Фарфоровый Мальчик

Я всю ночь сидел и молился. Почему я не могу стать сильнее для него? Почему я не могу ему ничем помочь. - Сирой-сан. Он выживет, по идее, но сейчас он без сознания. Что я для Вас могу сделать? - Где здесь католическая церковь? - Сирой-сан. Вам лучше отдохнуть. Я не думаю, что вам стоит выходить. - Да ты достал меня Иори, у меня свой Бог, и я хочу исповедоваться ему в грехах своих. Да ты ни хера в своей жизни не смог завершить. Не смог закончить мед. Я предложил тебе. Но ты слишком гордый, что бы брать деньги у мальчишки. - Простите, босс. Налево два квартала. От слез уже жгло лицо. Он постоянно страдает от меня. Вечно во всем моя вина. Я виноват, что приехал, что полюбил его, что взял его, что... что... что... Я не мог себя успокоить, слезы невыносимо жгли мой шрам. Мысли путались, уличный дождь их смывал с меня. Бок нестерпимо тянуло. Шагать было тяжело, но я стиснул зубы и пошел в перед. Впереди стояла маленькая часовня. Я толкнул дверь. Внутри было так тепло. Священники меняли свечи. Пахло ладаном и какими-то травами. Я сел на скамью, ощупал свой бок, он перестал кровоточить. Ко мне не спеша, шелестя рясой по полу, приближался святой отец. Он был довольно молод, на вид лет 35, не больше. Коротко пострижены каштановые волосы. Словно цвета неба глаза. Он озадачено осмотрел меня и сел со мной рядом. - Что случилось, сын мой? - Я хотел бы исповедоваться. - Хорошо. Когда ты в последний раз исповедовался? - Это было слишком давно, святой отец. Я очень грешен. - Мы все грешны. - Мои грехи ужасны.- Шептал я. - Я совратил своего брата. Любовь же между мужчинами не угодна Богу? - Но сын мой, Бог всегда хотел, что бы его дети были счастливы. Я опустил голову. - Святой отец, моего отца убили якудза. В стакан с водой ему подсыпали алмазной крошки. Я хочу мстить, мстить им до последнего своего вздоха. И у меня это неплохо получается, пока что. В возрасте 15 лет меня разлучили с моим братом. Проклятый старикашка прикрывался корпорацией моего отца, чтобы прикрыть себя и свои дела. Но поскольку его сердце было слишком слабое, он решил забрать меня к себе, чтобы воспитывать меня, как главу якудза. Мне было очень тяжело. Тяжело было, мне ведь не позволяли позвонить брату. А брата натаскивал один из лучших убийц. Старикан еще к тому же был испорчен, он заставлял меня сосать его старый сморщенный... Святой отец вы понимаете меня? - Да, сын мой. - Так продолжалось каждый день. Однажды старикан раскололся и сказал, что это он убил моего отца. Уже лежа в кровати, он медленно умирал. И я решил сделать его боль невыносимой. Я убил его святой отец. Я не знаю, правильно ли я поступил. - Сын мой, только люди убивают ради убийства. Твой поступок осудит Бог. Я лишь смогу тебя выслушать. Я облокотился поудобнее на скамью и посмотрел на святого отца. Он опустил голову и смотрел четко в пол. Вокруг будто все замерло даже время. - Мой брат, он принял меня таким, какой я есть, я не просил его пойти со мной. Но он пошел. Я не просил его любить меня, но он любит. Я не просил защищать меня, но он защищал ценой своей жизни. Сейчас он лежит в больнице с пробитым легким. И никто не знает умрет он или завтра сможет прийти в себя. Это человек, за которого мне не жалко своей гнилой жизни. - Тебя что-то еще гложет сын мой, я это вижу. - Сказал святой отец, не отрывая глаз от пола. - Поскольку руками своего брата я избавился от большей части якудза, меня вызвали Киотские якудза для того, чтобы решить: буду я жить или им будет достаточно моей смерти. Но я слишком слаб, чтобы противостоять им. Я ни на что не годен. Только отдавать приказы. - Сын мой. Это твоя война. И победишь ты или проиграешь, осуждать тебя я не в праве. Если ты хочешь сражаться за свою любовь, так иди и сразись. Сила есть в каждом из нас. - Даже если я вырежу всех якудза на этой планете, я все равно останусь одним из них. И это будет мучить меня. - Такой твой удел. Сын мой, я прощаю тебе твои грехи, но не твои деяния. - Спасибо, святой отец. Дверь распахнулась, цокая каблуками по мраморному полу, ко мне приближалась фигура в черном. Девушка поклонилась святому отцу. И он в ту же секунду ушел. - Сирой-сан. Нам пора решить, что делать. Я бы вам не советовала ехать в Киото одному. Это слишком опасно. - Ничего страшного. Я вылетаю в Киото немедленно. Попроси приготовить