Не умеют проигрывать

Шаг за шагом рыцари Мщения брели по широкому, простиравшемуся все дальше на многие мили вперед и частенько петляющему, горному коридору, вдоль которого по обе стороны неровной грядой, местами до тысячи локтей в высоту, тянулись, как будто гладко отесанные, стены скал, утыкаясь острыми пиками в небо. Переход через ущелье в условиях палящего зноя длился уже несколько часов и, на полном серьезе казалось, что ему не было конца, отчего порядком утомившихся путников начинала одолевать, возраставшая с каждой минутой, раздражительность и нервозность, а их ноги, словно наливались свинцом от усталости. Будучи опытным следопытом, Охотник со своим верным любимцем следовал первым с небольшим отрывом от остальных, в целях разведки местности, самому же громоздкому и медлительному члену ордена, тобишь Гарголю приходилось замыкать собой общее шествия, не в последнюю очередь для надежного прикрытия тылов от вероятной (к слово очень даже ожидаемой) погони. Пожалуй, среди коллективно повесившей носы группы, один только командующий сохранял бодрость духа, ступая с высоко поднятой головой и тихо, почти шепотом напевая старую солдатскую песню, являвшуюся неофициальным гимном королевской гвардии: "Меридианцы рождены для битв и славы, Нам вражьи козни и невзгоды нипочем, И не страшны ни замбалийцы, ни земляне, Ни пресловутый карантийский флот!" Вдруг, шедшая рядом, темноволосая девочка, ни с того, ни с сего озадачила его самым неожиданным вопросом, какой только можно было от нее ожидать: - Не жалеешь, что покинул дом? – робко спросила Миранда. - Аа… что? – переспросил Рейтар, услышав ее голос, словно откуда-то издалека – о чем не жалею? - Твой дом – повторила паукооборотень – никогда не жалел, что ушел оттуда, что оставил семью, перечеркнул прежнюю жизнь? - Да нет, не особо – чуть подумав, ответил гвардеец – я с малых лет решил, что соха по мне не плачет и влачить полунищенское существование в захолустной глубинке на задворках цивилизации – однозначно не мое! Мой отец был военным, и еще мальчишкой, слушая его рассказы, я мечтал стать великим воином, хотел служить своему Миру не словом, а делом, но однажды… - покрытое шрамами лицо заметно помрачнело - … он вернулся из похода, потеряв руку, из-за чего был уволен в отставку, и настрого запретил мне и брату даже думать о ратном поприще… Рейко повиновался, а я… не отрекся от своей мечты и сбежал, вскоре добравшись до столицы, и записался рекрутом в армию. - Может он поступил мудрее? – предположила паучиха, вопросительно изогнув брови. - Каждому свое – без всякого раздражения развел руками рыцарь – мы те, кем хотим быть, и лично я своего достиг: выбился в люди и обрел предназначение – грех жаловаться! - Никогда не понимала как можно добровольно выбирать подобное – пробубнила себе под нос брюнетка – наверно потому, что мне выбора не предоставили… За меня его сделал тот, кто обещал, что никогда не оставит, а сам… В небесно-голубых глазах отразилась неподдельная грусть, как будто их заволокло тучами. Глава ордена повернулся в ее сторону, чуть наклонив голову, так что офицерский шлем съехал на уровень бровей, одарив ее взглядом, в котором читалось некоторая доля сочувствия. - Мне искренне жаль твоего отца – произнес он – но разве он пошел на это не ради лучшей доли для тебя? И то, что ты сейчас клянешь судьбу – не самый лучший способ почтить его память! Тут к большой неожиданности для нее самой, на паучиху нахлынули воспоминания далекого прошлого. *** То было 13 лет ранее, когда в самый разгар внутрединастической борьбы за власть между Королевой Вейрой и ее сыном, армия последнего заняла в ходе своего победоносного наступления, считавшуюся неприступной, крепость Ним-Нарен, чей