Distress Call/Сигнал бедствия

      Сидя на подоконнике в своей комнате, я ожидаю приезд тёти и двоюродных сестёр, выводя в дневнике пять букв, которые, как я предполагаю, образовывают какое-то слово. У меня до сих пор нет ни одной идеи, что они могут означать «Д. К. А. Р. Е.». Может, не хватает ещё буквы? Гласной? Нереально сложить слово.       Обречённо вздыхая и вперив взгляд в потолок, чешу карандашом в затылке, но из мыслей меня выводит гудок машины, а после звук открывающейся дверцы. Когда перевожу взгляд в окно, вижу машину, которую сразу узнаю — Audi моей тёти. Моё лицо расплывается в искренней, спонтанной улыбке при виде двух её дочерей, которые выпрыгивают из автомобиля и, ликующе вскрикивая, вприпрыжку разбегаются в разные стороны. Слышу голос моей матери, которая выходит из дома, радуясь появлению сестры и племянниц. Женщина широко расставляет руки, а затем заключает мою маму в объятия, сильно прижимая ту к себе.       Я не могу сдвинуться со своего места, мне здесь хорошо. И даже если я поначалу опасался приезда тёти Сары, я рад её видеть после долгой разлуки. Тётя ослабляет хватку, и мать, оглядываясь, поднимает в мою сторону взгляд.       — Луи, иди поздоровайся со своей тётей! — радостно кричит она.       — Луи! Боже мой, как ты вырос! Спускайся и обними свою любимую тётю! — Сара с широкой улыбкой машет мне рукой.       Я киваю, стараясь также теплее улыбаться, за исключением того, что мне трудно выглядеть правдоподобно, и я уверен, что эта улыбка поддельная. Но я не знаю как, я не могу от этого освободиться.       — Сейчас, — бросаю я, слезаю с подоконника и выбегаю на улицу.       — Луи! — кричат обе малышки в унисон.       — Эй! Привет, маленькие монстры!       Кейси и Дженни бегут ко мне, громко смеясь, и я сажусь на корточки, чтобы словить девчушек и сжать в крепких объятиях. Они так подросли! Отступив назад, каждая дарит мне самую красивую улыбку, которая озаряет невинные лица. Меня забавляют их маленькие цветные платья — на Кейси надето ярко-жёлтое платье, а на Дженни бежевое.       Они настолько восхитительны, что перед этими Золотистыми Завитками просто невозможно не нежничать. Да, Золотыми Завитками. Я им дал эти прозвища, ведь у обеих длинные и волнистые волосы, спадающие на их маленькие плечи. Они выглядят как близнецы, но в действительности они совсем разные. У Кейси светло-платиновые волосы, у Дженни немного темнее. Кейси унаследовала коричневые глаза своей матери, а другая получила зелёные от отца. У Кейси есть маленькая родинка на правой щеке, в то время как у Дженни она отсутствует. В конце концов, у них разные физические черты и у каждой особенный характер.       — Смотри, что мы сделали для тебя.       Так приятно слышать такое от семилетней сестрёнки! Дженни протягивает ко мне свою ладошку, на которой сложенный листок бумаги. Когда я разворачиваю лист, перед глазами раскрывается нарисованный большой дом с кучкой маленьких людей вокруг него.       — Это наш старый дом и вся семья! — восклицает Кейси. — Потому что мы по тебе очень скучаем.       — Ох, я тоже по вам безумно скучал. Но теперь вы здесь, и мы будет проводить много времени вместе, ладно? Спасибо за рисунок, он великолепен.       И обе снова начинают прыгать в моих руках, а я, не удержав равновесия, падаю на спину. Не в силах сдержаться, громко смеюсь, слыша ангельский смех сестричек. Вскоре на порог выходит отец, как я и подозревал, ему также не удаётся избежать радостных визгов малышек. С оживлённым любопытством наблюдаю за тем, как они бегут к входной двери с криками: «дядюшка Остин!», а отец забегает в дом, делая вид, что убегает от них. Да, мой отец играет с детьми. Но Кейси внезапно останавливается прямо перед дверью, а властный голос моей тёти заставляет меня поёжиться.       — А я не имею права обнять своего любимого племянника? Ах, ах!       Оборачиваюсь на голос, поднимаясь с земли и даря ей ласковую улыбку, отвечаю на объятие. Ой... Я забыл, что Сара обожает обниматься, и она не шутит. Она сжимает меня настолько сильно, что аж дыхание сводит. Раньше мне было привычно, но за целый год, что я её не видел, отвык от такой характерной привычки. Она всё так же переполнена энергией и замечательно выглядит. Её чёрные волосы свободно спадают на плечи и карие глаза искрятся озорством.       — Я единственный племянник, который у тебя есть, — усмехаюсь я.       — Ещё больше оснований, чтобы ты чувствовал себя уважаемым. — Она кладёт руку мне на плечо и мы идём по двору. — Ну как ты? Должно быть, ты хочешь рассказать о многих вещах, не так ли?       И поехало...       — Э-э, ну...       — Подожди! Ничего не пока не говори! Я хочу всё узнать за чашкой чая! Или же... — она бросает быстрый взгляд назад и, наклоняя голову ближе ко мне, подмигивает, — ...