Не умеют проигрывать

Оставшимся далеко позади, хотя точнее будет сказать – накрепко застрявшим в злосчастном каньоне, войскам Королевы было уже категорически не до преследования, в фиг зная который раз, ушедших от них злыдней, потому как сошедший обвал закономерно создал для них такой обширный конгломерат забот и проблем, что мелкий отряд прислужников Фобоса автоматически съехала в конец списка первостепенных задач: мало того, что большая часть крупного контингента, оказалась, мягко говоря, в затруднительном положении, и предстояло потратить немало времени, чтобы выбраться и привести расстроенные силы в порядок, так еще и главнокомандующий (он же главный инициатор сего предприятия), как в воду канул, что естественно не могло не тревожить его сподвижников… Ватек осторожно пробирался через труднопроходимую зону недавнего бедствия, наводненную убитыми, раненными или легко отделавшимися существами, последним из которых не посчастливилось разгребать нагромождения булыжников и осколков скал, чтобы проложить проход или же высвободить сослуживцев. Морщась и потирая разбитый нос, он что-то выискивая пытливым взглядом, пока в поле зрения гуманоида не попал, бегущий к нему c обеспокоенным видом Олдерн, минуту назад спустившийся вниз, оставив орудийную батарею на попечение своего помощника. - Вы чего это устроили? – первым заговорил тюремщик, едва капитан повстанцев успел подойти вплотную – решили нас всех вместе тут угробить, так что ли?! - Я ничего такого не планировал – заявил тот в свое оправдание, с трудом подавив нахлынувшее возмущение подобным обвинением – мои канониры вели стрельбу только по этой образине, иначе с ним было не сладить! Кто ж знал, что все так обернется? – пожал он плечами. Только-только намериваясь высказать что-то из разряда “любое действие влечет за собой противодействие, отчего глупо рассчитывать, что тот, кого ты обстреливаешь из катапульт будет стоять смирно и не станет защищаться”, синнекожий верзила, закатив глаза и уткнувшись физиономией в широкую ладонь, все же воздержался от дальнейших упреков, тем более, что сейчас это уже ничего не могло изменить и, хочешь-не хочешь, а надо было действовать исходя из сложившейся обстановки. - Ладно, к черту – выругался под конец гуманоид, выпустив пар – виноватых после будем искать, а сейчас… ЭЙ ВЫ, ИДИТЕ CЮДА! – пробасил он кому-то, заглянув за плечо приятеля. Энергичное размахивание здоровенной ручищи быстро привлекло к нему пару младших офицеров, занимавшихся инспектированием состояния своей воинской части на предмет понесенного ущерба, заставив их оторваться от дела и немедленно прибыть в расположение вышестоящего начальства для доклада. - Насколько все плохо? – осведомился у них Ватек – а главное, каковы размеры наших потерь? - Пока, что трудно судить – несколько замявшись, отрапортовал один из них, бросив короткий взгляд в сторону копошащейся за ним безпорядочной вооруженной массы – все еще продолжаются подсчеты погибших и выживших, к тому же немало бойцов пропало без вести, а из-под завалов раздаются голоса и стоны… - Ну так вытаскивайте их скорее – в резкой форме воскликнул Олдерн – пока они там не задохнулись! - При всем уважении – деликатно ответил второй офицер – делается все для их спасения, но они замурованы под камнями огромной тяжести на довольно таки приличной глубине, и это притом, что в данный момент мы испытываем дефицит свободных рук. Не хотел бы торопиться с выводами, но, похоже, потеряно в общей сложности не менее трети от изначального состава гвардии, не считая гарнизона Карн-Роук… - Понятно! Что ж, будем надеяться, что предварительные данные все же преувеличены, или хотя бы кого-то из этих гадов прибило насмерть – подытожил сказанное начальник тюрьмы, прекрасно понимая, что за сие грандиозное фиаско их по возращению в столицу по головке точно не погладят и почестями не осыплют (хотя, если задуматься, Элион – не Фобос, и жестоко карать не станет). - Мне одному кажется или… - с нотками волнения произнес лысый мятежник, озираясь по сторонам – нигде не