гарнизон по доброй воле принял сторону юного принца и без боя открыл перед ним ворота. Тогда еще совсем маленькая темноволосая девчушка, горячо любимая дочь правой руки нового Князя Тьмы (а до кучи единственный ребенок среди огромной оравы меридианских нелюдей, составлявших основной костяк его войска), впервые оказалась в огромном каменном здании, где специально для нее обустроили первоклассные апартаменты на самом верхнем этаже со всеми возможными удобствами, о чем прежде она и мечтать не могла. Именно тот момент, когда отец привел ее туда накануне решающего марша на столицу, и всплыл в памяти Миранды. Несмотря на то, что с той поры, словно минула целая вечность, она помнила тот день, как если бы он прошел вчера, помнила, как отец внес ее на руках в уютное, ярко освещенное помещение, и подошел с ней к окну, за которым открывался невероятно прекрасный вид на необозримые, простиравшиеся внизу, зеленые луга Восточного Нобера, разительно отличавшихся от приевшихся пейзажей их дремучей чащи. - Красиво, не правда ли? – восторженно произнес Джад, осматривая окрестности за крепостными стенами, при этом улыбаясь лучезарнее солнечного диска на голубом небе – а комната-то какая, посмотри – повернувшись спиной к окну и медленно пройдя в центр идеально прибранного жилого пространства. Однако дочь не была склона разделять его позитивного настроя, и сидела безмолвно, надувшись и понурив голову, и на то имелась более чем весомая причина: - Не хочу оставаться здесь! – заявила она обиженным тоном, подняв глаза на родителя – почему вы бросаете мене?! Что я такого сделала? - Ну что ты, радость моя – ласково сказал оборотень, проведя рукой по черным как смоль волосам – ты ни в чем не виновата и, тем более мы не бросаем тебя! Просто тут ты будешь в безопасности, ведь маленьким детям не место на поле брани. - А взрослым значит место? – продолжала капризничать малышка – можно подумать вам там не опасно. - Эх, ну вот ничего от тебя не утаишь – весело усмехнулся “паук” – не переживай, мы сумеем за себя постоять, глазом моргнуть не успеешь, как мы вернемся с победой и у нас начнется совсем новая жизнь без забот и горестей – вот увидишь! Услышанное оказало на нее довольно таки благотворное влияние, нахмурившееся личико даже начало постепенно разглаживаться – до чего же ей хотелось верить во все сказанное, но страшная, так и не затянувшаяся рана от потери матери была еще очень свежа, напоминая о себе всегда и везде – стоило ли удивляться, что она до дрожи боялась потерять и отца. - Обещаешь? – с надеждой спросила девочка-оборотень, крепко обхватив Джада вокруг шеи и прижавшись к его груди – обещай, что вернешься! - Ну конечно, обещаю – обнял он ее в ответ – я никогда тебя не оставлю, малышка. Тут в двери постучали, после чего створы осторожно приоткрылись, и из образовавшегося проема высунулась голова в железном шлеме, принадлежащая гуманоиду, определенно не решавшегося переступить порог покоев высоких особ, пользовавшихся исключительным расположением молодого Эсканора. - Разрешите обратиться, господин первый советник? – он почтительно испросил дозволения паукооборотня. - Полно вам, солдат – несколько утомленно отмахнулся доверенное лицо Фобоса, не любивший светский протокол и тяготившегося его обязательствами – я сам не голубых кровей, так что не перед кем чиниться! Да заходите - не стесняйтесь! – последовало приглашение войти в комнату, коим визитер не побрезговал, полностью протиснувшись внутрь, встав на узорный ковер – надо полагать у вас что-то срочное? - Так точно – подтвердил гуманоид, почувствовал себя гораздо уверенней – Его Величество желает, чтобы вы, как и весь высший командный состав, незамедлительно явились в его