Удача на двоих.

Ещё никогда за прошедшее время нынешние обитатели закрытых покоев Белого Ковчега не были настолько единодушны. Однако всем им по определенным причинам было очень интересно. И все они вместе сгрудились в узком коридорчике кто в присев в углах, кто сумев отвоевать себе место на подоконнике, но взгляды были направлены на одинокую, безобидную дверь, которая была заперта не столько замком, сколько подпирающей её Линали Ли, заявившей, что раз братику требуется тишина и покой, то, значит, никто не сможет пройти внутрь. Хотя, надо признать, она тоже заметно нервничала, то и дело едва сдерживаясь от того, чтобы приложить ухо к двери и попытаться подслушать. Больные и изувеченные, добравшиеся сюда какими-то немыслимыми путями и почему-то не желающие смотреть друг на друга устроились на одном подоконнике. Ни Аллен, ни Неа так и не проронили ни слова за всё то время, которое они были здесь. И при этом пытались выглядеть более и менее бодрыми и дееспособными, потому что со стороны здоровых сразу же был поставлен ультиматум: как только любой из них грохнется с подоконника в любую из сторон, больше в коридор допущен не будет, и его выбросят обратно в комнату. В случае если бедолага выпадет на улицу, то соскребут остатки с камня. К изумлению большинства, автором подобного ультиматума был не Юу, а Тикки, который стоял в сторонке, будто бы и сам ещё не смог окончательно решить, зачем сюда пришел. Никто его не звал, интересного может и не случиться, да вот, наверное, надоело шататься в одиночестве. После недолгой беседы с Уолкером захотелось ещё общения. Но все с ним согласились. И как ни странно, но звание самого невозмутимого и сосредоточенного здесь заслужил Алма, которому тоже, вроде бы, здесь делать не чего. Правда Канду смущал тот факт, что именно Алма дольше и настырнее других прожигал его затылок взглядом. Юу уже даже начал бесить этот факт, как юноша наконец-то успокоился и отошёл в сторонку шептаться о чём-то со своим Бро-озом. Все ждали. Канда не знал, каким чудом сумел избежать большинства вопросов и с трудом сдерживал некую торжествующую с долей горечи улыбку. Нечего другим видеть подобнее. Они и без того позже насядут на него с расспросами, и даже отмахаться от них Мугеном вряд ли получится. Юу снова отвёл взгляд от двери и в то же мгновение, среагировав на движение, абсолютно все уставились уже в его сторону. Мечник пренебрежительно хмыкнул и отвернулся к двери. Вот только там его ждал прямой взгляд Линали. Желание не ждать, а уйти отсюда немедленно, и лучше, чтобы сразу в комнату к Комуи, где он осматривает Лави, показалась не таким уж бредом. По крайней мере, сидеть с этими сумасшедшими не придётся. Но приходилось. Следует признать, что и сам Канда Юу до конца ещё не смог осознать всего произошедшего, поэтому не мог винить остальных, на чьих глазах он вынырнул из врат с бессознательным Лави. Итак, каким-то чудом он сумел вырвать рыжего из лапок ноевской девчонки и доставить в Ковчег. Причём выполнил он всё это в гордом одиночестве и сейчас был более чем доволен результатом. Оставалось только надеяться, что за время, проведённое у Ноев, Лави не слишком пострадал. Хотя вид у него был… Краше в гроб кладут. Другое дело, что и прыгучести с живучестью юный книжник не растерял, а это уже было благодатной почвой для прорастания новых надежд. Думать о том, почему именно Канда так заботится о Лави, и почему этот рыжий кролик стал для него настолько важен, не хотелось. Юу и так уже всё для себя решил и осознал, мочалить эту тему он не собирался, и думать о том, как же его угораздило – тоже. Он вытащил Лави из этой бессмысленной бойни. Вначале он всё-таки отправился к Линали и без лишних вопросов разузнал, в каком таком городе и где точно она с Алленом впервые встретила