American dreams in an English village (Американские мечты в английской деревне)

Мы с Альфредом оба были подростками, но его тело менялось гораздо быстрее моего. Это заставляло меня немного стыдиться самого себя в то время, как Альфред заставлял меня трепетать. Я начал отращивать волосы на груди, но они оказались светлыми - похоже, их мог видеть только я сам. У Альфреда тоже были русые волоски, но у него их было больше, не только на груди, но и вокруг его половых органов. На физкультуре я не мог сдерживаться и не смотреть на него украдкой. Были ещё ребята, помимо меня, у которых почти не было волос, как были и парни гораздо более волосатые, чем Альфред, но отчего-то их волосы были просто волосы, а Альфреду всё это действительно очень шло. Я спросил у отца, как бы мне вырастить побольше волос на груди, потому что сам он, снимая рубашку, был похож на настоящего медведя. Если бы он брил свою грудь, то из всех этих волос он мог бы сделать несколько париков. Кто-нибудь подумал бы, что мой вопрос заставил его расхохотаться и высмеять меня, но вместо этого он оказался весьма горд, что я интересуюсь его мнением. Один раз, когда мамы не было дома, он и я сели в гостиной, взяли чай с печеньем и начали свой мужской разговор. - Иногда тебе может показаться, что ты сильно уступаешь всем остальным, - сказал мне он, и я закивал, потому что я всегда сильно уступал Альфреду. - Но в конце концов ты станешь таким же, как они, или даже лучше. Когда я был подростком, у меня не было волос совсем! Я чуть не поперхнулся. - Ни за что не поверю! - И я не верил! - сказал он и честно поморщил брови. - Я считал себя из-за этого тряпкой. Но потом, когда я перешёл в старшую школу, многое поменялось - я внезапно стал весь покрыт волосами. Я откусил печенье и слегка улыбнулся. - Ты думаешь, я тоже буду волосатым? - спросил его я, а он налил мне новую чашку чая и засмеялся. - Конечно, будешь. Хоть отцу действительно нравилось обсуждать со мной моё половое созревание, мне не очень хотелось делиться с ним всем. Например, своими страхами, что я стану карликом. Альфред рос быстро, как на дрожжах. А я казался себе прежним. Мама купила мне новую пару штанов и сказала, чтобы я перестал расти, пока она не разорилась, но когда бы я ни оказывался рядом с Альфредом, я всегда был меньше ростом, чем он. К тому времени он стал на голову выше меня, я даже не успел этого заметить. Я искал в себе признаки зрелости, которые были бы у меня, но не у него, и смог найти только два: прыщи и боль в груди. Прыщи у меня были и за ушами, и на правой щеке, и на спине. Я хотел иметь чистую кожу, как у Альфреда, и я пытался выдавливать из них белую жидкость, но в итоге повсюду оставались кровоточащие дырочки. Мама покупала мне все виды кремов, чтобы вылечить мою кожу, но я был очень нетерпелив и чувствовал себя премерзко, когда бы ни увидел новую шишку на лбу. Потом моя грудь. Иногда я даже думал, что она растёт. У меня ужасно болели соски, и я сидел перед зеркалом в ванной, плача и приговаривая, что не хочу превращаться в девчонку. И от этого мне стало настолько плохо, что я пропустил занятия и отправился к школьной медсестре. Она была милой женщиной, мне было комфортнее говорить с ней, чем с моим отцом. Она немедленно меня успокоила, заверяя в том, что грудь у меня не вырастет, но зато растут железы, поэтому боль должна была вскоре пройти. Я почувствовал такое облегчение, что расплакался прямо у неё в кабинете, и она попросила учителя отпустить меня домой пораньше. Чуть позже вся эта петрушка произошла и с Альфредом - тот в панике пришёл ко мне и сказал, что он что-то сломал себе после своей обычной драки на футбольном поле. Но я остался хладнокровным и рассказал ему всё о железах и о больных сосочках; он выслушал меня, хоть ему это совсем не понравилось, и остался на ночь со мной, слушая музыку и вычёсывая свою грудь, словно заведённый. Однако в итоге Альфред достиг больших успехов во взрослении, чем я, и как-то незаметно я стал прислушиваться ко всему, что он говорил. Не потому, что я считал его таким уж умным - я всё ещё помогал ему с домашкой, и в нашем тандеме мозги были именно у меня. Но мне отчего-то казалось, что мой ум значил гораздо меньше, чем внешность Альфреда, поэтому я соглашался идти за ним следом, куда бы он ни направился. И в тот день, когда он показал мне билеты и предложил посмотреть в центре города порно, я подумал: "Ой, ну и ладно, он-то знает, что делает", - и пошёл с ним. Как всегда. *** Это был понедельник, мои родители были на работе. Так же, как и его. И все четверо были уверены в том, что мы будем паиньками и просто тихо-спокойно играть в хижине Альфреда. Мне было противно думать о том, что мы поступаем плохо, но в то же время это меня и раззадорило, так что я обул туфли и схватил своё коричневое пальто, хотя солнце явно намеревалось расплавить асфальт. Альфред был в футболке Супермена и шортах, я был в чёрных брюках и рубашке. Едва я оказался на солнце, как немедленно пожалел о том, что надел хоть что-то чёрное. - Где ты это взял? - спросил я и показал на билеты. Он спрятал их в карман и улыбнулся. - Я купил их на деньги со своего дня рождения. Глянь! - он осторожно