Скованные одной цепью

POV Saske Ты плыви, плыви, рыбка, пока тебя не швырнуло на камни или не поймал жаждущий еды рыбак. Плыви так далеко, как только можешь, насколько хватит сил твоих маленьких плавничков. Ведь, если мы только маленькие рыбки, что же нам еще остается делать? Голова разрывается на две половинки. Я прямо чувствую, с каким отвратительным хлюпающим звуком левое и правое полушария перестают быть одним целым, стукаются о твердую кость и прогнившим куском плоти скапливаются где-то внизу. Окончательно я проснулся, когда удержал в себе рвущуюся наружу еду из желудка. Или что там сейчас в нем было. Мое состояние я не понял ни с первой попытки, ни со второй и даже ни с третий, когда с силой надавил на глазные яблоки, которые дико саднили и чесались, словно под веками был речной песок. Во рту было сухо, а горло горело пожаром. Но мне не очень хотелось вставать: тело упорно отказывалось принимать вертикальное положение, а уж встать на ноги для меня было трудом непосильным. Правда, первое, на чем я себя поймал и более или менее осознал, так это то, что кости ломит во всём теле, а не в отдельной части, как я привык. Сфокусировав болезненно слезящиеся глаза, я увидел, что нахожусь отнюдь не в грязном номере мотеля или где-то еще в не менее грязном месте. Чистая постель, убранство аскета, то бишь, ничего лишнего. Блять. И где я успел в этой жизни так напортачить, чтобы каждый раз видеть… Видеть рожу Итачи. Пол встречает мои колени не слишком приветливо. Я поднимаюсь, щурясь от того, как осточертела мне вся Вселенная и реальный мир вместе с ней, и пытаюсь на ощупь свободной рукой найти ванную. Уж я-то знаю, где она находится. Один в ней постоянно и бываю. У этого гандона чужих просто в ванной быть не может. По дороге что-то или кого-то оттолкнув, вваливаюсь в прохладное царство воды и зависаю там на долгие минуты. Глотки обычной воды из-под крана меня сейчас просто спасают. Я цепляюсь пальцами за край раковины, пытаясь не упасть, ибо меня дико шатает после сегодняшней ночи. Во рту завял отвратительный привкус, который надо вымыть чем-нибудь поядрёней воды, чаем хоть. Я урывками вспоминаю, что же такого там было, и меня это совсем не радует. Меня это расстраивает. Выбешивает. И снова тянет блевать. Когда желудок был доверху наполнен водой, я убрал пальцами волосы, промыл кое-как глаза, потому что мне никогда не было так неприятно. Словно кто-то тер их изнутри наждачкой с песком. И как еще нежная слизистая не кровоточила буйными слезами. Я чуть не навернулся в ванную, потому что, мать их, скользкие бортики не были предназначены для подростков после буйной ночки. Меня окликнули. А потом еще раз. Вот скажите, что мне мешает развернуться и дать по роже этому ублюдку? Я опять ничего не заработал. Я забыл, просто забыл, да и был не в состоянии взять деньги вперед. Ладно. Сейчас меня это волновало в самую последнюю очередь. Дубль сотый. Место действия все тоже. Да и лица не поменялись. - Это тебе надо, а не мне, - «Съебись. Просто съебись куда-нибудь» - феерически размышлял я, пока надеялся, что кровь горлом не хлынет, пока я так старательно откашливаюсь. Свой сиплый голос я не узнал, но со второй попытки получилось. Впервые меня так колбасит после пьянки. Что же мне…? А, да. Я глянул на брата, когда мне героически преградили дорогу. Меня чуть не словил клиент, когда я был под первым кайфом, а Итачи, герой-неудачник, снова спас меня из лап плохого дяди, который всего-то хотел меня трахнуть. И убейте меня, но я снова приставал к этому куску дерьма. Но мне было так хорошо, я был слишком возбужден, чтобы контролировать себя. Мне просто нужно было сбросить неудовлетворение. Как бы выдернул меня из самого сочного, так теперь и расплачивайся. Поясница-то не болит. А хотя этот неженка всегда носился со мной, как курица с яйцом, так и трахнул так, что я не почувствовал. - Ничего вчера не было, - не глядя на меня, пробормотал Итачи и, кажется, даже с каким-то надрывом в голосе. Даже та-а-ак. Мое тело на сегодняшнее утро чистое, как стеклышко, чего нельзя сказать о моей голове и мыслях. От них только больнее становится. Я поморщился и осторожно тряхнул головой. Этот ублюдок дал бы мне таблетку хотя бы, вместо того, что бы выпытывать кто да что и как. Я и так ничего не соображаю толком, а он опять полез со своими расспросами, как последняя крыса. И я завелся. Какое безудержное удовольствие вот так безнаказанно унижать человека перед собой. Он заслужил. Он заслужил в два раза больше, в сотню, в тысячу, ведь ничего не сможет окупить мою ненависть и боль, чьи отголоски я слышу каждый раз, когда вспоминаю родителей. Нет ничего более приятного, чем просто знать, что кому-то еще хуже. Я прямо чувствовал, как возвышаюсь над ним, как методично уничтожаю каплей за каплей, затапливаю ненависть своим весельем. Плеваться ядом, которым я пропитан насквозь. Спасибо, Итачи. Ты уже сделал все, что мог, чтобы все стало еще хуже. - Я заставлю тебя страдать, понял меня? – ненависть, чистая и незамутненная, проталкивалась сквозь меня, отдаваясь по квартире шипением, которое можно сравнить с настоящей коброй. Я ненавижу его в этот момент так сильно, что даже его смерть не сможет утолить эту жажду. - И никакие твои сраные тирады этого не исправят. Ты отнял у меня всё, гнида. Саске… Мне кажется, что из меня