Второй шанс на падение

      Солнце ещё не начало алеть на горизонте, знаменуя восход, когда Мэйка поднял настойчивый звонок видеофона. Заспанный, лохматый и крайне злой, он выбрался из кровати, намереваясь, если не намять бока, то уж точно как следует наорать на столь раннего гостя. Словно нарушитель его покоя был перед ним, Мэйк замахнулся правой рукой для удара, одновременно с тем нажимая на кнопку ответа. И так и обомлел, увидев в маленьком экранчике у стены лицо Кэйла.       «У меня дежавю» - мысленно ворчал Мэйк, без вопросов открывая дверь. И нисколько не удивился тому, что спустя двенадцать этажей Кэйл предстал перед его дверью с пакетом в руке.       - Ты чего в такую рань? – Мэйк задал вопрос, широко зевая, будучи никак не в силах проснуться. Пусть первую сонливость и согнало удивление, сейчас, когда оно уже отступило, желание сна возвращалось к нему.       - Уже почти шесть, - Кэйл отвечал с таким искренним недоумением на лице, что так и хотелось спросить, с какой он планеты. Ведь явно же не с той, где люди спят до обеда в выходные дни.       - Но сегодня воскресенье. Ладно уж, заходи, коль приехал.       Голос Мэйка стал только ещё более ворчливым, а сам он мечтал только о том, чтобы вновь добраться до постели. И, как только Кэйл переступил порог, направился прямиком в зал, чтобы тут же упасть обратно на расстеленный диван и обнять подушку.       Кэйл же молча прошёл следом и теперь смотрел на того из дверного проёма. Пользуясь тем, что Мэйк не посчитал нужным одеваться ради него, он немного удивлённо рассматривал его фигуру. Обычно всегда «спрятанный» в футболку и джинсы Мэйк, сейчас лежал в одних только чёрно-красных шортах до колен и в белой майке, незаметно для самого себя демонстрируя тело во всей красе. И заспанный, лохматый, необыкновенно домашний, он выглядел очень мило. Настолько, что рука не поднималась тревожить его.       Но Мэйк и так прекрасно чувствовал на себе чужой взгляд и в какой-то момент не выдержал, приподнимая одно веко. Несколько секунд он сверлил Кэйла недовольным взглядом. Но никакой реакции не получил и потому недовольно засопел в подушку, отворачиваясь. Кэйл явно играл роль непонимающего идиота, чем нервировал ещё больше. Около пяти минут Мэйк пытался заснуть. Иногда попытки сопровождались демонстративным сопением. Но, когда и спустя десять минут сон так и не пришёл, а Кэйл не соизволил тронуться с места, Мэйк не выдержал, едва не подпрыгивая от злости.       - Ты так и будешь смотреть на меня?!       - Ты же хотел спать, разве я тебе мешаю?       - Да! Прекрати на меня смотреть, лучше включи телевизор.       - Прости, не могу, ты интереснее.       Губы Кэйла на долю секунды дрогнули, явно готовые расплыться в улыбке, но тот почему-то сдержал её. А вот Мэйк отчаянно застонал, понимая, что не отделается от внимания. Недовольно ворча, он всё-таки выбрался из постели и, игнорируя Кэйла, отправился в ванную. Тот зачем-то пошёл следом, но, когда дверь перед ним закрылась, только пожал плечами, как ни в чём не бывало отправляясь в кухню.       - Так зачем ты пришёл? Я думал, ты будешь отдыхать после победного матча или лечиться от похмелья, - вновь зевая, протянул Мэйк, уже свежим и чуть более бодрым выходя из ванной.       Кэйл как раз заканчивал раскладывать по его столу покупки, которые вновь оказались коллекцией творога всех возможных видов. Эта его привычка таскать продукты, да ещё и те, что Мэйк не любил, уже не раздражала так, как раньше. Он к ней просто привык. И потому, падая за стол, уже со скукой потянулся к первой попавшейся на глаза баночке, изучая её.       - Я не пью. И я рано лёг спать, так что успел отдохнуть, - Кэйл как и всегда отвечал только на то, на что хотел, но Мэйк уже успел понять, что эта система легко ломается. Достаточно задать вопрос несколько раз: на третий Кэйл обычно сдавался.       - Окей, но у меня-то ты что забыл? – Мэйк решил проявить упрямство, которое мгновенно отразилось во взгляде, когда он поднял его на Кэйла. И трюк подействовал, потому что тот всё-таки решил ответить, пусть и после лёгкого вздоха:       - Прячусь от тренера. Он считает, что я как капитан должен держать команду в узде. Но я не могу запретить ребятам отмечать, поэтому мне надо где-то переждать один день. К понедельнику они протрезвеют, и тренер успокоится, если они не учудят чего... Но пока я словно мишень, в которую можно стрелять упрёками.       Секунды три Мэйк только хлопал глазами, не веря в правдоподобность услышанного. А затем разразился безудержным смехом, хватаясь за живот.       - Ты серьёзно? – уже ничего не видя от выступающих слёз, перебивая собственный смех, пытался говорить он, поднимая глаза на Кэйла. – Известный эйрволист, начинающая звезда, всегда серьёзный и невозмутимый Кэйл Либерт прячется от собственного тренера? Какой ужас, да ты оказывается живой человек, который тоже боится!       Мэйк бился в истерике, но Кэйл даже не улыбнулся. Более того, на последних словах он значительно помрачнел, но занятый смехом Мэйк так и не заметил ничего.       - Фух, ладно! Можешь приезжать ко мне и прятаться здесь, когда захочешь, - чуть успокоившись, выдохнул Мэйк, вытирая слезинки и снова потянувшись за творогом. – О, ты решил побаловать меня ягодами?       Задавая вопрос, Мэйк продемонстрировал баночку, что попалась ему в руки. На ней красовалась яркая, весёлая вишенка, танцующая на поле. И, так и не дождавшись ответа от почему-то удивлённого Кэйла, он только пожал плечами, в одно движение вскрывая упаковку и с удовольствием отправляя лакомство в рот. До сих пор (поскольку закупкой продуктов занимался Кэйл) среди всевозможного творога оказывалось только море небывалой экзотики. «Сливочное пиво», «Мохито», «Зелёный чай» и прочие странные и не совсем понятные сочетания. Повода же сказать, что он предпочитает вкусы попроще, пока как-то не находилось.       - Мэйк, я приехал не только затем, чтобы отдыхать. Нужно решить ещё пару вопросов, - Кэйл начал разговор неожиданно и как всегда очень серьёзно. Обычно такой тон он использовал, когда заговаривал об их договоре, и Мэйк обратился во внимание.       - Выкладывай.       - Я разговаривал вчера с твоим лечащим врачом. Завтра ты должен явиться на инъекции в последний раз и, если показатели будут в норме, – уже во вторник сможешь играть. А это значит, что тебе пора выбрать клуб, в который ты пойдёшь.       - Я что, ещё и выбрать могу? – Мэйк недоверчиво нахмурился, вновь подозревая какой-то подвох в излишне гладкой линейке событий. Как и всегда, то, что обещал ему Кэйл, звучало слишком хорошо для него. И, чем дольше он не находил подвохов, тем сильнее беспокоился о том, какую цену с него потребуют после.       - Да, но выбор весьма ограничен. Я навёл справки. Не считая «Торнадо», ещё только четыре клуба готовы принять игроков на место выпавших запасных в этом сезоне. Я могу попытаться пробить тебе место в любом, тебе лишь осталось выбрать, что, по-твоему, больше подходит тебе.       - Слышал вчера, из «Морана» ушёл игрок. Кто ещё?       По лицу Кэйла пробежала мрачная тень, когда он услышал знакомое название, но после секундной заминки он продолжил как ни в чём не бывало:       - Да, именно… Так же «Север», «Литерс» и «Демион». Слышал что-нибудь о них?       - Только то, что «Литерс» считаются слабаками. Их же ни одна команда не воспринимает всерьёз! – негодовал Мэйк, вновь начиная хмуриться, но уже по другим причинам.       - У них большая текучка, я бы не сказал, что игроки там слабые, но они постоянно меняются. Из-за этого нет слаженности. Но, как я понял, ты больше одиночка, поэтому думал, этот клуб придётся тебе по вкусу.       - Я хочу победить в чемпионате, а не сыграть там один матч и вновь вылететь.       - Хорошо... Если ты рассчитываешь на победу, то больше всего шансов у «Демиона». Но этот клуб имеет дурную славу из-за грязной игры, про таких как раз говорят «победа любой ценой». «Моран» тебе тоже может приглянуться, он, конечно, слабее «Демиона», но превосходит «Север». Разница между «Мораном» и «Севером» в том, что у первых очень ценится слаженность в команде. Авторитет капитана там беспрекословный, и, если вы повздорите, ты вылетишь из клуба раньше, чем успеешь выйти на поле. Что же касается «Севера», то о них мало что известно. Обычно клуб не показывал слишком высоких или низких результатов, но на этом чемпионате они превзошли себя. И сейчас имеют наибольшее количество очков в турнирной таблице.       - В чём подвох? – Мэйк смотрел на Кэйла подозрительным прищуром, уже догадываясь, что тот что-то скрывает от него. И не ошибся.       - …ходят слухи, пока ещё неофициальные, что «Север» использует стероидные препараты. Всё из-за слишком неожиданных успехов клуба, но я не верю в возможность…       - Я понял, - перебил Мэйк, недовольно морщась и тут же оглашая своё решение. – Похоже, единственные, кто готов играть честно – это «Моран». Я хочу попробовать свои силы в нём.       - Но, Мэйк, с твоим характером…       - Я справлюсь! – неуверенность, что прозвучала в голосе Кэйла, почему-то разозлила его. Казалась оскорбительной уже сама мысль о том, что Либерт ещё смеет сомневаться в нём. И захотелось немедленно доказать ему обратное. – Твои усилия не пропадут даром, вот увидишь.       Губы Кэйла вновь дрогнули, но в этот раз он не стал скрывать ухмылку. Казалось, он ждал именно этих слов и теперь был доволен, что не ошибся.       - Рад это слышать. Тогда, раз мы всё решили, завтра же я постараюсь договориться о собеседовании. А пока я бы хотел размяться, а ты можешь позавтракать. Ты мне позволишь?       - Я не завтракаю, так что лучше присоединюсь к тебе. Места у меня предостаточно.       Почему-то Мэйк не выглядел воодушевлённым после выбора клуба, как это было в первый день, когда они только заключили договор. Он словно не мог выбраться из плена каких-то мыслей и начинал ворчать, когда его отвлекали. В действительности же он пытался решиться рассказать кое о чём важном. И когда Кэйл уже пересекал порог кухни, Мэйк всё-таки собрался с духом, на выдохе окликая его:       - Кэйл, на счёт нечестной игры…       - М?       - В первой игре, я уверен, что видел, как Тимберт использует силовые перчатки. Может, это, конечно, и не они, так что не стесняйся, делай из меня дурака и объясняй, каким образом этот парень не сваливается со стены, отключая воллборд во время матча.       Мэйк выпалил свою речь на одном дыхании, в конце зажмуриваясь, будто ожидая, что Кэйл сейчас ударит его. Но ничего не было, более того, тот почему-то молчал, а обернувшись, Мэйк, к своему удивлению, понял, что тот так и не шевельнулся, всё это время продолжая держаться за дверную ручку.       - Я выясню, что именно ты видел, - холодно ответил он, трогаясь с места очень резко. Мэйк же испытал облегчение – он действительно боялся узнать, что Кэйл причастен к этому.       Мэйк снимал однокомнатную квартирку, но её преимущество заключалось в размере. Та самая единственная комната легко вмещала в себя не только два дивана, один из которых служил кроватью, телевизор и компьютерный стол, но ещё и беговую дорожку, а пространства в центре всё равно оставалось предостаточно. Так что они легко могли разместиться в разных углах и тренироваться, нисколько не мешая друг другу.       Но, когда Мэйк зашёл в комнату, он так и обомлел, замирая на пороге и широко открытыми глазами наблюдая, как Кэйл раздевается перед ним.       - Ты чего застыл? – нарушил тот напряжённую тишину, когда, стянув футболку, заметил, как именно на него смотрят.       - Ничего, ты мне проход закрыл, - проворчал Мэйк в ответ, втягивая как можно сильнее голову в плечи, едва ли не краснея под взглядом Кэйла. И неудивительно – тот смотрел на него как на ненормального, удивлённо оглядывая пустую часть комнаты справа от себя.       Мэйк же прошёл мимо, что-то ворча себе под нос, и разместился на полу под окном. Причина его замешательства заключалась в элементарной зависти. Кэйл предпочитал мешковатую одежду и из-за своей неуклюжести и длинных конечностей выглядел этакой «палкой» – тонкой и угловатой. Так что казалось чудом, как он на поле не ломается. И вот теперь выяснилось, что он не только очень крепок фигурой, но и настоящий плейбой!       Пока Кэйл делал базовые упражнения для разогрева, Мэйк то и дело бросал на него косые взгляды, цепляя отдельные элементы: широкие плечи и грудь, идеальную дорожку пресса, сильные руки с «банками» мышц… и ко всему этому дополнение в виде чертовски длинных ног! Мэйк никогда не страдал заниженной самооценкой, но сейчас на фоне капитана «Яда» ощущал себя в лучшем случае посредственностью.       - «Прекрати на меня смотреть». Кажется, так ты мне говорил? – тишину нарушил насмешливый голос Кэйла, и, переведя взгляд на его лицо, Мэйк, к собственному гневу, заметил, что тот улыбается! Мэйк тут же вспыхнул так, что он быстро прикрыл лицо локтями, претворяясь, что качает пресс.       - Тебе волосы в лицо не лезут? Хоть бы собрал их, - раздражённо бросил он в ответ, быстро придумывая себе оправдание.       Но Кэйл только равнодушно пожал плечами, доставая из кармана магнитную ленту и скрепляя волосы в высокий хвост.       - Так лучше?       - Мне-то что, хоть обрежь их.       Следующие пару минут прошли в тишине, но Мэйк всё не мог найти себе места. Он чувствовал в себе странную потребность доказать Кэйлу (или скорее самому себе), что он ничуть не хуже и ему тоже есть, что показать. Дух соперничества всё не отпускал, но здравый смысл звучал вполне трезво, когда твердил, что крыть Мэйку нечем. Свои таланты он максимум мог показать на поле, но использовать воллборд в закрытой комнате, заставленной мебелью, значило распрощаться с этой мебелью. И какое-то время он потратил на то, чтобы придумать что-нибудь эдакое, какую-нибудь выходку, способную заставить Кэйла открыть рот от удивления. Но идей всё не приходило, к каждой он относился слишком критично и всё больше злился. В итоге, психанув, резко поднялся на ноги, направляясь к беговой дорожке, на которой мог сбросить пар.       - Тебе не слишком рано вставать на неё? Ты даже разминку толком не провёл, - послышался за спиной голос Кэйла, когда он активировал работу тренажёра, забираясь на него прыжком.       - Нет, не рано.       - Может, всё-таки?..       