Вне закона Бездны

Темнота отступать не собиралась. - Что происходит? - в ужасе взвизгнула Таня, вцепившись в любимого Духа Хаоса, как в единственный ориентир и щит. - Это конец, - добавил во мрак глубины родной, обреченный голос. - Джу, - ударил горячий вдох прямо в плечо Духа Хаоса. - Чтобы там не было, пообещай, пообещай, что будешь со мной до последнего! - Взволнованный голос срывался на всхлип. Беспросветная темнота упорно скрывала заламывания дрожащих рук, но Джулии не надо было света, чтобы вложить их в свои, усилием любви и воли сдерживая дикую, агонизирующую дрожь. - Я была бы рада, Тань, - нерушимый, жесткий, будто кремень, голос. - Но не могу. Я привыкла выполнять обещанное. А текущие обстоятельства не располагают к уверенности. Глухие сдержанные рыдания ударили по холодному вакууму неизвестности. Не в силах вытащить ножа, все глубже и глубже проникающего в сердце, она схватила Танюшку, прижав ее к себя настолько крепко и близко, насколько могла представить, почувствовать, раствориться в ее тихой дрожи, заменив ее собственным теплом. - Все, все, Танечка успокойся, - едва ли дрожащим голосом шептала она в белые локоны. – Да, я уже не всемогущий Дух Хаоса, я не могу гулять между мирами и просить помощи у стихий. Но я с тобой. Слышишь? Здесь. Сейчас. Пока. Значит, все не так плохо. - А сейчас, - громовым раскатом пронесся над головами девушек властный, ни с чем не сравнимый голос, поставив в ровный ряд белокурые пряди. - Страшно? - Что вам надо? – нервный, по-детски испуганный голосок наотмашь ударил по невидимым стенам. - Кто вы? - Спроси у своей подружки, - насмешливый баритон так сочился ядом. - Она лучше знает. Правда, доченька? – нарочито сладко потянул некто. - Джу? - Таня не могла увидеть нервно поджатых губ возлюбленной. Но этого ей было и ненужно. - Это что он... - А о присутствующих в третьем лице говорить не принято, - хихикнула Тьма. – Впрочем, я и сам могу представиться - Прошу любить и жаловать - Повелитель Хаоса, гроза и слабость всех смертных, его величество - Люцифер. Прокатившийся холод парализовал сознание и тело. Как замерзшие губы еще могли ронять слова? - Почему вы окружили нас Тьмой? - Потому что я и есть - Тьма, - вещал бесстрастный, поистине адский голос. - Я не нуждаюсь в образе и лике. Слишком мелочные признаки для создания такого масштаба. Точнее, создателя? Так правильнее. Вы не находите? - Хватит паясничать, отец, - решила подвести итог Джулия этому маскараду. - Что ты хочешь? Что собираешь делать с нами? - Интересный вопрос, - ухмыльнулось существо. - Я обязательно подумаю над ним на досуге. И отвечу в ближайшее время. Но опустим лирику. Приступим непосредственно к главной части аудиенции: скажи-ка мне, дорогая доченька, мое любимое темное творение, как же ты докатилась до этого? Как смогла, уподобившись этим глупым смертным, забыть о своем предназначении. Но это еще что! Какая же веская причина заставила тебя бессовестно предать своих любимых родителей: матушку Бездну и любимого папочку Люци? Воцарившееся молчание не обещало скорого ответа. Не в силах терпеть убийственной, пугающей до боли тишины, Таня решила взять на себя инициативу и основной удар. - Оставьте ее, - с отвагой Александра Матросова выставила руки Ларина. - Она ни в чем не виновата! Конечно, я понимаю, что слишком глупо доказывать эту гипотезу существу, подобному вам, но... Причина действительно была. Она есть и сейчас, поверите вы или нет. И имя ей - любовь. Такое простое, наивное слово. Я знаю вы лишь усмехнетесь, рассыпав в прах реальность этой силы. Но она существует. Вот подумайте сами: что, кроме нее, способно заставить (ладно там каких-то глупых жителей земли) существо высшего разума, к коим относится ваше порождение, - невидящий взгляд упал в сторону Джулии, - забыть о всех идеалах и принципах, кроме молитвы единственного имени, - словно в подтверждении своих слов, она уверенно схватила руку Ванг, наверное, до боли прижав ее к себе. - Нет. Вы можете говорить, что угодно. И мне и Джулии. Но ваше могущество не сможет разрушить той, силы которая связала нас