Такой же, только другой

Неделю спустя В Коноху, как и в сердца ее жителей, пришло резкое похолодание. Мир окрасился в серые тона тоски и уныния. Изо дня в день деревню орошал дождь. Солнце спряталось за тучи, и его уже давненько никто не видел. Вдобавок ко всему, суровые ветра, не свойственные для этой местности, проносились по деревне, срывая с деревьев листья и лепестки цветков сакуры. Наши герои переживали из-за ухода Саске. Не было среди юных шиноби того, кто не горевал по поводу исчезновения Учихи. Больше всех, естественно, страдала Сакура, и Наруто чувствовал себя виноватым. Будь он тогда хоть на капельку сильнее, возможно, у него получилось бы остановить Саске. Но события сложились так, что герой был слишком измотан после сражения с Гаарой и к тому моменту еще не полностью восстановился, а сила Девятихвостого, после того, как отец восстановил печать, была для него под запретом. Уход юного Учихи также стал неожиданностью для Какаши-сенсея и, естественно, для Третьего Хокаге, которому Наруто пришлось всё рассказать. — Удивительно, как вам удалось проникнуть на базу Корня. Подземный комплекс всегда хорошо охраняется. Впрочем, может быть, это никак не связано с охраняющими его АНБУ и даже с событиями прошлой недели. Наверное, чакра Орочимару и остатки сознания, скрытые где-то вглуби его тела расчистили Саске путь... Проклятье! Я велел уничтожить его тело. Как знал, что что-нибудь подобное произойдет! — высказался Третий, не скупясь на эмоции. Трубка в его рту несколько раз качнулась, губы издали причмокивающий звук, а затем Хокаге, закрыв глаза и взяв ее дрожащими руками, выдохнул густое облако дыма, заполонившее всю комнату. — Я боялся, что Орочимару так и не сможет покинуть нас, не оставив что-нибудь после себя напоследок. Теперь то, что осталось от его души, вселилось в Саске, и это не предвещает ничего хорошего, — произнес он. — Дух Орочимару ни при чем. Саске сам захотел завладеть чакрой и знаниями Вашего бывшего ученика. Он одержим местью, — заметил Наруто. Хокаге опустил взгляд, задумавшись. Он даже не удивился тому, что Наруто сказал "Вашего ученика" вместо типичного для него "твоего, старик, ученика". Все они были как на иголках. Что он на своем посту, что Наруто, который, видимо, винил себя во всем происходящем. На его лице мелькнуло сожаление, и Наруто подумал, что Третий знает о брате Саске то, чего не знал никто. — Что ж, пусть делает, что пожелает, — неожиданно ответил Хирузен. — Коноха не будет отвечать за его поступки. Саске станет нукенином, отступником, который сам по себе. — Но так нельзя! — возразил Наруто. — Дайте мне время! Я обязательно верну Саске обратно. Сарутоби усмехнулся, видя, как воспылал Узумаки. Однако, это была грустная усмешка. — Время тут ни при чем. Я обошелся слишком мягко с ниндзя из Суны. Совет не одобрил моего решения. Мои советники настаивают на том, чтобы Саске был официально изгнан. Это огородит Коноху от будущих проблем, — пояснил он. — Но они — советники, а ты — Хокаге! Разве не ты решаешь, что делать? — возмутился Узумаки. — Какой же ты тогда правитель, даттебайо? — Не всё так просто, Наруто. Саске вторгся туда, куда ему соваться не следовало. Он не просто сбежал из деревни, но и прихватил с собой то, что может стать мощным оружием, в том числе против Конохи. И да, я ограничен в своих решениях. Я не могу делать то, что мне