"Не дайте им умереть"

...Мечты и свечи оплывали, Бесцельно жизнь неслась в трубу... (Одоевцева Ирина) Когда я просыпаюсь, в комнате потрясающе тепло. Гейла рядом нет. Некоторое время я лежу с закрытыми глазами, воскрешая в памяти картины вчерашнего вечера и ночи. Вставать не хочется. Не открывая глаз, прислушиваюсь к тишине дома. Либо Гейл сидит неподвижно, либо куда-то ушел. Доски пола здесь так скрипят, что даже его бесшумные обычно шаги слышны на весь дом. Но куда он мог отправиться в такую погоду? За окном все-еще капает дождь… Впрочем, это и хорошо, что Гейла нет. Мне нужно успокоиться и собраться с мыслями, чтобы понять, как себя теперь вести с ним. Уже поднимаясь с кровати, я понимаю, что моя одежда вряд ли высохла. Вчера нам было не до того, чтобы аккуратно раскладывать ее перед камином. С другой стороны, Гейл же не раздетый ушел. Наверное, придется позаимствовать какие-то наряды у хозяев этого дома. Проверка шкафов не занимает много времени – совсем скоро я обнаруживаю темно-синее шерстяное платье до колен. Надеваю его, а потом привожу в порядок свою старую одежду. Выглядит она, честно говоря, отвратительно – все-таки вещи плохо переносят, когда их стирают в реке и сушат, преимущественно, на теле. Может быть, ограбить местный гардероб? Как ни крути, вариантов у меня немного. Гейла в домике действительно нет. А вот дождь на улице закончился – стук капель, который я слышала, создавала вода, стекающая с крыши. Чтобы не думать о том, куда и зачем он ушел, я отправляюсь на кухню готовить обед. В шкафчиках нехитрый запас продуктов. Крупы, мука, тушенка. Помимо воли я задумываюсь о том, что произошло с хозяевами этого дома. И почему он стоит на отшибе? Я уже поняла, что жители некоторых дистриктов имели больше свободы, чем мои соотечественники. Недаром же забор во Втором оставили без напряжения. Но неужели им можно селиться за чертой города? Или здесь это в порядке вещей? Из раздумий меня вырывает подозрительный запах жаренного. Вроде бы, его не должно исходить от каши… Кое-как спасаю свой кулинарный шедевр, а потом на радостях решаю заварить чай. И тут возвращается Гейл. Я слышу, как он входит в дом, и чувствую приближающуюся панику. Что сейчас произойдет? Он сразу скажет, что между нами ничего быть не может? Или предпочтет сделать вид, что ничего не произошло? И как мне реагировать? Изобразить безразличие? А если не получится?.. - Привет, - говорит Гейл, появляясь на пороге и демонстративно принюхиваясь. – Что сожгла? - Твою любимую гадость в котелке. - Ну, ей это вряд ли повредит… Он улыбается, а я пытаюсь сделать вид, что оскорблена в лучших чувствах, хотя на самом деле испытываю облегчение. Видимо, неприятный разговор откладывается. К моему огромному удивлению, обед получается почти съедобным. Мы садимся друг напротив друга и, впервые за эти недели, едим за столом, как нормальные люди. Гейл ничего не рассказывает про свою отлучку, и тогда я сама интересуюсь: - Где ты был? - Осматривался… Мадж, ты уверена, что нашла соль? Воздерживаясь от комментариев, встаю и подаю ему солонку. Потом снова устраиваюсь напротив, ожидая дальнейших объяснений. Однако Гейл молчит, так что приходится снова спрашивать: - И где мы? - Возле Первого, как я и думал. Совсем рядом расположена какая-то деревня, но я туда не ходил. Это, судя по всему, дом лесника и его семьи. Пробудем здесь до завтра, чтобы земля немного просохла. Я рада отсрочке, потому что не представляю, как идти по грязи, а потом спать на мокрой земле. Но в то же время, мне тревожно… Находиться с Гейлом в замкнутом пространстве как-то некомфортно. После обеда я мою посуду, зачем-то навожу на кухне порядок, проверяю шкафчики на предмет вещей, которые могут нам понадобиться в пути… в общем, делаю все возможное, чтобы занять руки. Жаль, что голову занять не так просто. Гейл в это время включает старенький телевизор, чтобы узнать последние новости. Беспрерывно идет трансляция повстанцев. Отчеты о жизни дистриктов. Рапорты относительно подготовки штурма