Изнутри и снаружи

Она:       Отец попросил приехать к нему, такое нечасто случалось. В основном я проводила время так, как мне вздумается. У моей семьи никогда не было финансовых затруднений, и пару лет назад, отец отдал мне небольшую фирму по оформлению афиш, она приносила достаточно прибыли, чтобы молодой девушке жить свободно, я следила за ходом дел, но по статусу семьи мне не давали жить, так как хочется в полной мере. Мешали постоянные репортеры. Они, казалось, были вездесущи! Раздражали, норовя выцарапать микробы из под ногтей, и сделав химический анализ, донести на меня родителям: где была, что делала, в чем повинна на сей раз. И вот сейчас, случилось именно это. Очередная скандальная статья, с сильно преувеличенными фактами, вышла в желтой газетёнке, и отец ее увидел. Я, просто, в субботу веселилась в клубе, ну может кто-то и хотел купить мне коктейль с надеждой на продолжение, но на этом дело закончилось. Я вернулась домой. А утром обнаружила ЭТО! У меня, оказывается, теперь появился новый «жених», и подвижные иллюстрации к статье подробно и красочно кричали о наших «романтических отношениях». Звонок от родителей был логическим завершением паршивого утра.       Я дала Фелу кристал с направлением в родительский дом, чтобы он поместил его в ласетт, а сама пошла позавтракать. Утренний кофе, приготовленный Фелом, всегда был великолепен. Почему нельзя пить кофе в обед, и вечером? Что за глупая традиция, подавать этот напиток только утром?! Надо будет ее изменить, может Фаррел и будет ругаться, но я думаю переживет такое зверское надругательство над кулинарными традициями. Фаррел или коротко Фел, как я часто его называю, уже довольно долго является моим поваром и водителем, по совместительству. Я не люблю множество слуг, поэтому он и сочетает в себе обе роли. Кулинар из него превосходный, надо сказать. Ну а водитель… так, посредственный. Хотя водить ласетт много ума не надо, просто суешь в него кристалл с направлением, и все. Только следи, чтоб кто шальной не выскочил на пути. Но папочка всегда говорил: «Женщина за рулем – рсонка с гранатой» - не удивлюсь, если такая поговорка есть не только на нашей планете. Мужчины – везде мужчины. Спустившись с крыльца, я еще раз полюбовалась своим новеньким темно-синим ласеттом, превосходный, похожий на каплю, такая утонченная красота в нем. Купила всего неделю назад, еще не могу привыкнуть, поэтому пищу от восторга при каждом взгляде, да и кристаллы с направлениями еще не все в него заправлены. Так он мне нравится! Залезла внутрь, и Фел тронулся с места. ***       Отец был в бешенстве, и поставил заезженную пластинку, о том что мне уже двадцать шесть, что если бы у меня был суженый, или хотя бы постоянный поклонник, то такого позора семьи можно было бы избежать. Что я уже должна определиться, и если я сама этого сделать не могу, тогда у него есть предложения. «Ого! Это уже интересно! - мелькнуло в голове. – Отец взялся за меня вплотную». И после этих слов он провел рукой по кристарху, активируя его, и там меня уже поджидали изображения моих потенциальных женихов или хотя бы любовников. Все они были из круга общения моего отца. Он считал их достойными моего внимания. Как же! Это его внимания они были достойны – ханжи и карьеристы. Я знала их всех по именам, и не хотела иметь с каждым из них ничего общего. О чем и сообщила в ярких красках любимому папочке. Сама разозлилась, и его довела до белого каления. Бросила ему, что если он хочет чтобы я нашла себе пару, то я выберу ее сама, из самых низов общества, и он не сможет повлиять на мое решение, которое уже завтра будет известно любопытному народу из газетёнок. Демонстративно хлопнула дверью, в бешенстве доставая тонкар и связываясь с Бастьеном, он мне в этом месте понадобится, это точно, направилась в самую пучину разврата – публичный дом.       Когда я вошла в здание, гнев уже потихоньку угасал, но все еще давал о себе знать, подспудно проявляясь в голосе. Первое что бросилось в глаза у самого входа, это парень-уборщик, он смотрел, не отводя глаз, что само по себе было странно. Но, не это главное. Он был какой-то истощенный, черты лица заострились, темные круги под глазами, но в них все равно плескался бунт. Он казался замученным, но не сломленным. Его даже можно было бы назвать красивым, стальные глаза, тонкие черты лица, светлые длинные волосы, выбивающиеся их неаккуратного хвоста, точно сам вязал, больше некому. Но окончательно портила вид грязная застиранная одежда, забывшая собственный цвет. Такой контакт взглядов долго длиться не мог, парень, конечно, вспомнив про рамки приличия, опустил голову и продолжил свое занятие.       