Не верь тишине

Команду Шепард разместили в небольшом помещении с одним диваном, одним офисным столом и несколькими большими пыльными ящиками. Гостеприимством народ Миража явно не отличался, если учитывать, сколько просторных и относительно уютных комнат было на корабле — и какую комнату дали им. Амана с ними не было: примерно через десять минут его вызвал охранник и сказал, что до созыва нужно уладить кое-какие дела, и они удалились. Членам Нормандии принесли какие-то пайки и две бутылки с водой, чтобы утолить не на шутку разыгравшиеся голод и жажду. Чем бы солдат не занимался, каким бы важным или опасным не было его задание, рано или поздно на первое место выходят естественные потребности: голод, жажда и сон. И шутки с организмом могут плохо закончиться: никогда не знаешь, в какой именно момент времени потеряешь сознание от энергетического или голодного истощения, в самый ли разгар ожесточенной перестрелки или во время короткой передышки. Припасов было недостаточно, чтобы насытиться, но их хватило хотя бы на то, чтобы члены отряда не смогли свалиться в обморок прямо на глазах у Совета. Вымотались абсолютно все. Джеймс, не в силах сопротивляться, заснул прямо на ящиках, и Шепард не стала возражать. Вскоре к нему присоединился Кайден, разместившись на полу и облокотившись спиной рядом. Лиара пыталась держаться, но через какое-то время ощущения безопасности и спокойствия, впервые за столько времени, заставили закрыть глаза — и вот она уже сопит, по-детски подложив ладонь под голову. Даже Явик, вечно восхваляющий свою расу за силу, стойкость и дисциплину, уже не мог бороться со сном, и усилий требовалось больше, так как контролировать приходилось четыре глаза, а не два. Окончательно сломила его Лиара, когда во сне не нарочно уронила голову ему на плечо. И вот уже дремал протеанин, правда, гордо выпрямив спину и скрестив руки перед собой в кулаке. Сама Шепард разместилась на полу у стены вместе с Гаррусом, и у них не было времени разглядывать спящих товарищей. Солдат спал, и капитан дремала под сильной турианской рукой, положив щёку на неудобную из-за брони, но родную грудь турианца, наплевав на то, что команда может смотреть на сладкую парочку. Из крепкого и спокойного сна их вырвал бас охранника, приглашавший проследовать в зал заседаний. Никто не знал, сколько времени прошло, пока они спали. Но того, что у них было, явно оказалось недостаточно. Ещё совсем сонных, их под конвоем повели на палубу ниже, в большое круглое помещение. Оборудованное под зал заседаний, вместе с трибуной у противоположной от выхода стены и скамьями по бокам, оно чем-то напоминало зал Совета на Цитадели, но без зелени и текущего через все щели искусственного солнечного света. Издалека Шепард узнала отца Амана на трибуне. Рядом с ним было ещё три существа. Странные существа в масках расположились по бокам комнаты, отряд с Нормандии расположили на одной из скамей. Как только они сели, хищники презрительно отодвинулись на столько, на сколько позволяло свободное место. Шепард заметила, как много существ собралось в этом зале и ужаснулась. Она надеялась, что отец Амана распорядился о неприкосновенности её команды, несмотря на то, что совсем недавно на них велась охота. Потому как в случае нападения живыми им из этого помещения не уйти. Вождь ударил по столу, и шум в зале прекратился. Он сделал жест рукой, и через двери сбоку от него вошёл Аман. Он встал перед трибуной как обвинённый перед судом. — Мы созвали этот Совет, чтобы назначить нового Вождя нашего Племени. Воин Дихар, который должен был унаследовать этот титул согласно иерархии, пал в честном поединке, и, согласно традиции, тот, кто принёс голову, имеет право занять его место. Этим кандидатом стал Аман, двадцать третий ученик Дихара и сын Вождя. — После секундной паузы он указал рукой на Амана и добавил, — мой сын. Зал наполнился недовольными голосами зрителей, стало очень шумно. Вождь снова ударил по трибуне. Затем продолжил: — Боги свидетели его славе, но, прежде чем назначить нового Вождя, мы должны выслушать желающих высказаться или бросить вызов Аману. Снова поднялся гвалт. Существо, сидевшее через четверых от Шепард, встало: — Аман не прошёл посвящение! Он не может стать Вождём, потому что ещё не стал полноценным воином! — злобно прорычало оно, и зал взорвался криками одобрений. Следом поднялся ещё один: — Дихар был лучшим кандидатом! У Амана нет авторитета среди других солдат! Высказалось ещё несколько человек, Аман лишь стоял и молчал. А Шепард наблюдала за