вздумается, — ответил Хокаге. — Значит, это Совет запретил тебе говорить мне о том, что Четвертый Хокаге — мой отец? — не выдержал Наруто. Трубка выпала из рук Хирузена и грохнулась на стол. — Как давно ты об этом знаешь? — подождав, поинтересовался Хокаге. — Недолго. Я не успел никому разболтать, да и не собираюсь. Это Четвертый помог мне взять контроль над Девятихвостым в день нападения Суны. Он восстановил мою сломанную печать. Я не рискнул снова использовать силу Кьюби, боясь опять сломать ее. И поэтому не смог остановить Саске, — отозвался генин. Услышав, что никто обо всём этом не знает, Сарутоби с облегчением вздохнул. Он поднял свою трубку со стола и сдул рассыпавшийся по нему пепел. Наруто наблюдал за ним и только сейчас заметил, что старик выглядит не так, как обычно. Он был более бледным, казалось, морщин на его лице стало больше. А руки казались еще более костлявыми, и не переставали дрожать. — Ты в порядке, старик? — спросил Наруто. — Нет, — честно ответил тот. — Сражение с Орочимару далось мне нелегко. — Я могу что-нибудь для тебя сделать? — полюбопытствовал Узумаки, встревожившись. Третий покачал головой. — Я уже отправил своего сына и команду номер десять на поиски моей ученицы Тсунаде. Она приедет и подлатает меня. Ее помощь требуется не только мне. Многие раненные еще не до конца восстановились. А Хьюга Неджи, если ты не знал, до сих пор находится в очень тяжелом состоянии. Ему необходима операция медика-профессионала. С такой справится только Тсунаде. Наруто удивленно посмотрел на Третьего. Неужели Неджи до сих пор не отошел от сражения с Гаарой на отборочных боях? И, если так, зачем Сарутоби говорит ему об этом? Они с Хьюгой никогда не были друзьями. А за недолгие дни знакомства успели стать заклятыми врагами. — Проверь Хинату, она очень переживает, — улыбнулся Третий. — Переживает? — с сомнением в голосе переспросил наш герой. Третий кивнул. — Несмотря на всё, что сделал Неджи, он все еще остается братом Хинаты. Ты ведь тоже беспокоился бы за Менму, будь он на месте Неджи, — пробормотал Сарутоби. Узумаки обдумал слова Третьего и кивнул. В следующий же миг Наруто вспомнил последнее, что услышал от отца. "Менма жив", — вновь прозвучал голос Четвертого в его голове. Третий заметил, что лицо мальчика странным образом изменилось и полюбопытствовал, всё ли в порядке. Наруто кивнул. Он попрощался с Хокаге и собирался было покинуть его кабинет, как вдруг Третий окликнул его. — Вообще-то, есть кое-что, что ты мог бы для меня сделать, — сообщил он. — Лучше тебе покинуть деревню на некоторое время. — Что? — переспросил Наруто удивленно. Хирузен поймал его встревоженный взгляд. — Ненадолго, хотя бы на то время, пока Тсунаде не вернется и не приведет меня в порядок. Времена нынче неспокойные. Не буду этого скрывать, после того, как тело Орочимару было не уничтожено, а отправлено в лабораторию для опытов, я перестал доверять своим советникам и Корню АНБУ. Может быть, они воспользуются тем, что я не в лучшей форме. Я не смогу гарантировать тебе безопасность, пока я так слаб, — ответствовал он. — Может, тогда мне будет лучше остаться и охранять тебя, старик? — поинтересовался Узумаки. — Нет. Мне будет спокойнее, если ты будешь вместе с Джирайей где-нибудь подальше от деревни, — ответствовал Сарутоби. — Я уже попросил его готовиться к путешествию. Отправляйтесь завтра.