распоряжение, армия готовиться выступает! - Так скоро… – с некоторой обреченностью вздохнул Джад – Хорошо, я сейчас приду! Старший оборотень аккуратно поставил дочку на пол, и поцеловав в лоб на прощание, зашагал на выход, ненадолго остановившись возле рядового, положив руку на массивное плечо. - Будь так добр, присмотри за моей девочкой, пока меня не будет – скорее обратился с просьбой, чем отдал приказ ближайший сподвижник Князя Тьмы – в долгу не останусь. Резко выпрямившись во фронт, боец откозырял в знак согласия, сразу видно, что ему очень импонировали начальники, не кичившиеся своим привилегированным положением, а общавшиеся с подчиненными по-простому, фактически на равных, для таких не жалко было и постараться. Так, абсолютно уверенный в том, что оставляет своего ребенка в надежных руках, Джад со спокойной душой вышел из комнаты к винтовой лестнице, отправляясь в ставку хозяина. Миранда встала у открытой двери, провожая уходившего в поход отца взволнованным взглядом, всем своим нутром предчувствуя нехорошее – в скором времени у нее и впрямь начнется новая жизнь, но его она больше никогда не увидит… *** Если девочка-оборотень и хотела что-либо высказать, то банально не успела по одной простой причине - им обоим пришлось резко затормозить, чтоб ненароком не врезаться в, ехавшего впереди них, Фроста (вернее в зад его тяжеловесного скакуна), непонятно почему остановившегося, из-за чего по инерции вынуждено прекратил движение и весь отряд. К тому моменту до жути осточертевшая тропа вывела их на куда более обширное кругообразное пространство, чем-то походившее на бойцовскую арену. Стоял полдень и достигшее зенита летнее солнце на открытой местности ярко слепило глаза и вовсю шпарило по макушкам. - Чего застыли? – раздраженно спросил Рейтар, обходя боком рогатую зверюгу – приказа распрягайся не было! - А хрен его знает – пожал плечами северянин – вон у “шляпы” спроси, какого он там застыл и чего рассчитывает выискать на голых камнях! И в самом деле: по известной только ему (вероятно еще четвероногому подручному) Охотник припал ухом к твердой земле, будто пытаясь услышать там нечто очень важное. На закономерный вопрос “что за ерундой ты занимаешься” он привстал, молча простер перед собой костлявую длань, указывая на противоположный конец выделанного природой амфитеатра, где дорога шла на подъем, заканчиваясь каменной аркой, и судя по всему то и был разыскиваемый выход, вот только с одним нооо… все тамошнее пространство до отказа заполонили подвижные точки, постепенно растекавшиеся по вершине склона, со стороны которых тишину разорвал протяжный вой сигнальной трубы. Спустя несколько мгновений ей откликнулся аналогичный звук за спинами мстителей, означавший, что повернуть обратно уже невозможно. - Ну в общем вы сами все видите – не стал утруждать себя долгим докладом красноглазый убийца. - Ну все – кранты… - угрюмо проворчал Фрост – “всегда мечтал откинуться в какой-то Богами забытой дыре”… - И что будем делать? – утратив прежнюю спесь, спросила Миранда, озираясь то в одну, то другую сторону – путей отхода у нас больше нет. - У нас да, но не у тебя – ответил Рейтар, сняв с пояса стальную флягу и отхлебнув пару глотков – ты единственная кто может перелезть по этим скалам, так что спасайся если хочешь, а мне, по чести сказать, смертельно надоело бегать! – c этими словами воин обнажил клинок. - Нам не победить при таком соотношении сил, не говоря уже о том, что мы тут все равно, что между молотом и наковальней – пессимистично заметил зверолюд – нас тупо задавят числом! - Знаете почему, оказавшись в бездне я так упрямо лез наверх, стирая руки и колени в кровь, хотя предательский разум не менее упрямо твердил, что