вытянул из кармана банкноту и показал её мне. Двадцатка. Я прикусил нижнюю губу. - Ты собираешься её использовать? - спросил я. - Ага, на порно. - Я шлёпнул его по плечу. - Ты не сможешь спрятать порно от своей матери! - сказал я, тогда он взял меня за руку и притянул поближе. - Но ты сможешь спрятать, - прошептал он. - Всё-таки это тебе папа дал тот журнал. Он не будет волноваться, если найдёт что-то в твоей комнате! - Я посмотрел на него, вытянув губы в прямую линию. Как ни грустно, он был прав, но мне совсем не улыбалось таскать порно в свою комнату. Даже если отец действительно нашёл бы его, он подумал бы, что я становлюсь настоящим мужчиной, но почему-то сам я не чувствовал себя таковым из-за подобного. Тем не менее Альфреда подвести я тоже не мог. - Увидим, - сказал я, ничего не обещая. Мы вышли через сад на улицу и отправились вниз по ней, к остановке. Альфред казался взбудораженным сверх меры. - И куда мы всё-таки идём? - спросил я. - В центр города, - сказал он, и я округлил глаза. - Я это понял, но куда именно в центр города? - Ааа... - Альфред почесал заднюю часть своей шеи и пожал плечами. Я посмотрел на него, высоко подняв брови. - Ты не знаешь? - Давай просто пойдём, а там уже посмотрим! - Я схватил его за рукав и потянул назад. Он обернулся и недовольно посмотрел на меня. - Что? - Я не буду просто идти непонятно куда, - объяснил ему я, - мы можем оказаться в опасности! Альфред засмеялся и освободил свою руку из моей хватки. - Что за ерунда, - сказал он и продолжил шагать, а мне приходилось бежать, чтобы успевать за ним. Все те тренировки, которые он выполнял со своим отцом, дали ему сильные ноги, так что он мог пройти три мили за то же время, за которое я проходил всего лишь одну. - Мы просто быстро туда промотнёмся, посмотрим на магазины, а потом вернёмся назад до того, как наши родители придут домой. Легкотня. Мне не казалось, что это похоже на такую уж легкотню, но времени на объяснения у меня не было. Альфред рассчитал всё совершенно точно, и мы еле успели на остановку, когда из-за угла показался автобус. Я снова схватил Альфреда за рукав. - Он спросит нас, - сказал я. - Водитель. - У меня уже есть история, - ответил Альфред, и я в удивлении заморгал. - У тебя? Ты сам придумал историю? - Альфред не ответил. Я беспокойно зашаркал ногой. - Лучше бы ей оказаться хорошей! - Красный автобус остановился перед нами и открыл двери. Альфред поднялся по ступенькам и показал водителю билеты. Он наклонился, чтобы взглянуть на них. - Где ты это взял? - спросил он. - Я купил их, - сказал Альфред. Мужчина приподнял брови. - Ты имел в виду, твой отец купил их. Ты никуда не пройдёшь с ними, - я разинул рот. - Альфред, ты солгал? - спросил у него я. Его лицо раскраснелось, но он продолжал показывать водителю билет. - Я хочу поехать в центр города с Артуром, - сказал он и притянул меня за рукав поближе к себе. Водитель быстро посмотрел на меня. Он был большим мужчиной в большой униформе и выглядел очень важным. Я дал Альфреду подзатыльник. - Почему ты украл билеты своего отца? Ты сказал, что купил их! - Альфред скривился и пихнул меня в плечо в ответ. - Иначе ты бы не пошёл со мной! - Пошёл с тобой? Я никуда не пойду вместе с тобой и крадеными билетами! - Хорошо, мальчики, - мы оба посмотрели на водителя. Он смотрел на нашу ссору с весёлой улыбочкой. - Я в хорошем настроении, и мне нравятся сорвиголовы, - он подмигнул нам. - Занимайте места и убедитесь в том, что у вас есть билет до дома, хорошо? - Альфред кивнул. - Хорошо! - Я просто не верил своим ушам. Водитель ухмыльнулся в мою сторону и махнул рукой. - Подвинься, чтобы я мог закрыть дверь, - я всё ещё стоял на ступеньках. На секунду я подумал о том, чтобы выбежать из автобуса и до самого дома, но Альфред быстро взял меня за воротник, втянул внутрь, и водитель закрыл дверь. Затем он меня выпустил и, сияя от радости, прошёл к своему месту в конце. Я продолжал таращить глаза на машиниста. - Это засада, - сказал я, и он слегка присвистнул: - Мне кажется, что твой друг - это засада похлеще. Приглядывай за ним получше, - он подмигнул мне, а я почувствовал, как в моём сердце пульсирует гнев. Меня просто обвели вокруг пальца. Автобус тронулся, а я медленно прошёл в конец, туда, где был Альфред. Я сел на свободное место рядом с ним, быстро взглянул на него и задумался: как ему удаётся так легко всех очаровывать? Он мог запросто уйти из дома, пусть даже и с краденым билетом своего отца. А затем я подумал о другом: почему я так легко очаровался? Мне этот вопрос ничуть не нравился, но он продолжал меня преследовать; я сжал свои ладони в два тугих кулака и оставил их на своих коленях, пока автобус ехал по улицам, по которым я никогда не ходил, и заворачивал за дома, которых я никогда не видел, а пейзаж превращался в нечто такое, о существовании которого я даже не подозревал. Альфред уткнулся носом в окно. - Почему ты такой возбуждённый? - спросил я его наконец, а он посмотрел на меня как на идиота. - Порно, - сказал он, а я покачал головой. - Это не то. Готов поспорить, ты уже видел порно в Америке. Готов поспорить, ты видел много всего в Америке, чего тут у нас нет. - При нём я почти не упоминал