Скованные одной цепью

POV Itachi Прокашливаясь от клубов пыли и невыносимого запаха гари, которые витали в округе, я зашипел и потёр голову, которой ударился. Взрывная волна зацепила соседний дом, и мне вслед полетели камни, стекло и другие ошмётки, которые когда-то были частью места, где я жил. Пришлось активно изворачиваться, прикрывая голову руками, дабы остаться в живых. Сейчас в клубах дыма и поднявшейся пыли я едва ли различал что-то отдалённо напоминавшее здание из забытого богами района: выбитые окна, часть стены в общем и целом отсутствуют, а горящее пламя, пожирающее верхний и нижний этажи, охватывало новые территории. Я вновь поднёс руку ко рту, задыхаясь от воцарившегося вокруг хаоса, пролетающих обломков, горящих вещей и слышащихся криков из соседних домов. Из-за дыма слезились глаза, сознание то и дело мутнело, пока по виску скатывалась липкая и прохладная капля. Кое-как отодвинувшись от горящих досок и наткнувшись рукой на обломки стекла, я даже не осознал толики боли, которая должна была быть в тот момент, когда острый край распорол кожу. Несколько секунд всматриваясь в то, как кровь медленно проявляется на месте пореза, я испытывал какую-то оглушённость совместно с тем, что ощущается, когда ты это уже видел, чувствовал, наблюдал. Ах, да. Дежа вю. Со стоном перевернувшись на спину, я вытер рукавом пальто с лица пот, грязь и кровь, попутно убирая волосы назад и поднимая глаза на небо, которое заволокли серые тучи, куда чернеющим столбом упирался дым вместе с гарью. Словно вот такая вот проложенная дорожка на тот свет. От мысли, что данная «дорога» для меня, на губах промелькнула какая-то диковатая улыбочка. Нет-нет, ничего странного, я не сумасшедший, который радуется чужому горю, разрушению или покушению на собственную жизнь. Я просто, … даже выразить, наверное, не получится, те мысли, когда до тебя доходит, что тебя пытаются убить, да ещё так, как всех твоих родственников до этого. То, что это было покушение – дело явное. Что касается остальных Учих, то сложить два пазла тут проще некуда: мать с отчимом погибли в сгоревшем доме, Мадару взорвали на собственной машине и даже сейчас, … ха-х. Смешок всё-таки сорвался с губ. Мои глаза были всё ещё направлены в небо, наблюдая за клубами дыма и за тусклым небосводом. Какая ирония-то. Интересно, а к Саске тоже полкило динамита приставят? У кого-то даже фантазии нет, чтобы придумать что-то более оригинальное, или это опять часть чьей-то игры, причём очень хреновой. Очень. Приняв полулежащее положение и облокотившись на руку, я попытался подняться, но это мне удалось только со второй попытки. И пока я ковылял, придерживаясь здоровой ладонью о шероховатую стенку дома, мимо скуля сиреной пронеслась машина скорой помощи. Что-то они быстро кстати. Странно как-то, вроде и получаса не прошло, и даже может спасти уцелевших удастся. Когда я добрался до своей машины и залез на негнущихся ногах в её салон, нервы были ещё напряжены и натянуты. Словно я только что пережил ядерную бомбардировку, хотя и не мудрено, меня чуть не подорвали в собственном доме, если бы я, … Ах, да. Пред глазами тут же встала картина той самой секунды, когда я поворачивал ключ в замке. Подумать только, жизнь мне спасла вот такая вот малая деталь, как привычка. Я всегда закрывал дверь на два оборота ключа. Саске, будучи человеком вечно куда-то спешащим, ограничивался одним оборотом ключа, или вообще оставлял моё имущество на добычу ворам, аргументируя тем, что красть, по сути, всё равно нечего. Но в этот раз кто-то закрыл дверь до конца. На три оборота. А когда я опустил взгляд вниз, то понял, что кто-то активно заметал следы, вычистив всю лестничную клетку. Наверное, можно было войти и глянуть, что случилось и почему моя мимолётная наблюдательность подкинула такую малость для рассуждений, но в голове была лишь одна мысль: «Бежать». То ли это интуиция, то ли силы божьи, то ли дело случая – неважно. Сейчас имело значение то, что я жив. А вот, «Акацуки» и тот, кто хотел позаботится о том, что я не приду к ним на встречу об этом не знают. То, что за этим стоят не они, было очевидно, ведь нет смысла во встрече и похищении Саске тогда. Это противоречило бы всему, что они проводили на данный момент, а именно: строили из себя защитников города, законопослушных граждан и самых влиятельных директоров. Положив всё ещё трясущиеся