Живая

Чем дальше шло дело, тем яснее становилось, что Кальперния - совершенно идеальный проект. Фобос был готов поклясться, что она полностью разделяет его взгляды, методы и стремления, будто он и не давал ей свободы выбора, а создал очередную безвольную марионетку. Только это и правда были её собственные мысли и решения, он лишь направлял её, обучал и давал пищу к размышлениям. Девушка хладнокровно расправлялась с повстанцами, умело отдавала приказы, принц мог бы спокойно отдыхать, оставив её за главную, и не беспокоиться о последствиях: она всё сделает так же, как сделал бы он сам. А порой и лучше, у неё был свой, оригинальный и неповторимый стиль. Когда он показал ей свою живую изгородь из чёрных роз, шипы которых моментально превращали любого, кто посмеет незаконно проникнуть на территорию замка, в очередной цветок этой самой изгороди, девушка пришла в полнейший восторг. "Какая великолепная идея, мой господин: превращать грязных преступников в нечто прекрасное и полезное Вам" - такой вердикт вынесла юная помощница принца. Что же касается их взаимоотношений, то они развивались не менее положительным образом. Фобос искренне проникся симпатией к этой необычайной девушке, а она, будучи беспамятно влюбленной в своего повелителя, довольно быстро избавлялась от своих страхов перед их возможным сближением. Периодически, он то обнимал её за плечи, то брал за руку, стараясь не заходить дальше, чтобы не разрушить такую несравненную идиллию между ними. Но Кальперния уже не ощущала дискомфорта и зажатости от его прикосновений, она наслаждалась ими. И вот однажды, когда они гуляли в саду, поддавшись естественному порыву, она впервые поцеловала своего принца. Оторвавшись от его губ, она заглянула ему в глаза. Они по-прежнему стояли прижавшись друг к другу: её руки обвивали его шею, его руки мягко поддерживали её за спину. Он заговорил первым. - Значит больше можно не осторожничать? - вопрос был скорее риторическим. - Уже давно пора было перестать, Ваше Высочество, - хищно улыбнулась она и снова притянула его к себе. _________________________________ Дни летели всё быстрее, а обстановка в королевстве, тем временем, накалялась: Кальперния довольно быстро завоевала дурную славу среди простого люда. Дескать, у принца новая "правая рука", которая не щадит никого, устраивая публичные казни, ужесточая дисциплинарные наказания, и пресекая любые возражения полевых рабочих, ремесленников, торговцев - всех, кто осмелится требовать себе каких-то льгот и привилегий. Повсюду, тут и там, устраивались демонстративные поджоги, саботажи рабочего процесса и протесты, но на подобные выпады, тоталитарное правительство отвечало лишь более суровыми мерами. Тут бы Фобосу стоило задуматься о последствиях и утихомирить свою подручную, но он, похоже, был слеп ко всем этим недобрым знакам. Он потерял бдительность, с головой уйдя в их любовный союз двух тиранов и поощряя жестокость своей пассии. Тем более, что словно по контрасту с атмосферой в государстве, в замке, между молодыми людьми протекал неспешный чувственный роман, полный взаимопонимания, согласия и уважения. Что же касается Седрика, то он уже несколько недель находился на Земле, ежедневно выходя на связь с принцем и докладывая ему обстановку. Каждый раз он, как бы невзначай, упоминал о своих трудностях проживания в новом мире и желании поскорее вернуться, т.к. поиски законной наследницы престола навряд ли увенчаются успехом. Но Фобос по-прежнему настаивал на том, чтобы он продолжал выполнять его приказы, а Кальперния, в свою очередь, радовалась, что этот неприятный человек исчез из её окружения. - Милорд, а вы уверены, что Седрик действительно пытается отыскать вашу сестру? Вы ведь не можете знать наверняка, чем он занимается на Земле, а, судя по всему, он не горит желанием выполнять ваше задание. - девушка стояла, опираясь на подоконник, в рабочем кабинете принца и вглядывалась в сумерки за окном. Сам принц сидел за письменным столом. - О, Кальперния, неужели ты и правда думаешь, что я не присматриваю за ним, когда он об этом не знает? - он развернулся к своей обожаемой ученице, откинувшись на спинку кресла, и снисходительно улыбнулся. - К тому же Седрик уже заслужил моё доверие: поверь мне, он и не подумает игнорировать мои приказы. - Надеюсь, что так, мой принц. Я бы не хотела, чтобы кто-то сорвал Ваши планы. - Она подошла к принцу и , кокетливо закусив нижнюю губу, мягко устроилась у него на коленях. Фобос же, обхватил руками её талию и с удовлетворенным видом вперился взглядом в лицо девушки. - Ты же знаешь, милая: если я хочу добиться чего-либо, то ничто, НИЧТО не помешает мне исполнить свою волю. - с этими словами