Я ухожу

POV – Дима. Прошла неделя с того дня, как я оказался в семье Стаса. Ну или не семье. Со Стасом, короче. Проснулся от звука льющейся воды в ванной, собрал раскладушку, убрал ее, стараясь не смотреть на спящую «матушку». Как я успел понять, между ними дела не очень, постоянно ругаются, но заметно, что отец старается сдерживаться. Занял ванную сразу, как только она освободилась. Так могу побыть один и заодно проснуться. В последние дни столько всего произошло, что я даже не удивляюсь. Сначала Петров, знакомый отца, потом какие-то люди, поездка, и в итоге, знакомство со Стасом. Когда мне сказали, что я теперь буду у него жить, почти не расстроился – в детдоме было совсем хреново, а тут вполне нормальный дядька, кажется. Правда, Пашку жаль, и того отца, другого… Но тут ничего не сделаешь. Станислав с виду адекватный, не строгий, только девушка у него странная немного… Делает вид, что меня не замечает, обращается только к Стасу – я его мысленно по имени иногда называю, а так, вслух, пока еще никак. На «вы». Не знаю почему, но мне сложно назвать его папой или отцом. Он не обижается, наоборот, извиняется за то, что я все еще сплю на раскладушке. Мне нормально, в общем-то, правда, пару раз Светлана, наткнувшись ночью меня «не заметила» и заорала, как сирена. Не имею права его осуждать, но как он с такой ненормальной живет? И я не знаю. В школе нормально все, учителя талдычат про подготовку к экзаменам и всякое такое. Учусь конечно не гениально, тройки-четверки есть. Стас пока реагирует нормально, но, наверное, потом, когда привыкнем друг к другу, за тройки буду отхватывать. - Дим, иди завтракать, - как всегда, отец готовит еду. Видно, что это его не радует, но получается вполне нормальные завтраки и ужины. - Иду, пап, - сорвалось машинально, а на кухне повисла тишина. Задумался, блин. Как-то не прикольно получилось. А если я что-то не так сказал? На столе как всегда бутерброды, яичница и кофе. Я не привередливый в еде, так-то. И не отнимает никто, ешь сколько хочешь. А Стас выглядит ужасно смущенным. Вот уж не знал, что такой суровый дядька может вот так растеряться и не знать, куда деть глаза. Похлопал меня по плечу. - Садись, кушай. Пока я размешивал в кофе сахар, на кухню вплыла Света. Папа вроде этому и не обрадовался особо, даже не повернулся. - Стас, ты чего в такую рань? – она осталась подпирать дверной косяк, а я старался занимать как можно меньше места и быстрее точить бутеры. Неловко. - Диме ко второму уроку. - Снова до вечера уедешь? - Дела, Свет. Обещал одному человеку помочь, - отец продолжал кромсать свою яичницу, а Светлана, видимо, скорчила недовольную мину. - Ладно, пойду еще посплю, - и она ушла в комнату, обиженная. Как всегда, сделала вид, что я пустое место. Противная такая. У нас в детдоме были такие воспитатели, точь-в-точь как она. Пофигу на детей, лишь бы унизить и наказать ни за что. - Слушай, Дим… Короче, у меня есть племянник, Лёня. Ему семнадцать лет. Он живет один, но возможно, будет иногда оставаться у нас. - Круто же. Познакомишь? - Не вопрос. Он нормальный парень, поладите, я думаю, - отец стал убирать со стола. - И еще. На днях мы переедем в другую квартиру, в ней заканчивается ремонт. Или ты хочешь вернуться на ту, где жил раньше? - Не, не хочу, - я помотал башкой, интенсивно дожевывая завтрак. Хорошо, что в квартира будет побольше и пересекаться мы не будем со Светой. Или хотя бы не так часто. И спать я буду на кровати или диване, что гораздо лучше. Закончив с едой, я подхватил рюкзак, прошел в коридор, чтобы одеться. А уже в самых дверях, Стас, беря с полки ключи, усмехнулся: - Переедем мы с тобой. Вдвоём. Осталось только сказать об этом Светлане. POV - Карпов. Когда появился Димка, я думал, что будут сложности, но, чтобы вот так… Целую неделю я сдерживался, чтобы не наорать на гениальную художницу, и не уйти, хлопнув дверью. Во-первых, я не один теперь, а во-вторых, следует подготовить почву для нормальной жизни. Проблемы с деньгами порешались как-то легко и быстро, ремонт в моей сгоревшей хате скоро должны закончить трудолюбивые гастеры из ближнего зарубежья. Света в своем репертуаре, чему я не удивлен. Рисует с утра до ночи, регулярно домой таскает букеты, вся такая на волне вдохновения. Думает, что я не догадываюсь о ее романе. Один раз нам удалось поговорить тет-а-тет, точнее, поскандалить. Мне предъявлялось, что я никуда ее не вожу, не дарю цветов и вообще, ни разу не являюсь романтиком. И Светка чуть не проговорилась, заявив «а вот…». Все встало на свои места. Она думала, что я буду ревновать, кинусь в бешенстве убивать ее нового обоже или, там, закидаю ее