Роад Камелот. Правда, она пыталась потом остановить его, узнать, зачем ему это, и поговорить о чём-то ещё, но, к счастью, на пороге очень вовремя появился Алма, которому зачем-то нужна была Линали, и Канда сумел просто так убраться оттуда. Впереди его ждали короткие переговоры с Неа на тему открытия новых врат. Затем Ной отдал ему «универсальный ключ» от этих врат, который сможет открыть их из любой точки света. Всё складывалась как нельзя лучше. Канда даже успел подумать, что это к лучшему, что Мояши всё ещё болен. Всё равно он наверняка просто крутился бы под ногами и всячески мешал. А так у него уважительная причина — болезнь, и никто не взглянет косо. Претензии могли посыпаться только на него за то, что не сообщил, не поделился такой важной информацией. Да и объяснять, зачем именно он отправился спасать Лави и почему вообще отправился спасать.. В общем, Канда уже тогда понимал, что просто так ему уйти от ответов не дадут. Но надеялся, что всем будет достаточно того, что Канда хотел надрать задницу этой малявке, которая в последний раз, пусть и не совсем вольно, но всё-таки помогла ему выбраться из засады Сердца. Рассказывать о том, что Камелот вытащила его из той заварушки специально, совсем не хотелось. Да были в жизни Юу моменты, которых он стыдился. Оказалось, что идея прийти пораньше была не лишена смысла. Роад тоже появилась вместе со своим заложником почти в то же самое время, и Канда сумел сначала дать о себе знать едва пришедшему в сознание книжнику, а потом уже ввязаться в бой с Роад. К сожалению, открыть врата прямо там не удалось, был растянут щит, а Роад, как и ожидал Юу, сообразив, что её обманули, и Аллена сегодня не будет, попыталась тут же убить Лави. Того спас только вовремя переданный Приговор, который, как и предсказывалось, сработал в руках книжника практически так, как надо. А уже потом Канда с Мугеном на перевес, который стал неожиданно сильным, лёгким и каким-то правильным, показал Роад всё, что он думает о её манерах. Бой закончился бегством обеих сторон. Канда наконец-то вышел за периметр щита, а Роад даже не останавливала его, только недобро так смотрела и улыбалась. Будто бы задумала и успела уже выполнить что-то очень нехорошее. — Где ты его нашёл? — шёпот Аллена был слышен на весь коридор, но Канда сразу же понял, что обращаются именно к нему. А к кому же ещё, если Мояши, почти свесившись с подоконника, смотрит жалобно в его сторону и часто-часто моргает своими красными глазами. Ещё один дебил! Ему же на свете нельзя долго быть, глаза раздражаются ещё сильнее! — Тч, у Роад в гостях. — А ты что там делал? Наверное, времена, когда Аллен всё ещё не мог говорить из-за различных травм, были не такими уж и плохими, как казалось раньше. Да и вообще, чего это все вокруг опасались, что этот стручок умрёт? Чтобы Мояши да умер? Да ещё и от собственной чистой силы? Канда недобро усмехнулся. — Да ладно, я только спросил, — увидев гримасу мечника, пошёл на попятную Аллен. — Что уже, спросить нельзя? — Я вытаскивал этого кроля, и, по-моему, это очевидно, — хмыкнул Канда, — и опережая все ваши вопросы: узнал о том, что кролик у неё, я от самой Роад, она говорила что-то об этом, когда я выяснял, кто такое Сердце и на что оно способна. Тогда же она говорила, что очень жаждет увидеть тебя, Мояши. Теперь всё? Глядя на отвернувшихся и сразу притихших соседей, можно было немного помечтать о том, что теперь от него отстанут. Вон, даже Алма смущённо опустил голову. Вот только чего этот дурак смущается? Как-то не хотелось ворошить ещё не улёгшееся прошлое и поднимать уже заданные не раз вопросы. Кому от их беседы станет легче и смогут ли они прийти к согласию? — Тч! — вырвалось у Канды быстрее, чем он смог сообразить, и почти все вздрогнули. И тут же отвернулись. Видно, на