У мести нет срока давности

      Успев перехватить руль и вывернуть его в левую сторону, Стайлз крепко зажмурился из-за машинальной реакции организма и ощутил жгучую боль в правом плече, но не успел должным образом отреагировать, так как взрыв сзади заставил его ошалело посмотреть в зашедшееся трещинами окно. Сердце пропустило удар. Один из их автомобилей взлетел на воздух и приземлился где-то за обочиной, полыхая так ярко, что начало слепить глаза. Ком к горлу подкатил резко, перекрыв дыхание, но это была не машина босса. Он в другой, той, которая лежит поодаль на крыше. Стилински повезло, а вот водителю не очень. Он висел на ремне безопасности, и из его рта капала кровь. Стоило его бегло осмотреть, чтобы понять: пуля угодила в голову, а потом еще и кусок стекла вонзился куда-то под горло. То, что сам агент получил лишь легкие царапины и синяки, можно было назвать чудом, однако сам Стайлз считал, что попал в самый худший из своих кошмаров.

Ранее тем же днём.

- Всё должно пройти гладко, - Питер говорил уверенно и спокойно, смотря на себя в одно из зеркал, обрамленных резной рамой цвета венге. Дерек стоял рядом, привалившись плечом к каминной кладке, и смотрел в одну точку сосредоточенно и даже жутко. Стайлз занял место с другой стороны от Питера и наблюдал за тем, как тот повязывает бабочку на шею. И стоило ли так прихорашиваться для очередной сделки? Но если исходить из слов самого босса, она была очень важной, если не самой значимой за весь период работы с винным заводом. Некий француз, хороший друг их недавнего знакомого из борделя, имел виды на производство Хейлов и даже надумывал объединиться, чтобы создать общую сеть. Питер решил, что это неплохая идея, тем более если с их дорогим другом Джеромом что-то случится, все лавры достанутся семейству волков. - Никаких неожиданностей, - он усмехнулся собственному отражению в зеркале и пригладил идеально лежащие волосы на макушке, повернувшись к Стайлзу лицом. - Как я выгляжу? - Превосходно. - Это я и хотел услышать. Пусть Стайлз всегда отвечал положительно, сейчас он не юлил, потому что: а) Питер действительно хорошо одевался, и б) ему еще хотелось ощущать тяжесть собственных яиц в паху. Дерек же усмехнулся, только что вернувшись из своих далеких мыслей, и повел крепким плечом, обтянутым черной кожей. Как же он любил этот бандитский стиль, когда только один его вид уже навевал ужас и не только из-за страха, но и из-за «специфичного» вкуса младшего Хейла. Правый глаз Дерека сиял свежим фингалом: он снова подрался, и, судя по тому, какой сытый блеск играл в зеленых глазах, обидчик очень за это поплатился. - Тупая бабочка. - Тебе повезло, что ты мне ещё полезен, Дерек, - босс снисходительно усмехнулся и снова посмотрел в зеркало, поправляя упомянутый атрибут одежды, – иначе я давно бы пустил тебя как секретный ингредиент в добавление к нашему вину. Стайлз усмехнулся, ведя уголком губ, и поймал на себе многообещающий взгляд брюнета, который был готов сорваться с места, но медлил, потому что знал, чем это чревато. К тому же рука еще после вчерашнего происшествия дико болела, настолько, что он даже нож едва мог сжать. - Какая радость, - саркастично выдавил мужчина и отлип от камина, направившись на выход из комнаты. В последнее время он злился на Стайлза еще больше за то, что теперь его с собой брал Питер в тот бордель. И пусть это произошло лишь раз, достоинство уже надломлено, а поездки туда без дядюшки не казались такими почтительными. Уже и шлюхи не того сорта, и обслуживание. У них с Викторией как-то с первого раза не заладилось. Наверное, из-за того, что Дерек сначала подкатил к ней и сделал это весьма однобоко. Крису, как вы понимаете, он тоже не нравился. Хлопнула дверь, и на Стилински снова набросился зверек, который грыз его, стоило им с Питером остаться наедине. Он неприятно скребся, под самими ребрами, а скрежет когтей о кости вызывал мелкие пупырышки по коже, заставляя едва заметно передернуть плечами. - Черт, - босс вдруг резко сорвал с себя бабочку и швырнул её в огонь, злобно сверкнув глазами. Стайлз напрягся, потому что такая внезапная вспышка означала: Хейл злится, а когда это происходит… в общем, лучше, когда этого не происходит. - Она мне тоже