о его прежней жизни в Америке, потому что он и сам никогда о ней не говорил, и он всегда казался немного печальным, когда ему напоминали о том, что он оставил позади. Но в этот раз он оживился и улыбнулся мне. - Порно? Да ничего подобного! - сказал он и замотал головой. - В смысле, о нём столько говорят в средствах массовой информации, но в это же время ничего и не показывают. - Я нахмурил брови. Он странно улыбался, словно хотел что-то объяснить, но не мог. - Это было типа... все об этом говорили, но никто на самом деле ничего не видел и ничего не знает. По крайней мере, так было в моей школе. Мы все видели в рекламе девчонок в юбочках и прочем, и шутки слышали в фильмах. Но это было просто по приколу, баловство, - я прикусил губу. - Я не уверен, что понимаю это, - Альфред вздохнул. - Так же, как и я. Альфред пожал плечами. - Так же, как и я. Мама всегда говорила, что я сам пойму это в своё время. А папа сказал, что расскажет потом. Но он так и не рассказал мне. - Мой отец рассказал мне слишком много, - пробормотал я. Альфред навострил уши. - Как так? Что он рассказал тебе? - Что ж... - я поболтал ногами, размышляя, хочу ли я на самом деле рассказывать Альфреду о мальчиках и девочках, но он смотрел на меня с таким интересом; у меня теплело на душе от одной мысли, что он хочет узнать о чём-то от меня. Я прочистил горло. - Он рассказал о том, как девчонки возбуждают. То есть, что ты при этом чувствуешь, что происходит и что с этим делать. И что это нормально, и... - Это как когда яйца чешутся? - спросил Альфред, а я фыркнул. - Думаю, так. - Хмм... - он выглянул в окно. Мы приехали из деревни в город, но всё ещё не в тот, который считался одним из крупных. В автобусе стало немного больше людей. Одна пожилая леди решила проделать нелёгкий путь от двери к хвосту автобуса, чтобы устроиться прямо перед нами. Альфреда, видимо, сильно раздражала её большая фиолетовая шляпа. Я завозился со своей курткой, которая лежала у меня на коленях. - Итак, когда мы выходим? - наконец я решился спросить у него, потому что мы уже ехали слишком долго, а мне не хотелось находиться так чересчур далеко от дома. Альфред посмотрел через окно на город, по которому мы ехали. - К тому времени нам может понадобиться другой автобус. - Но ты не можешь быть уверен в том, что другой водитель примет твой билет. - Хмм... - казалось, Альфред всерьёз над этим задумался. Наш автобус завернул за угол. Я посмотрел на шляпу той леди. - Думаю, скоро нам придётся ехать обратно, - сказал я. - Прошло полчаса. - Тогда давай выйдем на следующей остановке, - сказал Альфред и толкнул меня в плечо, чтобы выйти. Я поднялся и почти столкнул сумку той леди, которую она поставила на пол. Она посмотрела на меня с оскорблённым видом. В ответ я уставился на неё с виноватым выражением лица. - Я не хотел... - сказал я и схватился за сидение, чтобы устоять на месте. Она подхватила свою сумку и поместила её на сидение рядом с собой. - Никаких манер. - Извините? - она не ответила мне. Я обиделся. Альфред нажал на кнопку. - Не обращай на неё внимания, - сказал он. Автобус остановился, водитель выглянул из-за своего места, чтобы помахать нам. Альфред помахал в ответ, но я вытолкнул его из автобуса, ибо в таких поездках не видел ничего путного и должен был дать ему это понять, тем или иным способом. Он чуть не споткнулся на лестнице, выходя наружу, и едва не врезался в велосипедиста на тротуаре. Я вышел за ним. Двери закрылись у нас за спиной, и мы проводили взглядом продолжающий своё движение транспорт. Тут я позволил себе осмотреться. Этот город был больше, чем тот, в котором мы жили, но всё же не таким уж огромным. Не было похоже на то, что мы стоим на полностью укрытой асфальтом земле, смотрим на дороги в пять рядов и дома из бетона. Тут просто было больше людей и мест, где можно провести время. Не один супермаркет, который ты посещаешь время от времени, а несколько супермаркетов, из которых можно выбирать; и люди ходили вокруг в одежде, которая казалась более современной, чем наша. Неужели несколько миль могут настолько менять людей? Я уступил дорогу мужчине, который бегал трусцой со своей собакой. И посмотрел ему вслед - высокий парень в потной футболке, с немного трясущейся при каждом шаге задницей и дрожащими от перенапряжения ногами. Я понял, что не мог отвести взгляда и пожирал им каждую деталь его внешности, пока Альфред не схватил меня за плечо. - Думаю, нам в ту сторону, - сказал он и показал вглубь ближней улицы. Я посмотрел туда же и кивнул. Туда направлялось много людей, поэтому я предположил, что это главная улица в городе. - Окей, - сказал я. Я знал, что в центре города мы не найдём порно, но Альфреду об этом не сказал, потому что не хотел находить его вовсе. Так и получалось, что его рассеянность станет моей удачей, поэтому я улыбался и самодовольно пошёл вместе с ним по пешеходному переходу, а затем и дальше по оживлённой улице. И какая-то часть меня просто трепетала от радости, когда я вот так гулял с Альфредом. Я начинал замечать, что за прошедший год я сильнее привязался к нему. Конечно, мне это казалось простой, но довольно крепкой дружбой, но в то же время я знал, что здесь было