Капитолия, который, как я понимаю, начнется в самом скором времени. Агитационные ролики с Китнисс… Мне хочется увидеть подругу, но я не могу заставить себя войти в гостиную. Стою и слушаю из-за двери ее голос, призывающий к борьбе. Сильный, искренний, уверенный и… чуть надтреснутый. Где-то там, глубоко-глубоко, почти незаметно. Эта трещинка заставляет меня ощутить острый укол вины. Из-за меня Китнисс осталась одна. Я не только бросила ее, но и стала причиной исчезновения Гейла. И пусть я этого не хотела… Все равно, Китнисс сейчас одиноко. Пит не в себе, я и Гейл – далеко. Рядом с ней только Прим, но ведь она, несмотря на свой ум и рассудительность, совсем еще ребенок. Чтобы как-то успокоиться, начинаю по второму разу убирать кухню. Отмываю до блеска это никому не нужное помещение, в которое, может быть, больше не ступит нога человека. Но все равно в душе бушует ураган. - Ты чего здесь? – спрашивает Гейл, появляясь на пороге. Он выглядит так же, как обычно, и невозможно сказать, произвело ли на него впечатление появление на экране Китнисс. Невозможно… если не чувствуешь его так, как я. - Убираю, - я разгибаюсь и откладываю тряпку. - Надо же, значит, от женщины в доме все-таки есть польза? - Тебе скучно? – интересуюсь я. – Может, займешься чем-нибудь продуктивным? - Я пришел предложить тебе то же самое, - мягко произносит Гейл, и я опомниться не успеваю, как он уже убирает волосы с моей шеи и касается кожи губами. По телу мгновенно разливается горячая волна, а сердце начинает биться часто-часто. - Подожди, - прошу я, отстраняясь. Гейл отступает на шаг и смотрит на меня с видом человека, которой знает, что сейчас ему придется выслушать целую кучу глупостей. - Нам нужно поговорить, да? – полувопросительно произносит он. Мой желудок мгновенно сжимается, а руки леденеют. Не хочу разговаривать! Не хочу слышать, что он меня не любит и никогда не полюбит! Не хочу ничего знать о сексе без обязательств! Но я ведь сама его спровоцировала. Гейл выдыхает и задумчиво ерошит волосы. Потом внимательно смотрит на меня. - Мадж, послушай… - Нет! – перебиваю я. – Не говори ничего. Я все правильно поняла. Не хочу слышать, что то, что между нами было, ничего не значит. Не могу этого слышать. Кажется, если Гейл сейчас произнесет эти слова, я просто умру на месте. К счастью, он молчит. Смотрит вопросительно. Наверное, придется объяснить. - То… - ну давай, Мадж, смелее. Если этого не скажешь ты, скажет он. - То, что между нами было… ничего не значит. Мы просто… просто нужны друг другу… чтобы выжить… чтобы добраться до Капитолия. Ничего больше. Ну вот, я это сказала. Отлично, теперь нужно просто расслабиться, и постараться не упасть в обморок. И не разреветься… по крайней мере, пока Гейл не выйдет из кухни. - Неожиданно, - задумчиво произносит он. Я недоуменно хмурюсь, поднимая голову. Это не та фраза, которую я готовилась услышать. - Но ведь я права? Хочу, чтобы это прозвучало, как утверждение, но помимо воли у меня проскальзывает вопросительная интонация. Это звучит ужасно… словно я жду его одобрения. Злюсь на себя, но ничего не могу поделать. - Да, - просто отвечает Гейл. – Да, ты права. Не буду тебя отвлекать. И он уходит, а я остаюсь в полутемном уже пустом помещении никому не нужной кухни. Медленно-медленно подхожу к крану, откручиваю воду и тихонько реву, стараясь не всхлипывать громче, чем струя воды бьется о чашу раковины. Оказывается, почти безразлично, кто это скажет… * * * До следующего утра мы друг с другом не разговариваем. Потом не спеша собираемся, чтобы покинуть брошенный дом лесника. Гейл берет с собой несколько ножей, компас, моток крепкой веревки, кусок клеенки, флягу с водой, кое-что из еды и котелок. Я запасаюсь спичками, мылом, салфетками и коробкой зубного порошка. Подумав, беру еще большую сумку и немного одежды. Повезло, что у жены (или дочери) местного лесника почти мой размер. - Идем по карте, - говорит Гейл, когда мы покидаем наше временное пристанище. – Нужно отойти сегодня как можно дальше от дистрикта. Здесь мы