его лице было уж слишком очевидное: «вы все меня достали, ещё звук – зарублю». Вот только от того, что экзорцисты перестали смотреть на него, они не перестали об этом думать. Недосказанность так и витала в воздухе. К тому же Нои оказались достаточно наглыми, чтобы продолжить поглядывать на него время от времени. Тикки Микк насмешливо, будто совсем не опасаясь за сохранность совей тушки, а Неа проницательно, понимающе. От чего кулаки чесались ещё сильнее. Но приходилось себя сдерживать и снова переводить взгляд на закрытую дверь, возле которой уже нетерпеливо ёрзала Линали Ли. То были самые тупые мгновения его жизни, и он точно знал, что если этот мелкий, наглый кроль посмеет умереть… То Канда придумает что угодно, хоть обратится к Тысячелетнему Графу, но воскресит его, промоет как следует мозги и прибьёт снова. Чтобы неповадно было поступать подобным образом! Юу же не зря его спасал, рискуя своей репутацией и окончательно съехавшим рассудком, в котором при виде рыжего билась всего пара мыслей: убью да залюблю. О том, что в обоих случаях кроль должен выжить, иначе теряется смысл, думать не хотелось. Он не посмеет так умереть, когда они уже у своих! Даже Мояши с проколотым сердцем и без чистой силы выкарабкался! Даже Линали в своё время отделалась всего-то временно не работающими ногами! Даже он сам не сдох в бою против Гнева, но, убив противника, был завален обломками Ковчега, и смог вернуться! Кролик не посмеет просто так сдохнуть! Ни за что! Канда вновь вздохнул, прикрывая глаза и потирая ноющее плечо. Регенерация бодро справлялась со всеми повреждениями, но и Роад была не простым противником. — Линали? — дверь распахнулась, и в коридор шагнул тут же изумлённо заморгавший Комуи. Выглядел он уставшим, вспотевшим и взлохмаченным без привычно для любых ситуаций берета. Очки сползли на самый край носа, а глаза непонимающе хлопали, оглядывая всех собравшихся. Затем Комуи вздохнул и взмахнул рукой, приглашая всех войти. — Только потише! — тут же шикнул он, как только вся толпа в едином движение попыталась рвануть к двери. Заходили чинно, медленно и по одному. Опасались навлечь гнев друг друга и Комуи. Лави был устроен в самом углу комнаты, на узкой, но удобной кровати, и сейчас был тщательно укрыт и, возможно, накачан снотворным. Остальную часть комнаты занимали стол с различными приспособлениями, странные приборы, взятые взаймы из Чёрного Ордена, и, как и подобает любому помещению, в котором работал Комуи, на полу валялись целые пачки бумаг. И откуда только он их все взял. — Ну и что с ним? — снова решила насесть на братика Линали, задавая тот самый вопрос, с которым сюда пришло большинство. Зачем сюда пришли Нои, Канда не знал. Но, может быть, им любопытно, прокололась их сестрёнка на этот раз или нет. — Пока прогнозы не утешительные. Подождите пару минут, — Комуи кивнул в сторону одного из аппаратов, — я смогу ответить точно. Не хочу говорить о том, что… Что пока не ясно. Комуи явно нервничал. Это было очевидно всем. И все дружно жались у двери, но в комнате, не решаясь подойти к больному. Но Канда и так помнил, что состояние Лави было не самым лучшим. Все эти небольшие раны, синяки, отёки и гнойники настораживали. Как будто тот был чем-то болен или провёл всё это время в антисанитарных условиях со множеством мелких ран и порезов. — Жить-то будет? — грубовато поинтересовался Канда, стараясь не выдать своего волнения и заинтересованности. Комуи замялся, отвернулся. И снова махнул рукой в сторону неопознанной машины. — Видимо, нет, — хмыкнул Тикки, и в то же мгновение уклонился от едва не снесшего ему голову Мугена. — Тч, болтают здесь всякие. Я зря его вытаскивал или как, Комуи? — слегка повысив голос, повторил вопрос Канда. Бывший смотритель Черного Ордена