не нравилась, - уже спокойнее пояснил Питер свой выпад и расстегнул несколько пуговиц атласной рубашки, решив, что немного свободы ему не повредит, да и так неплохо смотрится. – Подойди ко мне. Стилински задумался и не сразу понял, что босс смотрит на него прямым настойчивым взглядом, от которого мурашки на коже проступили отчетливее. Даже казалось, что ткань рубашки приподнялась. Сглотнув и спокойно улыбнувшись, Стайлз подошел к боссу, поравнявшись с ним. Не нос к носу, но достаточно близко. После борделя они не касались друг друга и даже предметы из рук в руки передавали, держа за край. По крайней мере, так неосознанно поступал Стилински, и сейчас эта близость его пугала даже больше, чем если бы на него наставили пистолет. Он боялся не Питера, он боялся себя, своей реакции, воспоминаний и ассоциаций, которые лезли в голову и от которых в штанах могло стать теснее обычного. Хейл спокойно оглядел волосы своего протеже и потянулся к ним рукой, загладив выбившуюся прядь обратно, чтобы и он тоже выглядел идеально, хотя чужой растрепанный вид в постели его тогда очень и очень вдохновил. Сколько заходов он потом совершил с тем кудряшом? Не счесть. Это была странная картина: Стайлз едва не давился воздухом, а Хейл вёл себя так спокойно и естественно, что хотелось верить в невинность его намерений. Он опустил руку вниз, словно случайно задел холодный хрящ румяного уха и улыбнулся шире. - Так-то лучше, - Питер отошёл в сторону, повернулся к зеркалу и критично осмотрелся, пока Стилински приходил в себя, пытаясь совладать с собой. Он должен терпеть эти выпады, но, с другой стороны, это его дико бесило. Зачем босс это делает? Зачем поступает так, что хочется оторвать его руки и еще не ясно зачем: чтобы прижать их плотнее и уже, наконец, покончить с этими недокасаниями или чтобы бросить в разожжённый камин? - Думаю, сойдет, что скажешь? - Так лучше, - голос неожиданно сел, и Стайлзу пришлось списать всё на внезапно появившийся кашель, приставив кулак к губам. – Простите, босс. - Может, останешься? Думаю, я справлюсь и без твоего участия. - Нет, босс. Я в порядке. Выпил вчера холодного пива. - Хм, - Хейл неоднозначно повел головой и пожал плечом, словно его дело было предложить. Стайлза стало отпускать, а Хейл направился к столу, на котором лежал его нож. Он был отправлен на своё законное место под ребрами, где крепились хорошо спрятанные ножны. Если надеть пиджак или жилет, его даже не было видно. Идеальная работа и главное – ничто не мешает. - Тогда идём.       Место встречи было в другом штате. Лететь всего полчаса, на личном самолете. Питер не шиковал: у него был скромный Боинг всего с одним спальным местом, которое он использовал крайне редко и то для вполне однозначной цели, и речь идет вовсе не о сне. Стайлз сидел в кресле напротив и смотрел в иллюминатор. Ему нравилось летать. По крайней мере, только здесь он чувствовал себя в безопасности, даже сидя напротив самого жестокого убийцы штата. Перелет только начался, и им предложили напитки. Питер не выказывал никакого беспокойства, спокойно потягивал виски и читал какой-то журнал. Стайлза даже не удивило, что это было что-то из разряда Космополитен. Хейл отлично разбирался в моде, духах и украшениях не потому, что ходил по магазинам. Он любил узнавать об этом из таких вот «модных» источников. Время пролетело быстро: вот он только погрузился в свои мысли, как уже началась посадка. Что же, одно радует – расстояние. Другое дело, если бы им пришлось лететь во Францию. К слову, это будет следующим шагом, если он правильно понял Питера, рассуждающего вслух. Завод был внушительным, красивым. Атмосфера навевала мысли о лихом начале двадцатого века, да и сам хозяин всея винодельни оказался мужчиной видным, напоминающим первого Джеймса Бонда. Стайлз шел сбоку и чуть позади от Питера. Все-таки, несмотря на все их тесные взаимоотношения, он был ниже по рангу. - Мистер Джером, - Хейл в своей манере проговорил с улыбкой, разведя руки в стороны. Второй мужчина был более сдержан, но тоже пошел навстречу, намереваясь ритуально поцеловать пришедшего в обе щеки. - Мистер Хейл, рад, наконец, познакомиться с вами, - легкий акцент придавал ему особый шарм. Это отметил и Питер, если судить