нечто большее. Я не был уверен в том, что именно это было, но я затруднялся подобрать нужное слово к тем ощущениям, что иногда полностью охватывало моё тело и заставляло мои яйца чесаться, как любезно описал это сам Альфред. Да и не только яйца - моё сердце так странно колотилось, как будто я вот-вот задохнусь без особой на то причины. Это заставляло меня думать, что это из-за моей плохой формы; но даже после того, как я начал лучше питаться и немного бегать вокруг наших домов, я по-прежнему ощущал этот трепет внутри себя, когда Альфред что-то говорил или делал. Это даже могло быть чем-то вполне обычным и не имеющим ко мне отношения: он мог листать комиксы или обедать с одноклассниками, а моё сердце съезжало с катушек. Иногда я размышлял, чувствует ли он то же самое по отношению ко мне, но глубоко внутри себя я понимал, что это не так. Он понятия не имеет ни об этих эмоциях, ни о том, как их контролировать, так что все девчонки, которые влюблялись в него, определённо ошиблись адресом. Милый снаружи и рассеянный внутри. Но я не против, в общем-то. Я был вполне рад, что у него не было подружки, потому что подружки отнимают время. Я видел, как старшие ребята зависали со своими одноклассниками, пока мимо не проходила какая-нибудь длинноногая вертихвостка и не вытягивала кого-нибудь из их группы. Это было похоже на документалку про животных: она уводила парня подальше от его территории, завладевая им полностью, пока ей это не надоест и он не вынужден будет уползти к своей прежней стае. Это было унижением для парня, он становился унылым и возвращался нетвёрдой походкой - я не хотел, чтобы с Альфредом произошло то же самое. Но в то же время я понимал, что буду жалеть, скорее, себя самого, сидя в комнате в полном одиночестве и считая дырки в своём потолке. Я украдкой наблюдал за Альфредом, когда мы проходили мимо скамьи, на которой сидела стайка девчонок и обсуждала что-то - по их собственным словам - тотально крутое. Сначала он делал вид, что ему всё равно, но как только мы прошли мимо них, он бросил быстрый взгляд через плечо и чуть было не стукнулся об фонарный столб. Я округлил глаза. - Если ты хочешь посмотреть на девчонок, почему бы тебе просто это не сделать? - вздохнул я, и его щёки стали ярко-красными. - Я не смотрю. - Только что смотрел! - Не смотрел! - Смотрел же! - я хлопнул его по плечу. - Ай, - он потёр его, но ему было совсем не больно. Это была просто показуха, устроенная в надежде, что мне станет стыдно. Я хлопнул его снова. - Ты же из нас хотел порно - конечно, ты будешь заглядываться на девчонок. Ты даже заставил меня последовать за тобой, чтобы увидеть этих девчонок, когда мы были ещё дети! - На его губах появилась робкая улыбка, и он зарылся пальцами в свои волосы. - Хорошо, - сказал он и смешно поморщил нос. - Я буду дамским угодником! И перестань меня хлопать. - Я улыбнулся и продолжил звонко шлёпать его по спине, заставляя идти быстрее, чтобы избавиться от моей руки. - Я перестану хлопать, когда ты перестанешь отрицать, что смотрел на девчонок. - Мхмм... - Альфред шёл. Хлопок. Альфред продолжал идти. Хлопок. Альфред споткнулся. Хлопок. - Окей, мне нравятся девчонки, я на них смотрел! - простонал он, а я засунул руки в карманы штанов, самодовольно улыбаясь. - Можешь идти, - Альфред пнул камешек вдоль по улице. - А... Что насчёт тебя? - Насчёт меня? - Нравятся ли тебе девчонки... - я уставился на него. Альфред быстро поднял руки, словно защищаясь: - Я знаю, что ты не баба, - сказал он, и каждый из нас окончательно понимал значение этого слова, - но... Какие девчонки тебе нравятся? - Хмм... - я тоже пнул камешек и замедлил шаг. На самом деле, я никогда об этом не задумывался. Я просто не был вовлечён во все эти мальчише-девчачьи дела. Они казались слишком сложными и взрослыми, а я предпочёл бы просто избежать их вовсе. Но я также хотел выглядеть крутым и дать Альфреду понять, что во мне есть тоже нечто, что мы можем разделить - вот я и пытался вспомнить всё то, что отец говорил мне об идеальных девчонках, и о том, как их очаровывать. - Мне нравятся... Эм... сиськи, - сказал я, и Альфред засмеялся. - Что ж, нам всем нравятся. Но что насчёт цвета волос? - Я странно улыбнулся. Отец всегда говорил, что блондинки - самые лучшие, потому что они глупые и доступные, их легко раскрутить на что-либо. Но я не хотел думать о себе как о мужчине, которому нужна легкодоступная девушка. Если бы мне пришлось завести подружку, она должна была бы быть умной. - Рыжие волосы, - решил я наконец потому что мимо нас как раз прошла рыжеволосая. - Они... с характером, я слышал. - Цвет глаз? - Карий. - Возраст? - 84. - Альфред разинул рот. Я недовольно посмотрел на него. - А что ты хотел от меня услышать? Я не могу себе представить девчонку, которую хочу. Мне по барабану. Я узнаю это, когда узнаю. - Он вздохнул и снова пнул камешек. - Прости, я просто спрашивал! - Он пошёл молча, поэтому я тоже больше ничего не говорил. Я просто смотрел на свои ноги, пока мы шли вниз по улице. Магазины, мимо которых мы проходили, замечал только Альфред. Я не знал, почему меня так сильно рассердили все его вопросы. Мне казалось, многие парни с радостью поделились бы