вздрогнул, как-то скуксился и пожал плечами. — Значит, всё хреново? Комуи покачал головой и, видимо, решившись хоть на что-то, наконец-то направился к больному. — Пока он не очнётся, но, в принципе, сейчас должен быть в сознании. Никаких не совместимых с жизнью ранений я у него не нашёл. Что-то странное с головой, может быть, ты заметил, Юу? Но скорее всего это от стресса. Канда кивнул, даже не обращая внимания на то, как его назвали. Он просто понимал, что пока всё верно: Лави не сразу узнал его и вообще принял за фантом. Учитывая, что он находился в плену у Роад… При мысли о том, что она могла сделать с его разумом, Канду передёрнуло. Но, вроде бы, обошлось. По крайней мере, целился Лави прямо в Роад, а не в кого-то ещё. — Он так и не узнал меня, если честно, — продолжил Комуи, — кажется, звал своего учителя и назвал себя другим именем. Но, надеюсь, со временем он сможет преодолеть всё это. Главная проблема на данный момент вот в этом. Комуи присел на край кровати и приподнял одеяло. Лави был в свободной безрукавке неопределённого сероватого цвета, и отлично было видно что обе его руки перемотаны бинтами. А ещё живот и грудь, кажется. — И так практически везде, — произнёс Комуи, начиная торопливо, но аккуратно разматывать бинт на руке, и чем более нижние слои он снимал, тем более странный запах вырывался наружу, а на самых белоснежных бинтах появлялись темные и желтоватые пятна. Наконец Комуи оголил кожу. И Канда понял, от чего он так переживает. Та растрескалась, начала местами чернеть и стала неприятного цвета. Мелкие раны и царапины были заполнены гноем, который, видимо, не успевали вымывать. За спиной тихонько вздохнула Линали, подошедшая так же впритык. Оставшиеся сзади у стены Неа и Аллен только хмуро переглядывались, ожидая комментариев. Алма стоял на расстоянии нескольких шагов, чтобы видеть, но несильно интересуясь происходящим. — И что с ним? — спросил Канда, снова вспоминая, что Лави неплохо держался на ногах и передвигался. Он не выглядел слабым или настолько больным. Именно в этих руках он держал Приговор и запросто им целился! Не могло же всё это проявиться только в последние полчаса. — Такое ощущение, что… что он гниёт, просто разлагается. — ответил Комуи. — От чего? — Не знаю. Но есть одна задумка, именно её я и проверяю. Как уже сказал, через пару минут, возможно, смогу дать ответ. Но, как ты, наверное, уже понял, повреждения уже.. — Непоправимые.. — выдохнула Линали. — Не сказал бы именно так, но да, они серьёзные, — отозвался Комуи. — но вы все должны быть готовы к тому, что Лави не выкарабкается. Линали, кажется, всхлипнула. Остальные молчали, и каждый думал о чём-то своём. Комуи уже без всяких препираний отошёл к столу, начиная нервно перебираться какие-то бумаги и кидая несчастный взгляд на сестру. Он явно хотел успокоить её и помочь хоть чем-нибудь, но сегодня почему-то предпочёл держать эмоции в узде. Видимо посчитал, что сейчас не самое подходящее время для подобных проявлений чувств. Алма же, словно воспользовавшись ситуацией и хмурясь, подошёл к Лави и стал внимательно всматриваться в незнакомого паренька сам. Будто пытаясь понять, какие эмоции вызывает у него всё произошедшее. По всему выходило, что весьма неприятные. — А что за причину вы предполагаете? — неожиданно подал голос Неа. — Случайно, это не связано с какими-нибудь... паразитами в его организме? — Возможно, — ответил Комуи, - как раз об этом я и думал. — Лучше бы для вас, чтобы эта теория не подтвердилась, — вздохнул Неа, снова отворачиваясь и ту же натыкаясь на горящий взгляд Аллена. — И что это значит? — Откуда в тебе столько энергии, больной? — Откуда её столько в тебе, зазеркальный зомби? — Аллен от чего-то поёжился, обхватывая себя руками. — Так в чём беда? — Вот именно! — подхватила