по его заинтересованному блеску в глазах. Стайлз работал с ним уже достаточно долго, чтобы научиться распознавать такие вещи. - Что же, с удовольствием сообщаю, что это взаимно. Стилински было поручено присмотреться к обстановке вокруг, оценить их возможного партнера по бизнесу со стороны и подметить то, что не бросалось в глаза при близком рассмотрении. Он этим и занимался, под конец дня поняв, что ему определенно не нравится этот человек - он слишком сильно походил на самого Питера. Те же уловки, та же фальшивая улыбка и цепкий взгляд, который маскировался под ненавязчивый и теплый прищур. Нет, этот человек определенно был того же пошива, что и Хейл, а, значит, потенциально опасен. С кем же их свел Кристофер? - Было приятно провести день в этом чудном месте, Джером, - Хейл осмотрел помещение и хмельно усмехнулся. Сомелье из него был точно неплохой, с его-то утонченным вкусом, но вот после снятия пробы они открыли бутылку дорогого старого, распив её на двоих за светской беседой, и что-то подсказывало Стайлзу, что Питер как-то подозрительно быстро захмелел. Или притворялся? В любом случае пока Хейл сам не захочет, его никто не сможет раскусить. - Надеюсь, вам придется по вкусу тот отель, который я взял на себя смелость арендовать на эту ночь только для вас и ваших подчиненных, - карие глаза предвзято оглядели Стайлза, и молодому агенту захотелось воткнуть одну из бутылок прямо в глазницу недоумку. В какой-то момент Стилински стала раздражать его компания. Наверное, организм тратил все силы на борьбу с самим собой и на то, чтобы спокойно находиться в обществе Питера. Еще одного такого же он вытерпеть не смог бы. - О, я доверяю вашему вкусу, мой дорогой друг. - Я не доверяю ему, - уже на выходе Питер поделился первыми настоящими эмоциями со Стайлзом, идя с ним плечом к плечу и чуть наклонившись в его сторону. – Ты что-нибудь заметил? - Ничего подозрительного. - Именно, - Хейл усмехнулся, остановившись у одной из машин. Она была третьей в ряду из пяти тонированных бронебойных джипов. Водитель шустро открыл дверь перед боссом, приглашая его сесть, но тот не спешил. – Завтра мы подорвем всю его пивоварню вместе с ним самим. На этих словах босс скрылся в салоне, а Стайлз пошел к самой первой, думая о том, что Хейл все-таки страшный человек, ведь на заводе будут работать ни в чем неповинные, простые люди, у которых есть семьи и какая-никакая, но жизнь. В джипе было холодно. Кожу морозило даже через брюки и пиджак, но это ненадолго. Салон быстро прогревался, стоило включить мотор. Стилински напряженно выдохнул и откинулся на спинку, позволив впервые за день расслабленно опустить плечи. - Пристегнитесь, босс, - прозвучал голос водителя, и они тронулись с места.

Сейчас.

Оказалось, что дышать было больно из-за впившегося в ребра ремня, и, кое-как расстегнув его, Стайлз болезненно поморщился, стоило ему напрячься и попытаться открыть покорёженную дверь. Те машины, которые обстреляли их, уже скрылись из виду. Вокруг не было ни души. Это трасса, и скорая приедет не так быстро, как если бы они были в городе. Сукин сын всё просчитал, кроме того, что шанс выжить всё-таки был. - Давай! – взбрыкнув и ударившись плечом в заевшую дверь, Стилински болезненно зажмурился, когда тело снова прошибла острая боль, но адреналин делал своё дело. Вывалившись на осколки, которые валялись по всему асфальту, мужчина сдавленно простонал и поднялся, стряхнув стекло с ладони, на которую приземлился при падении. Машина была испещрена дырами от пуль, вокруг воняло паленой резиной и мясом, а тошнота пробивала тело судорогой. Его мутило. Наверное, слишком сильно ударился головой - перед глазами все плыло из-за черного дыма. Автомобиль еще горел, а остальные два проскочили дальше и либо перевернулись, либо вовсе где-то сгинули. Тут было слишком темно, чтобы разобраться. Нетвердые ноги понесли его к третьей машине, которая сейчас лежала почти наравне с горящей, но с другой стороны. Она явно не подлежала восстановлению. Её только в металлолом сдать и всё. - Босс! – агент закашлялся. Во рту горчило, а дым забивался в легкие, выжигая всё изнутри. Так плохо ему было только в тот роковой день, когда отца убили у него на глазах и как ни странно, но такое