ними. После стука Вождь обратился к залу: — Среди тех, кто высказался, есть такие, кто хочет бросить вызов кандидату? Зал молчал. Подождав несколько секунд, Вождь сказал: — В таком случае, ваши доводы не имеют веса. Лишь честный бой может решить судьбу нового кандидата. Послышалось несколько недовольных возгласов, но они тут же затихли, когда начал говорить Аман: — Дихар был достойным воином и честным приверженцем традиций. Но вышло так, что я займу его место. — Он повернулся кругом, окинув взглядом всех присутствующих, — но я здесь не ради того, чтобы доказать своё право. Я хочу рассказать вам о вещах, о которых вы никогда не знали, и о которых вам не рассказывал ни Дихар, ни Вождь. Отец Амана ожидал от сына какой-нибудь выходки, но не думал, что это произойдёт прямо на собрании. Но, тем не менее, он решил, что никто ему не поверит. — Те существа, которые прибывают к нам на корабль и которых используют в качестве мяса для охоты и Чужих, на самом деле — не враги, — продолжал сын Вождя, — никто не знает о существовании этого корабля. Всё это время мы захватывали и убивали ни в чём не повинных людей. Зал наполнился голосами и смехом в некоторых местах. Вождь усмехнулся. — Вы можете мне не верить, но у меня есть доказательства. Вместе с очередной партией пленных к нам на корабль прибыла группа во главе с капитаном Шепард, — он показал рукой на названную, все в зале устремили взгляды на неё. — Подойди сюда. Шепард послушно встала со своего места. На вопросительные взгляды товарищей она кивнула, показывая, что всё под контролем. Вышла и встала рядом с Аманом. — Расскажи им то, что рассказала мне, — тихим голосом сказал солдат капитану. Джейн имела опыт публичных выступлений, но сейчас у неё бежали мурашки: говорить перед сборищем агрессивных и непонятных существ было неуютно. — Меня зовут Джейн Шепард, я капитан корабля «Нормандия», он сейчас завис недалеко от Миража, и все его системы отключены вашим устройством. Мы были вынуждены подняться сюда, чтобы отключить глушилку, но нас захватили в плен. Это члены моего отряда, — она указала на товарищей, — мы не хотели на вас нападать. Это вы на нас напали. Зал снова засуетился. Послышались перешёптывания. Один из членов Совета произнес в адрес Амана: — Я не знаю, какие ты преследуешь цели, но ты глуп и наивен, если решил, что все поверят пленному человеку. — Я больше не пленница, — сухо ответила Шепард и машинально положила руку на «Палач». — Всё, мне надоели эти бредни, — встрял Вождь, — охрана! Уведите этих шестерых в камеру. Члены Нормандии вскочили со своих мест и направили своё оружие в разные стороны. Медленно вышли в центр зала. «Из всех возможных вариантов всегда наступает самый худший» — подумала капитан, и тоже вытащила оружие. Аман приблизился к команде, как бы показывая, что выступает за них. Ни охрана, ни окружающий народ не знали, что делать. Ведь Аман — их будущий Вождь де-факто, а значит, и задерживать его будет как-то неправильно, но и ослушаться приказа настоящего командира нельзя. Шепард и её товарищи тем более не знали, как разрешить возникший конфликт. К радости, хотя всё-таки, наверное, к горю, конфликт разрешился сам собой: со стороны главного входа в зал послышался визг, а затем глухой удар по двери. Тишина. Все замерли в ожидании. Прошла пара минут, но ничего больше не произошло. — Проверьте, — приказал Вождь охранникам. Четыре охранника покорно направились к двери и открыли её. Тут же в зал потекла ярко-салатовая струйка крови. Тела двоих часовых лежали неподалеку. Посторонних не наблюдалось. Пока охранники осматривали тела, одному из членов Совета пришло сообщение на наручный компьютер. — Вождь, убийства в секторе С3, С4, В6, А11, А18, — сказал он. — Чужие. Также охрана пытается удержать стаи Чужих в нескольких секторах корабля. Не успел он это сообщить, как с той стороны, где только что убили охранников, раздался крик Чужого. Тварь медленно показалась из прохода, рыча и скаля зубы, мотая длинным костяным хвостом из стороны в сторону. Следом за ней вышли ещё несколько, таких же блестяще-чёрных, больших и агрессивно настроенных. Шепард не смогла сосчитать точное количество тварей, но их было достаточно, чтобы завязался ожесточённый бой в ту же секунду. Хищники обнажили оружие и бросились в бой с чёрными тварями. Вождь и члены Совета не присоединились к заварушке, а незаметно скрылись через дверь у трибуны. В общей суматохе все забыли про Шепард и её команду. Они так же отошли от места стычки вместе с Аманом, к выходу, через