сейчас полезет желчь. Как же меня все-таки не вырвало? Я принялся метаться по квартире, словно раненый зверь, пытаясь отыскать свои вещи. С этим ублюдком я больше не хотел находиться в одном помещении и дышать одним воздухом. Он, кажется, пытался меня остановить. Да, нет. Точно пытался! Но мне становилось с каждой минутой все тяжелее дышать. Я задыхался. По-настоящему задыхался от злости. Бесит. Бесит. Бесит. Как же сильно этот козел меня бесит! Кое-как одевшись, с трудом не забыв телефон, я выскочил из этой дыры, именуемой квартирой. - Я не желаю тебя слушать, я не хочу тебя видеть и я просто жду того дня, когда ты наконец-то сдохнешь! Комедия на сегодня была закончена. Улица встретила меня прохладным воздухом, который с болью ворвался в мои легкие. Я закашлял, снова пытаясь не выплюнуть к черту дыхалку. Было странное чувство – ногтями разодрать себе грудь, потому что я уже понятия не имел, что делать со всем этим, и как быть. Впрочем, у меня всегда был на это один ответ – а не пошло ли все оно нахуй, по крайней мере до того момента, как он снова не захочет сунуть свой нос в мои дела. Я не хочу иметь за спиной такого ангела-хранителя. Мне до чертиков задолбало, что он постоянно мешает моим планам. Выпрямившись и похлопав себя по карманам, я обнаруживаю завалявшуюся купюру. Не могу вспомнить, откуда она там, да и срать мне на это. Хватит сегодня на еду и то радует. Правда. Я сжимаю бумажку в кулаке и чуть ли не рычу сквозь зубы. Не хочу возвращаться обратно, даже к себе в квартиру. Да и плевать, как я выгляжу, а это уж точно не красавец после такой ночи. Я лохмачу себе волосы еще сильнее, чтобы походить на дикого бешеного ежа с черными иголками. Глянул на телефон, где время уже было ближе к обеду. Раз я нашел в своем кармане эти гребаные деньги, то и потратить их было бы неплохо. В подтверждении этому желудок жалобно заурчал, требуя еды. Такими темпами он у меня к хребту прилипать будет. Завязав наконец-то кеды и натянув кофту, я отправился в ближайшую забегаловку, где подешевле и где не удавят за деньги посетителей. - Что заказываете? Я оторвался от скудного меню. На меня смотрела типичная замызганная женщина, которая не может подняться по жизни дальше официантки. Хотя кто я такой, чтобы об этом говорить? У нее глаз на таких, как я, наметан: потрепанный и помятый после ночи, бледный, с волосами в виде ежика, да еще и остановился в такой задрипаной кафешке. Я оскалился в неком подобии на миловидную улыбочку, правда, выражение её лица убило во мне всякую радость, которой и так отродясь сегодня не было. - Мисо-суп. И меньше водорослей. - У нас тут не ресторан, чтобы клиентам угождать, - фыркнуло это нечто и, развернувшись на протоптанных шпильках, виляя бедрами, уплыла в неизвестность. Меня одного сейчас заволновала мысль о том, почему официанты в плохих заведениях такие одинаковые? Я не мог уткнуться взглядом в телефон, или в стол, или в собственные руки, ведь тогда мои мысли назойливо о себе напоминали. Сейчас я не хотел разбираться в тех дебрях, что устроил. Мне не хотелось выслушивать совесть, если она еще была жива, как тогда на могиле родителей. Я просто был уверен, что именно моя совесть удерживает меня от поджога квартиры братца, да еще весомый срок, а еще то, что я потеряю место, где могу поесть, если дела будут совсем плохи. Разве что только на это он и годится. Раздраженно взъерошив волосы, я словно пытался и это выкинуть из головы. И так достаточно мыслей из-за этой скотины, так еще и сейчас о нем думать буду. Захотелось всерьез побиться головой об стол, но людей было даже жалко – зрелище не для слабонервных, а в забегаловке, несмотря на ее качество, посетителей было достаточно. Всем хотелось еды за меньшие деньги. Мой заказ принесли. Я попросил еще горячий чай, на что официантка усмехнулась, видимо, догадываясь, что подросток ночью оттянулся по полной, да и вообще еще дома не был. Не правда, был, иначе все было бы еще хуже. Я сел возле окна, поэтому, пока остывает дымящаяся и вкусно пахнущая жижа, решил бесцельно рассматривать людей за окном. Гребаные люди с их гребаными проблемами. Любое желание посидеть здесь подольше мигом испарилось. Я старался не обжечься и одновременно с этим побыстрее наполнить желудок. Но от мыслей все равно полностью избавиться не получилось. И тут раздалась надоедливая трель телефона. - Да? - О, да у тебя еще бодрый голос, Саске, - раздался на том конце трубки веселый голос. Наруто, видимо, не участвовал в развлекательной программе позже ночью, иначе с чего ему быть таким веселым? Хотя может и ему счастье потрахаться с кем-нибудь обломилось. Прежде чем ответить, я потер пальцами переносицу и сделал небольшой глоток чая. - Ну и какого черта ты мне звонишь? Что надо? - Хей-хей, ну не надо так грубо, - рассмеялся он. - Я просто хотел тебя позвать на пиво, что скажешь? Я вот уже, как огурчик. Даже голова не болит. - От твоего голоса башка еще сильнее затрещала, - усмехнувшись, я одной рукой достал бумажку и подозвал официантку, чтобы расплатиться. – Если все за твой счет, понял? - Я же приглашаю, Са-аске, - протянул блондин и, попрощавшись, отключился. Я подождал, когда мне принесут сдачу. Не такая уж плохая идея была, если учесть то, что мне придется мириться с еще одной противной рожей на моем горизонте. Но делать было нечего. Итачи слишком