Ветер и вереск

Трандуил не спешил присесть за один стол со своим обидчиком. Он прошелся по комнате, словно обдумывая каждое свое слово. Локи смотрел на него с затаенной тоской. «Какое жало в боку заставило меня принимать его образ, когда он разбудил меня? Я мог бы пробыть рядом с ним сколько угодно, прячась в своем женском облике и лелея женскую часть своей природы. А он бы и не заметил, и не заметил бы долго. Хотя и не вечность. Но это были бы годы, годы любви и покоя». Он начал готовить в уме слова извинений, потому что почувствовал себя пристыженным. Но скрывать все, или же сказать все, это было бы одинаково неразумно. Остановившись напротив Локи, Лесной Король все же заговорил. - Мы с тобой не очень много беседовали прошлой ночью. Да и до этого тоже. Так, пара слов. Твоя ложь заключалась в твоем женском облике, тогда как на самом деле ты мужчина. Ты не беспол и не безлик. Но предпочел явиться мне в облике раненой девушки, которая просила о помощи. В этом и была ложь. - В облике раненой девушки? Это не облик, а часть меня, женская половина моего существа. Она есть у каждого, но женщины считают ее главной в себе, а воины-мужи прячут от окружающих. Ты сам вырастил сына и знаешь, что такое быть и отцом и матерью одновременно. Твой мальчик, кстати, не выглядит плохо воспитанным или слабым. Прошу, не пугай меня дальше рассуждениями, достойными узколобого орка. Моя природа двойственна, так же как и твоя, но я могу проявить свою мужскую часть и свою женскую часть полностью, ощутимо, при этом я не становлюсь мужчиной или женщиной, я не одно и не другое, как сумерки – не день и не ночь, а час между ними. Я бог и проявляю себя как пожелаю. Моя женская часть не ссорится с мужской, они скорее вместе развлекаются, как было прошлой ночью. Нравится это тебе или нет, я родился мальчиком. Но я принимаю и свое женское лицо как истинное, и я показал его тебе. В этом не было лжи. Трандуил прошелся по комнате, отвернулся от Локи и стал смотреть в окно. В стекле отражался его взгляд, его лицо, а дальше, в небе над лесом стали всходить яркие звезды неба Арды. - Кто же был со мной вчера? – негромко спросил Трандуил. – Твоя женская часть общалась с мужской частью меня. Не так ли? Ты имеешь в виду это? Но не много ли ты требуешь от меня теперь – ты мог все сказать мне сразу же, так как есть, и наш с тобой разговор сейчас был бы другим, как и мои поступки. Понимаешь ли ты это? - Хорошо, тогда я расскажу тебе одну историю. Только дослушай ее до конца. В нашем мире когда-то случился небольшой спор из-за отношений с Ванами – они такие же, как ты, любят все живое, любят растить и благословлять цветы и плоды, зерна и животных. Но все закончилось миром, и несколько Ванов в знак нашего союза перешли жить в Асгард из Ванахейма. И среди них была Фрейя, богиня любви. Она бы понравилась даже тебе. Фрейя стала первой красавицей в Асгарде и была щедра в любви, как ей и полагается, ведь богиней любви и защитницей любящих не может стать холодная безгрешная дева. Я тоже любил ее, и она ответила на мою любовь, и я никогда не забуду об этом. Но однажды случилось так, что вся ее жизнь чуть не превратилась в адское заточение в ледяном аду Йотунхейма. А все как обычно устроил наш Всеобщий Отец Один, затеявший в Асгарде ремонт. Он пообещал отдать ее в жены йотуну-строителю в награду за его труд, точно Фрейя – это мешок монет. Один надеялся как-то выкрутиться в последний момент. Фрейя изнемогала от слез и тревоги, и попросила меня о помощи. И я помог ей. Я превратился в кобылицу и соблазнил коня йотуна, йотун не успел