который вышли члены Совета и Вождь мгновение назад. — Мы должны убить Мать, иначе погибнут все, — сказал Аман. Джейн не ответила, потому что к ним приблизился Чужой, раскрыл пасть и оглушительно закричал. Точный выстрел в голову из Палача в вытянутый блестящий череп, затем второй, третий и биотическая помощь Явика — и тварь замолчала навсегда. — Пошли! — крикнула Шепард. Она ударила по панели рукой, створки двери раздвинулись, и они вышли из зала. Они быстро побежали по коридору за Аманом. На пути им встретился труп одного из советников, окрашенный в салатовый собственной кровью. Вдруг из-за поворота выпрыгнул Чужой. В отличие от других, этот не стал тратить время на предбоевое запугивание, а сразу прыгнул на первого попавшегося, которым оказался Аман. Тот успел выставить руку и отпрыгнуть, оттолкнув тварь в сторону. Та лишь разозлилась, приготовившись к новому прыжку. Лиара попыталась захватить её в биотическую сферу, но промахнулась. Чужой извивался, словно змея. Он ударил Кайдена хвостом с невероятной силой, и тот впечатался в стену. Аман использовал заминку и активировал пушку на плече, сделал точный выстрел в голову твари, и она разлетелась на мелкие кусочки. Кровь Чужого, попавшая на некоторых из отряда, тут же зашипела на броне, но её было недостаточно, чтобы проесть дыру, поэтому она оставила лишь небольшие следы. — Где ты был раньше? — воскликнул Вега. — Я взял это оружие перед Советом, — ответил ему Аман. — Наши шансы резко увеличились, — вклинился Гаррус. Джеймс помог Кайдену подняться. Убедившись в целостности майора, капитан приказала двигаться дальше. Времени было немного. У жителей Миража нет шансов противостоять Чужим. За время их «путешествия» твари расплодились настолько, что теперь их численность превосходила численность хозяев корабля в десяток, а то и в несколько десятков, раз. Мираж был огромен. По представлениям и беглым подсчётам самой Шепард, «охотники» населяли примерно четвертую часть корабля. И это были только верхние уровни. А размеры Миража можно было сравнить разве что с размерами Пути Предназначения, а то и рядовым Жнецом. Нижние же уровни, а теперь и некоторые средние, населяли чёрные твари, и они продолжали продвигаться вверх из-за нехватки места. И если бы не «дары» в виде пленников, численность Чужих не разрослась бы до таких масштабов так быстро. Главная сложность состояла в том, чтобы добраться до Матери Чужих, которая находилась где-то на дне корабля в самой гуще тварей, убить её и суметь выбраться из этой заварушки живыми. Они преодолели несколько коридоров, по пути им встретился ещё один Чужой, которого Аман вовремя заметил и уничтожил метким выстрелом в голову. — Главная бойня сейчас в зале Совета, и, скорее всего, в зале с пленными, — сказал Аман, не сбавляя шаг. — Но нужно торопиться, пока Чужие не поняли, что мы отбились от остальных солдат. — Ты знаешь, куда пропал твой отец? — спросила Лиара. — Нет. И меня это не интересует, — сухо ответил он. — Либо сбежал, несмотря на речи о долге и традициях, либо отправился в самую гущу погибать героической смертью. Через некоторое время пути Аман остановил отряд. Они встали перед дверью, створки которой были сильно деформированы то ли от удара, то ли от какой-либо другой посторонней силы. — По вентиляции сейчас перемещаться опасно и долго, — Аман подошёл к дверям и похлопал по одной из них рукой, — мы спустимся по шахте лифта на дно корабля. — А где лифт? — спросила Шепард. — Он упал. — Нужно раздвинуть двери и посмотреть, — сказал Гаррус и взялся за одну из створок. Аман кивнул и взялся за другую. Спустя несколько секунд усилий двери поддались лишь на несколько сантиметров. На помощь пришли Явик и Джеймс, по одному на каждую сторону. Со страшным скрипом створки всё же поддались. Было очень рискованно так шуметь, ведь никто не знал, сколько Чужих в этом секторе корабля. Гаррус осторожно заглянул вниз. — Кажется, вентиляция мне нравится больше, — произнёс он. Шепард подошла к лифту и тоже посмотрела вниз. Разглядеть хоть что-нибудь было невозможно, там была сплошная чернота. — Нам нужен свет, — сказала она. Аккумуляторы на костюмах у всех практически «сдохли». Минимальный заряд показывал инструментрон Шепард. Но, к счастью, на Палаче был свой фонарь. Она сняла его с пистолета и включила. Светил не ярко, но хватало. Джейн посветила вниз. Шахта была настолько глубокой, что свет не доставал до её дна. Осмотрев проём целиком, она обнаружила лестницу, по которой можно было спуститься. — Спускаемся по очереди. Аман