сильно достал меня своим геройством, что возвращаться домой не хотелось в принципе, сколько бы там моих шмоток не лежало. Сменить одного ублюдка на другого. Я плюнул на все и отправился в квартиру Узумаки. Я и не думал, что торчать у кого-то вроде Наруто который день будет не так скучно. Впрочем, я даже выспаться нормально успел, да и кормили меня пока тут – все радости жизни лишь за одно присутствие рядом. Ладно, пока этот придурок обходился лишь тем, что я в зоне досягаемости. Мне же оставалось только гадать, затягиваясь сигаретой и осматривая здешние хоромы. Квартира-студия с евро-ремонтом точно влетела кому-то в приличный счет, да и центр города как-никак. И откуда у алкоголика и начинающего наркомана могут быть деньги? Причем деньги не на наркотики, а именно на полноценное проживание. Он как-то обмолвился, что это дядя помогает. Я уж грешным делом подумал, что и этот белобрысый и тут продал тело за деньги, но нет, тут дело было именно в кровной связи. Родственничек не догадывался, куда уходят его баксы, которые точно даны им на благие дела вроде учебы, безобидных развлечений и девочек, конечно. А тут он тратит банкноты на меня любимого пока. Да и готовил он получше некоторых. - Вот скажи мне, Са-аске, - сладко протянул блондин прямо у самого уха, ненавязчиво пытаясь ко мне прижаться, пока я пытался помыть посуду. Это было сделать трудно, потому что, если я начну пихать его локтями, то перебью еще половину тарелок, а если продолжу стоять, то его руки расползутся куда дальше талии. - Ты такой хозяйственный оказывается. Будешь мне прямо милой женушкой, а? Ну, соглашайся, Саске. Ну, блять. Тарелка каким-то чудом не разбилась, когда я с удовольствием заехал острым локтем под ребра слишком наглому парню. Этого хватило, чтобы Наруто охнул и отошел на пару шагов, давая мне свободы. Я вымыл руки, выключил воду и, бросив отрывистое: «Сам помоешь, кретин», решил ретироваться на улицу. - Саске-Саске, - на меня умоляюще уставились синие глаза. - Ну, извини меня. Я понял-понял, приставать больше не буду. Только не уходи, а? Ребята к вечеру подвалят. Мне очень не хотелось покидать теплую квартиру со всеми удобствами, да и к тому же я немного подзабыл, что сейчас на мне футболка с чужого плеча, которая мешком на мне висела. Ах, да. Мне же еще некуда было пойти, кроме, как домой завалиться. Я вздохнул и обратно стянул кеды. - Заглохни со своим нытьем. Задрал уже, - шикнул я на Наруто, но, вспомнив, что он говорил о ребятах, я прищурился. – Какие еще «ребята»? Ты решил весь сброд в квартире собрать? - Только знакомые. Дружеская посиделка с пивком, - радостно заговорил тот. - И девочки придут. Вроде Сакура с Саем собирались, и Шикамару. И растаман наш мелкий. Ино. Знаешь, она такая… - Я тебе не даю, так ты решил попытать счастье на отработанном материале, а, Наруто? – я усмехнулся и, оттолкнув с пути придурковато лыбившегося Узумаки, поплелся к холодильнику, где еще оставалась банка пива. А, вот и она. – Приводи кого хочешь, мне срать. Ко мне-то какое это имеет отношение? Наруто удрученно вздохнул, по привычке уже пройдясь ногтями по запястьям. И так все в хлам расчесанные, так он совсем кожу содрать хочет. Поморщившись от этого зрелища, я вернулся в зал, к большому дивану, который служил мне верой и правдой кроватью. Я буквально упал на него и откинулся на спину, потягиваясь. Разве я не заслужил маленький и невинный отдых? Мне кажется, что да. Братца нет, Орочимару тоже, деньги пока так сильно не требуются, если только Наруто не решит спросить меня за проживание, чтобы после просадить купюры на наркотики. Я сделал глоток из банки и фыркнул собственным мыслям и тому, что, оказывается, под дурью всё куда более радужно, чем в реальности. Интересно, Сай еще не пробовал его на шприцы подсадить? - У тебя, кстати, клевое тату на руках, - подметил Наруто, подсаживаясь рядом. Я скосил взгляд на руку и пожал плечами. Я хотел позлить Итачи еще больше. Мне это удалось, да и сам я как-то свыкся с рисуночком у себя на коже. Плохого они не делают, и теперь я думаю, что даже украшают. Что бы сказал отец, если бы был жив. Меня бы посадили под домашний арест надолго. Я усмехнулся и задумчиво произнес: - Еще хочу тату на пояснице. Прямо чуть выше копчика, чтобы выглядывала из джинсов. Ты как думаешь? – словно в насмешку обратился я к Узумаки, который, кажется, забыл, как дышать. Не буду же я ему показывать на практике, где бы именно я хотел новую татуировку. - Да Саске шалун, верно? – рука Наруто легла на спинку дивана под мою поднятую бровь. Какие жалкие попытки, которые действуют только на баб, и то на особо умом не блещущих. Я подавил в себе желание заехать кулаком по этой роже. – Может, покажешь мне, а то я не совсем понял твое объяснение. - Из тебя никудышный пикапер,- подметил я, сделав ещё один глоток из алюминиевой банки. В дверь позвонили, и блондин отправился открывать, а я даже не шелохнулся, распивая пиво. Чуть вытянув голову, я увидел, как в квартиру сначала просочились розовые волосы, а потом и белые, а потом и короткие черные. Вот и наши дамы прибыли. Сай, к моему удивлению, даже не влез в какое-нибудь из своих коктейльных платьев, в которых пришли Ино, как я понял, и Сакура. Обычные джинсы да рубашка в красно-черную клетку. Не уж то все юбки заляпал, раз не при параде? Харуно топчась на шпильках ещё в коридоре, заметив меня, стала рыться в своей безобразной сумке в поиске косметички, пока её подружка-блондинка щипала за бока Сая, возмущаясь тому, как он так быстро худеет. Секс, наркотики и рок-н-ролл, знакомая комбинация? - А где Шикамару с Кибой?