, за которую так и хотелось потянуть. Учиха поддался этому искушению. Люк оказался тяжелым и поддался не сразу, но в итоге нашему герою удалось его открыть. Он увидел темный тоннель, уходящий вниз. И, оглянувшись по сторонам, нырнул в него. Наруто, который все это время следил за товарищем по команде и не понимал, что привело его сюда, выглянул из своего укрытия. — Что вообще здесь происходит? — прошептал он, подходя к люку, в котором исчез Саске.

***

— Как твое самочувствие, Хирузен? — поинтересовался гость, проникший в кабинет Хокаге без стука. Он был один из немногих, кому Сарутоби мог это простить. Третий поднял взгляд от бумаг, которыми он занимался весь сегодняшний день, и посмотрел на человека, который обратился к нему. Незваный гость был немного кому известен в Конохе, хотя и занимал весьма высокое положение в ее иерархии. Он был пожилым, примерно одного с Третьим возраста. С темными волосами, резкими чертами испещренного старческими морщинами лица, шрамом в форме крестика на подбородке, с маленькими, вечно прищуренными глазами. Впрочем, нет. С одним глазом, поскольку второй, правый, вот уже много лет скрывали белые повязки. Старик был одет в черно-белый плащ. Одна его рука, тоже забинтованная в белые ленты, скрывалась за черной тканью плаща. А вторая сжимала рукоятку трости, на которую этот человек опирался. — Данзо, — Хирузен не столько обрадовался, сколько удивился визиту старого товарища. — Весьма неплохо для того, кто пережил использование Печати Бога Смерти. Данзо медленно прошел вперед и остановился напротив стола Третьего, после чего, не дожидаясь разрешения, опустился в кресло. — Шинигами не мог просто так пощадить твою душу. Будут последствия. И ты это знаешь, — ухмыльнулся Шимура. Сарутоби покосился на своего старого друга, после чего закурил трубку. — У меня такое впечатление, будто ты не рад тому, что я выжил, — заметил Третий, выдыхая облако дыма. — Напротив, — возразил Данзо. — Однако, я в корне не согласен с твоими решениями. — Не в первый раз, — усмехнулся Хирузен. Он посерьезнел и вновь посмотрел на собеседника, пытаясь прочитать на его лице цель его визита. Однако, тот был непроницаем. — Надеюсь, ты позаботился об Орочимару? Хоронить предателя на кладбище Конохи не решился даже Третий. Он поручил Корню уничтожить тело своего бывшего ученика. Это был надежный способ обезопасить деревню. — Да, — ответствовал Шимура. — Я уничтожил его. Можешь быть уверен, никто больше не завладеет тайнами, которые скрывало в себе его тело. Сарутоби вздохнул, благодарно кивнув. — Выкладывай, зачем пришел? Шимура на миг открыл свободный от бинтов глаз, и его янтарное око встретилось взглядом с карими глазами Хирузена. — Поговорить о Девятихвостом. Сила демона в Наруто Узумаки пробудилась, — медленно произнес он. — И ты знаешь, что это значит. — Да. Я уже позаботился об этом. Джирайя обучит Наруто всему, что поможет контролировать Кьюби, — сообщил Третий. — Джирайя? Не самый лучший выбор, — возразил Данзо, тихонько стукнув тростью об пол. — Сомневаюсь, что он что-то смыслит в тонкостях контроля Хвостатого. И к тому же, Наруто не стоит брать с него пример. Сарутоби был недоволен тем, как Шимура отозвался о его ученике, но ничего не сказал. — Наруто должен вступить в Корень. Я научу его всему, что нужно. Он будет достойным джинчурики своей деревни, — продолжил тот. Хирузен позволил себе бросить взгляд на портрет Четвертого, висящий на стене. — Сомневаюсь, что это хорошая идея. Мальчик и так слишком многое пережил. Он не готов к вступлению в Корень, — пробормотал он. Шимура недобро нахмурился. — Ты не видел, на что он способен, а я видел. Перевоплотившись в Кьюби, он одолел Однохвостого всего за несколько минут. И, между прочем, разрушил еще больше, чем песчаный демон Суны, — процедил он. — Так вот чем ты занимался в то время, когда я так нуждался в твоей помощи? — повысил тон Третий. — Я прекрасно знаю, как всё закончилось. Наруто удалось подавить Девятихвостого самому, без чьей-либо помощи. И это доказывает, что он вполне в состоянии сделать это еще раз. Шимура резко поднялся из кресла. — Не пожалей о своем решении, Хирузен. Твоя ошибка может дорого обойтись всей Конохе, — сказал он на прощание и покинул кабинет. Сарутоби прислушивался к его удаляющимся шагам и стуку трости и думал, следует ли расценивать слова Данзо как угрозу. Потом откинулся на спинку кресла и, затянувшись, выдохнул густое облако дыма, которое взмыло к самому потолку, и только потом рассеялось.