рискуем напороться на повстанцев. Я молча киваю в ответ. Идем до самого вечера. Ноги гудят от усталости, в желудке какая-то тяжесть, хотя я почти ничего не ела и не хочу. Воздух все-еще влажный и от этого достаточно холодный. А еще мне кажется, что я скоро разучусь разговаривать… В последнее время мы с Гейлом часто говорили во время таких вот переходов. И не то, чтобы у нас было так уж много общих тем – чаще всего эти разговоры казались абсолютно пустыми. Но в такие моменты я, по крайней мере, не чувствовала одиночества. А теперь кажется, что он вообще забыл о моем существовании… Все-таки я была дурой, когда решила, что смогу жить одним мгновением. Когда останавливаемся на привал, Гейл кое-как разводит костер из полусырых сучьев. Костер не греет, а только чадит, но все равно с ним как-то уютнее. Опускаюсь рядом на корточки и некоторое время грею руки. Интересно, как мы проведем эту ночь? Если он разговаривать со мной не хочет, то наверняка и спать рядом откажется. Или нет? Уже собираюсь как-то ненавязчиво уточнить этот вопрос, когда Гейл резко поднимается на ноги и замирает. Я в недоумении смотрю на него, а Хоторн вдруг начинает быстро тушить костер. Мне тут же становится тревожно, но спросить ничего не успеваю, потому что Гейл рывком поднимает меня за плечо. - Вставай, нужно уходить! - Что происходит? - Не знаю. Но мне это не нравится. Отличный ответ. Сразу все стало на свои места… Открываю рот, чтобы потребовать объяснений, да так и замираю – откуда-то издалека доносится яростный лай собак. В горле мигом пересыхает, и я судорожно сглатываю. - Это за нами? - Нет. Вряд ли. Скорее всего, какая-то облава. Но мы можем попасть под раздачу. Бежим. Понятия не имею, куда можно бежать в сгущающихся сумерках. Но Гейл прав – если мы останемся здесь, то попадем в беду. Стараюсь двигаться максимально быстро, но усталые ноги вязнут в грязи. А лай стремительно приближается. Гейл останавливается и перехватывает мое предплечье. - Разделимся, - быстро произносит он. – Возьми компас и иди все время на север. Я уведу псов и найду тебя. - Нет! – пугаюсь я и с силой стискиваю его руку. – Нет, не бросай меня! - Вместе мы точно не успеем скрыться. А бегаю я намного быстрее тебя. - Мы разминемся в лесу! - Нет, если ты будешь идти на север. Давай, Мадж, не испытывай мое терпение! - А как ты без компаса? - Разберусь. Иди! Гейл стряхивает мою руку, и я судорожно прижимаю ладонь к груди, словно пытаясь сохранить его тепло. Все это неправильно. Неправильно! Я хотела помогать ему, хотела заботиться о нем, а теперь он будет рисковать жизнью из-за того, что я слишком медленно бегаю. - Гейл… - Иди, я сказал! – рявкает он и почти отпихивает меня в сторону. – Поторопись. Я тебя найду. Зажжешь костер завтра вечером, если не встретимся раньше. Еще несколько секунд я смотрю в его лицо, прислушиваясь к многоголосому лаю, а потом сдаюсь. Разворачиваюсь к Гейлу спиной и иду в том направлении, которое показывает стрелка. Мне не верится, что все это происходит на самом деле. Мне не верится, что я, может быть, больше никогда его не увижу. Нельзя, нельзя все так оставлять… Обернувшись, я понимаю, что Гейл ушел. Поспешно возвращаюсь на развилку, где мы расстались. Он надеется, что свора возьмет его след. Но мы ведь не знаем, что это за собаки. Может быть, ими командуют люди… в любом случае, нужно предусмотреть все варианты. Чтобы привлечь внимание людей, я выкладываю на самом видном месте пистолет, который мы когда-то нашли в вещах беглецов из Четвертого. Чтобы привлечь внимание псов – осторожно надрезаю кожу на предплечье и смахиваю на ближайшие кусты несколько капель крови. Вот и все. Все, что я могла сделать. Надеюсь, свора не ошибется… Теперь только нужно отойти подальше от Гейла. Посоветовав себе двигаться побыстрее, я решительно закидываю на плечо сумку и делаю первый шаг. Усталость отступила, вытесненная адреналином, и теперь я полна сил и энергии. Не позволю Гейлу рисковать собой. Я должна позаботиться о том, чтобы он выбрался из этого леса живым!