Prince Of The Seven Seas

— Гарри уже доложил о тебе всей команде! Так что не волнуйся — ты увидишь, что не все на борту сумасшедшие смертоносные преступники! Мы, скорее, как одна большая семья! Луи воспринял слова Лиама с недоверием, и, собственно, у него на это было право. Прошло всего лишь пять суток с того дня, как Луи перетащили с его королевского судна, направлявшегося во Францию, на One Direction — корабль, управляемый командой самых неадекватных и низких пиратов. После всего произошедшего ему все чаще хотелось просто спрыгнуть, перекувырнувшись, за борт, прямо в бушующие воды. Хотя все, с кем он разговаривал, казались относительно безобидными, Луи периодически посещало желание кому-нибудь из-них врезать со всей силы. Беззубые, покрытые шрамами парни регулярно освистывали его и Элеонор, стоило им показаться пиратам на глаза. Неважно где: на палубе, в коридоре, в столовой. Это раздражало Луи, и он всякий раз отвечал на их колкости презрительным взглядом. Элеонор же удерживала его от необдуманных физических действий и не в меру дерзких ответов. В одной из таких ситуаций он впервые встретился с Зейном. Он выскочил из ниоткуда, ударил одного пирата в лицо и после убеждал остальных в том, что им лучше оставить «леди» их корабля в покое. Элеонор нашла спасение в лице юноши и поблагодарила его, и пират очаровательно представился. А Луи — нет. Зейн, как и все остальные, не походил на пирата. На самом деле, он был достаточно привлекательным и даже мог сойти за дворянина. Но Луи никогда бы этого ему сказал — ему не нравилось странное убеждение Зейна в том, что Гарри якобы трахал его, принца, каждую ночь. К несчастью Луи, этот слух, похоже, циркулировал по всему кораблю. На завтраке Лиам упорно спрашивал Луи, на требовался ли ему стул помягче, Зейн же не мог умерить свое нездоровое чувство юмора и количество пошлых шуточек, которые с каждым разом все больше походили на откровенные намеки. Когда же Луи и Гарри встретились, даже Даниэль притворилась дурочкой, небрежно спросив, действительно ли Гарри был груб в постели. Луи был бы рад сказать, что за все четыре ночи, проведенные им на One Direction, он ни разу не просыпался в одной постели с Гарри. Он ложился спать один, и, каждый раз просыпаясь среди ночи, не обнаруживал никого в комнате. Спал ли Гарри вообще, было неясно, но Луи и не спрашивал — ему и дела до этого не было. Нет, возможность не делить постель с ним была просто благословением. Хотя это было одновременно и проклятием, потому что Гарри, казалось, хотел от него все и сразу. Луи был вынужден всюду следовать за ним до тех пор, пока поводок не выскользал из рук юноши, направлявшегося по своим, капитанским делам — ему ведь нужно было и проверять оборудование, и наблюдать за водой, чтобы узнать, какое было течение, и вести журнал. Ему сказали, что он неплохо адаптировался, но он знал, что пока пробыл на этом корабле только пять дней. А это было несравнимо с тем, что ему нужно было прожить здесь остаток своих дней. А с этим он никогда не сможет свыкнуться. Луи это терпеть не мог. Луи и не планировал этого делать. Если честно, его план подружиться с Лиамом приходил бы в исполнение гораздо более плавно и мягко, если бы Гарри не таскал его за собой все время. У него было время на разговор с Первым Помощником только перед завтраком, пока Гарри не появлялся в поле зрения, и перед ужином, когда Капитан наконец отпускал поводок. Какая чудесная жизнь ждала его впереди. — Знаешь, если честно, я сомневаюсь, что выражение «частично свободен» походит для описания моего состояния, — сухо произнес Луи, с опаской наблюдая за тем, как Гарри что-то писал за своим столом. Выражение его лица было максимально сосредоточенным, собственно, как и у Луи, пока он находился с ним в одном кабинете. Честно говоря, странно было думать о том, что Гарри являлся пиратом, но умел при этом читать и писать. Большинство разбойников даже не могли написать свое имя. Гарри не перестал строчить документ и даже не оторвал взгляд от бумаги, когда заговорил: — Интересно, — он говорил в таком тоне, словно вообще не слушал Луи. Если бы принц не знал его лучше, он бы так и подумал. Однако, потратив столько времени на Гарри, он имел некое понятие о мелких привычках Капитана. Он всегда был внимателен как лев на охоте, даже если внешне производил иное впечатление. Луи