перед пивом и пиццей?       — Сара? — доносится голос мамы.       — Ха, я же пошутила! Но я хочу всё знать о твоём новом лицее и девушках, — усмехается тётя, вновь подмигивая.       — Хорошо, — коротко отвечаю, качая головой и улыбаясь как ненормальный.       Моя тётя — самая эксцентричная, спонтанная и любознательная женщина на свете. Сколько позитивных качеств, столько и дефектов. И даже если зачастую я не люблю, когда она заходит чересчур далеко в своих вопросах, единственная вещь, за которую я ей признателен — принадлежность к «миру и покою». Качество, которым не обладает моя мать.       Когда мы подходим к порогу, Кейси всё так же стоит перед дверью. Застывшая. Сара проводит рукой по её волосам.       — Ты заходишь, дорогая? — Но девочка не шевелится. Её мама входит в дом и осматривая всё вокруг, поражённо произносит: — Вау! Он такой огромный!       Тем временем я поворачиваюсь к входу, а моя мать склоняется над Кейси, приглашая ту войти в дом, но она отказывается. Я мрачнею, когда вижу эту сцену, склоняюсь к девочке, которая скрещивает на груди руки, надув губы, словно она недовольна. Пока тётя Сара и моя мама заходят в гостиную, я решаю заняться сестрой.       — Кейси, почему ты не заходишь? — шепчу я. Кейси не смотрит мне в глаза, уставившись пристальным взглядом вглубь дома, почти... недоверчивым. — Эй, — заправляю длинную прядь за её ухо. — Что случилось?       Она не отвечает, но когда её карие глаза устремляются на меня, замечаю расширенные зрачки и непонятное волнение во взгляде. И я даже вижу, как слегка дрожит её подбородок. Судя по всему, дом наводит на неё небольшой страх, как на меня, когда я только вошёл в него. Но это ничего, это лишь первое впечатление. Чтобы утешить девочку, я улыбаюсь и беру её на руки.       Она обхватывает мою шею ручками, крепко сжимая, будто я спасательный круг, и от этой мысли я начинаю негромко смеяться. Ей всего лишь шесть лет, Кейси — маленькая, хрупкая девочка, нуждающаяся в проявлении любви, в отличие от своей сестры, которая на год старше.       Я притормаживаю на середине гостиной и несильно кручусь, чтобы показать ей весь дом.       — Посмотрела? Какая комната тебе понравилась? — тихо спрашиваю.       Она с восхищением разглядывает каждую деталь. Кажется, она ещё никогда не видела такую большую гостиную, и вдобавок кухню, что является продолжением той же гостиной.       — Такая огромная!       — Да? — улыбаюсь я.       Кейси поворачивает ко мне голову, глядя на что-то позади меня, и я вижу, как меняется её лицо: зрачки снова расширяются, нервно дёрнувшаяся бровь и дрожащие губы. Чувствую, как её потряхивает, словно она что-то увидела... или испугалась. Её руки крепче вцепляются в мою шею.       Когда я оглядываюсь, чтобы понять, что же она там увидела, по спине пробегает неприятный холодок, неосознанный страх пробирается в душу, вызывая лёгкий неприятный озноб, когда понимаю, что это дверь чердака. Я не знаю, почему, но рефлекторно отступаю на шаг назад. А после полуминутного помешательства, сглатываю и много раз моргаю, неся Кейси на задний двор, в сад.       — Хорошо, иди повеселись, — говорю ей, опуская её на площадку у двери.       Девочка поворачивается ко мне и смотрит своими маленькими сверкающими карими глазами. Кажется, она немного успокоилась.       — Ты пойдёшь с нами играть? — спрашивает она, обворожительно улыбаясь.       — Чуть позже, — улыбаюсь я.       Кейси кивает головой, а затем бежит к сестре. Мгновенно чувствую прикосновение чужой руки к плечу, но быстро признаю тётю из-за её слащавых духов с запахом фруктов, что витает в воздухе.       — Ха-ах! — восклицает она, сжимая меня в объятиях. — И это всё принадлежит вам? Просто громадный дом! Он ещё больше загородного дома нашей бабушки. Ты помнишь Джей?       — Конечно, — улыбается мама, появляясь в саду. — Если не считать того, что она выращивала овощи, занимая для этого много пространства. Я уверена, что её сад был намного больше вместе с тем огромным огородом. Но мы заключили хорошую сделку.       — Ах, у вас есть возможность жить в таком большом доме!       — Ты ещё не всё видела. Погоди, ещё увидишь комнаты. Давай, я покажу тебе комнату девочек и твою.       — О, да!       Сара меня отпускает и вместе с мамой возвращается в дом. Их голоса теперь звучат как далёкие отголоски. Впервые с момента их приезда я чувствую, что сегодняшний день и всё выходные пройдут нормально. Без тревоги и иррационального страха — потому что в течение двух дней наш дом будет дышать невинностью и радостью жизни благодаря этим двум чудесным принцессам, которые чрезвычайно отвлекают меня от мрачных мыслей.       

