Другая реальность

Посадку на рейс всё еще не объявили, и я от нечего делать сидела на втором этаже в здании аэропорта и пила кофе с французскими тостами, которые здесь готовили просто замечательно. Любая истерика рано или поздно заканчивается, и сейчас у меня на душе было до странности легко и хорошо. Ведь жалеть о чем-либо означает в первую очередь не уважать саму себя и свой выбор. Я осознанно выбрала уехать и останусь верна своему решению. Несколько минут назад звонила мама, оказывается, Владу ( так звали моего бывшего) стало лучше, он пришел в себя, но говорил пока еще с трудом, а ходить… ходить, по словам врачей, он больше не сможет никогда. Что ж, я проживу эту жизнь с калекой, с инвалидом, с человеком, которого не люблю в то время, как моя настоящая любовь будет загибаться здесь от одиночества. Но это опять же его выбор! Никто не может помешать ему выкинуть меня из головы и начать встречаться с другой девушкой, если он сам того захочет. Он. С другой. От одной мысли об этом сердце предательски дрогнуло. Ну, а что было бы, останься я с ним? Всю жизнь прожить с муками совести, потому что некогда близкий тебе человек будет побираться по вокзалам, сидя в инвалидной коляске? Нет уж. Лучше я заставлю себя полюбить его, как когда-то раньше. Влад – человек довольно обеспеченный и имеющий собственный бизнес. Вдвоем мы сможем вести его дела вместе, и жить я буду нисколько не хуже, чем жила тут с Майклом. Правда, теперь для этого придется работать, но ведь тут я просто умирала иногда от скуки! Внезапно мой взгляд выхватил черный «Кадиллак», подъезжающий к зданию, благо что я сидела прямо напротив окна. В тот момент, когда машина заезжала на парковку, объявили посадку. Нет! Если я его сейчас увижу, то точно не смогу уехать! Хотя… что за бред? Он вряд ли приехал сюда сам, в конце концов, это слишком рискованно. Расплатившись, я быстрым шагом спустилась вниз и свернула налево, к коридору, ведущему в самолет. -Линн! – отчаянный, пронзительный вопль. Я обернулась. В дверях здания стоял мужчина, одетый в стиле араба-мусульманина, в солнечных очках и маленькой шапочке на голове. Нет, только не это, не сейчас! -Мэм, - обратился ко мне по-французски некто в форме, - в данный момент идет посадка на Ваш рейс, поэтому просим Вас поторопиться, если не ошибаюсь, у вас билет в бизнес-класс, Вы должны занять Ваше место немного раньше. -Да, конечно, благодарю Вас, - с этими словами я резко развернулась и пошла прямо по коридору. -Линн!!! Я люблю тебя, я умру здесь, Линн! Стой!!! Краем глаза я увидела, как Джон, начальник охраны Майкла, что-то сказал ему на ухо, и оба вышли. Сев в кресло самолета, я сразу же попросила успокоительное, но в ушах еще долго стоял этот крик, полный невыносимой боли и дикого отчаяния. Наконец я почувствовала, как подо мной словно открылся какой-то люк. Темнота, темнота… …Я брела в одиночестве по длинному темному коридору без дверей, слабо освещенному какими-то свечками, прилепленными воском к холодной каменной стене. Где я? Кто я? И где Майкл? Последний вопрос интересовал меня больше всех остальных, вместе взятых. Впереди замерцал слабый огонек света. Он там, его не может не быть там! Я бежала бегом, но коридор всё не кончался. Пустота…мои ноги нащупали пустоту, и я провалилась во что-то мягкое и светлое. Кровать? Почему-то вдруг оказалось, что я лежу на мягкой бархатной подушечке с кисточками по углам, а рядом находится какое-то тело, наспех прикрытое белой простынью с бордовыми пятнами. Какой необычный рисунок на белье… Майкл, вот он, прятался под простынкой, гаденыш! Я нашла его! Майки! Его руки были ледяными. Опять скачет давление… нужен врач…Майкл!! Майкл… Он был мертв. Нет, этого не может быть, это неправда!! Скинув простынь, я увидела огромную рану на его груди в районе сердца, из которой сочилась кровь…этого не может быть… В дверях показалась инвалидная коляска, в которой сидел коварно усмехающийся Влад: -Это ты сделала, ты! Теперь мы обручены навеки! – вслед за этим послышался дьявольский смех вроде того, что звучит в конце «Триллера». О Боже, где я, куда я попала… -Мисс, очнитесь, мисс! – кто-то настойчиво теребил меня за плечо. Открыв глаза, я увидела улыбающуюся белокурую стюардессу с чашкой горячего чая в руках. –Мисс,- повторила она по-английски, - самолет идет на посадку, Вы проспали весь полет. Вот Ваш чай, – Все так же мило улыбаясь, она поставила стакан на столик рядом со мной и отошла к другим пассажирам. Обернувшись, я попыталась оценить по их лицам, кричала ли я во сне и если да, то что именно, но все они сидели абсолютно спокойно и смотрели на меня вполне обычным взглядом. Значит, не кричала. Ну и сон. Помнится, кошмары не снились мне с далекого детства. Это всё проклятые таблетки…Сердце билось чересчур уж сильно и слегка покалывало. Больше ни одной никогда, черт бы их побрал! Я проспала три с половиной часа. Теперь нас разделяло огромное расстояние и вечность. Я снова не знаю, где он и что с ним и уже не узнаю никогда. Если мне повезло один раз, то второго такого везения точно не будет, да и он не простит меня при любом раскладе. Вот и всё. Майкл Джексон для меня умер. Как во сне. И убила его я сама, всадив ему нож по самое сердце. Всё, сказка кончилась. Я сижу в обычном самолете, хоть и в бизнес-классе, и вокруг меня - обычные люди, а не умершие знаменитости. И так будет теперь всегда, всю жизнь. Ты снова можешь жить, как все! Ты – обычная женщина и всегда ею была, а дома тебя ждет самый обыкновенный мужчина, бизнесмен, не звезда. Это ли не счастье? И тем не менее всю дорогу домой я не переставая косилась на экран мобильного телефона. Наконец мои нервы не выдержали, и я набрала до боли знакомый номер. Недоступен. Я должна позвонить Джону, пусть он мне просто скажет, что с ним всё хорошо, и я больше никогда его не потревожу. Недоступен. Домашний телефон, им пользуются редко, но шансы есть… В трубке раздавались гудки, но никто не отвечал. Внезапно мне стало по-настоящему страшно. Выйдя со смартфона в Интернет, я открыла почту, но и там была пустота. «Написать». «Майкл, просто пойми, что так было нужно. Ты еще обязательно встретишь свою единственную, просто ею оказалась не я. Прости. Линн». Ни в коем случае нельзя было писать о том, что я его люблю. Зачем делать ему больнее? «Отправить». Всё, теперь точно всё, навсегда. Прошло где-то десять минут перед тем, как телефон запищал у меня в кармане. Почта! Он ответил мне, значит, с ним всё хорошо! «Sorry, this e-mail address does not exist. Please try again later». Майкл удалил свой почтовый ящик.