же чувство охватило его и сейчас – отчаяние. Страх потерять то, что дорого. Ответа не последовало, впрочем, вряд ли бы он его услышал. Кажется, слух тоже временно пропал, потому что второй взрыв откуда-то слева он услышал как через ватные затычки. Горело ярко, и в этот момент он смог разглядеть несколько силуэтов на дороге, но ни один из них не принадлежал боссу. Значит, он все еще в машине, и, рванув к ней, Стилински упал на колени перед лежащим на крыше автомобилем. - Босс, - голос сорвался на сип. Стайлз в панике заметался взглядом по салону, пока не наткнулся на окровавленное лицо. Питер висел на ремнях вниз головой. Одна из рук была неестественно вывернута, и что-то красное лениво капало с его волос на землю. На водителя было плевать. Агента больше беспокоил тот, ради кого он пошел на столько жертв, что не счесть. - Питер, - наверное, он впервые назвал его так неофициально, но сейчас было не место этикету. Он влез через осколки к нему, проверяя пульс – есть. – Я вытащу вас, - пообещал он, пытаясь приподнять тело и стащить вниз, но ремни не отпускали. Сука! И кнопку заело. Взгляд напоролся на блеснувший предмет под ребрами босса. Секундная радость сменилась испугом, потому что рукоять торчала не из ножен, а из тела Хейла. Видимо при ударе нож выскользнул, и, когда машина переворачивалась, лезвие воткнулось в то, что было ближе всего. - Нет. Нет-нет-нет! Босс! – растерявшись и в панике сначала дернувшись достать нож, он осек себя. Если сделать это, Питер может умереть от потери крови. Так рисковать было нельзя. Нужно вытащить Хейла из машины, пока и этот джип не взорвался. – Все хорошо, босс, - зачем-то нашептывал он, скорее успокаивая себя, нежели находящегося без сознания гангстера. Пришлось повозиться. Он глубоко оцарапал ляжку о торчащий кусок выбитого стекла, но даже не сразу заметил это, когда оттаскивал крупное тело босса подальше от дороги. В кусты, от машин, от взрывов и горящих бензиновых луж. Только оказавшись в расстоянии тридцати метров и услышав еще один взрыв, он остановился, без сил падая на землю вместе с телом Хейла. Тот придавил его тяжелой головой и широкими плечами, а сам Стайлз лежал на спине, тяжело дыша. Усталость была дикой. Он тоже потерял много крови, тоже был ранен, пусть и не так серьезно, как Питер. - Босс, - новая попытка достучаться до человека не увенчалась успехом. Парень похлопал мужчину по щеке, провел дрожащими пальцами по его груди и напоролся на мокрое, а потом и на торчащий нож. Лезвие вошло глубоко, а у него не было необходимого медицинского образования, чтобы знать наверняка, что произойдёт, вынь он инородный предмет. – Я вытащу вас. Он замер, услышав собственные слова, и осекся. Что он делает? Зачем он помогает боссу? Почему он просто не добьет его и не оставит здесь? Ведь такой подходящий случай. Его не станут подозревать, он ни в чем не виноват, он тоже пострадал в этой заварушке. Но он выжил, и это было бы крайне странно. К тому же Дерек наверняка захочет поквитаться с ним за все, когда Питера не станет. Эти размышления или другие чувства заставили его передумать и отложить месть до более подходящего момента. Сжав испачканными пальцами ткань чужой рубашки, он аккуратно вылез из-под тела мужчины и навис над ним, шаря по своим карманам, затем по чужим, ища в них телефон. Есть! Еще работает. Сеть почти на нуле: Стайлз отчаянно выругался, когда единственная палочка снова пропала. - Да работай же, тварь! – пошел гудок, и, уткнувшись лбом в окровавленную грудь Питера, агент отчаянно старался не терять сознания. А так хотелось… Голова разрывалась, тело гудело и стремилось осесть на землю. – Полиция… нас обстреляли. Есть тяжело раненные, - разговор был короткий. Он не смог уточнить адрес, потому что не знал названия этой трассы, но точно запомнил крупные буквы на том заводе. Аппарат сам выпал из рук. Стайлз совсем обессилил, стоило ощутить очередную болезненную судорогу по телу. Ему хотелось спать. Желательно здесь и сейчас. Завалившись на босса и немного скатившись в бок, он пытался не закрывать глаза, всё ещё стискивая чужую рубашку. Он выживет. И босс тоже. Иначе быть просто не должно. Последнее, о чем думал агент, был Питер. Последнее, что видел в эту ночь, – пылающие языки пламени, резво пляшущие над остовами обгорелых машин.       