руки на руль, я откинулся на спинку кресла, тяжело вздыхая при каждой мысли, мелькающей в сознании. Ехать сейчас в участок и докладывать о подобном саботаже было пропащим делом, не удивлюсь, что следующим местом, где рванёт заряд тогда – будет он. Но и сидеть долго нельзя, у меня время до полуночи, ведь так? Значит, и у Саске тоже. Побарабанив пальцами по рулю, я глянул в зеркало заднего вида, мысленно отвесив себе парочку комплиментов по поводу того, какой слой пыли сейчас на мне. Да и подсыхающая кровь на виске и, как дополнение, раненная рука особой радости не добавляли. Ведь куда бы я ни пошёл, меня минимум попросят остановиться, и никакой полицейский значок мне двери не раскроет. Открыв бардачок и достав оттуда пачку влажных салфеток вместе с аптечкой, я наскоро стер с лица грязь и плеснул перекиси на раны, чуть погодя наматывая на руку бинт. Для начала и так сойдёт, сейчас нужно разобраться с тем, что всё-таки находится на этой флешке, раз её содержимое так важно для обоих сторон этого конфликта, где оказался я и мой брат. Для этого необходим компьютер или ноутбук. Но опять же, вход в полицейский участок мне закрыт, учитывая что там, скорее всего камеры уже давно не на людей в форме работают. Можно было б набрать Какаши с Гаем, но впутывать их в это дело предстаёт нехорошими последствиями в виде ещё пары трупов у меня на руках. Оставался ещё один вариант, но он был очень крайний. Очень. Прям настолько, что, у меня явно не оставалось выбора, тем более, это разом решит несколько проблем, учитывая сколько всего связано с этим местом. Более или менее успокоившись, я завёл машину и поехал в сторону городской больницы. Да-да, именно в то место, где ранее почивал мой брат, и откуда его вывезли. Глянув на оружие в кобуре, что выглядывало из-за расстёгнутого пальто, я, словно давая себе обещание, покачал головой. Нет. Я не преступник. Шантаж – это последнее дело, к которым прибегают те, кто предпочитает идти простым и наглым путём. Притормозив около лечебницы, я пронаблюдал, как часть персонала и посетителей постепенно и медленно покидают свой пост один за другим. Дожидаться сумерек было лучшим вариантов из тех, которые мог я выбрать, если хотел осуществить всё именно так, как задумал, но тогда я уже вряд ли смогу называться полицейским. Хотя если выбирать между значком и тем, что у меня осталось, то поставлю на кон даже его, несмотря на то, что всегда верил в правосудие, справедливость, в человечность. Это неизбежно, когда дорога перед тобой начинают расходится на два пути, и самый чистый из них состоит из надгробий твоих близких. Мрачно вглядываясь в своё отражение, я тяжело выдохнул, а после потёр переносицу, мысленно уговаривая себя на то, на что уже было согласился, пока ехал. Но ведь должен быть другой выход? Неужели, Саске был прав? И как бы любой ни старался, он всё равно окажется по уши в дерьме, в крови, в грязи и в этом городе, который из этого трио и состоит, если не брать такие мелочи, как страдания, мучения и унижение. Потирая лоб, я поглядел в боковое зеркало, где отобразился промчавшийся мимо белый халат. Приспустив стекло, я разглядел того, кто именно мне и нужен был, прям судьба какая-то. Женщина громко кричала на кого-то по другую сторону связи, придерживая телефон плечом у уха, пока свободной рукой подхватывала медицинский чемодан, а второй пыталась всунуть ключ в замок на машинной дверце. - Да я уже сказала, что уже еду туда! То, что вы главврач больницы, не даёт вам права со мной разговаривать в таком тоне! - прошипела блондинка, дернув дверцу с такой силой, что качнулась вся машина. - Черт,- ругнувшись, медик смахнула волосы с лица, а после резко развернулась, когда я кашлянул позади неё, успев выйти из автомобиля. Недолго церемонясь, я достал пистолет и направил его на женщину, при этом кивком указав на её сотовый. Стрелять нужды не было, немного ускорить события только. - Сасори-сама, я Вам потом перезвоню, - поджав губы, Цунаде вздохнула и отдала телефон мне в протянутую ладонь, при этом слегка прищурив светло-карие глаза. - Благодарю,- прохладно отозвавшись, я, немного покрутил навороченную модель средства связи и нажал на боковую кнопку, отключая ту. - Какая низость, Учиха,- женщина даже не глянула на направленный на неё пистолет, продолжая едко и одновременно мрачно глядеть мне в лицо,- а я уж подумала, что