The Fray - Be Stil

      После обеда мои родители в гостиной заводят увлекательную беседу с тётей Сарой, в то время как Кейси и Дженни решают немного вздремнуть в своей комнате, а я выхожу из дома, чтобы уклониться от расспросов своей тётушки. Сам поражаюсь, как я сумел узбегнуть их во время трапезы.       У порога глубоко вбираю в лёгкие свежий воздух и склоняю голову набок, когда замечаю сидящего в саду среди цветов Гарри. Он поднимает голову и я машинально улыбаюсь, когда вижу его улыбку. Он машет мне рукой, и я робко отвечаю на этот жест. Почему перед ним я становлюсь таким застенчивым? От ответа меня отвлекает чья-то тёплая нежная рука, что хватает меня за пальцы. Смотрю в ту сторону, вижу карие лучезарные глаза Кейси, которая смотрит на меня с весёлой улыбкой на лице, сжимая за шею плюшевого медведя.       — Милая, что ты здесь делаешь? — интересуюсь мягко.       — Я не могу уснуть. Дженни храпит, — бурчит сестрёнка себе под нос, словно хомяк. От этой картины у меня поднимается настроение. — А это кто? — спрашивает она, глядя на дорогу — я более полагаю, что на дом Гарри, что сейчас с любопытством наблюдает за нами.       — Он? Он мой друг. Его зовут Гарри.       — Он хороший?       — Очень хороший. Хочешь с ним познакомиться?       Девчушка смотрит на меня и кивает, широко улыбаясь.       — Хорошо, тогда пошли.       Беру её за руку, перехожу улицу, отделяющую мой дом от дома Гарри. Когда мы доходим до его двора, парень отрывает взгляд от своих цветов, устремив его на сестру, а после на меня. Я думаю, что замечаю некоторое беспокойство в его глазах, но точно не уверен. Выбросив это из мыслей, с гордостью смотрю на мою маленькую кузину.       — Гарри, я хочу познакомить тебя с Кейси, одной из моих двоюродных сестёр.       — Привет, Гарри, — тихим голоском произносит Кейси, мило улыбнувшись и наполовину спрятавшись за моей спиной.       Выражение лица Гарри меняется, пропадает беспокойство, черты смягчаются, а сам парень вздыхает, если я не ошибаюсь, с облегчением. Гарри ответно улыбается и, садясь на корточки, чтобы быть на уровне Кейси, украдкой бросает на меня быстрые взгляды.       — Привет, малышка, — приятным и осторожным голосом произносит он. Наступает небольшое молчание, и я повторно ловлю брошенный украдкой взгляд парня. — Эй! А кто это у тебя такой милый? — спрашивает он, трогая одну из лап плюшевого медведя Кейси.       — Его зовут Мистер Мужество, и это мой лучший друг.       — Действительно? Это ты его так назвала?       — Нет, моя бабушка. Мама сказала, что прежде чем её мама отправилась в путешествие, она мне его оставила, чтобы он заботился обо мне. Когда я боюсь и чувствую себя в опасности, то должна обнять Мистера Мужество, и он меня защитит от злых людей и кошмаров.       Я мгновенно улыбаюсь, с грустью воспоминая некоторые моменты жизни с нашей бабушкой. Да, всё это время я не говорил о своей бабушке... по крайней мере, не произносил слово «бабушка». При одной лишь мысли о ней у меня щемит сердце. Не то чтобы это неприятно, но мне больно, и я не хочу ощутить все эти эмоции сейчас.       Пока Кейси и Гарри продолжают разговаривать, я невольно оборачиваюсь и замечаю Сару через кухонное окно, которая за нами наблюдает. Она оглядывается назад, и очень скоро к ней присоединяется моя мама. Несколькими секундами позже они обе посылают мне улыбку, а я машу им рукой. Затем я поворачиваюсь, когда больше не чувствую руки Кейси на моей. Гарри подманивает её, притягивая за талию ближе к себе и указывая пальцем на цветы.       — Я тебе кое-что покажу. Смотри, — шепчет парень.       Проходит несколько секунд, и у Кейси сердце вздрагивает от восхищения, когда бабочка, явившись из своего тайника, начинает кружить между кустами, всё выше поднимаясь над красивыми цветами. Затем появляется вторая, третья. Ничего себе... Никогда ещё не видел такой красоты. Кажется почти нереальным.       — Посмотри, на крыльце есть сачок, ты можешь половить их, — говорит он, указывая на сачок, который я ранее не видел.       Кейси вихрем устремляется к цели, а потом незамедлительно направляется в сад. Гарри с улыбкой поднимается на ноги. Над нами повисает тишина, и я не спускаю глаз с Кейси, которая со смехом бегает за бабочками в своём маленьком жёлтом платье в цветок.       — Поездка? — негромко спрашивает Гарри.       Я перевожу на него вопросительный взгляд.       — То, что сказала твоя сестра по поводу вашей бабушки, — уточняет он, всматриваясь в мои голубые глаза своими пронзительно-зелёными. Настолько зелёными, что меня это озадачивает, и я отвожу взгляд, слабо улыбаясь.       — О, это... — пожимаю плечами, засовывая руки в карманы джинсов. — Это... что им сказали, когда она умерла три года назад. Она дожила свои последние годы.       — Мои соболезнования.       — Мама сказала, что не хотела давить на них в столь юном возрасте. До тех пор пока Кейси и её сестра не станут достаточно сознательными, чтобы понять это самостоятельно.       — Я понимаю, — говорит парень, опуская глаза вниз. — Так легче примириться. Особенно в таком возрасте.       В этот момент, с состраданием смотря на Гарри, я вспоминаю о его матери. Мне становится неуютно. По его интонации можно понять, что ему не хватает матери, и это разбивает мне сердце. Мне кажется, что они были в хороших отношениях, понимали друг друга, в отличие от меня и моей мамы. Однако, невзирая на тонкости наших взаимоотношений, я люблю её. И я не хочу другой мамы. Я люблю её, но по-своему. Я никогда не был хорош в выражении своих чувств. У меня только одна мама, и я не представляю, что бы ощущал, если бы потерял её. Но, безусловно, был бы полностью сломан.       Решаю прогнать из головы все эти мысли, которые повышают неловкость между мной и Гарри, и делаю глубокий вдох.       — Хочешь зайти ко мне в гости? Встретиться с моей семьёй?       Ты спятил? Что ты делаешь?       Что на меня нашло? Зачем я спросил у него это? Я никогда не знакомил друзей со своими родителями. По крайней мере, не официально. У тебя появилась новая подружка? Ага, смешно, ха-ха-ха... Этот чёртов невыносимый голос в моей голове иногда меня жутко раздражает.       Это была просто идея. Ничего дурного. Тем не менее, это сильнее меня, я удивлён этой инициативе, которая вырвалась так спонтанно. Но, может быть, это просто потому, что это Гарри. Да, именно. Но это безумие. С ним я совершаю необдуманные поступки, я всякий раз теряю какой-либо контроль, когда смотрю в его изумрудные глаза. Они производит на меня загадочный эффект.       Я часто об этом думаю. Сбивает с толку. Меня всё сбивает с толку, когда мир вращается вокруг него.       Переключаюсь на парня, смотрю в его зрачки, в которых я распознаю лишь одно — панику. Его глаза темнеют, и я вижу беспокойство, не скрытое в его взгляде.       — Хм... Нет, я не думаю, что это будет хорошая идея.       — Почему?       — Просто... — он трясёт головой, скрещивая руки на груди и рассеянно смотря мимо меня, в сторону моего дома. — Я не подхожу для семейных встреч. На самом деле... я никогда этого не делал.       Гарри качает головой, я, вздохнув, извиняясь, и не настаиваю. Не хочу его обременять. Ответ был очевидным, так как Гарри остался один без семьи в таком юном возрасте.       — Ладно, — выдыхаю я, немного разочарованно пожимаю плечами.       Спустя какое-то время краем глаза вижу, как он сжимает губы в тонкую полоску и напряжённо хмурит брови. И часто открывает рот, словно хочет что-то сказать, но не решается, словно опасаясь чего-то.       — Хочешь искупаться в озере?       А? Он меня застаёт врасплох, из-за чего я резко поднимаю на него взгляд. Улыбка, что мне так нравится, озаряет его лицо. Я неохотно отвожу глаза, когда чувствую, что начинаю краснеть. Проклятье... Кто одарил его подобной улыбкой? Его мама? Его отец? Да впрочем, я даже знать не хочу. Но, черт возьми, я будто тринадцатилетняя девчонка перед первым парнем, который к ней обращается. Ну, это нормально. Это просто парень, который предлагает тебе окунуться в воду, хорошо?       Хорошо. Внутренне собираюсь с мыслями, прогоняя всю ненужную скованность, повторно концентрируясь на Гарри и стараюсь казаться спокойным.       — Хорошая идея. Кейси? — Сестрёнка тотчас разворачивается. — Хочешь искупаться?       — Мы идём на пляж? — спрашивает она, продбегая к нам.       — Нет, здесь пляжа нет. Но Гарри знает одно красивое месте, где много воды, чтобы поплавать. Оно называется озером. Так что, хочешь пойти?       — Да! Но... мама не разрешит, — отвечает она ворчливо.       — Ты будешь со мной. Тебе нечего бояться.       — Хорошо! — она протягивает Гарри сачок, который он забирает из её рук, откладывая его в сторону и отходя от дома.       — Она чудесна, — с улыбкой произносит парень.       — Да, это правда, — гордо соглашаюсь. Мы направляемся к моему двору. — А у тебя есть сестра или брат?       — Нет. Всегда был одиночкой, — со смехом отвечает Гарри.       Когда мы входим во двор, парень притормаживает и застывает, а я чуть не врезаюсь в него. Удивлённо перевожу на него взгляд, а он в свою очередь окидывает недоверчивым взглядом входную дверь.       — Кхм... Я тебя здесь подожду.       — Ладно, — просто отвечаю, смотря вокруг дома, и и подождав, захожу.       В гостиной меня встречает Кейси, которая начинает несильно крутиться вокруг своей оси, разведя руками. Её юбка будто сшита из бутона подсолнуха, лепестки которого развиваются при каждом движении. Кружась, она подпевает: «Мы идём на озеро! Мы идём на озеро! Мы идём на озеро!», пока я рассеянно бросаю взгляды через окно на задний двор сада.       — Успокойся, моя дорогая, ты разбудишь свою сестру, — усмехается тётя Сара, которая стоит рядом с моей матерью.       — О чём она говорит, Луи? — заинтересованно спрашивает мама.       — Мы хотим помочить ноги в озере, — отвечаю, неловко отводя глаза.       — Какое озеро? Здесь есть озеро? — удивляется Сара.       — Да, как раз за нашим домом.       — А я не знала, — бормочет мама.       — Мне Гарри сказал.       — Кто это?       Прихожу в себя, когда понимаю, что говорил о Гарри. Прочищаю горло.       — Друг, который живёт по соседству. Именно с ним я тогда ездил в город.       — Ох. Ты хочешь сказать, что нет никакой девушки на горизонте? — притворно-разочарованным тоном произносит тётушка.       — Почему ты не познакомил его со мной? — интересуется мама.       Я быстро поднимаю голову, вновь отводя взгляд от двери к заднему двору.       — Это довольно сложно. Эм-м... это сложно. Он не любит знакомиться.       — Никакой миленькой девушки из лицея? — продолжает допытываться Сара, но у меня не хватает времени ответить, так как её перебивает мама:       — Почему? Я ведь не кусаюсь.       — Я неоднократно говорил ему это, но он стоит на своём. Не хочу давить на парня.       — Аннабет очень повезло с тобой. Ты надёжный, — продолжает тётя Сара, глаза которой сверкают любопытством.       Она когда-нибудь прекратить говорить о Аннабет? Это старая история! Во всяком случае, это её сущность. Как только её любопытство задето, её невозможно успокоить. Черт. Вспоминаю, что она не в курсе о моем разрыве с девушкой.       — Э-э, нет, на самом деле... мы недавно расстались.       — Что?! — почти что шокировано вскрикивает она, садясь на диван. С другой стороны, всё сделано правильно. Вот что происходит, когда ты гиперидеалист, смотрящий чересчур много слащавых фильмов. — О нет. У нас не было времени поговорить с нашего приезда. Садись рядом со мной и обо всём мне расскажи!       Только не это... Мама тихо посмеивается в сторонке, и, словно для того, чтобы спасти мне жизнь, малышка Кейси подбегает ко мне и хватает за руку, дёргая в сторону.       — Нет, я хочу пойти на озеро с Луи и Гарри! — заявляет она.       Луи и Гарри. По мне проходит приятная дрожь из-за того, насколько хорошо это звучит. Смешно. Даже намного лучше, чем Луи и Аннабет. На самом деле, это может показаться странным, даже глупым, но... гораздо лучше, чем все другие пары имён, которые бы могли существовать.       Луи и Гарри. Гарри и Луи.       Угрюмо морщу лоб и мысленно бьюсь головой об стенку. Ты успокаиваешься рядом с этим Гарри? Да, я должен успокоиться. Но это не моя вина, это сильнее меня — даже если осознаю, что все эти ощущения, которые он заставляет меня чувствовать, странные. И каждый раз я всегда нахожу один тот же ответ на вопрос: почему и как. Потому что он. Потому что это — Гарри. Больше ничего. Если бы это был кто-то другой, чувствовал бы то же самое?       И вот, когда слышу, как открывается дверь, отхожу от своих мыслей. Смотрю на Сару, громко выдохнув, пока Кейси ведёт меня в сад.       — Ладно, обсудим это потом, а пока... — только и успеваю услышать, прежде чем мы с Кейси отходим на приличное расстояние от дома.