с вашей дочерью. Раз и навсегда. - Правда? - неверие. - Что ж, вызов принят. - Все-таки, как же интересно наблюдать за вами, смертными. Не перестаю удивляться вашей космической глупости. Знаешь ли ты, девочка, с кем заключаешь пари? Чего молчишь, дочка? Хоть ты объясни подружке степень ее неправоты. Раз уж в силу определенных обстоятельств она тебя слушает больше. - Отец, - резко выдохнула Джулия, неожиданно вырвав руку из любимой ладони. - Позволь мне сказать. Не буду размениваться на душещипательные тирады. Моя просьба проста и думаю, ее выполнение не вызовет у тебя затруднений. Таня ни в чем не виновата. Я понимаю, Тьме дозволено глотать все, до чего дотянуться зубы, но... Ты не имеешь на нее никакого права. Я признаю свою вину и готова принять любую кару, - ее голос предательски задрожал. – Но Таня ничего не знала и, следовательно, ей не за что нести наказания. Оправдай звание хозяина Истины. Отпусти Таню. Пелена слез подернула тьму перед глазами. Не в силах безучастно смотреть на свершающуюся катастрофу, Ларина железобетонной хваткой вцепилась в возлюбленную, оставляя на безупречной кожи кровавые борозды своих ногтей. - Джу, что ты говоришь, Джу! - кровь на мелких ранах разбавила соль отчаянных слез. - Не смей, слышишь! Я никуда от тебя не уйду! Я не смогу без тебя! - О, - в зловещем голосе послышались нотки удовлетворения. - А еще говорят, любовь. Это же эгоизм чистой воды. Неужели ты сама не видишь, моя маленькая, глупая девочка? Джули, Джули! До чего ж ты докатилась? Готова сгинуть во Тьму, растеряв все могущество, ради какой-то простой смертной? А впрочем, меня даже забавляют ваши игры. И знаете что: давайте решим все чинно-благородно. Давайте вы сами договоритесь между собой, кого из вас я должен отпустить, а когда придете к общему мнению - я явлюсь вновь, чтобы привести приговор в исполнение. Позабавимся! Вы бы знали, как скучно коротать вечность в четырех стенах темных покоев. Ни одной живой души! Эх... А тут такое зрелище... - Вы за нами следите? - тихо спросила Таня, пытаясь разглядеть хоть что-то в нависшем мраке. - Запомни, девочка: мне этого не нужно. На территории моих владении, глаза и уши у меня везде. Ни единое слово, ни единая ваша мысль не ускользнет от моего всевидящего ока. И прятаться от меня у вас нет никакого смысла. Я и есть - все и вся. Даже то, что вы не можете ощутить и потрогать. За сим кланяюсь и спешу оставить ваши уши. Голос затих. На протяжении какого-то времени Таня еще оглядывалась по сторонам, не в силах поверить. - Он ушел, - заверила Джулия. - Ну и? - повелительно спросила Ларина. - Что теперь делать? - Выбирать, - обреченный голос сочился спокойствием. Как же трудно вывести ее на эмоции! Вообщем, это и к лучшему! В такой ситуации хоть кто-то, но должен сохранять трезвый рассудок и железный контроль. Иначе - полный Хаос! Еще больше, чем тот, который стремиться растворить их в себе. - Что бы там не было - знай! - встала в боевую позицию Таня. - Я от тебя никуда не уйду! Пускай мне суждено сгореть здесь, в Аду - но только с тобой! - Перестань, Ларина, - тяжелый вздох не излучал злобы. - К чему эта патетика? Зачем передо мной разыгрывать эти сцены. В отличии от него, я прекрасно понимаю твои чувства и даже разделяю их. Но... Ты должна вернуться. Ты оказалась здесь случайно. Я была обречена. Сердце заныло, предательски подкатив к горлу. Не в силах сдерживать нарастающую боль, Таня в бессилии опустилась на любимую грудь, обжигая ее отчаянными слезами. - Нет! Нет! Нет! - кричала она, со всей отталкивая от себя реальность. Нет! Она не отпустит своего Духа Хаоса! Ни на небе, ни на земле! В Раю или Преисподней! - Нет. - Моя родная, - непривычно нежный голос вздымал со дна еще больше слез. - Ты бы знала, как я не хочу тебя отпускать... Если б это было возможно. Я не буду скрывать, я прекрасно понимаю: ни здесь, ни там нам не знать счастья друг без друга. Но тем труднее, тем больнее для тебя и меня видеть страдания любимого человека, чувствуя их на себе. Что может быть ужаснее? Ведь он не оставит нас в покое! Он будет мучить нас до