Долгожданный ребенок

После последнего разговора с Миллс прошло семь недель. Все это время они практически не виделись, за исключением моментов, когда Эмма забирала сына на выходные или привозила что-нибудь по просьбе последнего. Где-то в глубине души Свон понимала, что, возможно, повела себя слишком резко тем утром, но желание увидеть значение их дружбы для Королевы брала верх. Если бы Миллс сделала хоть малейший шаг к восстановлению их отношений, хотя бы слово, с намеком на желание все вернуть, Эмма бы сдалась. Но нет. Ее Величество гордо молчала, думая о произошедшем ночами. К счастью для блондинки, Реджина ушла в декретный отпуск, а исполняющей ее обязанности была назначена Малефисента. Чудным был факт, что фамилии женщины никто не знал, но сие, по видимому, никого не волновало. Люди обращались к ней по-разному: «Малефисента», «Мал», а Лерой спьяну называл ее «Ведьма» или «Дракониха», за что потом, насупив брови, выплачивал штраф. Почти каждый в городе теперь мог сказать, что жизнь наладилась и начала течь в спокойном русле. Миллс-младший вырвался из дома и направлялся в кафе «У бабушки», где его уже ждала биологическая мать. По пути он встретил много знакомых, которых не видел уже около недели, покидая особняк за полночь и возвращаясь туда почти на рассвете. Такой график совсем не волновал парня, потому что он знал, для кого живет в этом ритме. В добавок ко всем тягостям беременности приемной матери, он видел, как некая ссора пагубно влияет на обеих женщин и всеми силами хотел их помирить. Знал ли Генри, что вскоре судьба поставит перед его матерями достаточно жесткий выбор, который навсегда решит проблемы между ними. - Давно ты здесь? – Шатен сел за столик, смотря как его мать пишет что-то. - Нет, малыш, я недавно пришла. – Подметила Свон, ставя подпись в конце листа. - Что это? - Отчет. Если отчеты не принимает твоя мама, то это делает ее давняя подруга.. – с грустью в голосе протянула Шериф. - Тетя Мал? – Генри заметно воодушевился. – Здорово! Но проверяет-то их все равно мама. - Что?! – Блондинка подавилась кофе, разбрызгивая его на паркет. – Какого черта ей не сидится в декрете?! - Ей скучно и одиноко.. – поджал губы мальчик. - Твоя мать одержима работой, пацан. Спасал бы ты ее. - Кстати, об этом! – Генри вспомнил, что должен был поговорить с Эммой. – Сегодня вечером Мэри-Маргарет собирает всех здесь. Мама с Робином тоже приглашены. Ты как? - А что я? – Нехотя помешивая напиток, спросила Свон. – Твоя бабушка и спрашивать меня не будет. Придется быть на вечере. - Хорошо. Тогда до вечера. Увидимся в 6, – Скрываясь за дверью кафе, прокричал шатен. На часах было без пятнадцати пять, когда дверь в кафе громко хлопнула. - Руби, - раздраженный голос продвигался вглубь помещения, - сделай мне, пожалуйста, салат и чай. У мамы снова аврал. - А? – Изумление исказило лицо Шапки. – Какой салат, простите? - Фирменный цезарь от Бабушки и зеленый чай с мелиссой. – Девушка тяжело вздохнула, опускаясь на диван и доставая какие-то бумаги из портфеля. – Все как обычно, Руби. Спасибо. - Да, я сейчас. – Официантка начала выполнять заказ, искоса поглядывая на незнакомку. Несколько посетителей, которые в тот момент находились в заведении, начали перешептываться между собой в попытке разузнать, откуда появилась эта странная особа. Гостья же невозмутимо читала какие-то бумаги в ожидании ужина. - Руби, все готово? – Свон ворвалась в кафе спустя десять минут после появления странной особы. – Господи, Руби, ты слышишь меня? Скоро придет