своими мечтами и фантазиями с кем-то вроде Альфреда - он никогда не осуждал, а просто выслушивал, а потом уже говорил сам, что он считает милым, крутым или сексуальным. Но я не был настроен говорить о девчонках, не был настроен покупать порно, чувствовал себя таким несчастным, потому что Альфред просто хотел сделать всё это со мной, потому что я был его другом, поэтому я был избран разделить с ним этот опыт. Я стукнулся своим плечом об его, чтобы привлечь внимание. - Эй, извини, хорошо? - проворчал я, и этого оказалось достаточно, чтобы заставить Альфреда улыбнуться, словно пробивающиеся лучи солнца в дождливый день; он взял меня за запястье и слегка пожал его. Знак одобрения. Мы оба начали осматриваться. Как я и ожидал, ни одного магазина с голыми женщинами в окнах или знаками, сообщающими в мир, что туда можно прийти и спокойно подрочить в уголке. Всё было как дома, только масштаб побольше. Альфред остановился перед книжным магазином и посмотрел на меня. - Как ты думаешь, у них оно есть? - спросил он, и я пожал плечами. - Сходи и спроси. - Он подошёл к двери и открыл её, затем обернулся снова на меня. - Ты не идёшь? - я помотал головой, но он продолжал на меня смотреть, поэтому я всё-таки последовал за ним внутрь. Книжный магазин был довольно большим — он имел несколько этажей, и везде были книги. Он пах не стариной и пылью, как наша школьная библиотека, а чистотой и свежестью, к которым примешался странный аромат чернил и бумаги. Когда мы вошли, зазвенел маленький колокольчик и из-за прилавка показалась девушка, улыбаясь нам. - Могу я чем-нибудь помочь вам? Я посмотрел на Альфреда, и он зашагал к прилавку, выпячивая свою грудь настолько, насколько это было возможно в его маленькой футболочке. Я скрестил руки на груди и поднял брови, приготовив себя к веселью. - Мы ищем определённую разновидность книг, - сказал он. Девушка кивнула и наклонилась над прилавком. - Какую разновидность? - В ней есть женщины. - Ооо, - она выпрямилась и кивнула. - Книги о феминизме? Я рассмеялся не без сарказма. Альфред пристыжённо фыркнул. - Нет, эм... Голые женщины. Теперь улыбка девушки исчезла, она очень подозрительно посмотрела. - Голые женщины? С картинками? - спросила она, и это прозвучало так, будто она надеялась услышать от него "да". Было больно смотреть, как она медленно прищурила свои глаза и как быстро потемнело лицо Альфреда, так что я решил сделать шаг вперёд, чтобы день не пропал зря. - Да, с картинками. Мы ищем книгу, где изображены взгляды на женскую сексуальность в определённые временные периоды. Альфред уставился на меня, а затем медленно улыбнулся - до него дошло, что я только что спас его шкуру. Но не похоже было, что та девушка мне поверила. - У нас нет настолько специфических книг. Мне понадобится заголовок, чтобы сделать заказ со склада. Но могу ли я показать вам наш отдел иллюстрированных книг? - Не беспокойтесь, мы пойдём и найдём нужный заголовок для Вас, - сказал я и схватил Альфреда за руку, вытаскивая его из магазина. - Извините, что отняли у вас время! Я побрел вместе с ним наружу и в миллионный раз за этот день стукнул его по плечу. - Ты вообще вести себя не умеешь? - недовольно прошептал ему я, затем заметил, что та девушка всё ещё наблюдает за нами из окна. Я глупо улыбнулся и начал быстро идти по улице; Альфред улыбнулся ей до ушей и последовал за мной. - Ты даже не можешь попросить порно в книжном магазине! - Тогда где ты сам его взял? - спросил он, поравнявшись со мной. Я приостановился. Я понятия не имел. Продавать порно вообще законно? Что ж, отец достал для меня журнал, но, возможно, все эти секреты про женщин можно узнать только в подобном возрасте. Но я сомневался в том, что Альфред будет ждать до сорока. - Я не знаю, - признал я. - Думаю, нам просто нужно попытаться ещё несколько раз?.. Но быстро, если ты только не хочешь, чтобы тебя прижали так далеко от дома. - Альфред закивал. Вот так и начались наши поиски. *** К тому времени, как стрелки часов дошли до трёх, мы всё ещё ничего не нашли. Оба, усталые, сели на скамейку возле местного рынка и стали смотреть, как люди закрывали свои прилавки. Альфред купил нам пакет яблок у одного старика, и мы сидели и лопали их, рассматривая всё вокруг. - Какое разочарование, - сказал Альфред и пнул воздух. Я не ответил ничего. Я не был уверен, что именно я ощущал. С одной стороны, я даже не планировал что-либо найти, но с другой - весь день будет потрачен впустую, если мы не принесём домой что-нибудь, помимо пакетика с яблочными огрызками. И я чувствовал себя особенно виноватым перед Альфредом, так что я нехотя поднялся на ноги и взглянул на него. Он выглядел безумно расслабленным, сидя здесь и подставляя своё лицо лучам солнца. Он был ещё более загорелым, чем всегда, почти золотистым, но я знал, что часть этого цвета исчезнет с новым приходом зимы. Он приподнял брови и хотел было откусить от своего яблока, когда увидел, что я на него смотрю. - Что? - Давай попробуем в последний раз, - сказал я. - Один последний раз - и мы ловим автобус до дома. - Он вздохнул, и казалось, что его в тот момент вообще ничего уже не волновало, так что я схватил пакетик и бросил его в мусорное ведро. - Мы