цветами, как памятник, и буду клясться в вечной любви и восхищении. Хрен там. Я обрадовался, искренне, прям физически почувствовал, как постепенно отпускает чувство вины – я же боялся, что оставлю ее одну, с набором тараканов в башке, что рано или поздно она сойдет с ума, и закончит свои дни в психушке, не осознавая, что происходит с ее телом на самом деле. А теперь все, своим романом она развязала мне руки. На днях встречался с Зиминухой, снова по важному делу – просил пробить номерок. И в который раз поразился, что в моей жизни есть адекватная женщина, не то что, некоторые. Разошлись, довольные встречей и друг другом, странно даже. Да, язвительные подколки по-прежнему наш способ общения, а подтекста море. Понимание друг друга не с полуслова, с полувзгляда. Так, надо заканчивать мечтать о рыжей и вставать. Надо сына в школу отвезти, потом по делам… Звучит-то как «сына отвезти». Света спит рядом как убитая, опять полночи ваяла очередную работу, кровью или чем-то там еще – во всяком случае все пальцы у нее заклеены лейкопластырями. Окончательно просыпаюсь, подхватив майку и джинсы, иду в ванную. Надо сказать Диме о переезде. А то спит парень на кухне, не имея своего угла… Да и Светлана ведет себя не лучшим образом. Через пятнадцать минут выхожу обратно в комнату, чтобы окончательно одеться. А потом на кухню, играть роль повара, раз благоверная забила на это дело. Видимо, обедо-ужинает со своим новым бойфрендом. И это опять же мне на руку – как повод для расставания. Яичница быстро поджарилась, хлеб и все для бутербродов настрогал уже профессионально – натренировался, блин. - Дим, иди завтракать, - ставлю на стол кружки с кофе. Слышу, что пацан возится у зеркала в коридоре. - Иду, пап. Он назвал меня папой, в первый раз. Надо же… Звучит как-то странно, но приятно, и в носу как-то подозрительно защипало. Черт… Карпов, ты же мужик, бывший офицер, подполковник, возьми себя в руки. И, не зная, чем эти самые руки занять, хлебнул горячего кофе. Отвлечься помогло. Димка, как ни в чем не бывало, уселся на свое место, придвинул к себе сахарницу. Не успел он размешать сахар в кружке, в кухню заглянула Света, в одном пеньюаре, то ли бежевого, то ли золотистого цвета. Сонная, но готовая начать пить кровь. - Стас, ты чего в такую рань? - Диме ко второму уроку. - Снова до вечера уедешь? - Дела, Свет. Обещал одному человеку помочь, - несчастная глазунья уже стала похожа не бело-желтые лохмотья, а любимая моя женщина старательно делала вид, что смертельно обижена. - Ладно, пойду еще посплю. И хорошо, пусть лучше лежит на диване и не капает на мозги. - Слушай, Дим… Короче, у меня есть племянник, Лёня. Ему семнадцать лет. Он живет один, но возможно, будет иногда оставаться у нас. - Круто же. Познакомишь? - Не вопрос. Он нормальный парень, поладите, я думаю, - мы быстро доели, стал убирать посуду в мойку. Вообще, справляюсь, вроде. Но склоняюсь к мысли, что кухня - это все-таки женское дело. - И еще. На днях мы переедем в другую квартиру, в ней заканчивается ремонт. Или ты хочешь вернуться на ту, где жил раньше? - Не, не хочу. Я и сам дни считаю, чтобы съехать. Честно. Мы живем под одной крышей, а семьи, как таковой нет. И не честно продолжать мучать друг друга, я же вижу, как Света изменилась с тех пор, как встретила другого мужчину. Она это все оправдывает вдохновением, но интуиция говорит об обратном. Димка одевается в прихожей, накидываю куртку, обуваюсь и, взяв ключи с полки, не выдерживаю и признаюсь: - Переедем мы с тобой. Осталось только сказать об этом Светлане. - Офигеть, - Дима уставился на меня круглыми глазами. – Это из-за меня так? - Нет, у нас свои заморочки, и ты тут не при чем, - поспешил успокоить новоявленного сына. Ну а что, надо решать эту проблему. Я всю неделю собирался с мыслями, а вот сейчас, спускаясь по лестнице, понял, что сегодня вечером поставлю точку. По дороге в школу слушали музыку. Не, конечно, пацан может и сам добираться, но не могу себе отказать в такой… мелочи, что ли. Пусть привыкнет, а потом уже посмотрим. Неожиданно поймал себя на мысли, что с Зиминухой мы в аналогичных ситуациях – родители-одиночки, воспитывающие сыновей примерно одного возраста. Никогда не думал, что со мной может такое произойти, блин… От этих несвойственных мыслей оторвал звонок. Сашка, что-то, видимо, опять стряслось. - Стас, здорово! - Здорово. - Слушай, тут дело одно есть… Я щас недалеко от дома Иващука, можешь подъехать? - Конечно. Скоро буду. Убрал телефон на соседнее сиденье, сделал по тише радио. Вот что там опять стряслось? Снова Борька в запое, или совсем ему в церкви мозг промыли? Короче, разберемся, не впервой.