***

Ben Howard - Old Pine

      Мы должны пересечь часть леса, до того как оказаться около озера. И когда мы уже доходим до места назначения, Кейси мигом бежит к Гарри, который прибыл задолго до нас и уже уселся на берегу озера, сложив руки на коленях. Парень оборачивается на шум и моментально улыбается сестре, в то время как я неспешно шагаю к ним, спрятав руки в карманы джинсов. Не знаю почему, но внезапно чувствую, как внутри что-то предательски щекочет — прикрываю глаза, втягиваю голову в плечи и медлительным темпом направляюсь к Гарри и Кейси. Наблюдаю за ними, и на моём лице расцветает слабая улыбка.       Не слышу, о чём они говорят, но от вида того, как они вместе разговаривают и улыбаются друг другу, по телу проходит приятная дрожь. Приятная дрожь, что заставляет моё сердце трепетать. Без понятия, почему я так реагирую на происходящее. Может быть, я рад видеть счастливую Кейси? С самого рождения она редко улыбается.       По своей природе она замкнута и застенчива, и потому ей нелегко найти общий язык с незнакомцами. Никогда ещё не видел таких радостно блестящих глаз и по-детски яркую улыбку на лице сестрёнки. Меня поражает то, как она быстро открылась парню, но не полностью. Потому что это Гарри. А с Гарри всё становится иным.       Я интуитивно останавливаюсь и продолжаю наблюдать. И, к удивлению, отмечаю, что в этот момент чувствую... эйфорию? Да, именно. Эйфория. Ух ты, впервые я понимаю смысл моих чувств. Я провёл свою жизнь, безразлично относясь к такого рода вещам. Но я не могу ничего с собой поделать и игнорировать это ощущение, которое щекочет мои вены. Это только из-за восхищения на лице Кейси?       Когда я осознаю, что уже длительное время смотрю на Гарри, ясно понимаю, что она — не единственная причина. Сосредотачиваюсь на его улыбке. Чарующая улыбка, от которой на щеке появляется ямочка. Его тёмные неаккуратные кудри отливают искорками золота в лучах солнца, что придаёт ему более ангельское очарование с его бледной и красивой кожей.       — Ну что, ты идёшь? — приятный голос Гарри, словно дыхание в моё ухо, выводит меня из раздумий. Похоже, это начинает входить в привычку       Часто моргаю, осматриваюсь и киваю парню. Кейси тем временем увлечённо бросает камни в озеро. Гарри посылает мне улыбку, и я ему ответно улыбаюсь, прежде чем смущенно отвести взгляд к просторам воды передо мной. Неожиданно чувство эйфории пропадает, уступая место более острым ощущениям. По телу проходит волна электрических импульсов, и на меня накатывает стойкое ощущение дежавю. Окидываю недоверчивым взглядом каждый участок озера, а затем останавливаюсь на соснах, которые окружают нас. Эти деревья...       — Что? — тихо спрашивает Гарри.       Морщу лоб, встряхивая головой. Не начинай. Не порть этот прекрасный день.       — Нет, ничего, — быстро отвечаю и улыбаюсь ему.       — Хорошо. Готов нырнуть?       И несколько секунд спустя мы начинаем раздеваться. Снимаю футболку, расстёгиваю свои джинсы, стягиваю кеды, а затем и носки с ног, и притом не отвожу глаз от озера. Я не знаю, почему я так тревожно смотрю на эту воду. Когда я стаскиваю джинсы, мой взгляд невольно направляется в сторону — на Гарри, который снимает рубашку, представляя всеобщему взору хорошо очерченные мышцы плеч, рук, торса. Вау... С учетом его изящества я бы никогда не подумал, что может скрывать истинное тело парня, перед которым любые подростки могут пустить слюну. Тело модели, о котором мечтают все девушки.       Теперь я понимаю, почему они не прекращают твердить о своём идеале, чтобы в итоге найти «идеального парня». Потому что, несмотря на то, что мы постоянно говорим им, что те существуют только в журналах, в реальности они также есть. Доказательство у меня перед глазами.       Если у него была девушка, то она вытянула счастливый билет. Должно быть, она чувствовала себя невероятно везучей. И даже не будучи девушкой, я должен признать: он красив. Действительно красивый. Он не имеет ничего общего со всем парнями, которых я знал в моей жизни. Может, он один из тех икон Голливуда, или лицо бренда нижнего белья для мужчин?       