Совсем как ты

Брюс не взял его с собой той ночью, и следующей тоже. Тим провёл эти дни в пещере, горбатился над исследованиями, набирал отчёты по делам и в целом старался приносить пользу (и только когда Альфред принёс ему очередную чашку чая, он осознал, что провёл внизу больше двенадцати часов; перед глазами всё плыло так сильно, что буквы на экране едва читались, но он готов был на что угодно, лишь бы Брюс снова мог смотреть на него нормально). Сегодня Тим оптимистично надел костюм перед тем, как спуститься в пещеру к Брюсу. Брюс почти не бывал дома с самого инцидента, но Тим не мог с уверенностью сказать, правда ли его наставник был занят или просто активно его избегал. Тим сглотнул, стоя у входа, и почувствовал, как неприятно взмокли ладони в перчатках. Он нервно пригладил волосы (слабак) и расправил плечи. И спустился по ступенькам. — Не сегодня, Тим, — сказал Брюс, даже не оборачиваясь. Тим уставился в пол, привалившись к перилам, и стиснул зубы. — Хорошо, — сказал он как можно ровнее. Брюс глянул на него. — Может, завтра, — сказал он. — Ты же сам знаешь, что не завтра, — сказал Тим, удивив даже себя. Брюс выпрямился и очень медленно отвернулся от консоли. — Что, прости? — Если ты не собираешься больше разрешать мне патрулировать, хотя бы скажи об этом честно, — Брюс уставился на Тима; лицо Тима горело, и сердце билось до боли (Господи, что он Брюсу несёт, почему не может просто промолчать), но он уже взвился. — Ты знаешь, если от одного крохотного дурацкого проступка, от одной ошибки наше так называемое партнёрство разваливается, то значит, не так уж ты мне и доверял изначально. Выражение лица Брюса не изменилось. — Я не буду говорить с тобой об этом, Тим. Тим на это рассмеялся, резко, горько. — Вот это сюрприз. Брюс Уэйн предпочитает пассивную агрессию вместо реального решения конфликта. Брюс собрался было что-то сказать, бросив на Тима предупреждающий взгляд — но Тим перебил. Сердце билось так часто, что он испугался, что отключится прямо там. Но он всё равно повысил голос, перекрикивая бешеный стук. — Это правда было ошибкой, знаешь. Я не хотел ранить того типа, клянусь, не хотел, — продолжил Тим, хотя горло перехватило. — А ещё я не хотел быть вторым Робином, которого тебе придётся потерять. Не хотел этого на моей совести, — во рту набралось наконец достаточно слюны, чтобы сглотнуть. — Всё к этому свелось, Брюс. Я или он. И я сделал правильный выбор. Брюс переменился в лице — совсем немного, но выражение стало неузнаваемым. Тим даже не успел попробовать разгадать, что оно значит. — Можешь идти, — сказал Брюс. Тим медленно, неровно выдохнул. — Пошёл ты, Брюс, — сказал он спокойно. Искренне. Он развернулся и ушёл, сделав вид, что не заметил оглушительной тишины, которая прилетела ему вслед вместо оклика.

***

Будь он кем угодно, он бы побросал кое-какие вещи в сумку и ушёл. Но он был Тимом Дрейком, поэтому он аккуратно выложил на стол содержимое рюкзака, затем поставил его на кровать. Набрав номер Дика одной рукой, он стянул перчатки, затем ботинки. Босиком прошёл к гардеробу, выбрал пару неброских вещей (умышленно не стал трогать те, на которые Брюс нацепил жучки, потому что пусть он хоть сто раз величайший детектив на свете, облегчать ему задачу Тим не собирался) и кинул их на кровать. — Привет, почитатель, — приветливо сказал весёлый голос Дика в трубке. — Меня сейчас нет на связи, но… Тим нажал повторный набор. Он аккуратно сложил одежду — получилось неправильно, так что он попробовал ещё раз (намного лучше). Затем упаковал вещи в пустой рюкзак вместе с двумя тщательно выбранными книгами и давно просроченным домашним заданием. — Привет, почитатель. Меня… Тим отсоединился и бросил телефон на кровать. Он провёл — нет, одёрнул себя перед тем, как провести рукой по волосам, потому что уже и так достаточно поддался сегодня глупым человеческим порывам, и к чему это привело в итоге? Его трясло от ярости и ещё чего-то, пока он снимал свой (не свой — просто) костюм Робина, переодеваясь в самое тёплое, что у него нашлось. Ночи в Готэме были прохладные. Он прихватил бейсболку и кроссовки, закинул рюкзак на плечо и выключил свет. Костюм он оставил сложённым на кровати.