Сирен уже не слышал никто, а машин было много. Звонок зафиксировали и выехали по координатам. Собственно, была только одна трасса, ведущая к заводу, и не увидеть разбросанные по дороге пылающие машины было крайне сложно. Другое дело - найти в зарослях два едва дышащих тела, но собаки легко справились с этой задачей. Стайлз был жив, а вот Питер - на грани. Буквально висел на волоске, и если бы нож не торчал из его груди, он бы уже давно скончался от потери крови. Как сказал санитар, «этот мужик в рубашке родился», указывая на Хейла. Лезвие вошло глубоко, но не задело ни одного из жизненно важных органов, а вот голову Питер ушиб сильно. Как и Стилински, пришедший в себя на пару секунд, когда его на кушетке заталкивали в кузов скорой. - Всё хорошо. Вас везут в госпиталь, вы меня понимаете? – слепо моргнув и закатив глаза, Стайлз некоторое время еще вертел головой, слабо сжимая край койки, словно пытаясь найти что-то, но рядом были только врачи, какие-то трубки и аппараты. В рот поступал кислород. Он быстро сушил язык и нёбо, лишая возможности сглатывать и говорить. Стайлз отключился, так и не успев произнести застрявшее в горле «Питер».       В себя он пришёл через несколько дней. Раны немного зажили, Стайлз проспался и по пробуждению чувствовал себя даже сносно. Их перевезли обратно домой: он очнулся в особняке Хейлов в своей комнате. Рядом стояла капельница, а на новом столе - какие-то медикаменты. Значит, живой. Только осмотревшись и поняв, что он ощущает каждую свою конечность, Стилински попробовал подняться, поморщившись из-за боли в ребрах. Стянув с себя покрывало и осмотрев перебинтованную грудь, Стайлз заметил выглядывающие из-под марли синяки, потрогал голову – она тоже забинтована. Стоило предпринять попытку подняться на ноги, как его стало утягивать обратно, и, сев, он решил немного побыть в таком положении. - Мистер Блэквуд, - появившаяся девушка отвлекла его от попыток не заблевать весь пол. Снова тошнило, а катетер в запястье зудел. Хотелось выдернуть его к чертям, но он не рискнул поступать так опрометчиво, ведь не зря его держали на препаратах. - Вам нельзя вставать. У вас сильное сотрясение, вас может… - не успела она договорить, как Стилински вырвало прямо на пол желчью, - стошнить. Пожалуйста, ложитесь, - мягкие ладони подтолкнули его обратно спиной на койку, и Стайлз с охотой последовал её совету. Лег, ощущая жжение в горле, и воду принял как небесное благословение. - Не торопитесь, - спокойно проговорила медсестра, держа стакан у сухих губ пациента. Видно было, что она боится сделать любое лишнее движение. Видимо ее здесь держали не по собственной воле. – Вы идете на поправку. Если вам больно, то вот эта кнопка… - Как босс? – перебил ее агент, сглатывая, и лёг обратно, смотря на нее сквозь темные ресницы. Веки отяжелели, снова потянуло в сон. Отвратительное состояние. - Он в тяжелом состоянии, были некоторые осложнения… - Как босс? – настойчивее повторил Стилински, понимая, что начинает злиться. Девушка потупила взгляд, ее губы дрогнули, и она сглотнула, стараясь держаться, но по раздутым ноздрям и дрожащим ресницам и так все было ясно как на ладони. - Он в коме, - слова огрели как молотком, и, закрыв глаза, Стайлз зажмурился. Больно, ребра снова начали неистово болеть, видимо, действительно переломал их все. Чертовы ремни безопасности. Тошнота отступила, зато в горле застряло что-то другое, словно комок шерсти. Мерзко, но сейчас он не особо сообразителен для того, кто только что пришел в себя после тяжелой аварии. - Давно? - Два дня. Стайлз тяжело выдохнул носом и посмотрел в потолок. Все складывалось не так, как должно было. Все происходило не так, как он того ожидал от судьбы, ожидал от своей конспирации. Чертово покушение! Зачем только Питер сам поехал на эту дьявольскую сделку? Зачем он, мать его, полез в этот улей? Гребанный сутенер! Стайлз убьет его. По крайней мере, себе в этом поклялся. Но прежде чем он успел ещё что-то себе пообещать, его сознание отчалило в обратный путь к бездне, где всё казалось не таким уж и плохим. Тут не было больно, и мыслей тоже не было, а значит, была возможность восстановиться полностью.