- услышал я голос Наруто, который, потирая собственное плечо, забрал у пришедших пакет, в котором я услышал знакомый звон бутылок. И судя по этому звуку, там явно что-то выше трех-шести градусов. Пока гости рассаживались неподалёку от меня, Узумаки стал вытаскивать принесённый алкоголь на стол, и, по мере увеличения количества бутылок, мои брови плавно позли вверх. Посиделка с пивом, говорите? - Мартини для девчат,- оговаривал каждую бутылку хозяин квартиры, сверяясь с количеством вермута и пришедших девушек.- А вам не много-то? Как вы вообще его пьёте? Гадость несусветная,- поморщился блондин. - С этим,- промурлыкал Сай, проходя в гостиную и поставив на стол перед диваном пакет яблочного сока, а чуть погодя, словно только заметив, как я повёл плечом, да и вообще меня в целом, удивленно прибавил. - Саске-кун? - М-м?- промычал я в ответ, допивая пиво из банки и поставив ту на пол. - А Итачи-сан на этот раз точно не знает, где его дорогой братик? А то в прошлый раз всё так неприятно накрылось, - проститут сел по другую сторону от меня, пока я вообще пытался вспомнить, что именно тогда происходило и как эта ошибка маминой молодости вообще меня нашла. - Можешь сам у него поинтересоваться, если так беспокоишься на этот счет, «Изабелла»,- произнёс я, с нажимом и отвращением проговаривая псевдоним Сая, а после глянул на то, как на столе появилась ещё и текила. - А пиво то где? - Шикамару и Киба вот-вот придут с ним,- подала голос Сакура, прижав свою филейную часть к подлокотнику дивана, где как раз рядом лежала моя рука. Боги, даже если бы ты была последней женщиной на Земле, я бы всё равно предпочёл член, нежели тебя. - Саске-кун, - вдруг со сладким придыханием в голосе ручка с длинными коготками, способными выцарапать мне глаза, легла на мое плечо. - Фу-фу, женщина, - я театрально возмущенно воскликнул и быстренько перебрался на другой конец дивана, чуть ли не ища глазами осиновый кол да святую воду. - Ты хоть руки-то помыла? Последний раз, когда я тебя видел, они не были чистыми. Так что лучше ко мне не прикасайся. - Да к тебе вообще лишний раз прикасаться нельзя, Саске-кун, - хитровато проговорил Сай слишком близко ко мне, я ведь к нему, черт возьми, придвинулся и не заметил, когда бежал от розового ужаса. – А то ведь Итачи-сан придет и всем ручки поотрывает. - Ты заткнешься, нет? – я поднял на него недовольные глаза, с чувством гордости и достоинства пересаживаясь в кресло, которое Наруто так любезно пододвинул ближе. – Или, - мои глаза прищурились, разглядывая в кое-то веки парня, а не девку, - у тебя тайная мечта затащить легавого в постель? Могу дать номерок, если так не терпится, - едко протянул я, достав из джинсов свой сотовый и проведя по сенсорному экрану пальцем, заглянул в чёрный список, где показывалась едва не сотня отклоненных вызовов с сообщениями от Итачи. - Мальчики, может вы оба заткнетесь? – Ино фыркнула, оглядев нас с приподнятой бровью. – Мы тут гулять собрались, а не обсуждать, кто и под кого ляжет, - она отправила красноречивый взгляд Сакуре. Я искренне предполагал, что «женское пойло» меня не возьмет, и что там еще где-то идет пиво с Кибой и Шикамару. И вообще я не напьюсь. Только я немного подзабыл, что я – это я, а подростковые посиделки с алкоголем ничем хорошим не заканчивается. Но кто сказал, что мне это не нравится? Когда подошли остальные, девушки вместе с Саем были в прекрасном и приподнятом настроение, когда можно даже и на спор трахнуться на столе среди опрокинутых бутылок. Но, как подметил я, после пары стопок текилы с солью и лаймом, меня это действие в любом случае радовать не будет. Поэтому, когда Ино взяла ничего не соображающую Сакуру в оборот, прижимая ее бедра своими к столу под одобрения Наруто и Сая, я искренне обрадовался звонку и первый помчался открывать, чуть не налетев при этом на косяк. Одной шишкой больше, одной меньше – какая разница. За дверью как раз были и остальные: Шикамару с пофигистичным видом дзен-буддиста вручил мне два больших пакета, в которых что-то приятно звякнуло, а Киба проплыл мимо, обдавая меня сладко-горьким запахом травки. Иногда мне кажется, что он её как благовония на ночь зажигает и спит рядом. Меня передернуло. - О, а вот теперь будет действительно весело! – отсалютовал вошедшим пустой бутылкой мартини Наруто и кивнул на пустующие стулья. – Давайте-давайте. Тут вон представление начинается. Как раз успели. - Ино, тебе одного раза мало, м? – лениво поинтересовался Нара, сразу забирая у меня купленную им же банку пива и плюхаясь рядом на стул. – Сакура и этот помнить не будет. - Я что-то пропустил? – пьяно улыбающийся Сай все порывался перелезть на колени к Наруто для лучшего обзора, на что я усмехался – Изабеллу ничем не изведешь, даже если нормальную одежду наденешь. - Да… - протянула Ино и попыталась задрать низ обтягивающего мини у розоволосой девушки. – И какого черта рты раскрыли? Наруто, где у тебя тут комната свободная на эту ночь, м? Не жадничай. - Я не… Ино, - Сакура хихикнула и перевернулась к ней спиной, укладываясь животом