My love for you isn't over

      — Что, черт возьми, я здесь делаю, — Джерард нервно провел пальцами по волосам уже во второй раз. Он не остановился, чтобы обдумать, что он все же делает, перед тем, как нажать на звонок квартиры Фрэнка. Полчаса назад он шел на поезд, как обычно бывало после работы, чтобы выехать в Джерси, но внезапно развернулся, перешёл дорогу, сел в такси, которое и привезло его к месту, где жил Фрэнк.       Когда он вошел в здание, то начал волноваться: во рту была словно пустыня, в животе формировалось что-то вроде узла размером с футбольный мячик, а сердце выпрыгивало наружу. Он знал, что быть здесь и сейчас — очень, очень плохая идея. После тех двух раз, что они почти поцеловались, он перестал доверять себе, когда рядом присутствовал Фрэнк. Однако они не виделись вот уже как три недели, и Джерард чувствовал что-то вроде неисчерпаемой потребности увидеть друга, побыть рядом с ним; на самом деле он просто устал от того, что устроил Фрэнку что-то вроде бойкота. Поэтому в этот вечер он решил сдаться.       Джерард закрыл глаза и глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.       «Это просто дружеский визит», — сказал он себе. Ведь нет никаких причин, чтобы нервничать, когда посещаешь одного из своих старых друзей, которого всего лишь не видел долгое время — да и только, больше ведь ничего не случится. Он медленно выдохнул перед тем, как увидел, что дверь начала открываться.       — Джерард, — с энтузиазмом воскликнул Фрэнк, завлекая друга в объятия. Джерард был удивлен, но все-таки сумел собраться и скользнуть своими руками по талии Фрэнка в ответных объятиях. Он вдыхал запах его волос, которые были мягкими и пропитаны сигаретным дымом и шампунем. И этот запах, это… персик? Джерард был не уверен в этом, но промолчал.       — С Днем рождения, старик, — тихо проговорил Фрэнк почти на ушко Джерарду.       — Мой День рождения был две недели назад, — отметил он.       — Я знаю, но ведь я не мог увидеть тебя раньше, зато теперь ты здесь, — ухмыляясь, ответил Фрэнк и отстранился. — Ты, наконец, сделал это.       — Да, — Джерард улыбнулся в ответ, — у меня появилось свободное время, и я решил приехать к тебе, — Фрэнк кивнул, мгновение вглядываясь в глаза Джерарда, и почему-то улыбка на его лице немного потускнела.       — Заходи, — он отстранился от двери, приглашая друга войти первым. Джерард прошёл в квартиру, оглядываясь назад, на Фрэнка.       — Извини, что не позвонил заранее, я… — он остановился, когда внезапно наткнулся ногой на что-то твердое. — Ау, — воскликнул Джерард, наклоняясь, чтобы растереть место удара, от которого начала растекаться острая боль. Когда он посмотрел вниз, то увидел, что предметом, на который он так неудачно наткнулся, был стоящий на полу рядом со стеной металлический ящик, заполненный какими-то инструментами и банками с краской.       — Ты в порядке? — обеспокоено спросил его Фрэнк.       — Да, — Джерард взглянул перед собой и увидел, что здесь было около десяти таких же коробок, стоящих вдоль коридора. Он, задумавшись, нахмурился. — Ты скоро переезжаешь? — Фрэнк покачал головой.       — На следующей неделе только, — ответил он. — Но я начал упаковывать все уже сейчас, чтобы не торопиться потом в последнюю минуту, знаешь.       — Так ты купил тот дом, да? — с любопытством спросил Джерард.       — Да, — Фрэнк, смеясь, вздохнул. — Ну я сначала действительно не был уверен в покупке, ведь приобретение чего-то реально большого — довольно сложная задача, но Ирэн все-таки дала мне немного времени подумать, и, поразмыслив ещё немного, я решил, что это будет правильное решение, — Джерард кивнул в знак согласия, потому что он думал точно так же, как и Фрэнк, когда они с Линдси покупали свой дом. — И еще, — добавил Фрэнк, — это будет круто: снова быть жителем Нью-Джерси, — Джерард усмехнулся.       — Тогда я начну называть тебя своим соседом, — Фрэнк захихикал. — Так я, наверное, теперь понимаю, почему ты начал упаковывать все сейчас. Тебя много еще предстоит собрать? — спросил Джерард, увидев, сколько коробок, ящиков и сумок стояли в гостиной. Они были на полу и диване, на стульях и журнальном столике (даже под ним), а некоторые и на настенных полочках.       — Больше, чем мне нужно, видимо, — Фрэнк почесал затылок, оглядывая комнату, понимая, что работы у него еще много. — И как раз хорошо было бы выкинуть ненужные вещи, и, если ты уже здесь, я думаю, ты согласишься помочь мне с этим?       Джерард охотно согласился. Когда он попадал в неудобные ситуации, спокойствие всегда приходило к нему, если было дело, на котором он мог сосредоточиться, а не думать о неловкости, плюс ко всему, помощь Фрэнку с упаковыванием вещей была совершенно невинным предлогом провести с ним некоторое время.       — И, — Фрэнк встал посереди комнаты, кладя руки на пояс, — я начну с этих коробок, — он указал на какие-то ящики, что стояли в коридоре. — Помнишь, я рассказывал тебе, что мои старые дневники были в доме мамы? — Джерард кивнул. — Ну, сказать об этом ей самой был не лучший вариант, потому что она сразу же достала их всех до единого и отнесла в мою машину: видимо, ей просто не хватало места или она хотела избавиться от постоянно мешавшего старья, — сказал Фрэнк, ухмыляясь.       — И ты все это оставишь у себя? — Джерард подошел к куче старых, обшарпанных коробок, заглядывая внутрь тех, что были открыты. Фрэнк покачал головой.       — Наверно, нет. Я начал проверять некоторые коробки, и они в основном заполнены хламом, но я нашел кое-какие диски и кассеты, которые слушал в том возрасте; некоторые группы я вообще собирал, так что я должен перепроверить каждую коробку, чтобы посмотреть, есть ли там что-то стоящее, — а потом уже выбрасывать, — Фрэнк подошел ближе, взял одну из коробок и поставил ее на журнальный столик. — Я даже создал что-то типа системы.       — Системы? — Джерард выгнул бровь, удивленный этим.       — Да, — ответил Фрэнк. — Те ящики и сумки, что находятся там, — он указал влево, — выбросить, так что туда можешь кидать ненужное барахло, — он сделал шаг назад. — Те коробки, что у дивана — их я собираюсь отдать: там все, что мне не нужно, но что могут еще использовать другие люди.       — Хорошо, — кивнул Джерард.       — И наконец, — начал добавлять Фрэнк, — те вещи, что я буду класть на это кресло: они, может быть, когда-нибудь мне потребуются, но в основном это бесполезная хрень, имеющая сентиментальную ценность.       — Понял, — Джерард снял свою сумку через голову, положил на пустое место на кресле и, засучив рукава, взял одну из коробок.       — Можешь поставить ее здесь, — сказал Фрэнк, принимаясь за чистку настольных ламп, что стояли рядом со стеной. Джерард опустил вещь на указанное место и начал рыться.       Он нашел сломанный диск, какие-то неисправные часы, ножку фигуры Бэтмена — все то, что сразу бросил в кучу ненужных вещей. Затем он достал ролики, которые были старыми, но до сих пор в хорошем состоянии, и, возможно, какие-нибудь дети все еще могли их использовать, поэтому он положил их в одну из коробок, что после Фрэнк отдаст кому-то пользоваться. Потом он вернулся обратно к столу, и кое-что заставило его взглянуть на дно коробки.       — Старые комиксы! — улыбаясь, воскликнул Джерард, достав стопку журналов.       — Их по-любому в кучу хранения, — утвердительно сказал Фрэнк. — Дай мне взглянуть, — он пересек комнату, вытянув руку вперед. Джерард передал ему половину комиксов, оставляя другую часть себе. Фрэнк листал страницы «Сорвиголовы», как вдруг оттуда вылетела какая-то фотография. Он наклонился, чтобы поднять ее с пола.       — Хэй! — вскрикнул Фрэнк, увидев картинку. — Я нашел фотографию My Chemical Romance.       — Правда? — Джерард в удивлении распахнул глаза, потому что на самом деле он даже не знал, что такая фотография существует.       — Да, смотри, — Фрэнк подошел ближе и приподнял фотографию чуть повыше, чтобы Джерард увидел ее.       — Ох, — выдохнул Уэй, вдруг вспоминая те времена, когда это происходило. Фото было сделано за несколько часов до того, как парни отыграли свой первый концерт.       На фотографии были он, Фрэнк, Майки, Рэй и Боб, стоящие перед домом Уэев, улыбающиеся в камеру на фоне заходящего солнца.       — Ты выглядишь очень молодым, — прокомментировал Джерард, указывая на совсем еще по-детски молодое лицо Фрэнка.       — Я и был молод… Мы все были такими, — улыбаясь, ответил Фрэнк. Джерард кивнул и улыбнулся в ответ, затем положил стопку комиксов в одну из коробок «для хранения» и вышел в коридор за следующей.       В это время Фрэнк все еще разглядывал фото.       — Ты был одет здесь в рубашку с высоким воротом, — сказал он, поворачиваясь к Джерарду. — Ты правда любил их носить тогда, да? — добавил он.       — Нет, — ответил уверено Джерард, поставив вторую коробку на стол. — Я, можно сказать, терпеть их не мог.       Фрэнк нахмурился:       — Тогда почему ты все время одевал их?       — Из-за тебя, — ответил Джерард, когда раскрыл картонные створки коробки. Фрэнк часто заморгал, а Джерард, увидев замешательство на его лице, продолжил: — Из-за твоего глупого кинка постоянно оставлять укусы.       — Моего чего? — спросил Фрэнк, сбитый с толку.       — Ты разве не помнишь, Фрэнк? Моя шея и плечи были покрыты засосами, и я должен был носить даже водолазки и шарфы, чтобы скрыть их, кстати, даже тогда, когда было чертовски жарко.       Глаза Фрэнка расширились, а затем он начал хихикать. Джерард окинул его уничтожающим взглядом.       — Хорошо… — пробормотал запыхавшийся от смеха друг через некоторое время, — может быть, я и оставлял несколько маленьких отметин, но они не держались долго, и это было не так уж и плохо, — он пренебрежительно пожал плечами.       — Это были не просто отметины, — грозно поправил его Джерард. — Это были темные синяки, которые держались очень долго, — Фрэнк снова взорвался новой волной смеха, а второй парень покосился на него. Он не понимал, как страдал Джерард, стараясь скрыть эти засосы на своей шее от родителей, от учителей, от ребят в группе, и продолжал смеяться. — Признай, Фрэнк, этот фетиш с укусами выходил у тебя из-под контроля в шестнадцать лет, — самодовольным тоном сказал Джерард.       Фрэнк поджал губы, чтобы прекратить смеяться:       — Хорошо, — он сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить говорить, — я признаю это, если только ты признаешь то, что тебе он нравился, — предложил Фрэнк, ехидно улыбнувшись и выгнув бровь. Джерард снова прищурился, отворачиваясь, махнув рукой, и продолжил рыться в ящике, воздержавшись от комментария.       Фрэнк снова сжал губы в тонкую линию.       — Не смей отрицать этого, Уэй, — сказал он, подходя ближе, одаривая его возмущенным взглядом. — Я знаю, что ты любил это, — настойчиво говорил Фрэнк, — я очень хорошо помню твою реакцию, когда я делал это, — Джерард взглянул на него теперь уже равнодушным взглядом. — Ты помнишь те моменты, когда мы ходили в кино? — спросил Фрэнк.       — Честно говоря, мы все время просиживали там, так что уточни, какие именно моменты я должен вспомнить, — отметил Джерард, не волнующийся о том, как капризно это звучало. Брови Фрэнка взлетели еще выше, чем были прежде.       — Ну тогда, — раздраженно фыркнул он, перед тем как продолжить, — я скажу тебе об одном определенном моменте, — подчеркнул он. — Однажды, когда мы пошли на какое-то кино с дерьмовым сюжетом, который я так и не запомнил, потому что все время был занят поцелуями, — он слегка пожал плечами. — Ну ладно, — признал Фрэнк, — я был занят тем, что оставлял отметины укусов на твоей шее, но ты тогда тяжело дышал, постанывая так, что какая-то престарелая пара обернулась, чтобы понять, что за ад происходит за ними, — сказал он, размахивая указательным пальцем перед лицом Джерарда.       Тот посмотрел на Фрэнка, едва сдержав улыбку, потому что вспомнил, как изменилось выражение лица каждого из тех стариков.       — И потом, — добавил Фрэнк, в голосе которого все еще проскальзывало возмущение, — ещё перед тем, как пошли титры, ты завел меня в какой-то переулок перед театром и прижал к стене, — сказал он, все ближе подходя к Джерарду.       Фрэнк посмотрел в его глаза, и его эмоции внезапно изменились. Он глубоко вздохнул и начал говорить пониженным, хриплым голосом:       — Ты все время зажимал мою ногу, пока мы ехали, и не говори, что ты не помнишь этого, — добавил Фрэнк, наклоняя голову и быстро облизывая губы; этот жест был незначительным, но достаточно провокационным. Их глаза были закрыты ровно до того момента, как взгляд Джерарда не упал на заманчивый рот Фрэнка.       Уэй не мог врать, потому что после того вечера он впервые увидел, как Фрэнк кончает; это был первый раз, когда он чувствовал, как откровенно Фрэнк прижимался к его промежности: тогда его ноги были закинуты на бедра стонущего Джерарда, который чувствовал ноготки Фрэнка под рубашкой, впивающиеся глубоко в кожу спины.       Джерард помнил это, и, возможно, слишком ярко, потому что теперь его дыхание прерывалось и он чувствовал, как волна жара, повышая температуру, окатила его, начиная с шеи и заканчивая щеками.       — Ты помнишь, Джи? — спросил хриплым голосом Фрэнк, опуская на мгновение взгляд вниз. — Я уверен, что твое тело точно это помнит, — он прикусил нижнюю губу, — ведь ты становишься твердым, — отметил он, слегка кивая, а рот Джерарда широко открылся. Он посмотрел вниз и увидел заметный бугорок в области своей промежности. Как раз этим утром он подумал, что очень плохая идея — надеть узкие брюки, но он не мог контролировать свою реакцию, когда вспомнил о их с Фрэнком близости.       Джерард быстро потянул свою рубашку вниз, пытаясь прикрыть эрекцию.       — Не скрывай это, Джи, — почти скомандовал Фрэнк, качая головой. — Я хотел бы видеть тебя таким, — добавил он тихо, пытаясь встретиться взглядом с Джерардом, но тот смотрел вниз, сжимая ткань рубашки, а щеки его продолжали гореть. — Джи, это нормально, — уверяя, произнес Фрэнк, потянувшись за его руками, чтобы положить их на столик, что стоял за парнем.       Теперь ладони Фрэнка окружали его тело, практически не касаясь нигде, исключая руки. Он был так близко, что Джерард мог почувствовать теплоту чужого дыхания на левой стороне шеи, но, казалось, Фрэнк все равно избегал каких-либо контактов кожи напрямую.       — Просто подумай об этом, Джи, — шептал он. — Ты стал прекрасен и тверд лишь от того, что я говорил о нас, тупых подростках, дурачившихся в переулке столько лет назад, — сказал тихо он, когда его губы почти касались уха Джерарда, что заставило эрекцию второго дернуться. — Теперь подумай о том, как бы ты чувствовал себя, если бы я прямо сейчас реально положил руки в твои штаны, — Джерард почти задохнулся, отстраняясь, пока его спина не уперлась в коробку, которую он поставил на столик пару минут назад.       — Фрэнк, что ты несешь? — растерявшись, спросил он, стараясь избежать зрительного контакта. Джерард чувствовал себя довольно неловко в этой ситуации и хотел отойти от Фрэнка, сказать ему, что это все неправильно, но он просто не мог. Близость человека напротив мешала ему двигаться, а его голос не позволял думать о том, что правильно. Джерард постепенно тонул в таком соблазнительном голосе Фрэнка, что раздавался в ушах снова и снова.       — А что будет, если я положу руку на твой живот, а потом аккуратно, медленно проведу ею до твоей промежности? — продолжал Фрэнк, не обращая внимания на вопрос Джерарда. Тот ахнул, а затем закусил нижнюю губу, чтобы не дать новому стону вырваться из горла. — Что, если я положу одну руку на твое бедро, а другой залезу под пояс джинсов? — Джерард вздрогнул: он никогда не слышал, чтобы Фрэнк говорил так раньше; с одной стороны, это тревожило, а с другой, звучало невероятно горячо. — Как бы ты чувствовал себя, если бы я опустил руку еще чуть ниже и взял в нее твой большой член? — Джерард запрокинул голову, издав мягко-хриплый стон.       Он ничего не мог поделать, ведь ему нравилось, что сейчас произносил рот Фрэнка, потому что это звучало так грязно и сексуально. Тот, кажется, заметил, как реагировал на все это Джерард, поэтому лукаво усмехнулся, прикусил губу и продолжил:       — А теперь представь, насколько приятное для тебя будет чувство, когда я буду скользить рукой вдоль длины твоего члена, поглаживая его сверху вниз и наоборот, — проворковал Фрэнк. — Сначала медленно, но постепенно ускоряясь, подыскивая такой способ, что будет нравиться мне, — теперь Джерард откровенно зашелся стоном, задыхаясь, а его голова упала на шею Фрэнка, и он стал вдыхать опьяняющий аромат его тела. — Представь ощущение моей руки или лучше… — Фрэнк криво усмехнулся, — моего рта вокруг своего члена… — распалено сказал он, подчеркивая последнее слово, что Джерарду так нравилось сейчас слушать. — Мой теплый, влажный рот, охватывающий всю длину…       Когда Джерард был уже полностью не в своем уме, его эрекция болела в штанах и все, что он хотел сделать сейчас, это оплести свои руки вокруг талии Фрэнка, целовать его губы с напором, а потом лизать, присасываться к каждой части его тела, следом перенести его на кровать и жестко оттрахать там, парень не мог сделать этого, он должен был сдерживаться, потому что ему не хотелось делать что-то, из-за чего он будет серьезно жалеть в итоге.       Фрэнк подошел еще ближе и положил одну руку на бедро Джерарда. Тот съежился и попытался отстраниться, но Айеро начал другой рукой мягко ласкать его лицо справа, а затем проскользнул пальцами по чужим волосам к затылку. Прикосновение руки Фрэнка отзывалось в нём так, будто под кожей Джерарда проходил электрический ток, и ему до безумия хотелось чувствовать ласкающую руку парня напротив по всему своему телу.       Фрэнк придвинул Джерарда за шею немного ближе, и их глаза на мгновение встретились. Они оба тяжело дышали, а их лица покраснели из-за того, что обоим было очень жарко.       — Хотел бы ты этого, Джи? — спросил Фрэнк, двумя руками держа лицо Джерарда, притягивая его к себе так, чтобы кончики их носов касались друг друга. Напряженный выдох Джерарда «да» был медленным ответом, но потом он будто очнулся и широко распахнул глаза. Уэй резко отстранился в сторону.       — Нет, Фрэнк! — Джерард повысил голос, его дыхание все еще было надорвано, но теперь не из-за возбуждения, а больше из-за страха, внезапно овладевшего им. — Я не могу! — Джерард почти кричал. — Ты знаешь, что я не могу: я женат, помнишь? — Джерард закрыл лицо ладонями, проводя пальцами по волосам, и сильно оттягивая некоторые пряди, чувствуя, что он серьезно запутался, и переживая полнейшее отчаяние. — Я не знаю, что мы делаем, Фрэнк… — раздраженно кинул он и посмотрел на парня. — Я просто… просто хотел увидеть тебя, но… — Джерард почувствовал боль в груди, как будто не хватает воздуха в помещении, чтобы полностью дышать; он просто не мог больше оставаться здесь.       Джерард развернулся, схватил сумку с кресла, где оставил ее ранее, а потом быстро прошел в коридор, выбегая из квартиры, не обращая внимания на голос, кричавший позади, голос, который звал его.