видно Калеба? - Главком и вправду пропал – подтвердил его опасения все тот же служивый – с того момента, как обрушилась лавина его никто не видел… Для закадычных друзей его слова прозвучали, как похоронный марш, от которого все нутро похолодело: нервно сглотнув, оба ветерана восстания обменялись испуганными взглядами, предполагая худшее – вот только этого еще не хватало… Но в конце концов, взяв себя в руки, они синхронно обернулись к подчиненным. - Продолжайте поиски – строго велел Ватек – и не сметь останавливаться пока они не завершаться успехом! Вам понятно? - Так точно! – отчеканили те, отдав честь. - Кроме того – добавил от себя Олдерн – сделайте все возможное, чтоб как можно скорее вывести личный состав из этого проклятого ущелья и оказать помощь всем нуждающимся, тяжело раненных разместить в Карн-Роук. Получив указания, служивые тут же удалились исполнять свои обязанности, коих, учитывая масштаб трагедии, еще оставалось не початый край, а то и больше (эх… и за что нам все это?). *** Если ты большая, хоть и подвижная, плюс к тому не обделенная умственными способностями, но все же, куча песка, как правило, никто не воспринимает тебя в серьез, само собой до той поры, пока не примешь форму чего-то внушающего ужас, чем волей-неволей заставишь любого с собой считаться (впрочем, это уже отдельная тема) – во многом этим малоприятным фактором и объяснялась склонность песчаного демона, ныне известного под прозвищем Песочник, к уединенной жизни в недрах, им же обустроенного для себя, зыбучего болота, куда он периодически “заселял”, по неосторожности, а то и обычной глупости, свалившихся к нему, людей или же иных блуждавших в районе форта Торус-Филни (собственно к качеству подворачивавшихся экземпляров особых придирок у него никогда не возникало), собирая там что-то вроде личной коллекции органического материала: будучи, по своей натуре, весьма любознательным созданием, он всегда интересовался, как устроены, во всем отличные от него, обитатели поверхности. Однако с роковым визитом Стражниц Завесы (угораздило же засосать одного неугомонного шатена… впрочем “огромное спасибо” за это Седрику, решившему не мараться самому, заманив вождя восстания прямиком в всепоглощающую яму – хорошую же свинью вы мне подсунули достопочтенный милорд) счастливым денькам пришел безповоротный конец: и уютное логово и его владелец были превращены в “замороженное блюдо”, до тех пор, пока спустя продолжительное время ненавистные оковы не были разбиты заклинанием Нериссы (вот что Квинтэссенция животворящая делает), посчитавшей, что голем, как и прочие, до жути жаждущие реванша, служители Эсканора старшего, может оказаться полезным для ее сугубо корыстных (разумеется официально не озвученных) целей. В данный момент, прибыв на Землю в качестве помощника старой ведьмы, Песочник получил свой уникальный шанс не только расквитаться с обидчиками, нагло разрушившими привычную среду его обитания, но и отличиться перед друзьями (ах да, нет худа без добра – у него появились друзья), тем самым, внеся, неоценимый вклад в их общее дело. Место, где ему предстояло действовать, а именно – курортный пляж Кормаран (как видите, выбор его кандидатуры был отнюдь не случаен), пришлось демону исключительно по нраву, ибо, в, тянувшейся на многие мили и полностью покрытой плотным слоем песка, приморской полосе, он чувствовал себя в своей стихии, подобно рыбе в наичистейшем водоеме, и мог идеально слиться с местным пейзажем, что с успехом и делал, весь день следя за каждым шагом беспечно резвящихся (иногда даже бегающим прямо по его голове) на отдыхе девчонок, а попутно и за тем, как хитрая колдунья, маскируясь то под одну то под другую чародейку, искусство сеяла семена раздора между ними при любом удобном случае: сначала, приняв обличие Хай Лин, высказала язвительное замечание по поводу непростых взаимоотношений Корнелии с ее меридианским парнем, затем под личиной Тарани привела нелесное сравнение между Ирмой и ее младшим братом, а на десерт, прикинувшись Вилл с издевкой намекнула китаянке, что “ей не светит завести отношения с парнем” - разделяй и властвуй в действии! - Слово тут, слово там и бери их голыми руками – самодовольно излагала суть своего коварного замысла старуха – но хватит обо мне… твой выход, Песочник! Первая задача поставленная голему состояла в том, чтобы рассорить подруг путем уничтожения, слепленного из песка (к слову, ценой кропотливого труда), замка одной команды “строителей” в составе Вилл, Ирмы и Корнелии, когда те, закончив нелегкую работу, отлучаться пить лимонад, и дальнейшей имитации цепочки следов на песчаной поверхности, ведущих прямиком к другой группе, в которой корпели Хай Лин и Тарани, тем самым выставив все так, что именно они и есть виновники сего “преступления”. Как и следовало ожидать, это закончилось обоюдным рукоприкладством и выдиранием волос… В такой обстановке то и дело (ну просто как по волшебству) возникающих поводов для cсор и распрей прошла вся оставшаяся часть суток, к исходу которых ни о чем и не подозревавшие девчонки, к величайшему удовлетворению зловредных диверсантов, уже на полном серьезе были готовы поубивать друг друга, для чего оставалось внести последний, решающий штрих, дабы непоправимо нарушить гармонию между хранительницами измерений и лишить их источника колдовской силы, дарующей заветную власть над стихиями. *** Гарголь остановился и, насколько вообще позволяли его непропорционально устроенные лапы, согнул колени, наклоняя вперед голову, чтобы “пассажиры” могли благополучно сойти с его головного гриба на твердую землю, к слову и впрямь очень твердую. Новым местом их прибытия оказалась глубокая лощина, чей внешний покров целиком и полностью состоял из различных минеральных пород, в приделах которой на замкнутой площади располагались многочисленные жерла гейзеров и горячих источников, грязевые котлы, термальные площадки, делавшие местный климат влажным, теплым, ну и что немаловажно – вполне себе, не беря в расчет противных запах, пригодным для жизни, в общем идеально подходит на роль укромного убежища. Тут-то мстители единогласно решили переждать внешнюю угрозу, а заодно дождаться вестей с Земли. Присмотрев наиболее свободный, от всякого рода шпарящих ключей и прочих сюрпризов матушки природы, участок, отряд принялся расквартироваться на ночлег, приспособив торчавшие из земли здоровенные сталагмиты себе под подушки. Отправившиеся прочесать окружающую местность (благо, способность к ускоренной регенерации дала свои плоды и раненная нога пришла в норму) на наличие враждебных элементов, Охотник и Шадоу управились менее чем за десять минут, вернувшись с обнадеживающими новостями: - Кругом все чисто – уверенно доложил следопыт – никаких признаков врага, да и вообще ни одной живой души кроме нас! - Вот и чудесно! – с облегчением отметил Фрост, облокотившись на свою “подушку” – нууу братва… за такой подвиг нам с вами, как минимум положено по шикарному памятнику! - Не рановато ли хоронить нас собрался? – издав смешок, саркастически поинтересовался Рейтар. - То есть? – недоумевающее потупил взор северянин. - Памятники вообще-то посмертно ставят, если ты не в курсе – пояснил командир. - Думаю в нашем конкретном случае можно послать к чертям условности – с задором ответил всадник – вот вернусь на Север, первым делом разведу папашу на такой шедевр, только представьте – мускулистая ручища проделала широкий жест в пространстве – вытесанные лучшими мастерами, скульптуры из отборнейшего мрамора двадцать локтей в высоту, опоясывающие великолепный зал – красотииища! Положа руку на сердце, такой масштабный, без сомнений тешащий самолюбие, проект вызвал нехилый ажиотаж, на какую-то минуту многие даже замечтались, целиком и полностью настроив воображение на весьма привлекательную перспективу (и пусть ни у кого из них на это не было ровным счетом ни гроша, если есть, кому взять на себя расходы – почему бы и нет?), что же до оставшихся на грешной земле представленных старым гвардейцем и девочкой-оборотнем, первый только сейчас заметил, что вторая тихо уселась в сторонке, обхватив