Мэйк не отвечал, вдруг вспоминая о привычке, которая особенно сильно раздражала его в Кэйле – не отвечать на некоторые вопросы, игнорируя их или переводя тему. И решил выместить часть злобы таким образом – вернув тому его же приём. Вопреки ожиданиям Кэйл не вернулся к разминке и продолжил сидеть, наблюдая за Мэйком. Казалось, он верил, что ему всё-таки ответят, либо же ждал чего-то ещё.       - Прекрати на меня смотреть, это нерв… Ай, фак!       Раздражённая речь Мэйка прервалась его же криком. Правую ногу сковала судорога, и острая, колющая боль не дала ступить на неё. Он совсем позабыл, что поверхность под ногами движется. И, оступившись, полетел головой вперёд, прикладываясь лбом о панель управления. Перед глазами заплясали искры, лоб будто раскололо надвое. И, шипя и матерясь, он просто съехал с дорожки, держась за голову и морщась от боли.       - Ты в порядке?! – испуганные глаза Кэйла вдруг оказались прямо перед ним, проступая сквозь туман выступивших слёз. Мэйк уже не думал о том, как сильно опозорился перед ним, его волновало только ощущение игл, пронзающих ногу.       - Судорога… - прошипел он сквозь зубы, тут же морщась от новой боли, теперь уже в голове.       Страх ушёл из зелёных глаз, и Кэйл только покачал головой, усмехаясь уголками губ. Не спрашивая, он легко подхватил Мэйка на руки и уложил на так и незаправленный диван. И, видимо, Мэйку было очень больно, раз он даже не попытался возмутиться. Выяснив, с какой именно ногой случилась беда, Кэйл кивнул и тут же, прижавшись к ней ладонями, принялся растирать. Мэйк же всё это время лежал неподвижно, держась за повреждённый лоб, и разглядывал потолок.       - Я в порядке, всё прошло… - неуверенно заговорил он, когда боль и в самом деле отступила, оставляя только приятный жар от чужих рук.       - Голова ещё болит?       -Угу.       - Я принесу лёд.       Кэйл поднялся и ушёл на кухню, в то время как сам Мэйк никак не мог понять, что же произошло. Дело было вовсе не в падении, хотя на помешательство вследствие удара списать свои ощущения он был бы очень рад. Ибо казалось странным, что, когда боль прошла, он не сразу решился прервать своего «спасителя». Но слишком приятно оказалось чувствовать его руки и жар от них. Из-за всех этих дум Мэйк как-то пропустил момент, когда Кэйл вернулся, замечая это, лишь когда на лоб упало что-то холодное, заставляя его зашипеть вновь.       - Осторожнее нельзя? - От новых неприятных ощущений Мэйк вновь зажмурился, но, когда открыл глаза, невольно пожалел, что сделал это.       - Прости.       Кэйл зачем-то забрался на постель к нему и теперь полулежал рядом, нависая над ним и всё ещё держа руку у его лба. Даже положив полотенце со льдом, он всё не убирал её, внимательно вглядываясь в лицо Мэйка. И под столь пристальным взглядом тот ощущал сильное смущение, не зная, куда деть глаза и руки.       - А тебе точно двадцать четыре? – вдруг ни с того ни с сего спросил Кэйл, вгоняя Мэйка в ступор неожиданностью вопроса.       - С чего бы нет?       - У тебя внешность и поведение шестнадцатилетнего подростка.       - Что?!       Возмущения Мэйка уже никто не слушал, и, естественно, Кэйл не посчитал нужным ответить. После своих слов он сразу же поднялся, направляясь прочь из комнаты.       - Нет, постой, объясни-ка! - Мэйк догнал его уже в кухне, застав Кэйла за очередной ревизией холодильника. Обвинение настолько возмутило его, что он позабыл про головную боль и теперь прожигал Кэйла взглядом полным ненависти.       - Я уже всё объяснил. И тебе всё-таки не мешало бы позавтракать, это очень важно для здоровья. И я говорил тебе начать есть мясо, почему оно до сих пор нетронуто?       - Не переводи тему! Я не умею готовить его.       - Мог бы научиться.       - Помнится, кто-то обещал, что будет готовить сам, если потребуется. - Мэйк громко фыркнул, сам не понимая, почему вдруг вспомнил о когда-то случайно брошенной фразе. Но он был уверен, что гордый Кэйл Либерт ни за что не станет готовить на его кухне, да ещё и кормить его.       Кэйл действительно нахмурился, и Мэйк уже приготовился к тому, что его сейчас пошлют. Но вместо этого Кэйл вдруг принялся извлекать один за другим продукты из его холодильника, раскладывая их на столе, к огромному удивлению хозяина кухни.       - Я же пошутил…       - А я нет, но готовиться оно будет не меньше часа, так что пока можешь посмотреть телевизор. Или ещё лучше закончи упражнения, я точно помню, что было в программе, которую прописал тебе доктор, так что знаю, что ты схалтурил.       Мэйк мысленно зарычал, уже готовясь толкнуть длинную и не совсем цензурную речь о том, что именно Кэйл и является виновником его сегодняшней халтуры. Мэйк буквально чувствовал, как злость закипает в нём, а кулаки вдруг зачесались. Но ничего высказать он так и не смог, как и покинуть кухню. Только с громким фырканьем упал на стул, складывая руки в замок перед собой и отворачиваясь к стене.       С минуту оба молчали, пока Кэйл рыскал по шкафам и ящикам, собирая всё необходимое, начиная от ножей и заканчивая специями. Сам он явно не видел смысла прогонять Мэйка или как-то возобновлять разговор, и в итоге тот сделал это сам, немного поостыв:       - Эй, позволишь помочь? А то меня совесть замучает, что ты один всё делал...       Кэйл провёл у него весь воскресный день, отправившись домой лишь вечером. Но наутро он вновь оказался у порога его квартиры, чтобы привычно отвезти его на инъекции. Единственное, чем этот понедельник отличался от будних дней прошлой недели, так это той речью, что толкнул доктор после осмотра и «прощальными» словами Кэйла. Реабилитация была завершена, так что Мэйк мог возвращаться в спорт.       - Я поговорю с руководством «Морана» и наберу тебя, как только узнаю их мнение о тебе, - Кэйл даже не сказал «пока». Высадив его и бросив эти слова, он запустил машину вновь, в секунду стартуя с места.       Кэйл исполнил своё обещание на удивление быстро, и пусть звонка Мэйк так и не дождался, спустя два часа ему пришло сообщение со списком контактов и дальнейшими указаниями. В течение дня он должен был позвонить и договориться о встрече, чтобы прийти на собеседование. Тянуть Мэйк не стал и меньше чем через час уже сидел в кожаном кресле перед директором клуба. В их век все вопросы решались невероятно быстро – никто не хотел тратить больше времени, чем требовалось.       «Уж не знаю, что им наговорил Кэйл, но, похоже, им требовалась только моя рука, способная расписаться. Надо отблагодарить его, что ли…» - почему-то безрадостно размышлял Мэйк, пока возвращался домой и пытался набросать в голове хоть немного возможный список вариантов «оплаты». Теперь он официально числился игроком клуба «Моран», и следующее предстоящее ему испытание назначили на завтра. А после всего, что он наслышался и начитался в сети об их капитане, это именно испытание.       Лишь вечером, лёжа на диване и разглядывая потолок, Мэйк решился сообщить Кэйлу, что всё прошло хорошо. Но всё, на что хватило его силы воли и фантазии, так это на краткое сообщение, отправленное с телефона:       «Меня приняли, увидимся на поле. Спасибо тебе».       Как бы Мэйк ни хотел добавить ещё пару слов, он так и не решился сделать это.