Мэри-Маргарет и тогда нам всем несдобровать. Кстати! – Шериф оперлась на барную стойку. – Убери все, что источает резкие запахи. Я уже предупредила всех приглашенных о запрете на туалетную воду и сигареты. Сегодня придет Реджина. – Шепотом добавила она, делая глоток минеральной воды. - Эмма, - Официантка говорила так, будто вовсе не слышала предшествующего монолога, - посмотри в конец зала. - Что там? – Шериф обернулась в указанном направлении. - Девушка. – Шепнула «Рэд». – Ты ее знаешь? - Не припомню. – Блондинка встала из-за стойки и направилась ближе к центру внимания. Когда Свон подошла ближе, ее взору предстала молодая девушка лет 18 с собранными в офисную прическу волосами цвета темного шоколада. Черты ее лица отдавали королевским изяществом, при этом казалось, что девушка совершенно добродушна и проста в общении. Ее пухловатые губы слегка сжимались от напряжения, когда шатенка вчитывалась в очередную бумагу, а тонкие пальцы умело перебирали документы в портфеле, стоящем рядом с хозяйкой. - Прошу прощения. – Эмма решительно начала разговор. - Здравствуйте, Мисс Свон. – Две пары зеленых глаз встретились в полупоединке. - Вы знаете, как меня зовут? – Шериф заметно напряглась, пряча руки в карманах джинс. - Еще бы, Эмма. – Спешно собирая бумаги, кивала собеседница. – Или…как мне теперь тебя называть? – Юная леди оставила деньги на столе и не стала временить со своим исчезновением. – Спасибо, Руби. Все было вкусно, как всегда. Привет Бабуле. – Бросила на прощание она, перед тем, как скрыться за дверью. - Постой! – Свон выбежала на тротуар, смотря в спину удаляющейся незнакомке. – Что еще за черт? - Черт? – Голос Румпельштильцхена заставил представительницу закона подпрыгнуть на месте и чертыхнуться очередной раз. - Что ты тут делаешь?! – Блондинка зло сверлила глазами подкравшегося сзади мужчину. – И кто это был? - Спасительницу так легко напугать? – Промурлыкал Маг. - Голд, мне не до шуток! – Теребя значок на поясе, отрезала Эмма. - А кого тебе эта особа напоминает? – Ехидная улыбка, воцарившаяся на лице Темного, заставила девушку нервно сглотнуть. - Не знаю. Девушку. Обычную девушку. – Шериф ерзала на одном месте, находясь не в силах успокоиться. – Кто она? - Эмма, подумай хорошо. – Румпель направился к двери кафе, опираясь на трость. – Или тебе будет проще, если я скажу Мисс Свон? – Юркий смешок скатился с его губ и больно ударил по сознанию опешившей Эммы. - Мисс Свон…точно…Какого черта? – Вновь задалась вопросом Эмма. Ровно в шесть вечера все приглашенные, за исключением Робина и Реджины, собрались в кафе. Генри уже около пятнадцати минут что-то активно рассказывал своей матери, но Свон была погружена в собственные мысли и предположения. Она не могла понять, откуда взялась эта девушка и почему у нее так много общего с…Реджиной. Реджина, черт бы ее побрал. Сколько они уже не виделись? Неделю? Две? Свон сбилась со счета дней, в которых не было Королевы. Точнее со счета дней Миллс, в которых не было места для Спасительницы. Тяжелый вздох, сорвавшийся в тонких губ, послужил сигналом для Генри. - Мааам, - парень толкнул ее по плечу, - о чем ты думаешь все время? - О ком, пацан. – Поправила Шериф. – Я думаю «о ком», а не «о чем». - Хорошо. – Шатену не нужно было повторять дважды. – О ком? - О… - Блондинка запнулась. – Я не знаю, как ее зовут. - ЧТО?!? – Миллс-младший вплотную уставился в зеленые глаза. – Ты влюбилась?! В девушку? Мама! - Да нет же, Генри! – Она отмахнулась от сына и уставилась в бокал с виски. Дверь кафе