колени руками, и явно задумавшись о чем-то своем, и явно не веселом. - Так ты все-таки не сбежала, хоть и могла. Почему? – спросил Рейтар, внимательно посмотрев на брюнетку – ты же нас терпеть не можешь! Оторвавшись от своих мыслей, та подняла голову, к своему смущению обнаружив, что взгляды всех присутствующих пристально устремлены на нее, и их глаза так и горели неподдельным любопытством. - Хотела – буркнула Миранда – вот только после этого до гроба мучиться угрызениями совесть не хотелось совершено… Да-да! – нехотя признала она, при виде изумленных выражений появившихся на физиономиях соратников – она у меня есть! Члены ордена озадаченно переглянулись между собой, как будто безмолвно спрашивая друг друга – а такое вообще возможно или после всего пережитого у нас начались банальные галлюцинации на почве расшатанных адреналином и алкоголем нервишек… Итог всему, как-то незаметно повел дружный раскатистый ржачь, поначалу заставившим паучиху обильно покраснеть, а затем выдавить из себя кривую улыбку, после чего она приняла “приглашение” переместиться поближе к остальным. - Ну раз так, предлагаю обмыть это дело – сказал Фрост, не без труда прекратив надрывать пузо от смеха, доставая из под седла свою козырную заначку – и тебе достается почетный первый глоток! В любой другой раз брюнетка однозначно бы побрезговала принимать что-либо из рук северного дикаря, тем более пить, но по такому случаю решила отбросить брезгливость и не стала возражать. Взяв увесистый бурдюк, она пригубила крепкое пойло, правда настолько крепкое, что тут же прыснула, обжигающей горло жидкостью, интенсивно кашляя. - Кхах-кхаа… черт… - прокряхтела паукооборотень, давясь кашлем и растирая слезящиеся глаза – как вы это пьете?! - А что не так? – искренне не догнал зверолюд причину ее недовольства – бухло, как бухло! Видали, какая привередливая натура? – обратился он к коллегам. - Не привередливая, а утонченная – возразила воспитанница Фобоса – и к такому… бухлу – специально изъяснилась она на обыденном языке северянина - я не привычная. - Скорее уж избалованная – ехидно подметил дикарь, забирая назад свое многоградусное “богатство” – совсем пади в своем дворце зажралась, вот и не можешь по достоинству оценить всех прелестей походной жизни, неженка… - и тут его осенило, что ей одной он так и не придумал прозвище, и кажись, оно только что было найдено – точняяяк, так тебя и будем кликать, НЕЖЕНКА! – торжество объявил он, чем спровоцировал новый взрыв надрывного хохота. - Да ну вас – отмахнулась Миранда, впрочем, совсем без раздражения, скорее с некой долей иронии (что ни говори, а тяжела доля юной барышни в почти поголовно мужском коллективе, к тому же не имеющим ни малейшего понятие о культуре поведения). А тем временем, кожаная емкость с выпивкой начала свой тернистый путь по кругу из рук в руки (ну или лапы) под увлеченное выяснения того, кто “замочил больше этих сволочей” (в итоге сошлись на братской ничьей), по завершении которого похудела примерно наполовину, а то и больше. В качестве же закуси были использованы краюхи черного хлеба – не пир, конечно, но чем богаты. - Ну и наконец – пробубнил Фрост, пьяноватым голосом – тост за наше чудесное спасение: еще, братцы, поживем и повоюем с этой мразью, да так, чтоб вовек покоя не знала!! - Не правильно все это – каким-то загадочным тоном, словно разговаривая сам с собой, произнес глава ордена, надкусив ломоть хлеба. - В смысле? – выпучились на него багровые глаза Охотника. - Меридианцы не должны убивать меридианцев – пояснил свои слова рыцарь, устремив взор в темное небо, куда извиваясь подобно змеям взвивались столбы пара – как мы покорим другие Миры если будем без конца и края грызться друг с другом? – тут его кулаки крепко сжались, а в глазах вспыхнул гнев – На потеху негодяям с Кандрака, стравивших нас с помощью своих шестерок и цепных псов… но однажды наступит тот день, когда Меридиан призовет их к ответу, попомните – наступит, и тогда ничто, даже хваленная заоблачная крепость не убережет этих трусов от расплаты!!