конца, до последней мысли, до последнего вздоха, по ниточкам вытаскивая душу. - Джули, - внезапно отстранилась Ларина, заставляя Ванг почувствовать на себе ее взгляд даже сквозь несколько слоев темноты. - А что, если нам не выбирать? Если так и остаться здесь вдвоем, вместе, приняв страшную кару? Ведь так нам будет легче, гораздо легче вынести эти испытания, чем бы они не обернулись для нас обеих? Давай докажем этому Хаосу силу нашей любви? Ведь если она смогла погубить нас, приведя сюда - то сможет и спасти, верно? Смешок, послышавшийся со стороны Джулии, выражал явное несогласие. - Маленькая моя, - Таня не смогла сдержаться от улыбки, ощутив на своем лице любимые ладони. - Я так люблю твою наивность. Я понимаю, всегда хочется верить в светлые идеалы - особенно в беспроглядной Тьме. Но у любви, как и всего, есть две стороны медали. Поверь, это далеко не только свет. Тебе и мне это доподлинно известно. Все в мире соразмерно. И самое большое счастье может обернуться самым великим горем. Ты просто не знаешь всего. Не представляешь могущества моего Отца. Поверь, коварный и расчетливый, он сможет превратить наше пребывания здесь в Ад. Причем, без помощи традиционных в представлении для Голливудских режиссеров средств. Чистая психология. Поверь мне. Я сама манипулировала людьми таким способом, издевалась над ними, иной раз – до смерти... Если бы знала. Я столько раз говорила им - все возвращается бумерангом. А сама в итоге - что. - Джу, - протянула Таня, отпрянув от любимой. Ванг кожей почувствовала перемену в ее настроении. – Знаю, мои слова будут для тебя шоком. Раньше я не говорила тебе ничего подобного. Сейчас же просто не могу молчать. Ванг... Ты же всегда говорила - нужно бороться! Судьбы - не существует. Есть уверенность и сила духа. И только она двигает горы и меняет местами полюса! Докажи свои слова на деле! Мне или своему папочке! - уже не отдавая отчета своим действиям, Таня, словно тряпичную куклу трясла Джулию, сделавшуюся удивительно покорной. - Таня, Таня, - магма тяжелого вздоха полилась наружу. - Не забывай! Это там я была всемогущим Духом Хаоса, а здесь я такое же беспомощное существо, как и ты... Хотя... Я ведь стала им гораздо раньше. Я сама приняла это решение - когда захотела родить тебе ребенка. Только вот жаль, что не просчитала все до конца. - Джу, - горькие слезы ударили в родную грудь с новой силой. - Я так тебя люблю! Ты такая добрая. Знаешь. Я просто не верю в то, что ты могла быть дочерью этого… - Вот поэтому я и отреклась от него. А ты не плачь, - сказала она, подняв с себя ее голову, нежно утирая слезки. - Слезами здесь не поможешь. - Тебе надо возвращаться, слышишь? К нашей дочери. У нее есть шанс спастись. Она не должна остаться сиротой. А я останусь здесь - нести Отцу верную, искупительную службу. Все правильно. Все так, как должно было быть. Тишина. Режущая. Мучительная. Твердая, как кремень. Только тихие, обезоруживающие звуки. - Я люблю тебя, - тихий вдох. Губы смыкаются, сливаются, срастаются в страстном, жарком, поцелуе способным затмить собой вечность. Миг. Бездну. Тьму. Она ушла, отступила на второй план. Нет, глаза способны видеть даже сквозь темноту. Свет души, переливающейся в другую. - Надеюсь, ты также будешь любить нашу дочь - Джулия решает оторвать губы первой. - Да, - тягостный горький вдох. Она так похожа на тебя! Личико, пухлые губы, взгляд - пробивающий разрядом тока. Это какое-то чудо. Ведь, по сути, у нее не должно быть твоих генетических признаков. Молчание, повисшее в воздухе, не обещало ничего хорошего. Оно било. Терзало. Убивало. Как и эта безжалостная, болезненная до рези в глазах темнота, сводящая зубы. - Джу... - Только не это, - всегда спокойный и размеренный голос звучал на удивление испуганно. - Что? - слова едва срывались с губ. Но и они застревали в горле. - Что с нашей дочерью? - А я так надеялась... Помнишь, я говорила, что не знаю ее отца? Теперь, кажется, знаю. Дрожь в ее голосе отчетливо слышалась даже на расстоянии. - Кто он? - затаив дыхание спросила Таня, чувствуя, что умирает во второй раз. - Он...