В травы

Вечер радовал хорошей погодой, в связи с чем в Косом переулке наблюдалось некоторое оживление. В последнее время Гарри избегал выходить в люди, но с учетом недавних событий, произошедших в его жизни, дома тоже особенно не сиделось. "Хорошо было раньше, - думал британский министр магии, надвигая капюшон мантии на лоб, где красовался всем известный шрам, - когда мы были молоды и отходчивы". В глубине души он, конечно же, знал, что всё ещё молод, согласно общественным стандартам, и что особенно отходчивым ни один из них - Драко, во всяком случае, уж точно - не был, но память, словно издеваясь, подбрасывала мало реалистичные теперь картинки былого счастья. Гарри, словно вчера, помнил времена, когда одно появление мужа приводило его в возбуждение, будоражило кровь и сосредотачивало все мысли и чувства на стервозном и загадочном обладателе платиновой шевелюры. Теперь же при виде супруга Гарри испытывал противоречивые чувства. Драко вызывал симпатию магического сообщества - производить нужное впечатление он умел и раньше, а объединив силы с Гермионой, и вовсе превращался в идола. Тем не менее, никто пока не предполагал, чем обернётся его внезапное сближение с широкими массами очарованных спрнтанной открытостью обывателей. И Гарри с замиранием сердца ждал, во что же выльется авантюра, в которой он и сам ещё недавно по незнанию и глупости был заинтересован, когда же наступит тот самый момент истины, который может стать для них с Драко, да что там, для всей магической Британии, при определённом стечении обстоятельств, точкой невозврата. - Эй! Смотри, куда прешь! - Гарри с ужасом узнал в налетевшем на него запыхавшемся маге Криви. - Гарри?! Гхм, господин министр, - быстро поправился тот. - Один вопрос, господин министр! - Без комментариев, - буркнул Гарри и поспешил завернуть за угол, чтобы, не привлекая внимания, воспользоваться портключом. Драко явно не ожидал такого скорого возвращения супруга. Он сидел у камина, вытянув к огню свои длинные ноги в домашних туфлях, и Гарри невольно сглотнул при виде его заголившихся щиколоток. - Я, - начал было он в ответ на выразительно приподнятую мужем бровь, но не нашёл нужных слов, чтобы закончить. - Проклятье, Малфой, почему ты в гостиной? Ты разве не должен лежать в постели? - ничего лучше, чем прикрикнуть на взбалмашного мужа Гарри в голову не пришло. Драко плотно сжал челюсти, и Гарри приготовился к нелестному замечанию в свой адрес, но этого не произошло. - Отнесешь меня в спальню? - спросил вместо этого Драко миролюбиво. Настала очередь Гарри выгибать брови. Безвыходность своего положения он предпочитал игнорировать. Малфой имел эту удивительную власть над ним, и невозможность отказать мужу злила Гарри невероятно. Однако он прекрасно понимал, что перспективы их с Драко брака и так стремятся к нулю, поэтому ничего лучше, чем уступить, министр выдумать не смог. - Спрашивай, Поттер, - промурлыкал аристократ, опущенный на лоскутное одеяло, приятно пахнущее свежестью, пару минут спустя. - Что? - удивился Гарри, в голове у которого Драко Малфой и лоскутное одеяло находились на разных полюсах. - Что "что"? - Драко моментально сменил мурлыкающий тон на раздраженный. - Эклектика, - пробормотал Гарри, продолжая смотреть на пестрые отрезки ткани, сшитые между собой. Теперь уже удивился Драко . - Какие мы знаем слова, - поддразнил он, выразительно приподняв брови. - Слушай, - рассердился Гарри, - я больше так не могу. Взгляд его блуждал по спальне, цепляясь за знакомые детали интерьера, с которыми одеяло откровенно конфликтовало. - Как "так"? - Малфой посмотрел на мужа с вызовом. - Давай помиримся, - предложил Гарри, не особо рассчитывая на результат. - Мы и не ссорились, - в голосе аристократа звучал уже не только вызов, но и металл. - Мы потеряли ребенка. - Напомни мне, - в очередной раз обшарив глазами комнату, Гарри не нашел ничего лучше, чем присесть рядом с мужем на кровать, - как у нас вообще появился ребёнок. - В том-то и дело, - устало протянул Малфой, глядя в потолок, - что он так и не появился. - Или она, - к своему собственному удивлению