поищем на улицах помельче, на которых ещё не были. - Мммм... - Альфред пробежался пальцами по своим волосам, а затем постучал по животу. - А если мы ничего не найдём? - Мы ничего и не найдём, просто сидя здесь, - сказал я. Кажется, он ухватил мою мысль, потому что тут же вскочил с места. Он в последний раз укусил яблоко, затем бросил его на землю. - Ал... - Он поднял его и бросил в мусорку. - Окей, на какой улице? - спросил он и поболтал руками. Я осмотрелся. Сквозь пространство с прилавками проходила небольшая улочка, которая огибала библиотеку и спускалась прямо к той остановке, с которой мы и пришли. Я показал на неё. - Вот на этой. Мы пересекли рынок и пошли вдоль улицы. Она была немного меньше по сравнению с теми, на которых мы уже сегодня были, и на ней были лишь магазины со старой - наверное, модной - одеждой. Чем ближе мы подходили к концу улицы, тем более подавленным становился Альфред, и я даже начал задумываться о том, чтобы перешагнуть через своё достоинство и попросить у папы ещё один журнал, лишь бы сделать его счастливым, но тут перед нами показался газетный киоск. Я заметил его первым и остановился возле окна. Там были бутылки вина вперемешку с сигаретами, и некоторые газеты выглядывали из-за них. Альфред продолжал брести, так что я подошёл, взялся за ручку двери и крикнул ему: - Давай здесь посмотрим! - Он обернулся через плечо и прибежал обратно. Я открыл дверь и вошёл. Внутри сильно пахло табаком и чернилами. Впрочем, отчего-то это было даже лучше запахов того магазинчика, в котором мы были ранее. Киоск был мал в ширину, но очень длинный, весь в стойках с газетами и журналами, так что я повернулся к Альфреду и улыбнулся ему: - Думаю, мы сможем найти здесь что-нибудь. - А? - Он вошёл после меня и осторожно посмотрел на старика у прилавка. Он был совершенно седой и почти не замечал нас, просто продолжал курить свою трубку и смотреть скачки по телевизору. Когда Альфред исчез за стеллажами, я последовал за ним. Там было много всего про машины, моду и о том, как приготовить вкусный обед. Я узнал несколько журналов из маминой личной коллекции - ей нравились странички со сплетнями. Я улыбнулся фотографии королевы и начал искать вместе с Альфредом. И нашёл его в самом дальнем углу, держащим журнал с такой осторожностью, которой я за ним никогда раньше не замечал. Когда я увидел обложку, то понял, почему. - Ты нашёл его! - проскулил я, затем покраснел и понизил голос. Он улыбался как дебил, показывая мне изображение, где можно было разглядеть двух голых девушек. - Я нашёл про лесбиянок. - Оу, вау... - я выпучил глаза. Затем отвернулся, стыдясь. Это было слишком пошло для меня и совсем не возбуждающе, как могло бы показаться Альфреду. Я сделал шаг назад и увидел кучу полок с обнажёнными людьми. Здесь каждый мог найти что-то на свой вкус. Большие сиськи, старушки, "большой брат в маленькой таверне", горничные, домохозяйки, подростки, волосатые, бритые. Там были кинки, о которых я даже и не подозревал, и картинки, которые точно будут сниться мне по ночам. Там был большой справочник с названием "руководство к дилдо", и я почти закричал, когда увидел, что же такое это самое дилдо. Я ведь видел точно такую же штуку дома, у мамы и у бабушки! Я стукнул себя по рукам и потряс головой, чтобы забыть об этом или хотя бы убедить себя в том, что это не то, о чём я подумал. Но девчонка на обложке вполне наглядно показывала, для чего эта вещь используется, и я почувствовал внезапный приступ тошноты. И девушки реально делают это с собой? Вот ведь пытка! Я пытался заставить себя подумать о чём-нибудь другом и посмотрел на Альфреда. Он был полностью доволен своими лесбиянками, так что я походил вокруг него, чтобы поискать себе такое же. Но буквально на следующей полке за лесбиянками я нашёл нечто иное, что обратило на себя моё внимание. Маленький зелёный значок гласил: "Гей". А под ним были журналы с изображениями мужчин. Но там были не просто мужчины, занимающиеся неприличными делами - они делали это вместе с другими мужчинами. Я почувствовал, что у меня горят щёки, а сердце стало биться чаще, когда я смотрел на эти мускулистые тела, эти худые руки, эти безволосые задницы, эти большие члены. Такое действительно возможно? Мама всегда рассказывала мне, что мужчина и женщина могут заниматься любовью, а отец говорил мне, что иногда это могут делать две девушки, чтобы возбуждать мужчин, но он никогда не говорил мне о мужчинах, которые делают это с другими мужчинами. Я сделал глубокий вдох и украдкой взглянул на Альфреда. Он не заметил, на что я смотрю, а улыбался во весь рот и бормотал что-то про дыни. Я медленно облизал свою верхнюю губу и взял в руки один из журналов, продолжая искоса наблюдать за Альфредом. Как только он повернулся ко мне спиной, чтобы рассмотреть всё получше, я раскрыл журнал и уставился на двух мужчин, отсасывающих друг у друга. У одного из них была тёмная и гладкая кожа, совсем как высококлассный шоколад, а у другого была белая и безволосая, цвета снега. Я посмотрел на заголовок. Интернационал. Ох... Здесь было ещё и такое? Я быстро пролистал страницы. Они делали много разных вещей, вещей, про которые я никогда бы не