***

Еще одна неделя минула и для второго Узумаки. Как Тоби и обещал, "что-то новенькое" он все-таки приготовил. Едва появившись, Акацуки сразу же унес Менму с собой, в совершенно новое убежище организации. Если с определением местоположения прошлого укрытия Акацуки наш герой затруднялся, то это место, скорее всего, было расположено в Стране Земли. Теперь нашему герою не светило спускаться глубоко в подземелье. Как раз напротив. Если прошлое убежище организации представляло собой подземный комплекс из пещер, то эта база Акацуки была сравнительно небольшим каменным зданием с пристройкой в виде довольно высокой башни. Учитель и его ученик появились из портала прямо там, наверху, и наш герой невольно отпрянул назад, неожиданно для себя оказавшись на довольно приличной высоте. Но в следующий миг он наоборот ринулся вперед и, вцепившись в перила руками, начал жадно разглядывать всё, что отсюда было видно. Данная база Акацуки вопреки предыдущей не была надежно спрятана. Здание, в башне которого Тоби и Менма оказались, находилось в центральном районе небольшой деревни. Здесь было еще несколько таких же домов, несколько еще более высоких каменных башен, но большинство построек представляло собой маленькие хижины. Менма увидел людей, ходящих по улицам, разглядел рынок с множеством торговых лавок на небольшой площади, которая была забита как торговцами, так и желающими что-то купить клиентами. По дорогам изредка проезжали повозки, запряженные лошадьми. Цоканье копыт, характерное поскрипывание колес, шум толп, заполонивших улицы, веселые крики мальчишек, играющих в догонялки... Всё это давало понять, что в этом месте кипела жизнь. И этой жизни Менме так долго не хватало. Любопытным было то, что цвета всего, что было в этом удивительном месте, разительно контрастировали с теми, что были в Конохе. Здесь было куда меньше травы и, соответственно, намного меньше зеленого. Почва местами была полностью голой и серой, словно камень. Деревьев здесь было мало, больше маленьких кустарников. Зато всюду, куда ни посмотри, виднелись скалы. На дальней линии горизонта, над которой сейчас зависло оранжевое солнце, собирающееся исчезнуть до следующего утра. И даже здесь, прямо в деревне. Тут и там, прямо в центре маленьких площадей, в которые иногда стекались улочки, возвышались невысокие глыбы. Порой их было сложно отличить от маленьких домиков, большинство из которых были каменными и имели примерно такой же цвет, а иногда и форму. На основе всех своих наблюдений Менма как раз и пришел к выводу о том, где расположено это убежище Акацуки. — Впечатляет? — ухмыльнулся Тоби голосом человека, который разучился удивляться. — Да, очень, — не стал скрывать Менма. — Похоже, ты удивлен тем, что мы обосновались у всех на виду? — угадал Учиха, внимательно следя за Менмой через прорезь в оранжевой маске. — Не в нашем стиле, однако стратегия весьма успешная. У нас хорошее прикрытие. Человек в маске задумчиво обвел взглядом деревушку, а затем вздохнул. — Прости, но я снова тебя покидаю. Спускайся вниз, когда наскучит здесь сидеть, — сообщил он и, не дожидаясь ответа Узумаки, исчез в пространственной воронке. Менма усмехнулся, обрадованный тем, что остался один, и тем, что у него появилась возможность насладиться видом. И ничто ему не помешает. Мысленно наш герой поставил себе новый крестик. Он считал деревни, в которых ему удалось побывать. Пока их насчитывалось всего семь, причем одной была Коноха, где Менма провел первые годы своей жизни, а пять были настолько маленькими и лишенными какой-либо индивидуальности, что попросту не запечатлелись в памяти. Там Узумаки останавливался во время путешествия с Тоби, чтобы перекусить. И единственное, что он запомнил — это вкусы рамена, которые он там попробовал. Это место было совершенно непохоже на Коноху. И совершенно непохоже на Амегакуре, где нашему герою уже удалось побывать. С верхушек небоскребов деревни Скрытого Дождя сквозь темноту, которая была постоянным спутником нескончаемого дождя, было проблематично рассмотреть то, что было снизу. И даже если это удавалось, Менме быстро наскучили однообразные металлические здания, множество толстых труб, затопленные дождем переулки, по которым изредка сновали люди в плащах-дождевиках. Здесь же всё было иным.