"Не дайте им умереть"

Мы проводим в этом домике еще один день. С самого утра откуда-то издалека доносится лай собак, и Гейл решает, что лучше не высовываться. Он сидит над картами, полностью погруженный в них. Пытается понять, с какой стороны легче пробраться в тщательно охраняемый Капитолий. Мне хочется рассказать то, что я узнала от Люка. Хочется предупредить Гейла о том, что Капитолий уже штурмуют. О том, что туда едет Китнисс… Не могу. Не сейчас. Сначала я должна еще раз поговорить с другом. Время до вечера тянется нестерпимо медленно. Я пытаюсь приготовить что-то сносное, не зажигая печь, но терплю сокрушительное поражение. Потом просто сижу рядом с Гейлом, молча наблюдая за ним. Почти целый день мы не разговариваем. Вечером Гейл говорит, что завтра с утра нужно снова отправляться в путь. Я согласно киваю. В принципе, можем выйти хоть сейчас – все равно собираться не нужно… Когда мы ложимся в постель, я нерешительно тянусь к Гейлу, но он лишь легко касается губами моего виска. - Отдыхай… От чего мне, интересно, отдыхать, если я целый день бездельничала? Но настаивать не решаюсь - Гейл сейчас слишком сосредоточен на планировании нашего будущего. Всеми его мыслями опять завладела Революция. Он знает, что у нас есть всего один шанс, и хочет использовать этот шанс по максимуму. Лежу тихо-тихо, пока Гейл не засыпает. Самой мне спать не хочется – напряжение не отпускает. Осторожно выбираюсь из-под теплого одеяла и, обхватив себя руками за плечи в тщетной попытке согреться, иду в прихожую. Надеваю ботинки, набрасываю куртку и достаю коммуникатор. Все как вчера. Люк принимает вызов после первого же сигнала. - Мадж? Ты сегодня рано. - Так получилось. Как твои дела? - Если честно, не знаю, что сказать. Против меня возбудили дело. - Возбудили дело? – переспрашиваю я, хмурясь. – Что такого ты натворил? - Да, по сути, ничего! Официально, причиной стало неоказание помощи Солдату Ройсу. Но он реально был не жилец, Мадж! Все, что я мог сделать, это облегчить его страдания. Это все понимают… - Тогда в чем дело? - Понятия не имею. Черт! И главное, как не вовремя. Ясно, что никакая уголовная ответственность мне не грозит, но пока не будет оглашен приговор, я не смогу покинуть Тринадцатый. В его голосе столько отчаяния, что я невольно проникаюсь к Люку сочувствием. По идее, конечно, это он должен мне сочувствовать. Но я прекрасно знаю, что сидеть без дела, когда близкому человеку грозит опасность, намного хуже, чем готовиться встретить эту опасность лицом к лицу. - А что мать? - Ничего. Меня к ней не пускают! Иногда мне кажется, что она сама же об этом и позаботилась… Мадж, я ни черта не понимаю. - Знаешь, - негромко произношу я. – Мы все равно вряд ли смогли бы встретиться там. Слишком напряженная ситуация, и Гейл меня не послушает. Так что ничего страшного… - Да нет, Мадж, это очень хреново, - вздыхает приятель. – Но, знаешь, я попробую разобраться во всем этом идиотизме. Если мать что-то затевает, я обязательно узнаю! - Я не думаю, что… Движение воздуха за спиной заставляет меня замолчать. С ужасом оборачиваюсь и вижу Гейла. Я как-то забыла, насколько тихо он может двигаться. Гейл смотрит на меня – лицо непроницаемое, а глаза темные, опасные. У меня перехватывает дыхание и пропадает дар речи. - Я перезвоню, - шепчу я чуть слышно и отключаю коммуникатор. Потом поднимаюсь с крыльца и делаю шаг к Гейлу, но он уже скрывается в доме. Медленно, не чувствуя