на стол, от чего пару бутылок упали на пол. Ладно пустых. - Ну, отпусти… Ха-ах, мне щек-котно.. - Только не на моих глазах, - я показательно закрыл их и махнул рукой в сторону дверного проема. – Я не хочу, чтобы моя психика от такого вида повредилась. Ино, слышишь? Бери это полено пьяное и тащи хоть в туалет. Раздался дружный ржач, от которого, разве что стекла в окнах не затряслись. Веселье потекло дальше, размеренной и пьяной рекой, где, кажется, алкоголь так и не намерен был кончаться. Во всяком случае, пиво, виски и абсент, которые раздобыли парни, текли рекой. Ино от продолжения отказалась и потягивала целомудренно сок, хотя её рука развязано находилась аккуратно между ног Сакуры, присосавшейся к бутылке с оставшимся мартини. Парни выпивали брутально виски, без Сая, причем Шикамару из всех остался самым трезвым – его мало кому вообще удавалось перепить. Сидел и дымил толстой сигаретой в уголку губ, посматривая на всех таким взглядом, который обычно есть у взрослых мужчин. Да и с ним это понятно – парень семью кормит наравне с отцом и не жалуется, поэтому ему вполне можно так расслабиться. Это мы жизнь прожигаем. С пьяных мозгов меня проперло на рассуждения, и я хихикнул себе под нос. Заметив мое хорошее настроение, Наруто тут же подсел поближе ко мне, когда я переместился на диван. - Саске, - его горячее дыхание обожгло мне шею, а потом я почувствовал, как его губы принялись исследовать кожу за моим ухо, - Что ты ломаешься? Вон, девчонкам хорошо. Я тоже тебе приятно хочу сделать. Вместо слов я просто вжал ему свой стакан в щеку, с помощью этого и отстраняя пьяного парня от себя. - Не сегодня. - Саске… - Да я смотрю, тут еще одно представление назревает, - сладко протянул по слогам Сай, который уже успел расстегнуть рубашку, стоя рядом с дверью. Поймав его мутный взгляд, я догадался, что он уже успел наширяться чем-то. Ох, и хорошо ему, наверное. Я инстинктивно облизал губы, вспоминая то ощущение, когда Наруто подсыпал какую-то дрянь мне в стакан. Остальное я вспоминал с трудом. Черт возьми, если сейчас этот недотранс предложит мне что-то подобное, я ведь могу и согласиться. - Я прямо мечтаю увидеть представление с тобой, Изабелла, - с такой же интонацией ответил я и скривил губы. - Уж это у тебя получится лучше, чем у меня. - Завидуй молча, Саске-кун, - рассмеялся Сай и взял новую порцию алкоголя, шатаясь и усаживаясь рядом со мной по другую сторону. - Я все-таки учился у лучших, а не как некоторые. - Ты это кого ввиду им-меешь? – подала голос Сакура, и Ино разочарованно надула губы. – Я м-между прочим п-позже всех вас-с… - Что позже? – Шикамару на этот раз хохотнул в голос. – Решили показать свое грязное белье? А можно я уйду в туалет? Мне подробности, например, Сая слышать совсем не хочется. - У меня с девушкой было! – тот подал обиженный голос. - Хватит врать-то. У тебя и с девушкой? – продолжал дразнить его старший парень. – Да у тебя на девушку не встает, а ты тут говоришь, что с девушкой первый раз было. - Да откуда ты знаешь, почему у меня на девушку не встает, а? - Я не о том говорил, пьянь! - Успокойтесь, - блаженно выдохнув тяжелый дым, Киба впервые за вечер ворвался в чей-то разговор. – Вы сейчас своим шумом Акамару напугаете. - Кого? - Акамару. - Кто… - Это собака, - еле сдерживая смех, проговорил Наруто. - Собака? - Собака. - Чья собака?- непонимающе пробормотал я, переведя взгляд на Инузуку, чья рука поглаживала воздух рядом с ним же. - Какая собака? - Саске, - Ино подала голос с кресла, краем глаза посматривая на раскачивающегося в кольцах дыма, растамана, - эта собака – Акамару, его личная «белочка», до которой он докуривается всякий раз, как косяк в рот возьмёт. - Что? – мои брови поползли вверх. Отлично. У меня в знакомых есть сумасшедший чувак, у которого от травки голова совсем тронулась. А я иногда думаю, что это я того, а, оказывается, вот оно как все бывает. - Киба, Акамару потерпит, - насупился Сай и стрельнул в меня глазками, от чего меня лично знатно передернуло, поэтому я поспешил сделать еще глоток виски намешанного с остатками текилы в моем бокале. – Саске-кун, а у тебя с кем был первый раз? Не думаю, что тебе говорить о моей испорченности. - Бабам слово не давали, - буркнул я первое, что пришло мне в голову. – Я, в отличие от некоторых, прямо признаю, что первый раз у меня был с мужиком, как это не прискорбно. Шикамару, рожу попроще сделай. - Да слушать вас, пидарасов, мне прямо очень хочется, - парень изобразил вид, что блюет под стол, давясь то ли сигаретой, то ли хохотом. - Ты посочувствовать что ли не можешь? Видишь, жизнь ко мне каким местом повернулась, а ты тут ржешь сидишь, - обидеться или сделать вид, что обиделся, у меня не получилось. Действительно звучало как-то смешно и по-идиотски, но что поделать. Я замолчал, наблюдая за пьяным угаром и иногда прикладываясь к стакану, ощущая ту самую приятную легкость во всем теле: еще пока не упился до белой горячки, но я уже за пределами этой вселенной точно. На самом деле первого своего я вообще не помню. Ну, или не хочу вспоминать. Вроде бы меня кто-то нехило отодрал, или это уже было после? Да и не важно, в общем. Но это не помешало мне по сей день напиваться в говно, до такого состояния, когда я вообще ничего не помнил из прошедшего. Единственное, что более или менее чётко помнил, так