он подарил ей короткий, но жаркий поцелуй. - Вот как? Вы так самоуверенны, Ваше Высочество. Что если ваши желания не совпадут, ну скажем, с моими? - наигранно возмущалась Кальперния, явно получая удовольствие от этой сцены. - Разве это не помешает вам исполнить свою волю? Или вы, пользуясь своими королевскими полномочиями, силой заставите меня подчиниться?! Она стала покрывать поцелуями его шею, время от времени, возвращаясь к губам возлюбленного. Принц отвечал всё более страстно, запустив одну руку в волосы девушки, а второй придерживая её подбородок. - Я уверен... что наши желания.... совпадают. - сказал Фобос, пытаясь успеть произнести слова в перерывах, между поцелуями. Окончательно распалившись, принц опрокинул девушку на стол . Их поцелуи становились всё откровеннее, дыхание всё более прерывистым, а движения всё более резкими и исступленными. Фобос обжигал губами её кожу, спускаясь к груди, скрытой под плотной тканью платья, его руки беспорядочно исследовали её тело, пока не решили пробраться под юбку. - Стойте.. подождите.. - девушка с трудом говорила, пытаясь восстановить спокойное дыхание. - Не нужно, мой господин, не сейчас. Так же тяжело дыша, князь остановился, разочарованно глядя на Кальпернию, лежащую под ним. - Но почему? Разве ты не хочешь этого? И не говори, что не хочешь, я ни за что тебе не поверю, - усмехнулся принц, с трудом унимая возбуждение. - Конечно хочу, повелитель, вы же знаете...но ведь не здесь и не сейчас же! - она повела рукой, показывая окружающую их обстановку: письменный стол, листы бумаги и ни одной мягкой поверхности, кроме единственного в комнате кресла. Фобос успел отдышаться, немного помолчал, затем сделал лицо оскорбленной невинности и поднялся со стола, увлекая за собой девушку. - Ну что ж, раз так... ты можешь идти. У меня еще много работы...я же не какой-нибудь злодей, который "использует свои королевские полномочия", чтобы принуждать юных красавиц ко всяким....против их воли. Можешь быть свободна. - Принц с трудом сдерживал ироничную улыбку. Кальперния, подавляя смех, потянулась поцеловать господина, который демонстративно отвернулся в сторону, подставляя её губам только свою щеку. Не обращая внимание на этот фарс, девушка ласково коснулась его щеки губами. - Спасибо за понимание, Ваше Высочество. Обещаю, что в более подходящее время и в более подходящем месте, ничто не помешает нам продолжить. И, счастливо улыбаясь, она покинула комнату и отправилась к себе, провожаемая довольным взглядом своего создателя. __________________________________ Уже готовясь ко сну и прокручивая в голове всё произошедшее, Кальперния вздохнула. Она надеялась, что ей не придется отказывать своему любимому принцу. Но ей, как любой девушке, хотелось, чтобы всё прошло идеально и запомнилось навсегда. Поддайся она на его уговоры, сейчас уже было бы ничего не исправить, так что она пришла к выводу, что поступила верно. Девушка уже давно страстно желала близости, а в последние дни было очевидно, что они с принцем вот-вот переступят эту черту. Страх отступил, оставляя место для приятного волнения и неистового томления, сводящего с ума молодое тело и разум. Но Кальперния всё ждала какого-то подходящего момента, когда она будет уверена на сто процентов: сейчас, вот оно. По крайней мере в своих грёзах, именно так она представляла себе тот самый идеальный момент для столь решительного шага. Она упала на свою постель, мечтательно прикрывая глаза. С того дня, как Седрик покинул Меридиан, её чувства к принцу расцвели в нечто невообразимое. Каждое утро, проснувшись, она спрашивала себя: "Может всё это лишь сон?", но снова встречалась с Фобосом и находила подтверждение реальности происходящего. Ей трудно было поверить в то, что князь и правда ответил ей взаимными чувствами, но так оно и было. Их отношения стали так не похожи на прежние, когда она бегала за ним, как собачонка или же наоборот, пряталась от него в ужасе, подавляя те чувства, что он в ней вызывал. Теперь она не боялась сказать то, что думает (благо, принца её мысли всегда устраивали), могла дразнить своего господина и подшучивать над ним, не опасаясь, что он разозлится. А как же волшебно ощущать тепло его рук, запах его кожи, когда они остаются вдвоем и предаются своим любовным играм. Как безумно приятно сжимать его в своих объятиях, пряча лицо в его волосах и забывая обо всём на свете. Она видела принца каждый день, а когда ложилась спать, он снился ей снова и снова, и она бы не променяла эти сны ни на какие другие. А теперь, пожалуй, ей пора гасить свет и надеяться, что и этой ночью она увидит своего возлюбленного - вечно прекрасного, ласкового и так непохожего на других.