собственных ног, иду следом. - Гейл, я… - Как давно ты это делаешь? – отрывисто спрашивает он, не глядя на меня. - Всего несколько раз. Просто… когда мы с тобой разделились… мне было страшно… я… - Решила сделать доклад своему дружку? - Доклад? – непонимающе хмурюсь я. – Гейл, я ничего ему не докладывала! Мы просто общались. Люк хочет помочь… Бревенчатая стена домика содрогается, когда он ударяет по ней кулаком. Я сбиваюсь и замолкаю. - А я-то удивлялся, почему ты вдруг заинтересовалась нашими планами, - негромко произносит Хоторн. – Решила подстраховаться, верно? Я отчаянно мотаю головой. Я, конечно, догадывалась, что он разозлится, узнав о моем общении с Люком, но у меня и в мыслях не было… Как ему вообще могло прийти в голову, что я докладываю кому-то о том, что происходит с нами? - Послушай, ты… - Хватит! – рявкает Гейл и вдруг делает шаг ко мне. Я непроизвольно отступаю назад, настолько яростным он выглядит. В уголках глаз закипают слезы, и я часто-часто моргаю, чтобы не дать им пролиться. - Гейл… - Знаешь что, Мадж! – выдыхает он мне в лицо. – Делай что хочешь. Зови на помощь своего дружка из госпиталя. Койн… Да хоть Сноу. Только сама. Потому что я в этом фарсе участвовать не буду. Я еще не понимаю, к чему он это говорит, но тугой клубок в груди сжимается сильнее. И когда Гейл стремительно делает шаг в сторону, я хватаю его за рукав. - Нет, пожалуйста! Прости меня, я была не права… Я просто… Не глядя больше в мою сторону, Гейл просто дергает плечом и направляется к двери. Молча обувается. Берет в руки сумку и лук. - Не бросай меня… - выдыхаю я ему в спину, чувствуя, что не могу пошевелиться. Гейл на секунду оборачивается. Уголок губ чуть-чуть приподнимается в ухмылке. - Тебя есть кому подобрать. * * * После того, как он покинул домик, я еще некоторое время стою, прижимаясь спиной к стене, а потом бессильно опускаюсь на пол. Поверить в происходящее не получается. За все дни путешествия я так привыкла, что Гейл рядом. Пусть в самом начале он относился ко мне настороженно и даже предвзято, но я, несмотря ни на что, доверяла ему. Сейчас я чувствую себя беззащитной, несчастной, опустошенной. И что делать дальше, я не знаю. Прикладывая огромные усилия, чтобы не разреветься, я поднимаюсь на ноги. Свеча, которую Гейл зажег, когда выходил меня искать, еще горит. Прошло совсем немного времени. Он вряд ли ушел далеко… Нужно попытаться догнать его. Пусть сейчас ночь, пусть я не умею ориентироваться в чужой местности… Если не удастся вернуть Гейла, я все равно погибну. Однако не успеваю сделать и шага к двери, как она резко открывается. Гейл стоит на пороге. Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. Потом он швыряет на пол свою сумку, сбрасывает куртку и шагает ко мне. - Ты не ушел… - выдыхаю я чуть слышно. Гейл не отвечает. Во взгляде отражается почти ненависть. Он злится, что не смог бросить меня. - Гейл… - шепчу я. Хочется что-то сказать, оправдаться. Но слов просто нет. Одним резким движением он прижимает меня к бревенчатой стене. Крепко держит за плечи. В свете свечи я вижу, как блестят его глаза. Гейл выглядит необыкновенно мощным и опасным. Кажется, что на пути мне повстречался настоящий хищник. - Иногда мне хочется тебя убить, - негромко произносит он, одной рукой сжимая мое плечо. Вторая ладонь мягко ложится мне на шею. Я чуть запрокидываю голову и смотрю на него из-под полуопущенных ресниц. Я согласна умереть от его руки. Я почти