подумал, что они доставляют удовольствие мужскому телу, и просто стоял в абсолютном шоке, поджав пальцы на ногах - я понимал, что всё это заставляет мою кровь бурлить. Почему я так сильно реагирую на нечто столь странное? У меня не было много времени на раздумья, я быстро положил журнал на место, прежде чем Альфред повернулся. Он тоже отложил свой и подошёл посмотреть вместе со мной. - Гей? - сказал он, рассматривая значок, затем нахмурил брови. - Парень, это такая похабщина! Моё сердце перестало биться. Я посмотрел на него с широко открытыми глазами. - А-а? - Гилберт сказал, что геи болеют СПИДом. Все до одного. Они имеют друг друга в задницы, а затем умирают, - его слова привели меня в ужас. Альфред схватил один из журналов и открыл. Пока он просматривал страницы, он выглядел крайне взволнованным. Остановившись на одной из картинок, он показал её мне: - Фу! Картинка изображала в полный рост парня, стоящего на коленях и вылизывающего зад другого парня. Я открыл было рот, чтобы что-нибудь сказать, но моё тело ответило с такой силой, с таким желанием, что я не смог вымолвить ни слова. Альфред понял это по-своему и отложил журнал в сторону. - Я знаю - слишком отвратительно, чтобы говорить об этом. Вот что хорошо, - он взял лесбийский журнал. Что-то с девчонками и большими сиськами. Я помотал головой, чтобы избавить себя от наваждения и от того, что так приятно защекотало в моём животе. То, что сказал Альфред, заставило меня чувствовать себя преданным. Я ничего не знал о геях, но я не хотел верить в его слова про то, что после секса они умирают. Если бы так оно и было, они бы не продолжали этим заниматься и не делали бы такие картинки, не так ли? Я понял из ужасных уроков Ториса о половых взаимоотношениях, что женщины тоже могут подхватить венерическое заболевание и из-за них умереть. Я полностью погрузился в свои мысли, и мои глаза, должно быть, выглядели блестящими и отрешёнными, потому что я вернулся в реальность, когда Альфред начал меня трясти. - Да ладно, давай купим это, - сказал он и всучил мне журнал. Я устало принял его и взглянул на девчонку. Затем на ценник. Затем я открыл рот. - Он стоит 15? - вскрикнул я. Ал пожал плечами. - Думаю, размер цены зависит от размера груди, - сказал он. Я умудрился найти в этом какой-то смысл, поэтому я просто кивнул и отдал его назад. - Ты его купишь. - Он покраснел. - Я? - Ага, ты же у нас первым захотел порно, - это заткнуло ему рот, и он промаршировал к прилавку, злобно пялясь на меня, стремясь себя оправдать. Старик отвернулся от телевизора, когда Альфред положил журнал. - Ты хочешь вот этот? - спросил продавец, приподняв брови. Я немного подвинулся, чтобы встать точно позади Альфреда, так что я мог видеть, как ярко вспыхнули его уши. - Да! - сказал он. - Да, я хочу этот. - Я не могу тебе его продать, - сказал мужчина и наклонился над столом, чтобы по-хорошему всё разъяснить. - Ты слишком маленький. - Нет, я не маленький! - Да, ты маленький. Альфред немного задрожал, вероятно, от стыда, затем быстро отхлестнул те шестнадцать, которые остались после покупки яблок, шлёпнул их на стол, схватил журнал и выбежал из магазина. Меня он притянул за рукав и заставил бежать с ним. Мужчина что-то выкрикнул и не без труда попытался выбраться из-за прилавка и погнаться за нами, но Альфред и не думал замедлить бег и позволить ему поймать нас. Он отпустил меня лишь тогда, когда мы оказались на улице, а потом помчался к остановке вприпрыжку. Я мог только идти следом, моё сердце стучало примерно с той же силой, что и тогда, в магазине. - Альфред! - закричал я. - Подожди! - Он потряс головой. - Альфред! - Он завернул за угол. Я преследовал его, тяжело дыша. - Ал... - я остановился возле него, плюхнулся на колени и широко открыл рот, чтобы набрать воздух. А тот старик уже давно сдался и вернулся в свой магазин. Улыбка Альфреда ничего хорошего не предвещала. - У нас получилось! - самодовольно произнёс он. Теперь настала моя очередь убивать его взглядом. - Ты сделал меня вором! - Не сделал! Я заплатил ему, даже больше, чем было нужно! - Но ты убежал! - Какая разница, у меня есть лесбийское порно! - он показал мне журнал, как будто от этого что-то улучшилось бы. Я кое-как поднялся обратно на обе ноги и стукнул его в живот. Он застонал и немного наклонился. - Что за..? - Идиот! - крикнул я и наступил ему на ногу. - Теперь у нас нет денег, чтобы купить билеты! Мы не можем попасть домой! - Альфред моргнул, а потом медленно выпрямился. - ...