Не умеют проигрывать

Естественно, появление столь нашумевшей (к тому же овеянной дурной славой) за последнее время личности, в, совершено не избалованной знаменательными событиями, деревне просто не могло не остаться незамеченным. Местный староста был тот час же проинформирован о том, что число обитателей вверенного ему населенного пункта давеча возросло на одного человека, да все бы ничего, но состоявшего в общегосударственном розыске. И чтобы донести об этом куда и кому положено, он незамедлительно послал своего личного секретаря, даже снабдив по такому случаю лучшим жеребцом, качественно отличного от большинства дряхлых кляч, коими владели местные жители. Ближайший город находился в полутора часах езды, впрочем, далеко тому скакать не пришлось, так как, отдалившись от селения едва ли на несколько верст, гонец наткнулся на конную группу из того самого войска, отправленного по “высочайшему распоряжению” Королевы Элион, во главе с “первым советником”, дабы “раз и навсегда покончить с группировкой особо опасных преступников и сторонников свергнутого тирана” (что в трактовке нынешних власть имущих – по сути одно и тоже). Хотя в личных делах основного контингента, объявленных вне закона, отсутствовала доскональная информация об их происхождении (оно и понятно – нелюди все же), таки нашлась парочка исключений, в том числе касательно главы сего вооруженного формирования, где указывалось, что тот когда-то проживал недалеко от места, где, согласно показаниям Стражниц, их видели в последний раз. Не исключая вероятности, что, в связи с этим фактом, мстители могут наведаться в те края, туда то Калеб и решил в первую очередь вести гвардию, выслав на разведку передовой отряд, которому посланник деревенского старосты рассказал все во всех подробностях, чем только подтвердил догадку. Чтобы не терять время и не дать добыче уйти, как уже не раз случалось, всадники на свой страх и риск последовали за гонцом на место назначения, предварительно направив одного из своих к командиру с убедительной просьбой ускорить продвижение главных сил. По прибытии в, расположенное на окраине блеклой пустоши, захолустье, они не преминули воспользоваться предложенной помощью, поднятых по удару набата аборигенов, посчитавших не зазорным посодействовать в поимке персоны “нон-грата” (за такое вознаграждение уж точно), пусть и сына уважаемого всеми односельчанина. Оцепив полумесяцем указанную лачугу, участники карательной экспедиции и их добровольные союзники (иначе говоря - массовка), принялись оценивающе сканировать участок на наличие черных ходов, через которые объект преследования мог улизнуть от них и готовиться к облаве. Каково же было их изумление (поистине неописуемое), когда высокий мужчина в офицерских доспехах и черном плаще с высоким воротом сам вышел к ним размеренным, грациозным шагом, храня абсолютное хладнокровие. Остановившись напротив, выступившего ему навстречу, повстанца, он гордо выпрямился, поправляя, закрепленный на поясе, меч, и обвел собравшихся у его дома брезгливо-презрительным взглядом (да уж – во что ж, однако, превратилась меридианская армия…), остановив его на “парламентере”. Весь его вид, словно говорил о том, что воин смотрит на них с высока, и никак иначе. - Именем Ее Величества, Королевы Элион I Эсканор, мы требуем… - почти скороговоркой (безусловно старательно заученной наизусть) начал было говорить мятежник, как… - Ты разговариваешь со старшим по званию, мразь! – грубо перебил его Рейтар – обращайся, как положено к капитану гвардии ЕГО Величества! В отличие от тебя я честно заслужил это звание! Стоит ли говорить, что приказной тон противника, не говоря уже о более чем открытом непризнании за нынешней правительницей прав на власть (за одно только это пожизненное заключение вам обеспечено), серьезно ошарашили, крайне уверенного в своем положении, напялившего на себя командирский мундир, бунтовщика, изрядно сбив спесь, отчего тот даже невольно, словно на автомате отдал честь, но тут же спохватился: - Согласно высочайшему повелению, вы были разжалованы и лишены всех наград и званий – начал парировать парламентер, пытаясь отогнать смущение – поэтому… В следующий миг лицо