до этого только беспомощно оглядывающаяся Линали, — разве будет плохо, если мы узнаем причину? Так мы сможем отыскать лечение… — И лечения для этих паразитов не будет. Разве что, — Неа задумался на мгновение, — пройтись кое-чьим мечом по всему его телу. Недолгая пауза, обдумывание такой простой фразы. Алма как-то странно дёрнулся к почти плачущей Линали, а потом остановил свой взгляд на Канде. Тот вопросительно приподнял бровь, и Алма, тут же стушевавшись, отвернулся. Похоже, им действительно надо поговорить. — Эти паразиты… — начал Комуи. — Тёмная материя, — выдохнул Тикки, кривя губы в странном оскале, — ребятки, вам и правда не повезло. — Паразиты Гниения, — наконец-то завершил Неа. И все снова замолчали, пытаясь понять, что для них значат эти слова. Ни о каком Гниении Канда до этого не слышал, и, судя по всеобщему недоумению, Нои были единственными, кто понимал, в чём суть. — Это Ной? — решил наконец-то уточнить Юу. — Да, это наш с Тикки братик, в некотором смысле. Довольно противный, — он поморщился и покачал головой. — И вывести его паразитов из организма практически нереально. — А как же меч Аллена? — тут же поддалась вперёд Ли. — Мояши в этом месяце у нас калека, — напомнил Канда, складывая руки на груди. — Других выходов нет, так? Ему казалось, что над ним кто-то бессовестно смеётся. Сразу стала понятна та победная ухмылка Роад, когда она давала ему уйти. Она знала с самого начала, что заложнику уже не жить, и ей было всё равно. Её занимали лишь поиски Аллена Уолкера. А тот пока сидел безвылазно в Ковчеге, и, как ни странно, его бездействие оказалось максимально полезным в данной ситуации. Комуи неторопливо отправился к вдруг замигавшему аппарату и после недолгого просмотра результатов тяжело вздохнул. — Это паразиты. И без его реплик уже было понятно. Значит, в чёрном списке смертников у Канды появилось новое имя. Интересно, насколько сложнее будет завались этого Гниения? — И вылечить его невозможно, — снова вздохнул Комуи. Таким тоном обычно врач объявляет о смерти пациента, за которого боролся до последнего. Юу почувствовал, как сжимается сердце, и угол стола под его рукой хрустнул. — Ну… почему же невозможно, сами же признали, что выход есть, — подал голос позабытый всеми Бро-оз. — В смысле? — раздалось сразу из нескольких углов. — Это будет довольно сложно, признаю. Но, по сути… необходимо всего лишь вывести жуков, восстановить ткани, органы, если там какие были задеты. Регенерировать всё обратно, обратить внимание на нервную систему и функциональность мозга, конечно, проверить функциональность органов, особенно кровеносной и дыхательной системы. — Бро-оз задумался. — Ну и остальное по мелочам. Но это уже не так важно. — Ты так сказал, будто это просто, — пролепетала изумлённая Линали. — Я сказал, что это сложно, можно было и послушать полностью… — И кто может всё это сделать? — перебил Бро-оза Канда, ещё не давая себе поверить, что надежда всё ещё есть. — Я.. Немой вопрос во всех взглядах. Только Муген на заднем плане хихикнул и пробурчал что-то невнятное. — И что вы так на меня смотрите? Вы имеете дело с чистой силой Жизни и до сих пор не привыкли, да ещё и удивляетесь? Конечно, я могу и жуков выселить, и залатать его тело, речь ведь не об оживлении мертвеца идёт, хотя я раньше и на это был способен. Но сейчас львиная доля себя отдаётся Алме, потому что он тоже, вроде бы, мертвец, так? Я бы даже заметил, что это почти не очень сложно. — Эти жуки одного из Ноев, — напомнил Микк, — ты сможешь так просто их все уничтожить? — Я знаю, чьи это жуки. Слышал. Но могу их извлечь и спасти Лави… Но есть одна проблема. Канда мысленно поаплодировал себе за то, что не успел начать надеяться. — Если смогу нормально синхронизироваться с Алмой. И, судя по направленным на