это то, что к этому приложил лапу Орочимару. А об этом никому знать не обязательно. Решив так, словно дав себе клятву, я допил бокал до дна и снова расслабился, так уж и быть, позволяя Наруто немного больше. Когда пьян, я весьма щедр. В дверь снова раздался звонок. На этот раз Сай вскочил первым и буквально упорхнул в коридор, где через пару минут раздался знакомый мужской голос. Господи, он нас в покое когда-нибудь оставит? Сутенёр собственной персоной. Его Змееичество, словно почувствовало, как нам без него хорошо и решил наведаться. Он хищным взглядом оглядел присутствующих пьяных подростков, остановившись взглядом на мне, Сакуре и Сае, который успел вновь забраться на место рядом со мной. Веселье разом как-то поутихло само собой. Все ждали, что же мистер Сутенер нам сегодня поведает. - Ребятки, как я рад, что все здесь, - расплылся он в елейной улыбочке, несколько брезгливо беря двумя пальцами пустую бутылку за горлышко. – И в самом разгаре веселья. Но у вас уже все запасы к концу подходят. - Король снизошел до простых смертных? – прохладно спросил я, скидывая руку Наруто и ставя пустую бутылку на стол. – Зачем пришел? - Как грубо, Саске-кун, - Орочимару покачал головой. - Видишь, как мало алкоголя. Такое количество не сможет сделать из тебя послушного мальчика, правда? Я ощетинился и подавил в себе желание как-нибудь огрызнуться, ведь и так понятно, что тут пойла хватит, чтобы до смерти упиться. Расплата за это будет очень высокой, чего я себе позволить не мог. Обычно такое бывает только в голливудских фильмах, когда плохой дядя приходит и рушит все веселье, но сейчас я прекрасно знал, что нам предложат что-то покруче – вечеринка для взрослых. С нас плата, естественно, взимается. - Смотри, - мужчина достал из кармана пару пакетиков и помахал ими в воздухе. Сай дернулся и вжался в кресло. Ему за такое придется еще пару недель расплачиваться «Изабеллой». - Ты это в прошлый раз пробовал и тебе весьма понравилось. В общем, я тут зачем, - дружелюбно улыбнулся Орочимару и развел руки в стороны, а затем пригласил всех жестом идти за собой, - приехал забрать Сая, а остальным предложить повеселиться в другом месте. Что скажите? От молодости надо брать все. Жду в машине. В лимузине место на всех хватит, дорогие мои. С этими словами господин в белом исчез из квартиры в том же направлении, оставив после себя неприятный осадок. Впрочем, он быстро пропал, когда Сай излишне весело сбил ногой со стола бутылку, Наруто потянул меня к выходу, хотя я и так не упрямился. Ино останавливала Сакуру, но та и слышать ничего не хотела, поэтому вышла в первых рядах вместе с Саем. Шикамару махнул на нас рукой, сказав, что слишком пьян, чтобы куда-то идти, а Киба составил ему компанию. В итоге нас пошли четверо. Сдается мне, что для меня это уже слишком привычная компания. Нас действительно ждал лимузин. Причем черный. Внутри играла музыка, Орочимару уже разлил какое-то пойло по бокалам, а увидев нас, радостно помахал рукой. Всё прекрасно знает, сволочь, наперед. Наруто, слава богу, дал мне переодеться в рваную майку и джинсы, которые я перехватил у знакомого в магазине, так что были мы при полном параде. На наряд Сая мужчина махнул рукой, пробормотав что-то типа: «Тебе это не понадобится потом». Язык чесался спросить про какого-нибудь клиента, но отвращение пересилило, поэтому я приказал себе мысленно заткнуться. Если повезет, то я сегодня просто отдохну душой и телом, а не буду выполнять прихоть зеленых бумажек. Но Орочимару был сегодня сама любезность, что аж тошно становилось. Я не пил, наблюдая, что же он на сегодня задумал, да и мне было достаточно уже в квартире. Пусть я и хотел одного, но просто так лимузин и дорогой алкоголь предлагать в этом городе не будет. За это надо бы отработать телом обязательно, а потом и всем остальным. В итоге машина остановилась перед шикарным особняком. Очередная шишка закатила закрытый званый ужин? - Не смотри так, Саске-кун, - поймав мой взгляд, Орочимару неопределенно качнул головой. - Клуб всего лишь перенесся в другое, более удобное место. Вот и все. Впрочем, он оказался прав – от клуба внутри особняк отличался только интерьером, а все остальное было то же самое. А, ну старичков было по больше, как раз для Сакуры с Саем. Те сразу разбрелись в стороны, видимо, увидев что-то интересное. Потом в толпе танцующих и пьющих я потерял Наруто или он меня, но оставался я один не надолго. Мистер Сутенер поманил меня пальцем к дивану. - Знаешь, что это, Саске-кун? – при мне он высыпал из того самого пакетика белый порошок в бокал, где он растворился с маленькими пузырьками. - Весьма забавная вещь. От нее становится очень хорошо. Да ты и сам помнишь, правда? После он протянул бокал мне, и я без колебаний залпом его выпил под слащавую улыбку тонких губ. Знакомое чувство нахлынуло на меня спустя минуту. Музыка стала отдаленной, не такой громкой, но ласкающей и манящей. Я откинулся на спинку дивана, потому что у меня нещадно закружилась голова. Мир поплыл перед глазами, смешивая краски, плавясь, будто под натиском нестерпимого жара. Внезапно чувство, словно диван затягивает меня, испугало и привело в некое подобие чувства, но ненадолго – жаркие и ласковые руки успокоили меня. Запах дорогого мужского парфюма ударил по обонянию, и я просто закрыл глаза, чтобы меня