сердито сложил руки на груди. — Ты не можешь отрицать этого. С тех пор как я попал на этот проклятый корабль, ты везде таскаешь меня за собой, чуть ли не в чертов туалет. Я не знаю, что ты думаешь по этому поводу, но это и в малейшей степени не свобода. Пальцы Гарри резко замерли, и в тот же момент Луи обнаружил, что смотрел прямо в зеленые глаза капитана, а Гарри — на него. В упор. — Я думаю, что наши понятия о свободе не совпадают. — Ты думаешь? — саркастично пробормотал Луи, бросая взгляд на дверь. Он нахмурился. — Боже, я чувствую, как теряю частичку себя каждую минуту, что нахожусь здесь. Теперь Гарри поднял голову, поудобнее устроившись на стуле. Это было чем-то из ряда вон выходящим, ведь обычно он не уделял ему внимания, а просто продолжал работать. Его красный с золотом камзол, который он обычно носил на палубе, сейчас висел на спинке стула. На Гарри были только белая рубашка, застегнутая до середины и открывающая грудь, и синие брюки, как и всегда заправленные в длинные коричневые сапоги. Одевались пираты, по мнению Луи, уж слишком вычурно, чуть ли не демонстративно. Глядя на то, как был отделан камзол Капитана, он задавался вопросом, кого всем этим пираты пытались удивить. Рыб, плавающих вокруг их сброшенных за борт трупов? — Смею предположить, в Англии ты приносил больше пользы? — Гарри изогнул бровь, и это, казалось, выражало подлинное любопытство. По крайней мере, это было не глумление, столь свойственное Гарри. Пожав плечами, Луи выпрямился. — Думаю, да. Большую часть времени я учился, и, хоть для вас это не важно, образование необходимо. И уж лучше заниматься саморазвитием, чем просто стоять и смотреть, как кто-то делает бесполезные записи в журнале. Гарри поморщил нос, явно недовольный словами Луи, но его это, вроде, вообще не заботило. — Я знаю как полезно образование. Спасибо большое, Ваше Высочество, — он оперся подбородком о руку. — Хотя, полагаю, у тебя есть дела поважнее «бесполезных заметок». Брюнет фыркнул. — Я могу поспорить, что есть. Черт, я мог бы подружиться с кем-то, или типа того, — бросил он небрежно первое, что пришло ему в голову. — Подружиться? Я думал, ты ненавидишь всех на этом корабле, — Гарри радостно улыбнулся. — Тебе действительно нужно перестать думать, — цыкнул Луи. — Это тебе не идет. Особенно, когда ты думаешь неправильно. Я имею в виду твое ошибочное мнение насчёт моей свободы и пребывания взаперти с тобой на протяжении всего дня. Свобода, между прочим, должна давать мне возможность гулять и делать все, что я захочу, до восхода солнца. Гарри откашлялся. — Ну, должно быть, тебе действительно не повезло. Ты в плену, а я твой похититель. Свобода — привилегия, которую я даю тебе, а не право. Так что я вынужден сообщить, что ты застрял здесь на столько, на сколько я этого захочу. — Тебе не жаль, — тотчас возразил гневно Принц. Он всегда раздражался, когда Гарри все усложнял без всякой необходимости. — Нет, мне на самом деле не жаль. Знаешь, я просто попытался быть вежливым. Сохранить репутацию. Лгать в лицо с улыбкой на губах, — Гарри приподнял бровь, с серьезным лицом глядя на Луи. — Учитывая то, что ты из королевской семьи, ты должен все об этом знать. Скажите, Ваше Высочество, скольким людям вы врали в лицо, при этом улыбаясь, чтобы спасти свою задницу? А скольким людям врал твой отец? Услышав пылкость в словах шатена, Луи обнаружил, что сам начал беситься. Он без страха низко прорычал: — Не впутывай сюда моего отца! Он не имеет ни малейшего отношения к этому разговору! Гарри прищурился. — Я могу впутывать кого хочу в любой разговор. И да, он имеет отношение к этому разговору, я могу тебя заверить в этом. Если бы не он, я давно убил бы тебя. Каждое его слово было произнесено легко и непринужденно, а один-единственный взгляд Гарри убедил Луи в том, что пират не врал. Пытаясь игнорировать страх, который пробудила эта новая сторона капитана, прежде Луи не изведанная, он прошипел, сжав кулаки: — Странно! Насколько я понял, наш разговор был о свободе, а не о моей жизни или моем отце! — Хорошо. Тогда я предлагаю тебе подумать обо всем дерьме, через которое пришлось пройти низшему классу Великобритании благодаря твоему папочке, а затем повторять эту фразу до тех пор, пока ты не поймешь, насколько глупо она звучала, — Гарри ответил так холодно, словно это был приговор. Это удивило