впереди, я за ним. Следите за светом. — Шепард, мы с Явиком тоже можем вам посветить, — сказала Лиара и окуталась синим свечением. Явик демонстрировать не стал, лишь кивнул. — Поберегите силы. — А лестница выдержит? — спросил майор Аленко. — Другого пути у нас нет, — ответила Шепард. Сразу вслед за Аманом, Шепард осторожно, стараясь создавать как можно меньше шума, взобралась на лестницу. Зажала в зубах фонарик с Палача. За ней стали спускаться остальные члены отряда. Как бы они не старались, лестница предательски скрипела, с каждым новым шагом увеличивая шансы на встречу с врагами внизу. Несмотря на то, что продвигались они довольно медленно, шахта всё равно казалась слишком глубокой. Шепард вглядывалась в темноту, но не могла увидеть пола или хоть что-нибудь, что хотя бы намекало на то, что конец существует. Планка под ногой Лиары проломилась, но Явик, который спускался ниже, успел поддержать девушку. Через какое-то время дно всё же показалось. Место, куда они спустились, на самом деле было крышей лифта, который, как объяснил Аман, застрял тут, не доехав до нижнего уровня. Сын Вождя спрыгнул легко и бесшумно, несмотря на свои размеры. В стене здесь находился вход в техническое помещение, и отряд направился именно в него. Освещения не было и здесь, впрочем, как и в любой точке корабля, где жили Чужие. Пришлось довольствоваться тусклым светом фонарика. Пройдя через техническое помещение, они вышли в коридор, который отличался от прежних коридоров тем, что потолки здесь были закруглены и их высота была на порядок меньше. Местами Аман указывал, в каком направлении стоит продолжить путь, если возникала развилка из коридоров. Но с каждым шагом идти было труднее. Странной черной субстанции становилось всё больше, и подошва в ней застревала. Это было доказательством того, что они идут в самую гущу тварей: туда, где может сидеть Мать. Шепард всё отчетливее улавливала какой-то мерзкий запах. Вскоре они обнаружили его источник. Луч фонаря поймал кусок темного мессива и осветил трупы. Много трупов. Подавляющим большинством из них оказались человеческие. — Твою мать… — выразился Вега. Позади Лиара еле сдержала рвотные позывы. Трупы здесь находились очень давно, судя по тому, что теперь это были огромные куски гнилой плоти. У тех, что можно было отличить от общей массы, на месте животов зияли огромные дыры. Пытаясь не смотреть на этот ужас, отряд двинулся дальше. Впереди кто-то шевельнулся. Шепард приготовилась встретить врага, и он не заставил себя ждать. Чужой поднялся из-за горы трупов и зашипел. Аман выстрелил, но тварь успела отскочить. С визгом она пробежала по стене, словно насекомое, и оказалась прямо перед отрядом. Шепард выстрелила несколько раз. Пули задели спину, но это не дало никаких результатов. Биотики попытались заключить тварь в сферу. Используя задержку, Аман перезарядил пушку и смог точно нацелиться. Через секунду к трупной массе присоединилась мозговая масса Чужого. Убедившись, что на шум не прибегут другие твари, команда поспешила покинуть злосчастное помещение. Они шли по нарастанию черной жижи, тихо ступая между обломками стен. За тысячелетия обитания Чужих, эти помещения удивительно хорошо сохранились. Но, конечно, не так хорошо, как те, в которых жили «хозяева». — Джейн, — шепнул Гаррус, — мне кажется, эта самая глупая авантюра, в которой мы когда-либо участвовали. Даже если мы найдем Мать, мы не сможем оттуда выбраться. Она там наверняка не одна. — Мы заложники ситуации, Гаррус, — ответила ему Шепард. — Если бы не люди, заключенные здесь, мы бы давно были на пути к оставленному челноку. — Это самоубийство! — Вам не придется рисковать, — вдруг вклинился в разговор Аман и достал из кармана три небольших шарика, — я взял взрывчатку. Этого хватит, чтобы снести целый сектор корабля. Шепард рукой остановила отряд. — Нельзя взрывать корабль! Могут пострадать все! — Мы можем убить её только так. Рядом с ней сотни Чужих. — А как же заложники? Как же твой народ? — недоумевала Шепард. — У меня не было времени придумывать план, — спокойно ответил Аман. — Коммандер, позвольте мне сказать, — подошел Явик. — Есть идеи? — капитан вытерла со лба пот и громко выдохнула. — На протеанских кораблях любые двери всегда можно было закрыть вручную. Если изолировать сектор, закрыв все соединяющие гермодвери, от взрыва не пострадают остальные части корабля. — Для начала нужно узнать, в каком именно секторе сидит Мать, — сказала Шепард. — …а это можно сделать лишь опытным путем, — закончил за нее Гаррус.