Хозяйкой этого заведения была Кора, я знала о ней. Да, наверное, все знали. Она опознала меня и мгновенно подлетела, участливо заглядывая в глаза, стараясь угодить. Точно ради чаевых старается. Противно. Она, конечно же, сразу пригласила меня в каминный зал, только там она общалась с «дорогими гостями». Чай, конфеты, ничего мне в этом месте не надо. - Я хочу заключить с вами сделку, госпожа Корина. – объявила я, чем немало ее удивила. - Как пожелаете, Аноянна. – она знала, как и большинство знакомых моего отца, что я ненавижу когда меня называют госпожой, и этого обращения не использовала. Ну что ж, плюс-один ей. – Чем же я могу вам угодить? - Я хочу перевести на себя долг одного из ваших… - я замешкалась подбирая слово, для этих служителей плотской любви, - работников. – Единственное приличное из всех перебранных, пришедшее в голову. Я знала, что большинство попавших сюда молодых людей, родившихся под несчастливой звездой, мечтали бы выбраться. И мысль помочь одному из них, и одновременно насолить родителям грела мою душу. - Соберите их, чтобы я могла посмотреть. Я заберу его сегодня же. И не вздумайте пытаться меня обмануть. Бастьен – лучший юрист в городе. – Я указала ладонью на своего спутника. – Хотя, думаю, вам это и так известно. – Она противненько улыбнулась, и с поклонами и извинениями за неудобства суетливо выскочила из зала.       Долго ждать не пришлось. Прошло от силы минут двадцать, в разглядывании дешево-помпезного убранства, и воспоминаниях разговора с отцом, и Кора слащаво позвала меня в общий приемный зал. - Леди Аноянна, проходите, пожалуйста, все готово! – и снова не назвала госпожой, сильно старается угодить.       Я вышла, и увидела ряд имеющихся в наличии «рыцарей» и на первый взгляд ни один из них не был даже приблизительно симпатичным. Мне нравились необычные люди, а здесь все были по стандарту. Одного от другого отличить сложно. Я подумала, что уж раз выбирать себе «жениха», так он хотя бы внешне мне должен нравиться. Понятно, что про манеры и образование думать не приходится. Никто из стоявших в ряду так и не привлек внимания. Кора постоянно трещала, ни на секунду не давая тишине пробраться в помещение. Утомила. Ряд молодцов закончился… Я развернулась, чтобы уйти, но тут вновь встретила его взгляд, того парня-уборщика. Он поспешно опустил голову, но я успела почувствовать что-то в его глазах. Может силу? Нет, что-то другое. Пожалуй, из всех просмотренных мною лиц, он был самым привлекательным. Ну что ж, если больше выбора нет… Может так и лучше, это даже не «работник», может в нем всякой заразы меньше. Я быстрым шагом направилась к нему, а Кора, с неиссякаемым словарным запасом, тащилась за мной. - Кто это? – я подошла почти вплотную к парню, и задала достаточно понятный вопрос хозяйке. Но она вклинилась между мной и уборщиком, и застрекотала с новой силой: - О! Это садовник наш, он розы поливает, ведь правда у нас в саду прекрасные розы! Вы не находите? – явно указывая куда-то за окно, совершенно непонятно зачем. Боже! Как свет белый носит таких глупых людей! - Нет. – Я уже откровенно злилась на ее непонятливость. – Кто находится у вас за спиной? – она все еще хлопала глазами, как видно, опять не поняла вопроса. Нет, ну бывает же! - Отойдите, пожалуйста. – Сдалась я, решив поговорить лучше напрямую с интересующим меня объектом. Я немного опустилась, чтобы обратить на себя его внимание, и прикоснулась к его лицу, без этого жеста по традициям слуга не смел поднять голову. Между бровей моментально появилась морщинка. Показалось что этим движением я причинила ему боль. Как? Почему? Не люблю, когда так происходит. И я как можно спокойнее спросила: - Как твое имя? - К… Кайрель, госпожа. – Он запнулся, дернул голову вниз, наверное я напугала его. Вся эта ситуация казалась нелепой, хотелось выпрямиться, и не хотелось причинять ему боль, тем более непреднамеренно. От этого я даже сразу не обратила внимания, что он назвал меня госпожой. Только после догоняя смысл сказанного. -Поднимись, Каийерелль. – задумчиво протянула я, имя произнести оказалось довольно сложно, и выпрямилась сама, наконец-то. Выглядел он прямо скажу, не очень, но мне показалось, что можно будет привести его в порядок: причесать, одеть, нет… сначала помыть. Ну, завтра, конечно, репортеры о моем «женихе» не узнают, но, может, через недельку. Да, определенно его необходимо засунуть под воду! - Даю вам десять минут, чтобы отмыть его. Приготовьте душ в люксе, пока он будет там, я подожду в комнате. – И пошла в номер, ожидать его появления в более пристойном виде.