открылась, впуская в помещение семейство Мэра города. - Простите, мы опоздали. – Сорвалось по привычке с пухлых растянутых в улыбке губ. Эмма не упустила из виду, что Королева немного поправилась со дня их последней встречи. Брюнетку вовсе не портила эта полнота, напротив, она придавала женщине какой-то умиляющий вид. «Будущая мама» пронеслось в блондинистой голове, когда наблюдала за уже аккуратными движениями последней. Гуд сразу присоединился к компании мужчин, оставляя супругу сидеть на диване в ожидании своего сока. Генри, несколько раз неудачно попытавшись вытащить Свон для разговора с приемной матерью, отправился к ней в одиночку. Королева была рада обществу сына и не пыталась скрывать своей улыбки, бодро обсуждая что-то за стаканом свежевыжатого сока. Немного позднее женщина почувствовала недостаток кислорода в помещении и отправилась на улицу. Увидев скрывающихся за дверью членов семьи, Эмма поспешила за ними, испугавшись за здоровье Миллс. Она видела, как Генри ухаживает за приемной матерью, помогая ей расположиться за столиком под навесом, на что та бодро отшучивалась. - Генри, я не инвалид. – Смеялась брюнетка, поглаживая сына по волосам. – И срок у меня маленький. - Но ты же моя мама. – Улыбался в ответ парень, держа руку женщины в своей. - Эмма! – Реджина окликнула проходящую мимо Свон. - Не сейчас. – Блондинка спешно продвигалась по дорожке. – Позже. - Реджина! – Робин вышел из здания, приближаясь к сидевшим за столиком. – С тобой все хорошо? - Да, спасибо…- Не успела договорить Миллс, как ее перебили. - Не смей приближаться к ней. – Стальной голос послышался из-за угла, являя присутствующим свою обладательницу. - Ты еще кто такая, чтобы мне указывать? – Мужчина распрямил плечи, приближаясь к нахалке. - Кто я? – Легкая улыбка коснулась губ девушки. – Я та, кого ты бросил, когда мне исполнилось три года. Я та, кого мама воспитывала в одиночку, разрываясь ночами от рыдания. Я та, - девушка сделала шаг навстречу. – кто уничтожит тебя, если ты посмеешь еще хоть раз приблизится к моей матери ближе, чем на пятьдесят метров, и назвать ее иначе, чем Мисс Миллс. – Гневно процедила шатенка. - Да ты видно пьяна. – Расхохотался мужчина. – Я люблю Реджину и у нее нет никакой дочери! - Что?! – Хлесткий удар разнесся по улице. – Никогда не смей осквернять имя моей матери своими жалкими недочувствами. - Да как ты смеешь? – Гуд схватил девушку за лацканы. - Робин! – Миллс схватила его за плечо. – Отпусти! - Не смей. Трогать. Мою дочь. – Холодная рука Свон сомкнулась на горле мужчины - Эмма! – Миллс просто разрывалась в непонимании происходящего. – Что здесь происходит? Генри! – Прокричала Королева перед тем, как сознание покинуло ее. - Мама! – Два обеспокоенных ребенка бросились к бесчувственно лежавшему на дорожке телу. – Мам, очнись! Реджина открыла глаза в больничной палате. Ее окружали четверо, трое из которых нервно мерили палату шагами. - Что произошло? – хриплым голосом спросила Королева. - Видишь ли, Реджина. – Голд склонился ближе к больной. – Магия иногда бывает непредсказуема. - Говори прямо, старый черт. Не тяни. – Вздохнула брюнетка. - Это, - Маг указал рукой на девушку в белом халате. – Рейнхилд Миллс. Твоя дочь. Твоя и Спасительницы. - Что?! – Женщина приподнялась на локтях. – Как?! - На этот вопрос вы должны ответить все вместе. Единственное, что я вам скажу, – Темный сделал многозначительную паузу, после которой Генри вышел, подталкиваемый своей «младшей сестрой», - девочка здесь для того, чтобы изменить будущее.