Луи. Оу, в этом предложении была и ирония. А память Гарри действительно была хорошей. Но, по правде говоря, у Луи больше не было слов, особенно когда Гарри окинул его своим убийственным взглядом. Он действительно не мог ничего ответить, так как не понимал, какое отношение имел его отец к жизни и свободе Луи. В этот момент послышался быстрый стук в дверь, отвлекая Гарри и Луи. — Капитан! Стремительно приближается чужой корабль! Гарри сразу же насторожился, встав на ноги. — Другой пиратский корабль? — спокойно спросил он. — Да! Мы будем в пределах досягаемости примерно через минуту, если не меньше! — Мы так чертовски близко, а они решили сказать мне об этом только сейчас? Идиоты... — простонал Гарри от досады, раздраженно сдернув пальто со спинки стула. Он стремительно направился к двери, а затем просто обернулся к Луи. — Твоя свобода. Вот, черт, это все, что тебя волнует. Ты так же эгоистичен, как и все высшее сословие этих чертовых островов. Вы заботитесь только о себе, а как опробуете на своей шкуре то, через что вы заставляли проходить миллионы поколений, сразу плачетесь по этому поводу. Это чертовски грустно. Даже не думай о том, чтобы выйти из комнаты. Я пришлю кого-нибудь, чтобы за тобой присмотрели. — Что... Дверь захлопнулась. — ... это вообще должно значить?! — отчаянно выкрикнул Луи, когда дверь захлопнулась. Простонав в руку, он направился к стене и несколько раз ударился об нее лбом. Он слышал отчаянный топот и возгласы экипажа, когда чужое судно подобралось ближе. Боже, Гарри был невыносимым. Какое, к чёрту, отношение имел его отец ко всему этому? Какая эгоистичность? Это было бессмысленно. Хотя это и было больше похоже на ненависть к Короне, что была довольно объяснима, ведь Гарри был Капитаном пиратов. Но Луи это не волновало. Он был жив, и он собирался прожить еще какое-то время. То время, которого было бы достаточно, чтобы сойти с корабля и вернуться в Лондон. Гарри показывал себя все большим мудаком, что было вполне ожидаемо. — Ты в порядке там, приятель? Луи перестал биться головой и обернулся в сторону открытой двери. Блондин-ирландец, которого Луи распознал как Найла, застенчиво улыбнулся и просунув голову в каюту. В течении пяти дней этого мальчика, казалось, вообще нигде не было. Луи не видел его ни на завтраке, ни на ужине, ни когда ходил с Гарри. Но он четко помнил этого ирландца еще с первого дня на корабле. Луи кивнул и медленно отошел от стены. Его лицо по-прежнему было хмурым, когда Найл закрывал за собой дверь. — Настолько в порядке, насколько это возможно в плену, — ответил он со вздохом. Найл тихо засмеялся. — Лиам и Зейн говорили мне, что ты еще не привык. — Будь честным, разве, на моем месте ты бы чувствовал себя по-другому? Слегка улыбнувшись, Найл засунул руки в карманы и тряхнул головой. Так он выглядел ужасно невинным. Его черты лица делали его еще моложе, чем Луи мог предположить. Прищурившись глядя на юношу, принц почувствовал эффект дежавю. Он действительно казался знакомым. — Мы где-то встречались? — автоматически спросил он. Найл, стерев улыбку с лица, отвернулся и неловко кашлянул в руку. — Ты принц, я пират. Так что сомневаюсь. Понимая, насколько глупо прозвучали его слова, Луи неловко улыбнулся. — Моя ошибка. — Ха-ха, ладно! Я Найл, кстати! — он слегка поклонился. Луи посмотрел на этот жест с легкой радостью — в отличие от всех насмешливых поклонов и реверансов в его адрес, поклон Найла был искренним. Хлопнув в ладоши, брюнет кивнул. — Луи Томлинсон. Блондин рассмеялся. — Приятно познакомиться, Ваше Высочество. — Уверен, это так, — издевательски произнес Луи, заставив Найла широко улыбнуться. — У меня никогда не было возможности должным образом встретить тебя, но я наслышан от других! По мнению Гарри, ты как кошка! С виду сдержанный, но ужасно милый и приятный, когда спишь! К слову, о кошках. Ты когда-нибудь ел кошку? Я помню, пару месяцев назад я съел одну. Это Зейн солгал мне и сказал, что это была курица. По вкусу она действительно походила на курицу, но я всё равно волновался, ведь кошки нужны не для того, чтобы их ели как курицу. Я люблю курицу. А ты? Разве члены королевской семьи не едят курицу? Если это так, то, наверное, вам очень грустно живется. Луи мог только изумленно стоять, пока его уши подвергались все большей и большей атаке самозабвенно говорящего ирландца.