унесло все дальше из реальности. Видимо, эту ночь я тоже не вспомню. Меня уводят. Нет, меня несет река куда-то вглубь, туда, где тихо и никого нет, чтобы никто мне не помешал. Нам не помешал. Какие горячие руки. Они забираются под майку, ласкают грудь и живот, нагло ныряют в штаны. Губы дарят жалящие поцелуи, от которых мгновенно перестает хватать воздуха, и я задыхаюсь, тону в этой чертовой реке, которой нет конца и края. Я барахтаюсь в ней, но меня не отпускают. Во мне просыпается какая-то дикая, звериная жажда насытиться. Я кусаю в ответ чуть ли не до крови, за что меня подхватывают под бедра, унося резко куда-то вверх. Внутри все обжигает болью. Я хмурюсь, отталкиваюсь, но вторая попытка куда лучше первой – теперь же я получаю слишком много удовольствия, которое мне не унести. Это все река виновата. Искусственное счастье накрывает меня головой. В нем невозможно не захлебнуться. Невозможно не подавиться, когда легкие переполнены, и даже стонам так трудно вырываться. Подо мной снова разверзается черная дыра, которая поглощает мое сознание со стремительной скоростью. Я, кажется, умер. Почему, черт возьми, так холодно и жестко?! Я поднимаюсь слишком резко. Моя голова отправляется по кругу в полет, а к горлу подкатывает ужасающая тошнота. Перегнувшись через кованый прут, мой желудок выплюнул все вместе с желчью. Но расслабиться мне не удается совсем. Меня бьет дрожь, все тело болит, словно в каждую клетку воткнули по иголке глубоко-глубоко. Я с трудом вздыхаю и сажусь. Пытаюсь оглядеться, ошарашено понимая, что нахожусь я сейчас в парке на скамейке и, судя по всему, провел здесь практически всю ночь. Я нашел телефон, который никуда не делся. Время было всего девять утра. Не мудрено, что я себя больше трупом ощущаю, чем живым человеком. И парк оказался знакомым. Схватившись за голову, я совершенно не мог вспомнить, что вчера было. Урывками, ассоциациями, эмоциями и ничего более. В кармане я обнаружил еще и деньги. Если я ночью «работал», то определить это я смогу лишь дома. Хотя плевать. У меня снова были деньги, но количество их меня совсем не радовало. Домой было ближе ко мне, чем к Наруто, а в таком состоянии через весь город я тащиться был не намерен. Пришлось идти в холодную и одинокую квартиру. Кто бы мог подумать, что на лестничной клетке я таки пересекусь с Итачи. Он открывал дверь, выглядел весьма помятым, будто у него была ночка не менее великолепная, чем у меня. Ха-х, самому даже смешно стало. Игнорируя всех и всё, я прошел к своей двери, но, конечно, как же без этого – меня заметили. Правда, точность у меня была все-таки лучше даже после такой ночки. Желание не видеть братца помогло. Я быстро открыл дверь и, когда он уже что-то пытался сказать, захлопнул прямо перед его рожей. Я мог бы блевануть ему под ноги, но радости это мне бы не прибавило. Кое-как освежившись остатками воды и приведя себя в порядок, я лег на матрас и прикрыл глаза. Мне не мешало бы поспать, но сон не шел. Оставшись в тишине и одиночестве, мне захотелось обратно в толпу, чтобы только не было этого хренового чувства. Надеюсь, так себя презерватив использованный не чувствует, а то я буду горевать, что планка моей гордости плавает где-то в унитазе. Я перевернулся на другой бок и тихо рассмеялся себе под нос. К черту все. Я спать хочу. Разбудила меня трель телефона. Даже не продрав глаза, я нащупал его где-то рядом на полу и нажал на зеленую кнопочку. - Да? – мой голос был еще сиплый после сна, поэтому в трубке логично возмутились. - Саске-кун у нас засоня? Еще бы так долго спать после такой ночи, мой дорогой, - тошнотворный слащавый голос в трубке мигом спугнул всю сонливость. – Вставай-вставай. У меня для тебя есть очень приятные новости. Я перевернулся на спину, с силой прижимая пальцами телефон к уху. - Ты забыл мне отдать плату за сверхурочные? - Какой ты забавный, Саске-кун. У меня для тебя есть еще работа, - Орочимару выждал театральную паузу, а потом продолжил. – Немного необычные запросы, но и плата соответственная. Клиент весьма богатый человек. - Сколько? - Много, Саске-кун, много. Подъехать должен сегодня днем, а к вечеру ты уже будешь свободен. Если захочешь, конечно. - И не надейся на другое, - хрипло выплюнул я в трубку. – Адрес пришлешь на телефон. Кстати, о презервативах. Звонок Орочимару напомнил мне, что неплохо было бы выпросить у него потом билет в платную клинику. Если ночью что-то и было, то я не помню, как, а обезопасить себя от всякой венерической дряни придется своевременно. Все равно Сай уж точно пару раз это выпрашивал. По крайней мере, «девушка» должна следить за своим здоровьем, иначе Изабелла благоухать и очаровывать больше никого не сможет. Примерно через час или около того я выехал к клиенту. Адрес показал мне на старый квартал города, где обычно покупали квартиры богачи и обставляли их со вкусом аристократов, стараясь быть хотя бы так на них похожими. С деньгами Орочимару меня никогда не обманывал, но этому сутенеру я никогда и не доверял. Такой человек и мать свою продаст, если ситуация того запросит, а уж меня он может и подавно на органы продать. Его интерес ко мне сейчас крайне полезен. Я нахмурился и прижался лбом к холодному стеклу вагона. Взаимовыгодный контракт. Пока один из сторонников не захочет захапать всю прибыль себе, а не только какую-то часть. Шикарный