ой, точно. Я почти рухнул на скамейку возле остановки и спрятал лицо в ладонях. Альфред медленно сел рядом со мной, а затем он неуверенно положил свою руку мне на плечи. Я понял, что мы по уши влипли. Альфред сделал меня воришкой, а теперь ещё и оставил без дома. И от осознания того, что я больше никогда не вернусь домой и не увижу своих родителей, мои глаза становились мокрыми. Я трясся и всхлипывал, почти чувствовал, как Альфреда захлёстывает чувство вины. Он положил свой журнальчик прямо на землю и обнял меня двумя руками. - Прости меня, Артур! - сказал он сначала резко, словно не желая этого искренне, но затем более мягко. - Я ведь... я... я не подумал об этом. Это всё моя вина! - Я прислонился к нему. - Да, так оно и есть, - проговорил я, задыхаясь. Он потрепал мои волосы и огляделся. А затем внезапно поднялся с места. - Жди здесь, - сказал он и прижал журнал к моей груди. Я растерянно посмотрел в ответ, слёзы капали мне на грудь. Он улыбнулся мне и поцеловал меня в лоб. - Я кое-что разведаю! - Он побежал через улицу в почтовый офис на другой её стороне. - Что? - пробормотал я. И, конечно же, ответа не получил. Я откинулся на спинку скамейки и грустно посмотрел на грудастую девчонку. - Почему ты понравилась Альфреду? - спросил я у неё. Но она продолжала так же широко улыбаться. Мне даже стало интересно, почему она трогает свои собственные буфера и так из-за этого улыбается. Мужчины из гейских журналов казались мне более правдоподобными. Они просто развлекались в своё удовольствие. Я нервно сглотнул. Делают ли подобные мысли меня странным? И мне действительно было интересно, в здравом ли я был уме. Я сидел пятнадцать минут и размышлял над тем, куда меня отправят родители, когда узнают, что я интересуюсь мальчиками. А потом вернулся Альфред. Я посмотрел на него. Он выглядел смущённым. - Что ты сделал? - спросил его я, когда он сел рядом со мной, взял журнал и спрятал его под футболку. - Я позвонил маме. - Что? Он вздрогнул, а затем снова обнял своей рукой мои плечи. Я придвинулся ближе. - Я помню её номер. Я позвонил и сказал ей, где мы и как попали сюда. - ...и даже зачем мы сюда пришли? - Он покачал головой и засмеялся. - Ты свихнулся? Нет... Я просто сказал, что мне захотелось немного приключений. И что я заставил тебя пойти со мной. Я поднял брови. - Звучит правдоподобно. - Это точно. Она так сильно разозлилась. Но она уже едет за нами. Она только что выехала с работы. Я кивнул и посмотрел себе под ноги. На самом деле, было довольно любезно со стороны Альфреда принять всю вину на себя. Он мог бы запросто сказать, что я хотел этой прогулки так же сильно, как и он, но таким образом он избавил меня от многих неприятностей. Отец всё равно будет сердит, а мама отправит меня в постель без ужина, но это было наименьшим из наказаний, которые я мог бы получить. Я опустил голову на плечо Альфреда и тихо хихикнул. - Готов поспорить, отец накажет тебя отжиманиями. - Альфред вздохнул. - Ээх, приятель, боюсь, что ты прав, - он похлопал себя по животу. Я слышал, как под его футболкой шелестела бумага. Он улыбнулся мне. - Ну и ладно, это того стоило. Я засмеялся и потряс головой. - С трудом верится... Мама Альфреда появилась спустя сорок минут. За это время мы почти не разговаривали, а просто сидели и наслаждались приключением, которое нам пришлось пережить самостоятельно. Или, может быть, Альфред думал о своём лесбийском порно, потому что он продолжал царапать свой пах. А я думал о том, что его подмышки пахнут потом и у него на ногах больше волос, чем у меня. Но молча. До конца нашего путешествия. Она не была такой уж злой, как я ожидал - по крайней мере, сначала. Она усадила нас в машину и привезла меня домой, где выяснилось, что ни мой отец, ни моя мать ещё не вернулись. Я провёл час в ожидании их, наблюдая через окно гостиной, как Альфред делает отжимания в саду, а его отец за ним присматривает. Когда мои родители вернулись, мама Альфреда не сказала им ничего, ну и я, разумеется, тоже. - Ты хорошо провёл время? - спросила меня мама и поцеловала моё ухо. Я с улыбкой кивнул. - Веселился с Альфредом, - сказал я, получив одобрительное хмыканье от отца. *** На следующей неделе у нас была физкультура. Я сидел, надевая свои носки после душа, когда ко мне подошёл Альфред. Он был весь мокрый, а полотенце было обмотано вокруг его бёдер, прикрывая причинные места. - Хэй, не хочешь одолжить сегодня журнал? - спросил он у меня. Я покачал головой. - Всё хорошо, он побудет у тебя ещё недельку. Ему грех было жаловаться, так что он решил не отпугивать свою удачу и не спрашивать у меня ещё раз. Я выпрямился и застегнул штаны. И сразу после этого Альфред положил свою руку мне на шею и поднял мою голову вверх. Он немного наклонился вниз и посмотрел на меня серьёзными глазами. Его невинно-голубые глаза казались такими тёмными и сухими, и я чувствовал, как моё сердце перестаёт биться и подмышки начинают вырабатывать пот, как будто не я только что их вымыл. Он был так близко, что я мог чувствовать его горячее дыхание, и я быстро сглотнул. Его большой палец прошёлся по моей щеке. - Ты обзавёлся растительностью, - я моргнул. - Что? Он выпустил мою шею и приятно улыбнулся. - У тебя немного волос над верхней губой. Ты вырастил их на лице. Это круто. Я почувствовал, как мои щёки краснеют, и я провёл пальцем по верхней губе. Так и было. Я стал немного волосатым. Совсем немного, но всё-таки. - С-спасибо, - заикаясь, ответил я, а он улыбнулся и повернулся ко мне спиной, подбирая упавшую на пол футболку. Когда он развернулся обратно, его полотенце сползло немного вниз, и я увидел светлые волосы, спускающиеся от пупка к паху. В груди тут же что-то заныло, я сел на место и слушал, как неровно оно бьётся, сжимая пальцы на ногах и не смея оторвать взгляд от этих чудесных волос. Вот тогда я и осознал это. Я не просто считал геев восхитительными. Я сам был таким.