Э-э... что ты делаешь, Луи? Что? Что я делаю? Я ощущаю, как по коже пробегают мурашки, возвращая к реальности. В моих руках футболка, полностью скомканная — я её неосознанно смял. Вот черт... Серьёзно? Это правда, я пялюсь на него! Я должен остановить это. Он обычный парень среди остальных, а не один из тех греческих богов. Однако ты так не считаешь.       Достаточно.       Я отворачиваюсь и сглатываю, укладывая свои брюки с носками. Тем не менее, не сдерживаюсь от быстрого взгляда в его сторону. Он тоже снял свои чёрные брюки — у него стройные ноги, как у девушки. Вот черт. Они великолепны. Я не уверен даже в том, что рядом со мной стоит парень. Ты уверен, что ранее он не был девушкой? Заткнись, он совершенен.       Я уже не могу рационально мыслить. Кто бы подумал, что однажды я вот так восхищусь телосложением парня? Ничего не могу поделать. Рядом с ним чувствую себя хилым. Может, я просто завидую? Помимо того, что я заморыш, я далеко не образец. Что уж говорить об идеальном теле. Ты строг к себе. Нет, говорю как есть. Это правда, что я уже около года не хожу в тренажерный зал. Мне следует вновь его посещать?       До меня доносится слабый плеск воды, и, опомнившись, вижу, что Гарри уже нет на берегу, а вода колышется, расходясь вокруг волнами. Немного позже из-под воды неторопливо появляется голова парня, приблизительно в трёх метрах от берега. Он проводит рукой по лицу и своим влажным, растрёпанным волосам. Ох, с мокрыми волосами он ещё соблазнительнее. По позвоночнику пробегает россыпь мурашек, почти мгновенно вздрагиваю, приходя в себя.        Немного приличия!       — Чего ты ждёшь? Что снег выпадет? Рождество только через полтора месяца.       Я снисходительно улыбаюсь, прочищаю горло. Когда делаю шаг в воду, перевожу взгляд на Кейси, которая продолжает бросать камни в озеро.       — Кейси? Ты идёшь?       — Я не хочу заходить далеко, — с опаской произносит девочка.       — Не беспокойся. Ты можешь зайти только по колено.       — Ладно.       Она протягивает мне руку, которую я сразу беру, придвигаюсь к ней ближе, и мы начинаем заходить в воду. Она холодная. Я останавливаюсь, ожидая пока ко мне подойдёт Кейси, ведь с её маленькими ножками она далеко не зайдёт.       Но едва она ступает в воду, как буквально застывает. Такого я явно не ожидал. Терпеливо жду, пока сестрёнка сдвинется с места, но чуть отшатнувшись назад, девочка лишь крепче сжимает мою ладонь. Пристально уставившись на неё, недовольно морщу нос, замечая изменения в лице Кейси: лицо стало угрюмым, губы сжаты в тонкую полоску, сморщенный лоб и тяжёлый взгляд из-под нахмуренных бровей. Узнаю это выражение лица: «мне это не нравится».       — Кейси?       Она внезапно отпускает мою руку и отступает на берег, придерживая подол платья.       — Я больше не хочу, — едва слышно произносит она, неловко поводя плечами.       Действительно?       — Эм-м... Ты уверена?       — Да. Я лучше посижу здесь и поиграю с ветками.       — Хорошо.       Киваю, но тем не менее недоверчиво смотрю на неё. Почему она так быстро передумала? Она бросает последний опасливый взгляд на воду, прежде чем садится на землю, чтобы поиграть с ветками.       — Только не поранься, — немного подумав, решаю добавить я.       — Что случилось? — спрашивает у меня Гарри, когда я присоединяюсь к нему в воде.       — Ничего. Кейси просто передумала заходить в воду, — ответив, перевожу на неё взгляд.       Сестренка украдкой с подозрением смотрит на озеро, вжав голову в плечи и рассеянно вырывая траву. Я спрашиваю себя, что изменилось. Ранее она казалась такой счастливой.       Вдруг чувствую, как по лодыжке проходит дрожь, словно слабый разряд тока, что заставляет почти неистово вздрогнуть, думая, что это морское насекомое.       — Извини, — мгновенно шепчет Гарри.       Ладно, это всего лишь Гарри. Поражённо хлопаю глазами, так как мне кажется, что парень заливается румянцем, вынырнув наполовину из воды, и поэтому непроизвольно улыбаюсь.       Брызги воды стекают по накаченному торсу, шее, по рельефному прессу, а зелёные глаза сверкают, словно предо мной два настоящих изумруда, и это не просто метафора, которой я наградил его радужку. Это безумие, он кажется столь нереальным... но он есть.       Встряхиваю головой, чтобы выгнать посторонние мысли.       — Как ты так быстро добрался сюда? — парень удивлённо поднимает бровь, вопросительно поглядывая на меня. — Я не видел, как ты пересёк сад.       