выстроить укрепления в срок, и Фрейя осталась с нами. Только знаешь, я забеременел в облике кобылицы и родил потом дитя, жеребенка. Я даже не хотел становиться асом, пока он не подрос, я так полюбил его. Было и другое. Однажды Один затеял пир, но меня никто не позвал на него. А когда я пришел туда, слуги асов попытались оскорбить меня, ссылаясь на то, что моя двойная природа не дает мне места рядом с асами. Фрейя и Фригг останавливали меня, но я нашел пару слов для каждого из асов на этом пиру и даже пришиб одного из дерзких на язык прислужников. Скажи, как бы ты оценил тех, кого ты спас ценой таких усилий, и тех, кто забыл о своем спасении и упрекает тебя за твою же помощь? Трандуил сказал: - Я презирал бы их. - Они заточили меня, и придумали мне жестокое мучение. Но заточили они меня не за слова, а обвинили в смерти Бальдра.Я провел в неволе годы, которые показались мне веками, и знаю цену свободе. Нет ничего дороже свободы, друг мой. Ты волен поступить со мной как захочешь. Но за мной снова охотятся. - А зачем ты убил этого Бальдра? – спросил Трандуил. - Я сам не убивал, конечно. Я сделал стрелу из омелы, единственного растения, которое было опасным для него. Слепой лучник убил Бальдра этой стрелой, но виновным в его смерти, как ни крути, был я. Сначала это было предрешено и предсказано, а потом уже произошло. Этого нельзя было избежать. Но и я был наказан сполна за свою злобу - неволей и гибелью одного из моих сыновей, убитого в отместку асами. Я не стану повторять ничего подобного, никогда. Таков был урок судьбы. - Но почему тогда они снова хотят схватить тебя, если ты уже расплатился за все? - Им проще держать меня в силках, чем постоянно убеждаться в моей лояльности и безопасности. Им кажется, что когда я ускользаю от них, я строю козни против целой Вселенной и плету заговор, чтобы стать повелителем Асгарда. - А это не так, Локи? – Трандуил улыбнулся ему насмешливо, но беззлобно. Локи оперся локтем о стол и подпер щеку ладонью. Асгард. Власть над Асгардом. Какая чушь. По сравнению с этими длинными светлыми прядями волос у щеки и этим взглядом. - По крайней мере сейчас точно нет. Я не лгу! – ответил он Лесному Королю. - Покажи мне твой истинный облик, - властно сказал Трандуил. - Зачем тебе? – спросил Локи, но тут же встал и вышел на середину комнаты, и воздух вздрогнул вокруг него. Рогатый шлем, зеленый плащ, огромное копье в руке. - Оставайся тут, пока я не передумаю. Твоя плата – обещание защищать мой лес и выполнять мои поручения, но не надейся на мое прощение во второй раз и будь разумен, – сказал Трандуил. - Исполню все, что пожелаешь, – ответил Локи, склонив голову и принимая свой простой облик. Трандуил подошел к нему и сказал совсем тихо: - Из-за тебя я нарушил свою старую клятву – не знать других женщин, которую дал в день смерти своей жены. - Но я не женщина, - возразил ему Локи. – Видишь, ты получил все и не потерял ничего. Со мной всегда так, - тут он вздохнул, - все пользуются мной, как хотят. И никогда, никакой благодарности. - Ну, об этом забудь, - заявил Трандуил. - Я вообще хотел тебе сказать… - Только не вздумай дать Валарам еще одну клятву, которая так и вертится у тебя на языке, - перебил его Локи. – Нет ничего более обременительного, чем данные в горячке зароки. Трандуил смерил Локи долгим взглядом с ног до головы и вышел прочь. А Локи так и остался стоять посреди комнаты с этой безумной жаждой льда и снега, которыми ему хотелось бы охладить свою голову. Он никогда еще не чувствовал себя так спокойно и славно. Только ему просто зверски хотелось есть.