пробормотал Гарри. - Ты хотел бы девочку? - Драко вел себя странно, словно его наконец разморозили, такой эмоциональной вовлечённости он не демонстрировал... Да никогда он её не демонстрировал! - Я вообще не хочу детей, - отчеканил Гарри. - Я тебя хочу! Малфоевских губ коснулась неприятная, циничная улыбка, не предвещавшая ничего хорошего. - Я не это хотел сказать, - выпалил Гарри в надежде объясниться, но серые глаза аристократа уже начали индеветь, усугубляя неприятное впечатление. - А что? - тем не менее тихо спросил Драко голосом волшебника, близкого к непростительному. Гарри молчал. Не потому, что всё сказанное им могло бы и было бы использовано против него, а потому что ему и самому не нравилось то, что он собирался сказать, но сказать ему это очень хотелось. - Уходи, Поттер, - посоветовал Драко, выдержав напряжённую паузу, которую Гарри так и не решился нарушить. - Нет, - разозлился Гарри. - Нет? - аристократ удивлённо приподнял бровь. - Нет, - повторил Гарри, - я с места не двинусь, пока ты мне не скажешь, какого дементора тебе понадобился этот проклятый ребёнок! - Твой ребенок, - уточнил Драко с нажимом. - Драко, - Гарри почувствовал, что теряет терпение, - Я. ЕГО. НЕ. ХОЧУ, - по слогам проскандировал он. Пощёчина обожгла геройскую щёку. - А меня, значит, хочешь? - прошипел Драко, и его зрачки мгновенно стали жемчужно-белыми от бешенства. - Ну давай! - Не смей! - Гарри закрыл лицо руками, когда муж начал срывать с себя одежду. Он не хотел видеть впалый малфоевский живот, главным образом, шрам на нём, но хуже этого было то, что по щекам аристократа покатились настоящие слезы, вида которых его супруг уж точно не мог выдержать. - Мордред и Моргана, - прокричал Гарри, зажмурившись от внезапной сильной боли в районе солнечного сплетения, - да зачем он тебе так нужен? Зачем тебе кто-то ещё?! Зачем тебе кто-то, кроме меня?! Драко так удивился, что перестал плакать. Он придвинулся к Гарри и притянул его к себе. - Ты ревнуешь, что ли? - теплое дыхание мужа обдало ухо, и Гарри почувствовал волну мурашек, пустившуюся по его спине. - Послушай, я не имел в виду, что хочу не вылезать с тобой из постели, - попытался сформулировать министр, переведя дух, - хоть я понимаю, что именно так у нас всё и есть, но я хочу тебя в моей жизни, и есть ещё куча вещей, которые пары делают вместе, а мы даже ещё не пробовали. Мне не нужен кто-то ещё, кто будет перебирать твоё внимание на себя, это не просто неохота, это прямо жгучее нежелание с моей стороны. По мере того, как герой говорил, ему становилось легче. Глаза он по-прежнему держал закрытыми - на всякий случай. Иногда у Драко бывал такой взгляд, из-за которого слова не шли с языка, и напороться на него в момент, когда следовало как нельзя лучше обозначить свою позицию, было бы равноценно фиаско. - Вот, значит, как? - Гарри чувствовал, как муж возится на постели рядом, устраиваясь поудобнее. - Очень жаль. В голосе Драко звучало неприкрытое разочарование. - Стало быть, гриффиндорский лев, защитник слабых и обиженных жизнью, тот ещё эгоист? - малфоевские смешки потонули в поцелуях, коснувшихся век. - Ну же, Поттер, посмотри на меня! Да открой ты глаза! Гарри предпринял над собой соответствующее усилие, за что был поцелован в губы. - Трусишка, - поддразнил его Драко. Гарри вздохнул с видимым облегчением. - Мне, и правда, очень страшно, - признался герой, - за тебя. Не делай так больше. - Не буду, - легко согласился аристократ, придвигаясь вплотную к мужу. - Тем более, вопрос уже закрыт, как ты знаешь. Гарри молчал с минуту. Разочарование, сменившиеся принятием, было реакцией, которую несомненно приятно получать, но как бы ни хотелось герою ответить тем же, он не испытывал в себе сил примириться с ситуацией. - Не связывайся с Гермионой, прошу, - взмолился герой. Драко отстранился. Он не отталкивал мужа и не пытался увеличить дистанцию между их телами, но что-то неуловимо изменилось, и этого было достаточно для понимания ситуации. Гарри встал и покинул комнату, не оглядываясь. Он все ещё не мог поверить, что они всерьёз обсуждают возможность иметь ребёнка.