старинный дом, как снаружи, так и внутри, одна дверь на этаже, да еще здоровая, что и рояль прекрасно влезет. И я. Такому, как мне, здесь не место. Не с той жизнью, которую я выбрал. Открыл мне мужчина в возрасте. Я не показал, что от этого меня потянуло блевать, а со сладкой улыбочкой зашел внутрь, оглядывая интерьер и заламывая руки. Мне словно чего-то не хватало, всё это слишком давило на меня. Так… что это за подсвечники? Он ограбил антикварный магазин? Стоимость квартиры точно была баснословная с таким-то обилием старинных вещей. Проходя следом за мужчиной, я подумывал уже о том, куда я спущу деньги этого барана, например, не помешали бы шмотки потеплее, да и поесть можно будет нормально, а не в забегаловках. Да, и Орочимару должен будет мне по-любому дать скидку на ту дурь, что он толкает. Не, я не подсел, но всё же как-то хотелось ещё раз ощутить то пьянящее чувство абсолютного счастья, без всякого дерьма, вроде алкоголя. Да и всего-то на разочек, жалко что ли? Отвлекшись на свои мысли, я не совсем понимал, как оказался в комнате на втором этаже, да ещё с такой отделкой под дерево, словно на три века я точно попал назад. На меня же смотрели чуть ли не с обожанием, но по большей степени с похотью и желанием, пока я косился на огромную кровать со столбиками и какой-то металлической штукой на них. Наручники что ль? Господа, на это я точно не подписывался. Чем его стандартный перепих не устроит? Я с сомнением перевёл взгляд на клиента, что обходил меня кругами, бормоча себе под нос о моих бедрах и талии. Ему точно парень нужен был? - Ох, прекрасно-прекрасно, - пробормотал мужчина и протянул мне руку. – Саске-кун, да? Ты не бойся меня. Я тебе ничего плохого не сделаю. Ты же будешь хорошим мальчиком, да? - А я должен вас бояться? – протянул я, внутренне уже содрогаясь и ощущая какую-то тревогу, которая появлялась в моменты, когда всё, пиши пропало. - Орочимару-сама тебе не рассказал всего? Он забывает иногда это делать. У меня для твоей ладной фигуры как раз есть подходящее белье. Ты какой цвет любишь? Поскорее бы затянуть тебя в корсет, мальчик мой. Ты такой красивый. И кожа такая светлая. Я постараюсь сильно не бить,- с придыханием проговорил мужчина, пока я ощутил, как пальцы вмиг заледенели от неприятных подозрений. - О чем это ты? – в мою душу закралось очень нехорошее чувство, от которого по спине вниз побежали холодные мурашки. - Как это о чем, Саске-кун? - меня внезапно схватили за запястье, а улыбка его изменилась на оскал. – Утешь сердце старого садиста, сладкий. У тебя это должно прекрасно получиться. - Что? Нет! – я выдернул руку. – Я на это не соглашался! Мне не сказали об этом, а поэтому… катись к черту со своими желаниями. - Ты изменишь свое мнение, - шепнул клиент, когда я бросился к двери, надавливая на ручку и паникуя всё больше и больше, так как та не поддавалась. Не успел я сообразить, где тут окно, как меня отдёрнули, от чего я пошатнулся и едва не рухнул. Мужчина оказался на удивление сильным. Меня снова дернули за руку, только теперь обняли за шею со спины и крепко прижали, что я даже не смог шелохнуться. А через минуту я почувствовал укол в шею. - Ублюдок, что ты делаешь?! – паника внезапно нахлынула на меня так, что появились новые силы, чтобы вырываться, но сердце пропустило удар, сжимаясь внутри, будто пойманное в кулак. Из-за рта вырвался скулящий звук. - Вот видишь. Скоро тебе станет очень хорошо… Машина у него тоже красивая. И обивка очень мягкая. Мне даже не было больно на ней лежать, когда меня подвезли прямо до подъезда. В голове что-то тлело, пока внизу живота отдавалась давящая болезненно-приятная пульсация. Меня колотило, губы с трудом разжались, когда открылась дверь салона, и я смог вдохнуть прохладный воздух. Я с трудом вылез из машины, чуть не рухнув на ослабевшие колени, но пальцами я крепко вцепился за дверь, ощущая тошноту и головокружение, пока комок застрял в горле, не давая даже шанс на то, что голова начнёт хоть немного соображать. Полная прострация. Меня похлопали по заднице и сунули в выемку корсета толстый скрученный рулон купюр, пока я лишь шмыгнул носом. От двери я отцепляться не собирался, потому что затуманенным сознанием все еще понимал, что ползти на четвереньках я совсем не хотел. Это было слишком унизительно, хотя куда ещё хлеще-то. Щеки неприятно стягивало от высохших соленых дорожек, а искусанные губы просто пылали огнем, как и все тело. Меня похвалили за проделанную работу. И машина уехала, оставив меня, шатающегося на улице, дрожащего крупной дрожью с подходящими из самых недр позабытой душой сдавленными рыданиями. Лестница оказалась не таким уж и трудным испытанием, несмотря на то, что я всё равно разодрал колени, пока полз по ней, периодически останавливаясь и чуть ли не утыкаясь носом в каменную кладку, на которую и блевал когда-то и даже, порою, сплёвывал после сигарет. Куда хуже было то, что я теперь стоял напротив его двери, судорожно ртом хватая воздух, пока пальцы в пестрых красных полосках тянулись к кнопке звонка. Прижавшись ладонью в многострадальную кнопку, я простоял так несколько секунд, пока не услышал копошение по ту сторону двери, а после осел на пол, обняв себя за плечи и посмотрев вверх, когда на меня упал свет из квартиры. - Саске?! Да, братец, на этот раз без тебя точно не обойтись.