самолет. Святой отец посмотрел мне в след с тоской и перекрестил меня. Дождь на улице не умолкал, Микка открыла передо мной дверь машины. - Сирой-сан. Я достала вам меч, как вы и просили. Конечно, это не меч великого мастера, но этот меч достойный. Она протянула мне катану в ножнах белого цвета. Я молча ехал всю дорогу. В самолете я не мог даже уснуть. Микка что-то писала в телефоне, периодически говоря мне, что происходит с Акирой. Последнее, что я запомнил, то что дышать самостоятельно он не может и в сознание еще не пришел. В Киото было довольно тепло. Микка заботливо помогла мне переодеться. И я, спускаясь по трапу, чувствовал теплоту киотского ветра на своей коже. Я решил предупредить о своем приезде Маширо Ито. Босса якудза Киото. - Маширо, это Сиорй. Я жду тебя сегодня в своем доме. - Сирой, ты стал наконец-таки смелее. Маширо был моим ровесником. В отличии от меня он унаследовал место босса просто зайдя с улицы. Он прорубил себе путь наверх по кровавой лестнице. Дом оказался готовым к визиту, видимо Микка обо всем позаботилась. Она раскидала подушки на пол. Я сел во главе стола и принялся ждать. Мне ничего не хотелось, только закончить быстрее этот ненужный для меня разговор и выйти живым отсюда. Дверь со скрипом открылась. В комнату входили якудза Киото. Все были без охраны. И в конце стола, наконец-то, сел Маширо. - Сирой, как тебе Киото? Ты здесь уже очень давно не был? Я сразу вспомнил, как старикан бросил меня здесь, и как, сидя в углу комнаты, молодая девушка отсасывала ему, пока Маширо трахал меня. - О чем мы будем говорить Маширо? Он засмеялся. - О твоей белой заднице, сидящей на моем члене. Тебе не кажется, что ты заигрался? Ты вырезал 4 токийских клана. А теперь я слышал, ты хочешь стать абсолютным боссом Японии, интересно. Сирой, как же ты сделаешь это? Ты ведь даже меч в руках не удержишь. Твое место в моем доме. Среди тех шлюх, что я держу в подвале. Микка низко поклонилась перед Маширо. - Прошу Вас, господин Иори, мы приехали не выслушивать оскорбления. А приехали решить нашу проблему. Лицо Маширо исказилось в ненависти. Он схватил Микку за волосы и ударил ее головой о стол. - Ты, сучка, совсем страх потеряла? Микка молча достала свою катану и вонзила ее Маширо в руку. Боссы, сидящие рядом, подорвались. Что двигало мной в ту секунду? В ушах я будто слышал чей-то стук. Моя рука не дрогнула, и голова человека покатилась к моим ногам. Следующим же движением я пресек любые потуги прирезать меня, воткнув меч в грудь малоизвестному мне человеку. Маширо орал от боли. - А теперь, Киотские ублюдки, сели на места! Я вам расскажу, что я делаю со всеми, кто противится мне. Я покажу вам, что я сделаю с вашим боссом. Маширо начал улыбаться. И я подсознательно догадался, что кто-то стоит за моей спиной. И прежде чем он занес надо мной меч, я развернулся и воткнул свой в живот этого хитрого урода. Он тут же упал. Маширо попробовал встать, но тут же вновь был прикован к полу. Я расстегнул ремень на его брюках и стянул с него трусы. - Что, по трахаться хочешь? Я одним махом срезал его член, кровь пульсирующим фонтаном брызнула мне в лицо. Маширо орал. - Ну что, Киотские ублюдки. Передайте всем... Крик Маширо начал мене мешать говорить. И засунул его член ему же в рот. - Передайте всем, что ваш босс теперь Сирои Харада. А если кого-то не устраивает мой цвет кожи или цвет глаз, я всегда выслушаю вас в Токио, в своем доме. Только поэтому я вас оставляю в живых. А теперь бежать. Они, спотыкаясь, бежали из дома. Некоторые даже побросали свои катаны на пол. - Микка, прирежь этого ублюдка и можешь сжечь дом. Я думаю, ни тебе, ни мне память об этом месте не нужна. Микка была именно той девушкой, что отсасывала у старикашки, пока Маширо трахал меня. У нас с ней был нерушимый договор. Он был еще жив, когда Микка подожгла дом. Мы наблюдали с ней за тем, как догорают наши с ней жуткие воспоминания. - Сирой-сан. Вы нужны Акире-сану как никогда, прошу вас, будьте с ним. Наверно, только я вижу насколько он дорог вам. Я нежно поцеловал ее в лоб. С этого дня Микка стала главой боссов в Киото. Так было проще для меня. И лучше для нее. Несмотря на все, в Токио продолжал идти дождь. Акира все так же был подключен к аппарату жизни обеспечения. Я не мог ничего сделать. Я мог только сидеть и смотреть. И тихо шептать его имя.