Он склоняет голову набок, рассеянно наблюдая за спокойно гладью воды, с тенью улыбки на лице. Затем невозмутимо пожимает плечами.       — Я решил сократить путь.       — Да? Я не знал, что можно сократить, — безобидно хмыкнув, скучающим тоном произношу я.       Не сдержавшись, внутренне хохочу, видя его недоверчивый взгляд — он не умеет лгать, и почему-то меня это не удивляет. Возможно, из-за его естественной невинности. Минуту размышляю, окидывая его лукавым взглядом.       — Серьёзно, как именно?       — Я тебе уже сказал, — отвечает он с тем же невинным выражением.       — Скажи мне, почему я тебе не верю, — сузив глаза, прожигаю парня взглядом.       — Что ты хочешь, чтобы я тебе ответил? Что я телепортировался с твоего двора прямо сюда?       Поджимаю губы, пожимая плечами.       — Почему бы и нет? — подыгрываю. Мне всегда трудно понять его. Он делает вещи, которые сложно объяснить, как и то, что он сделал совсем недавно. — В конце концов, благодаря тебе, меня больше не беспокоит ужасный запах в доме с того дня, когда ты решил проблему. И я до сих пор не знаю, как ты это сделал.       — Как я уже говорил тебе, это секрет, — говорит он со скромной улыбкой.       — Я скоро начну верить, что ты не человек, — хмыкаю я, на что парень начинает тихо посмеиваться.       — Что ты думаешь? Что у меня есть... сверхспособности? Что у меня есть дар вездесущности?       — Порой я думаю, что ты волшебник.       Он как-то печально улыбается уголками губ.       Его губы, которые невозможно не заметить. Они красиво очерчены, слегка пухлые и порозовевшие. Гладкие... Они кажутся такими мягкими.       Неожиданно чувствую боль в нижней губе и понимаю, что всё это время я её неосознанно покусывал. Часто моргаю и сглатываю, чтобы прийти в себя.       — Ты веришь в магию, Луи? — внезапно спрашивает на одном дыхании Гарри, сузив глаза и наблюдая за мной.       На секунду закрываю глаза, из-за того что мой голос необъяснимо застревает в горле.       — Магия не существует, — выдыхаю я.       Гарри приоткрывает рот, но потом закрывает, подплывая ко мне ближе. Я собираюсь отшагнуть назад, но совсем неожиданно он принимается наматывать вокруг меня круги, как рыба, которая метит свою территорию. Я кручу головой по сторонам, не спуская с него глаз.       — Магия невидима. Как и все те вещи, которые мы не можем увидеть, только почувствовать.       — Да? Что, например?       — Вера. Радость. Мир. Надежда. И гармония, — произносит он, делая перерывы между каждым словом. Я вновь смотрю на его изящные губы и не могу удержаться, чтобы нервно не облизнуть свои. Я не должен на них смотреть, но это сильнее меня. Красота, которую я никогда не видел прежде. — Даже если иногда бывает, что нет никаких оснований чувствовать всё это, оно где-то спрятано, глубоко в подсознании, душе. Мы отказываемся противостоять этому. Потому что боимся быть разочарованными. Упасть, — понизив тон, добавляет парень.       — Ты чувствуешь это? — задаю вопрос, не осознавая этого.       Парень угрюмо улыбается, опуская взгляд вглубь воды.       — Здесь и сейчас? Я чувствую себя хорошо. — Гарри подплывает ко мне, останавливаясь всего в нескольких сантиметрах от меня. — По правде, я впервые хорошо себя чувствую с кем-то, — выдыхает на одном дыхании.       И я понимаю, что я ощущаю то же самое.       Да, это правда. Даже с моими друзьями, или даже с моей бывшей девушкой, я не чувствовал себя более комфортно, чем с ним — хоть мы и знакомы только два месяца, этого достаточно. Над нами нависает гармоничное молчание, пока мы смотрим друг на друга, но длится оно недолго, так как моё внимание инстинктивно обращается назад, на сушу — туда, где веселится Кейси. И к моей большой неожиданности, я подмечаю, как она смеётся и... разговаривает? Сама с собой? Что? Нет, должно быть, она так развлекается.       Но чем больше проходит времени, тем отчётливей создаётся впечатление, что она действительно к кому-то обращается. К кому-то, кто сидит перед ней. Она продолжает говорить и непринуждённо смеяться, совсем естественно, не прекращая крутить в ручках ветки. Мне это мерещится, да?       Нет, не мерещится, Луи. Даже если бы я хотел сказать тебе обратное.