это безсмысленно, что это никому не удавалось? – неожиданно, словно себе самому произнес первый рыцарь, серьезно озадачив сподвижников – не потому, что я боялся смерти – нет… просто я не хотел умирать, вот так безславно, как презренный преступник за то чего не совершал, и вот сейчас судьба сама предлагает нам красивую смерть – на этой ноте, он издал глухой смешок – ну как от такого откажешься? Какое-то время рыцари изумленно таращились на своего лидера, силясь понять - это такой специфически черный юмор или у него окончательно поехала крыша, пока, первым вышедший из ступора, Фрост не прокрутил когтистым пальцем у виска: - Ты точно с башкой не дружишь, давно подозревал – пришел к заключению наездник, и сразу же весело оскалился, выхватив секиру - но мне это даже нравиться!!! НУ ЧТО БРАТВА – ПОКРОШИМ ЭТУ ПОГАНЬ НА ПОСЛЕДОК, КАК В СТАРЫЕ ДОБРЫЕ, А?!!! - А ТООООО!!!! – в едином дружном порыве отозвались все разом, за небольшим исключением одной привередливой особы, закрывшей лицо ладонью… - Идиоты… ну чему вы радуетесь? – вопросила она непонимающим тоном. - Тебе уже сказали, что можешь уходить, ты драться не обязана – без тени злости повторил командир, после чего отвернулся, дабы внимательнее изучить обстановку и разработать план предстоящей битвы, коя стремительно и неумолимо приближалась… В придачу к угрозе, что разворачивала боевые порядки прямо по курсу, вскоре подоспела втора угроза с тыла, завершив окружение небольшой группировки посреди каменной арены. Как бурлящая вода из открытого шлюза огромная армия хлынула из оставшейся позади расщелины, занимая исходные позиции для атаки. Глаза застилала пыль, поднявшаяся из-под сотен ног и для подготовки к схватке оставались считанные минуты, или того меньше… Взметнувшийся вверх дождь из острых стрел накрыл воинов Фобоса, однако безуспешно – в последний момент Гарголь склонился над товарищами, закрыв их сомкнутыми лапами, спиной и головным куполом, в следствии чего все снаряды поотскакивали от его непробиваемой чешуи со сплющенными наконечниками, даже ее не поцарапав. - ЭЙ ВЫ ТАМ – донеслось до них усиленное чем-то голосовое обращение – СЛОЖИТЕ ОРУЖИЕ И СДАВАЙТЕСЬ (кто-то мог справедливо поинтересоваться – в чем логика того, чтоб сначала стрелять, а после предлагать сдаться, а вот еще хороший вопрос – как может “сложить оружие”, тот у кого оно фактически, ни много, ни мало, как часть тела?) - ПОДОЙДИТЕ И ВОЗЬМИТЕ, ТВАРИ!!! – что было мочи проорал в ответ Фрост, выглянув из живого, одноглазого убежища – А ну, здоровяк – обратился он к великану – ПЛИИИ!!! Схватив лежавший поблизости увесистый валун, который едва ли был под силу трем крепким людям, тот со всего размаху запульнул им в отместку туда, откуда только что пришел смертоносный залп, и судя по раздавшимся там крикам и предсмертным стонам – весьма удачно. Выражаясь на земном жаргоне, выбил страйк, только по-меридиански: 10 убитых и 12 искалеченных до кучи. - Ну как попал? - с ярым любопытством осведомился северянин, всматриваясь вдаль - а то, отсюда плохо видно! - Попал - довольно подтвердил Охотник, используя свое первоклассное зрение, разглядев все до мельчайших деталей - еще как попал! Едва ли мог бы найтись более определенный ответ с отрицательным подтекстом (можно сказать отрицательнее некуда), и королевские войска, те самые, что еще не так давно были со своими противниками на одной стороне, пошли в скоординированное наступление на обоих направлениях: из расщелины и со склона. Надвигаясь ревущими волнами, они готовились захлестнуть служителей Фобоса своей подавляющей массой - стальные челюсти сошлись на желанном орешке, вот только не зная наверняка, а смогут ли его раскусить, да к тому же не повредив зубы…?