Вы добропорядочный полицейский. - До того момента, пока Вы не продали моего брата «Акацуки»,- ледяным голосом парировал я, - ни в коем разе не поверю в Вашу невиновность. - Придётся уж, я не знаю о чём Вы говорите,- Цунаде заметно побагровела, отводя взгляд куда-то в сторону, видимо стыд мешал глядеть мне в лицо - неужели не до конца прогнила? - Моего брата вывезли из больницы, может даже он и своими ножками ушел, но Вы, как главврач отделения, должны были это знать и меня проинформировать, однако я не припомню звонка от Вас,- - П-ф. Я даже не…- вяло уже как-то попыталась отмахнуться женщина, снова подергав ручку машины, которую так и не открыла до этого,- представляю о чём Вы говорите. - Не лгите, Цунаде, Вы прекрасно знаете, о чём я говорю, более того, эта информация вас ни капли не удивила,- увертки врача начинали действовать на нервы, которые были и без того, как раскалённые докрасна угли, поэтому оттолкнув женщину от авто и приставив ей пистолет вплотную к боку, я прибавил, пока дама не начала дергаться,- Сколько стоит чистая совесть современного врача? Давайте, удивите меня. - Я, … я хотела им помешать,- циничность и прохлада в голосе Цунаде внезапно исчезла, оставив лишь какое-то сожаление и безвыходность,- сама блондинка как-то осунулась. - Но когда я попыталась позвонить в полицию, этот красноволосый карлик… Сасори-сама,- врач прикусила губу, невесело при этом хмыкнув,- он сказал, что не стоит беспокоится, и мальчику ничего не грозит. - И вы поверили? - теперь настала моя очередь фыркать. - Я не дура,- огрызнулась женщина, вновь поменявшись в лице. Спектр эмоций у этой дамы зашкаливал. – Конечно, я понимала, что не просто так его на прогулку без сознания с больничной койки вытащили,- блондинка глубоко вздохнула, подняв глаза к серому небу,- но я ничего не могла сделать. Ничего,- Цунаде хлопнула ладонью по своей машине, которая вновь виновато скрипнула. - Так сделайте сейчас. Вас ведь куда-то направили? - кивнув на машину, я забрал у женщины ключи от машины, про которые та уже забыла, и открыв дверцу ровно прибавил,- Я хотел бы попросить Вас об одолжении. - Когда на меня направлена пушка, я не особо настроена кому-то помогать,- сообщила врач в ответ, залезая на водительское сидение и взглядом приглашая меня садиться рядом,- Да, недалеко отсюда был взрыв, Акасуна приказал мне поехать туда и по возможности помочь раненным. - К чему бы это? Не подскажите? - сев на соседнее сидение, я вернул пистолет в кобуру, а телефон его владелице. - Разве вы будете более незаменимы в самой больнице? - Понятия не имею, он сам уехал ещё в середине дня, а теперь начал трезвонить. Нашёл себе шестёрку,- фыркнув, блондинка завела машину и, аккуратно выехав с парковочного места, резко надавила на газ. – Сказал оставить расспросы при себе и поглядывать по сторонам. - Только и всего? – сомнительно поинтересовался я, припомнив флешку, что сейчас лежала в кармане. Достал ту, я сжал её в ладони. - Да. Я понятия не имею, что происходит в последнее время. Какие-то странные люди бродят по больнице, на вопросы не отвечают, только в кабинет главврача, как один идут. Потом ещё и похищают мальчишку, через пару часов взрыв здания, … мир сошел с ума,- Цунаде покачала головой, перестраиваясь в другой ряд машин. Следом немного снизив скорость, спросила в ответ,- так что от меня нужно-то? - Я хотел бы воспользоваться Вашим компьютером или ноутбуком, если они у Вас имеются,- пробормотал я, показав информационный носитель женщине, которая лишь краем глаза на него глянула и вернула взгляд на дорогу. - Планшет не подойдёт? Он в бардачке,- кивнула головой доктор. Приоткрыв вышеуказанный, я отодвинул флягу, в которой поплескивала жидкость, при этом укоризненно посмотрев на врача, которая лишь пожала плечами, а после достал плоский гаджет, напоминающий экран. Догадавшись, что кнопка включения должна быть где-то сбоку, я вставил флешку в гнездо, дожидаясь пока та предоставит мне файлы. - Итачи, не развеете ещё мои сомнения насчет кое-чего, … - начала блондинка, притормозив на перекрестке и откинувшись на сидение,- Видок у Вас ещё тот, словно вы из самого ада вылезли, и грязные разводы на вашем лице ничуть не улучшают картины. - К слову, я оттуда, куда Вас направил ваш шеф,- не отвлекаясь от экрана, незатейливо ответил я, прекрасно понимая, как это выглядит со стороны, однако