тебя взглядам, полным надежд, дорогой Алма, тебе придётся синхронизироваться со мной по-хорошему. А иначе тебе, хм, просто открутят голову. Извиняй уж. — А как вы будете синхронизироваться? И что вам для этого нужно? И когда? — тут же посыпались на экзорциста и Бро-оза вопросы. Алма предпочел промолчать и дать высказаться до конца Бро-озу. — В принципе, мы можем синхронизироваться хоть прямо сейчас. Но мне же сначала надо объяснить Алме, что от него требуется, ну, знаете, желание, сила, единение помыслов, благодарность и прочее, прочее… Нужно подобрать условия, которые вообще пнут нашего Алму. А, нет, условия уже есть. Я не такая уж боевая чистая сила, так что Алма просто должен захотеть вылечить Лави, к тому же. Но ты же хочешь? Он уже хочет. Другие условия тоже надо соблюсти, подвести к краю, ну вы всё это и без меня знаете… А нет, не знаете. Но Аллен кое-что должен в этом понимать, он проходил через такое. Да. Думаю, сутки или двое на всё это уйдут, если Алма постарается и займётся делом. Если Лави будет к этому времени всё ещё жив, не важно, в каком состоянии, я смогу его поднять. Ну как вам?? — Отлично, — улыбнулся Аллен. — Вот и мы уже не так унылы. Значит, всё просто отлично! — Бро-оз явно был сегодня настроен очень позитивно. — Ладно, всё равно всё не так уж плохо, — подал голос Аллен, улыбаясь чему-то своему, — мы все вновь.. — Собрались вместе, — перебил Бро-оз. — Эм, да.. — Это не твоя фраза. — словно отрезал, произнёс Бро-оз. Его тон сразу да всем понять, что это серьёзно. — На твоём месте я бы обеспокоился. Хотя ты и без того должен быть обеспокоен со всеми этими мутациями и наложением аур. Или подумал, что стало получше, и всё сразу же прошло само собой? К сожалению, не всё так просто, как бы нам хотелось. — А эта фраза… — Так говорил он, — не совсем понятно ответил Бро-оз. Правда Канда почти сразу же понял, кого тот имеет в виду. — Наплыв ауры слишком большой. Ты не выдержишь. Твоё тело, твой рассудок - ничего не выдержит. Новое должно заместить старое, вот почему я так просто отринул свои воспоминания. Отринуть или вжиться, другого больше не дано. — Понятно, значит теперь у нас тут просто сборище калек и больных, — фыркнул Канда. Благоприятный прогноз Бро-оза он не мог выкинуть из головы, так что настроение всё-таки улучшилось. — Можно и так сказать, — вздохнул Алма, явно несколько сбитый с толку напором со всех сторон. Все от него что-то требовали, а ведь обещал дать только Бро-оз, а не он сам. Да и вряд ли он когда-нибудь до этого использовал способности Бро-оза по назначению, то есть, чтобы лечить и оживлять. — Значит, сейчас нам остаётся всего лишь поддерживать более и менее стабильное состояние Лави, — закивал Комуи уже, видимо, что-то прикидывая. — Ах, да — он снова бросил взгляд на сестру, — ты ведь за это возьмёшься, Алма? До этого высказывался Бро-оз. А это может быть действительно сложно, и если возникнут проблемы или ещё что-то… Комуи выразительно кивнул. Алма с трудом сглотнул. Ситуация, в которой, чтобы отступить, пойти против всех, нужно не просто мужество, нужны замашки суицидника. А Алма теперь, видимо, хотел жить. Он остановил взгляд на Линали, потом обернулся к Канде, почти заискивающе улыбнулся и кивнул. — Конечно, я сделаю всё, что в моих силах, не зря же вы столько сил тратили, чтобы его спасти, — Алма снова бросил взгляд на Канду, и мечнику показалось, что он хотел что-то этим сказать. Но подумать об этом он не успел. Его прервал крик Линали: — Спасибо, Алма! Радостная девушка подскочила к нему и чмокнула в щёку. Алма тут же покраснел, отходя в сторону, Ли удивлённо захлопала глазами, будто бы не ожидала ни своих действий, ни реакции Алмы, но… Они все забыли о кое-чём другом. — Линали!!! — разорвал звенящую тишину панический вопль Комуи.