хочу этого. Гейл берет меня за подбородок, притягивает к себе и целует. Не так, как в последние ночи, когда мы спали на одной кровати, тесно прижавшись друг к другу. Не так, как тогда, когда мы впервые стали близки. Так, как сейчас, он не целовал меня вообще никогда. Поцелуй грубый, жесткий. Его губы вжимаются в мои, язык по-хозяйски исследует мой рот. Мне не хватает воздуха. Я пытаюсь отстраниться, но Гейл не отпускает. Рукой придерживает мой затылок, а потом вообще вдавливает меня в стену так сильно, что я слышу его сердцебиение громче, чем свое собственное. Отчаянно подаюсь ему навстречу, беспорядочно скольжу ладонями по его спине. Использую каждую возможность, чтобы сделать короткий вдох. Меня всю трясет. Внизу живота сладко ноет, и от желания почувствовать его в себе, болезненно сжимаются мышцы. Гейл отстраняется от моих губ, припадая губами к шее. Его щетина ощутимо царапает кожу, но это совсем не больно. Резко, одним движением, Гейл разрывает ворот моего платья, а потом его пальцы нетерпеливо касаются моей груди. Холодные пальцы… Горячие губы… Я откидываю голову назад, упираясь затылком в стену. От его прикосновений по телу разбегаются электрические разряды. Гейл целует мою шею, вызывая яркие, почти болезненные, ощущения. Одновременно его ладони скользят по моим бедрам, приподнимая подол платья. Пальцы касаются моего белья, на секунду замирают, а потом начинают медленно стягивать трусики. Я провожу ладонями по его груди и плечам. Поглаживаю, царапаю… Пытаюсь стащить с него свитер, но не могу справиться с этой задачей. Грубая ткань не поддается. И только когда Гейл помогает мне, я могу, наконец-то, коснуться его кожи. Утыкаюсь губами в его плечо. Целую шею, скулу, тянусь к губам. Гейл расстегивает свой ремень, а потом снова касается моих бедер. Нетерпеливо поглаживает их руками, опускается вниз и вдруг одним движением подхватывает меня под попку, отрывая от пола. Я обнимаю его за шею и одновременно обхватываю ногами. Спина с силой трется о деревянную стену. Гейл сжимает мои бедра, притягивает к себе. Еще сильнее… еще ближе. Я сдавленно выдыхаю, когда он резко, одним движением, входит в меня. Пальцы сжимаются на его плечах, оставляя на коже следы от ногтей. Гейл двигается быстро, резко, ритмично. Кажется, он сейчас абсолютно не думает обо мне – просто отдается инстинктам. Но я почему-то чувствую, что это не так… Пытаюсь двигать бедрами навстречу ему, но не могу пошевелиться. Этот раз совсем не похож на предыдущие. Тело почти не подчиняется мне. Волны какого-то болезненного удовольствия накатывают одна за другой. Гейл ускоряется, входит все глубже, крепче сжимает ладони на моих бедрах. Я чувствую пульсацию внизу живота, мышцы судорожно сжимаются. Даже скрещенные ноги немеют. Пульсация усиливается, и с моих губ срывается сдавленный стон. А еще через несколько секунд Гейл хрипло выдыхает, прижимаясь лбом к моей шее. Он продолжает держать меня на руках. Я продолжаю сжимать его плечи. Несколько секунд мы стоим абсолютно неподвижно. Я оглушена тем, что произошло. Опустив меня на подгибающиеся ноги, Гейл молча поправляет нашу одежду. Слов нет. Я протягиваю руку и переплетаю наши пальцы. Гейл поднимает голову и смотрит на меня. - Ты не уйдешь? – тихо спрашиваю я. Голос хриплый, как после долгого сна. - Не сегодня, - качает головой он, а потом, за руку увлекая меня в комнату, добавляет: - Но не думай, что в следующий раз ты так легко отделаешься.