меня сейчас более занимало содержимое электронного носителя, нежели то, каков мой внешний вид. - Ясно,- тяжело пробормотала Цунаде, потерев переносицу, что я увидел боковым зрением, а после вновь вернулась к ведению транспорта, пока я изучал документы. Информация, открывавшаяся мне была чем-то обыденным на первый взгляд, всё это было тем самым, о чём я и сам догадывался. Это было практически полное досье на каждого из «Акацки». Пейн, Конан, Дейдара, Сасори, Кисаме, Хидан – все они одна большая мусорная куча, отравляющая город. Каждый из них спекулировал в своей сфере деятельности, каждый из них сейчас нагло улыбался мне с фотографий, не говоря о том, как это всё было ожидаемо. Не скрою, таких доказательств, как подписи, договоры и фотографии, у меня на руках не было. Но этого вполне хватит на то, чтобы засадить их без суда и следствия, ни один адвокат не сможет списать эти тонны наркотиков, оружия и прочей контрабанды. Закрыв очередной документ, я открыл последний, который меня таки застал немного врасплох. Здесь был не кто-то из вышеперечисленной шестерки, более того, человек этот давно погиб. Лицо отца с фотографии взирало на меня с неким лукавством, превосходством, словно он сумел облапошить весь мир, включая собственного сына. -Здравствуй снова,- пробормотал я, читая информацию о том, как Мадара был обведен вокруг пальца собственным другом и советником – Пейном, который был по сути его выкормлешом, ведь именно он пустил его с братией в город, ведь именно он позволил им взрасти на собственном «поле». Пока отца самого не взорвали в машине в лучших традициях боевиков. Однако, как гласил документ, «Акацуки» никогда не смогут поглотить «Учиха Корпорейшен», оставаясь лишь дочерней фирмой, которая обязуется всем и вся своей родительнице, а значит, она находится в подчинении и действующего владельца фирмы, которым является по сей день, … - Орочимару, с которого снимаются все обвинения за помощь следствию,- закончил я чтение, продолжая бессознательно глядеть на последние строчки. Я был в полном замешательстве, всё ещё глядя на конец документа. Осведомитель? Тот, кто дал все эти показания это Орочимару? В какую кашу превратилась его последняя извилина, чтоб он сдал всех своих подельников, взамен на прикрытие из полицейского значка. Но, видимо, кокс, который он нюхает время от времени, уже через ноздри долетал и до той каши, что у него в черепной коробке, ибо большей дури, чтоб ещё и поставить меня на свою «защиту», я и представить не мог. Вдобавок, дело должен вести я. Итачи Учиха обязан теперь и отстаивать интересы этой твари, только из-за того, что он, опасаясь за свою шкуру, обратился к органам, которые и власти особой не имеют. Поверить в это было настолько же немыслимо, что равносильно тому, что если б сутенёр подался в проповедники, то на одной из исповедей, просил меня б покаяться в своих грехах. Ощущение абсолютной беспомощности давило не меньше, чем масса воды в морских котловинах, я судорожно пытался собрать мысли в кучу, пока меня не отрезвила нарастающая ноющая боль со стороны наспех перевязанной руки. Я совсем забыл о ней до поры до времени, но теперь пропитавшийся кровью бинт, напомнил о себе, когда ладонь сжалась в кулак. - Мы на месте,- Цунаде, оглядела остатки домов через стекло, и я последовал её примеру, вытаскивая информационный носитель из планшета, попутно пытаясь разглядеть какие-нибудь знакомые лица среди бегающих людей и врачей, которые поспешно несли носилки в сторону машин скорой помощи. – Мне нужно заняться своим долгом перед обществом, поэтому прошу меня простить. - Если только одолжите мне ещё Вашу машину, то считайте, что мы квиты,- усмехнулся я, перелезая на переднее сидение, когда женщина уже вышла из авто, придержав дверцу. - Мою машину? Учиха, это уже ни в какие ворота не лезет! - возмутилась врач, тряхнув практически перед моим лицом грудью. - Вы правы,- отведя взгляд от молочных желез, равнодушно отозвался я,- Однако, ситуация вынуждает просить Вас об этом одолжении, впрочем, Ваш ответ тут роли особо не играет,- с этими словами я кивнул на ключ, что находился ещё в зажигании,- на что Цунаде фыркнула и, хлопнув дверью, которая едва ли не отвалилась, направилась к пострадавшим. - Учихи, сколько ж от вас проблем! Мне оставалось только хмыкнуть на это замечание, отъезжая с места на приватизированном автомобиле.