Рейтара исказила яростная гримасы, и прежде чем повстанец закончил фразу, воин, сделав шаг вперед, парой-тройкой стремительных, почти неуловимых рывков, один за другим сорвал с того знаки отличия и бросил в пыль, демонстративно растоптав, отчего оппонент откровенно офигел, на время даже утратив дар речи, и застыл, не в силах пошевелиться, ровно, как и его, выпучившие глаза, спутники. - Вот это называется быть с позором разжалованным – сочившим ядом голосом пояснил рыцарь, в довершение, сплюнув под ноги врагу – уяснил? - К-королева… - все же промямлил “нежданно разжалованный”, спустя десять секунд более-менее придя в себя и собравшись с мыслями – готова проявить… милосердие, если… - по его лбу пробежала капля пота – …вы сдадитесь без сопротивления и… принесете покаяние за… прошлые преступления… - Передай своей “Королеве”, ее ручному щенку и прочей тебе подобной сволочи, что меридианский офицер не продается за паскудную милость кандракарских прихлебателей – категорично отрезал мститель. - Даю последний шанс – объявил повстанец дрожащим толи от злости толи от страха голосом – иначе нам придется применить силу! - Не смешите меня, клоуны – прорычал Рейтар - а теперь – зазубренный клинок неожиданно высвободился из ножен, отсалютовав слева на право – дайте пройти или же я пойду по вашим трупам – выбирайте! Получив вполне себе однозначный отказ на “щедрое предложение”, переговорщик, нервно сглотнув от вида опасной стали, попятился назад, споткнувшись по камень. Доковыляв до группы мятежников-командиров, он, ничего не сказав, лишь отрицательно покачал головой, в чем, однако, и не было нужды - тем и так все было предельно ясно. Время слов окончилось, настало время действовать! *** - ВЗЯТЬ ЕГО!!! – проорал во всю глотку предводитель отряда, обнажив меч, что по его примеру проделали и остальные солдаты. Воинственный клич, вырвавшийся из десятков глоток, разорвал пространство вокруг хутора, временно отбив слух всем, в том числе и самим крикунам, затем скопом бросившимся на противника. Самый рьяный первым замахнулся на Рейтара, а тот вскользь отразил его удар, зайдя с боку, и незамедлительно рубанул в отместку по шее в районе сонной артерии – без сомнений смерть его была воистину мучительна. Второй на очереди, похоже, несся так быстро, что и атаковать толком не успел, нарвавшись на пинок в грудную клетку, в результате опрокинувшись на спину, а вылетевший из его руки, меч несколько раз прокрутился в воздухе, пока не лег в свободную ладонь, ловко словившего его рыцаря Мщения – им то он и добил прежнего владельца, пригвоздив к сырой земле, но на место первых двух сразу заступили другие… Уклонившись от просвистевшего в сантиметре от уха лезвия, бывалый воин вихрем крутанулся в сторону, наотмашь полоснув нападавшего по горлу, после чего с ходу заблокировал клинок очередного повстанца одним оружием, а после точным выпадом всадил второе аккурат в самое сердце, пронзив насквозь: его взгляд утратил всякую осмысленность, и не издав ни единого звука, сраженный недруг осел на колени, под конец рухнув в грязь, когда убийца извлек меч из его груди и придал ускорения коротким ударом рукояткой в висок. - НУ, КТО СЛЕДУЮЩИЙ?!! – с вызовом крикнул гвардеец, ловко вращая обоими мечами. Волей-неволей, вид четырех павших жертвой своей неосмотрительности однополчан, среди которых был один из руководителей, заставил других служивых действовать более осторожно и менять тактику, особенно главу арьергарда, решившего не испытывать судьбу и отступить за широкие спины мускулистых гуманоидов, коих следующими и послали в наступление, на сей раз по трое бойцов, рассчитывая одолеть числом, не давая бить себя по одиночке. Алебарды гвардейцев синхронно взметнулись вверх, метя по голове в шипастом шлеме, но, не достигнув своей цели, со звоном и скрежетом опустившись на, скрещенные в защитном иксе, клинки рыцаря, который начал отступать под их дружным напором, что, вопреки ожиданиям нападавших, оказалось не более чем хитрой уловкой, призванной усыпить бдительность: резко крутанув мечами в противоположные стороны, Рейтар отвел вражеское оружие, открывая брешь в их обороне, добившись чего, взмахнул в обратном направлении - двое гуманоидов, согнувшись, как будто им скрутило желудок, ничком повалились мордами в грязь, держась за рассеченные животы. Близстоявшие сослуживцы же отпрянули назад, не желая разделить их участь. Уловив краем уха быстрое приближение с фланга, окруженный офицер, вновь доказал свою отменную реакцию, стремительно развернувшись лицом к новой опасности, срезав угол, или вернее – перерубив древко того чем, его собирались огреть, трофейным мечом, и уже было занес своим собственным для смертельного удара, как вдруг остановился… Попавшийся на глаза противник оказался не солдатом, а не крестьянином, судорожно сжимавшим в руках обрубок косы – его испуганный взгляд так и молил о пощаде. Вот тут-то секундная заминка (вызванная раздумьем на тему правильно ли убивать такого врага) и вышла Рейтару боком: что-то тяжелое c размаху заехало ему по затылку, отчего в глазах все померкло, а голова пошла ходуном. И хотя его подкосило на одно колено, он все же с трудом удержал равновесие, правда и неприятели не стали терять время, по полной воспользовавшись подвернувшейся удачей… Тут же налетев со всех сторон, они выбили оружие и навалились кучей, заломав руки. Яростные попытки сопротивления уже ничего не могли дать, тем более, что удары прикладами алебард по голове и в поддых вскоре сломили их. Можно было смело праздновать победу – опасный преступник взят! Задержанного сразу же поволокли к командиру группы, заметно осмелевшему в связи с таким поворотом событий. - Что это такое? – он вопросительно поднял брови, заметив сверток ткани под плащом пленного, который без промедления извлекли и протянули ему подчиненные – Ну надо же! – усмехнулся он, осмотрев полотнище старого княжеского флага – Прямо у сердца хранишь – однако какая сентиментальность. Ответа не последовало, пленник лишь поворотил носом в сторону, как бы в знак того, данное общество не вызывает у него ничего кроме дикого отвращения, что, впрочем, их чувств нисколько не задело. - Ну что молчите, капитан – все с тем же злорадством, продолжил осведомляться бунтовщик - язык проглотили? - А не о чем мне с тобой говорить – хрипло проговорил тот, все же подняв на него глаза – вешать вас, шлюхин выводок, надо было всех поголовно! Жаль не доглядел Повелитель! Ухмылка тот час сменилась оскалом, после чего сжавшаяся в кулак рука мятежника со всей силы вломила по челюсти рыцаря, что тем не менее, вызвало лишь его приглушенный смех: - Бьешь, как баба – с издевкой констатировал Рейтар. От его переполненного лютой ненавистью, жаждущего крови, взгляда по спине служивых, сами собой забегали мурашки, как если бы смерть, собственной персоной, дышала им в затылок. От необъяснимо нахлынувшего страха, мятежник-командир дернул головой, словно пытаясь стряхнуть с себя это ощущение. - Казнить – внезапно для всех распорядился он, небрежно махнув рукой – живее! - Но… сэр… - робко воскликнул один из гуманоидов, косясь то на скрученного мстителя, то на лидера отряда – нам же… было велено доставить его живьем… разве не главнокомандующий должен решать такие вопросы? И Ее Величество хотела обойтись без… - Этот не из тех, кого можно оставлять в живых – непреклонно отмахнулся повстанец – бешеная собака перевоспитанию не поддается! Да к тому же – задумчиво протянул он, отвернувшись куда-то в пустоту – аналогичную награду дают и за мертвого. - Хочу напомнить – встрял в обсуждение, возникший невесть откуда, староста деревни в сопровождении коренастого мужика, в чьей руке поигрывала увесистая дубинка – что за наш вклад в его поимку, часть вознаграждения должна быть выделена на нужды селения… - И эти продались… – зло прошипел воин, скрипя зубами - … свои же земляки… сволочь на сволочи и сволочью погоняй!!! - Обсудите это с вышестоящим начальством – пресек на корню нежелательный разговор командир группы захвата, намереваясь вернуться к насущным задачам – приказ слышали? На так выполнять, пока не… ррр… Буквально на полуслове его оборвала, туго обмотавшая его шею, подобно петле, горевшая ярко-зеленным цветом, цепь, которая с свистом выскочила, словно из пустоты: в следующее же мгновение невезучего (даже слишком) человека резко утянуло назад, оторвал при этом от земли.