***

      - Мэйк, познакомься, это Райан Бёрт – капитан команды. Райан, это Мэйк Кэндер…       - Маневрист, да? – Райан прервал представление тренером нового игрока и холодно оглядел Мэйка.       Капитан «Морана» оказался высоким мелированным шатеном, с зачёсанными назад короткими волосами и жёстким взглядом. Как и принято среди игроков их спорта - широкоплечий и длинноногий, совершенно типичный и среднестатистический спортсмен, так что собирая о нём информацию, Мэйк не нашёл его хоть сколько-нибудь интересным. Всё слишком стандартно: в детстве играл в школьной команде, потом пытался пробиться в клуб штата и так оказался в «Моране». Начинал запасным игроком, но хорошо отличился в прошлом первенстве штатов и дослужился до капитана. Уже в этой роли смог вытянуть команду до тех высот, на которых она держалась теперь. Такой биографией мог похвастаться практически любой игрок, но теперь, глядя на Райана вживую, Мэйк будто чувствовал, что в парне есть что-то необычное. И, скорее всего, причина таилась в том блеске, которым горели тусклые серые глаза капитана.       - Разве в команду требовался кто-то ещё? – столь же холодно ответил ему Мэйк, стараясь не отводить глаз. Но сделать это оказалось непросто – что-то тяжелое было в том, с какой тщательностью Райан исследовал его взглядом, будто разбирал по полочкам каждую кость.       - Не задирайся. Пока я не выяснил, на что ты способен, твоё место в комнате запасных.       - Райан, - попытался вмешаться в разговор мягкотелый тренер, примирительно поднимая руки перед собой. – Мэйк раньше играл в составе «Торнадо» и уже показал себя в чемпионате…       - Я знаю, - жёстко, но всё-таки на тон ниже, видимо, так проявляя уважение, перебил тренера Райан, всё ещё прожигая взглядом новенького. – Весь штат видел, как ты опозорился, промазав мимо ворот.       - Видимо, ты смотрел игру очень плохо, раз заметил только это, - зло прошипел Мэйк сквозь зубы, сжимая кулаки. Бить он Райана,естественно,не собирался, но тот всё равно заметил этот невольный жест, когда опустил взгляд ниже. Но вопреки ожиданиям, только самодовольно хмыкнул, после сразу же отворачиваясь и вновь сводя брови у переносицы, напуская на себя ещё большую строгость.       За сценой знакомства наблюдал не только тренер, но и вся остальная команда. Семь парней (пять основных и два запасных игрока) расположились на скамьях вдоль стены и с интересом следили, чем же закончится представление. Но стоило Райану обернуться к ним, и все семь игроков вытянулись по струнке, надевая на себя маски внимательности и серьёзности.       - Значит так, тренируемся как обычно: тридцать минут разминка, потом идём на тренажёр. Программа: полёт с препятствиями, парная работа с кольцами, тридцать минут у края поля – ловля мяча, а дальше посмотрим. Начинаем по свистку, прерываемся так же только по свистку.       Мэйк слушал наставления внимательно, временами скашивая взгляд на добродушного на вид тренера, что стоял позади и с улыбкой слушал, как Райан выполняет его работу. И, лишь когда капитан закончил наставлять команду, потянулся к свистку, объявив о начале тренировки.       Не считая стандартной разминки, неизменной с древнейших времён, все тренировки клубов уровня штата проходили на виртуальных тренажёрах. И это касалось далеко не только аэроспорта, но его в большей степени. Подвергать команду ежедневному риску на многокилометровой высоте готов был далеко не каждый тренер, поэтому тренировки переносились в зал. И специальное устройство, создающее виртуальную реальность, имитировало полноценный стадион. Со стороны же оно выглядело как воллборд, возвышающийся на метр над землёй, и специальный электронный костюм, считывающий данные движения тела. Ну и шлем виртуальной реальности, куда же без него. В итоге для игрока, подключённого к такому тренажёру, всё выглядело так, будто он попал на несколько часов в мультик. Разве что тело после болело по-настоящему.       «Торнадо» пользовались теми же тренажёрами, так что Мэйку даже ориентироваться в их управлении не пришлось – он хорошо помнил, как с ними обращаться. И только отметил, что Зак всегда выбирал одно и тоже привычное поле, когда как Райан задал настройки стадиона, на котором им предстояло играть. По крайней мере, в ближайший четверг.       Ещё одним «открытием» стало то, что Райан не командовал во время тренировки. Да, именно он распределял, кто из команды что будет делать и кто в какой части поля должен находиться. Но после его вступительной речи Мэйк ожидал, что участие тренера ограничиться его присутствием. Оказалось, нет – именно он выбирал степень нагрузки для команды, оставаясь следить за компьютером и связываясь с командой по аудиосвязи. Его функцию Мэйк понял довольно скоро –тренер следил за датчиками мониторов, где отражались физические и биологические показатели игроков. И он решал, когда команде стоило переключиться, или когда кому-то нагрузки становилось достаточно.       Именно последнее – общая нагрузка – стала для Мэйка третьим неожиданным открытием. То ли причина была в том, что за неделю реабилитации он отвык от тренировок, то ли в том, что Зак никогда не гонял их столько, но уже через три часа Мэйк готов был упасть замертво. Райан не давал им отдыха без команды тренера, явно ожидая предела каждого игрока. Несколько часов он гонял их по виртуальному полю, как проклятых, заставляя совершать манёвры, свойственные скорее мировой лиге. И, если кто-то из команды не справлялся, он заставлял отрабатывать приём до конца.       Мэйк не жаловался и ни разу не попросил перерыва, даже когда чувствовал дрожь в конечностях. Кое в чём Кэйл был прав на счёт него - когда требовали обстоятельства, он не жалел себя. И готов был на любую самоотдачу. А факт того, что под ледяным взглядом Райана он ни разу не промазал, атакуя ворота, ещё сильнее подстёгивал желание оставаться в «игре».

***

      - Вот, ты должен изучить это, - обратился к нему Райан в самом конце тренировки, протягивая бумажку со штрихкодом – адресом информации, которую Мэйку необходимо было скачать. Это был лучший способ передачи данных – пользователи просто загружали в сеть всю необходимую информацию, получая шрихкод доступа, который могли передавать остальным. Мэйку же оставалось только поднести его к сенсору своего компьютера, чтобы считать и скачать информацию, зашифрованную в нём.       - Что это?       - Тактические планы, которые мы используем во время игры. Ты должен выучить их к четвергу.       - Я думал, что числюсь запасным игроком?       Райан не ответил. Его губы скривились от недовольства, и, не посчитав нужным попрощаться, он пошёл прочь от Мэйка, направляясь к выходу из раздевалки. Видимо, помимо прочих качеств, капитан «Морана» отличался ещё и нетерпимостью к другим и излишней гордостью. Если бы Мэйк признавал за собой те же черты, то обязательно подумал бы, что они подружатся. Но взамен он только фыркнул, сминая бумажку со шрихкодом и пряча её в карман, возвращаясь к завязыванию шнурков на кроссовках.       - А ты молодец, хорошо себя показал.       Мэйку вновь пришлось поднимать голову, чтобы увидеть, кто обращается к нему теперь. И мгновенно узнал Крисса Милта. Тоненький и хрупкий (даже несмотря на ярко очерченные мускулы), но невероятно ловкий, внешне похожий на подростка, Крисс числился в команде основным вратарём. И сейчас он лучезарно улыбался Мэйку, глядя на него большими сияющими глазами из-под светлой чёлки.       - Не понимаю, о чём ты.       - Обычно Райан не гоняет нас так, только когда приходят новенькие. Проверяет их так на выносливость и готовность его слушаться. Если бы ты хоть раз попробовал пожаловаться, пусть даже кому-то из нас, уже был бы на улице.       - Я не привык жаловаться, - Мэйк вновь отвернулся, не видя смысла продолжать этот разговор, и вернулся к сборам. Он не любил заводить дружеские отношения с командой, предпочитая держаться особняком. В конце концов, он пришёл в «Моран», чтобы взять кубок, а не для того, чтобы заводить друзей.       - Пошли, Крисс, разговаривать он тоже не привык. - Перед ним оказался ещё один игрок, Питер Демин. Сефтир даже не одарил Мэйка взглядом, по-дружески обнимая Крисса за плечи и уводя его прочь. И всё-таки вратарь обернулся вновь, уже у порога, чтобы с той же счастливой улыбкой помахать Мэйку на прощание.       «Зато теперь ясно, что до ближайшей игры я не вылечу» - мысль наверняка была бы радостная, если бы Мэйк не считал, что всё случилось именно так, как и должно быть. В конце концов, он ведь поставил перед собой задачу не вылететь из «Морана» до конца чемпионата, значит, по-другому не могло и быть. Вот только едва добравшись до дома, он тут же со стоном упал на диван, будучи не в силах даже расстелить его.