Defence

Иностранка. По-другому ее нельзя было назвать. Сначала я не особо замечал ее, но с каждым ее шагом в Масиафе я чувствовал себя все слабее. Мастер и наставник вернулся и занял свое место. И дело было даже не в том, что я не хотел видеть его счастливым, нет, просто я ревновал. Жутко ревновал. Эта ревность вполне могла бы поглотить меня полностью. Она постоянно крутилась вокруг него. А когда не крутилась, то Альтаир искал ее. «Странно все это», - бурчал я под нос последние пару недель. А потом Альтаир позвал меня к себе. Я был буквально весь на нервах и хотел кинуться к нему на шею. Слишком соскучился по его присутствию и прикосновениям. После пары недель воздержания и сну в разных постелях и даже в разных домах, я практически отвык от того каким он был теплым и нежным по утрам с этой заискивающей улыбкой и теплыми словами. -Малик. Он просто позвал меня по имени, а я уже вздрогнул. Голос был не таким как раньше. Не так он звал меня все эти годы. Совершенно не так. -Я собираюсь жениться на ней. -Что? Голос предал. Я почти задыхался. Воздух внезапно будто покинул весь организм. Я даже пошатнулся и не мог не насмотреться в его глаза. -Я люблю ее, Малик. -Это бред! Она – тамплиер! Я быстро взял себя в руки и уже не кричал, сильно сжимая руку в кулаке, будто хотел ногтями разрезать ладонь. Боль отрезвляет. Но не сейчас. Сейчас от ее наличия я все больше злюсь. -Бывший тамплиер. На Кипре она мне очень помогла. -Да плевать! Ты не можешь просто так… -Прекрати вести себя как ребенок! – прокричал Альтаир, схватив меня за предплечья и хорошенько встряхнув как тряпичную куклу. Я не мог поверить. Просто не мог поверить. И все же, видя в его глазах столько решимости, я боялся удостовериться в их правдивости. Я подался вперед, припав к его губам в поцелуе. Прошу. Ответь мне. Пожалуйста. С каким-то ненормальным рвением я касался его губ и тела, стараясь вызвать хоть какие-то эмоции, но все было напрасно. Он был непреклонен и холоден. Мы не закрывали глаз. Я обнял его рукой и уткнулся носом в шею, вдыхая его запах. Дорога, тепло морского бриза и специи. Ни одной слезы. Ничего. Совершенно ничего. Просто в какой-то момент, я понял, что здесь уже ничему не помочь. Отпрянув от него, я в последний раз легко коснулся его губ и, отвернувшись, вышел за дверь. *** -Значит, собираешься вот так просто уехать, даже не попрощавшись? – улыбнулась Мария, едва встав на порог моего дома. Я знал, что она стоит там уже пару минут, но не обратил на нее внимания. До того момента как она не заговорила. Меня бросило в ярость, буквально, как только я заметил ее тень. -Никто из нас не прощается. Мы – ассассины. Это не в нашей стихии. -Но все же ты еще и его друг, - она прошла внутрь. – Очень жаль, что сейчас ваша дружба пошатнулась. -Не я в этом виноват, - бросил я и закинул в дорожную сумку пару ножей. Мария лишь усмехнулась и, убрав руки с груди, присела на нашу…нет, мою кровать. -Я знаю, что он дорог тебе, Малик. Так же как и мне. -Ты его не знаешь! – зарычал я, даже не стараясь на нее смотреть. – Ничего о нем не знаешь! -Я знаю достаточно, чтобы понять, что он хороший человек. Так же как и ты. И то, что ты в каком-то смысле любишь его. Остановившись на середине движения, я опустил голову и выдохнул. -Я не хочу рушить вашу дружбу, Малик. У меня и в мыслях подобного не было. Мне нечего было сказать. -Первое правило ассассинов, - усмехнулся я и, прикрыв глаза, тихо выдохнул. – Я приду попрощаться. Она улыбнулась и несильно похлопала меня по плечу. Она не виновата. Ни в чем. Первое правило ассассинов – каждый ассассин должен оставить после себя потомка. И я при всем своем желании не мог дать ему этого. Не мог родить ему ребенка, что так нужен нашему Братству. Я не мог дать ему ничего, что мог бы. Я эгоист. *** Я хотел попрощаться как настоящий друг. Пожелав им всего счастья мира. Остановив коня около входа в крепость, я поправил черную накидку и зашел внутрь. В библиотеке было тихо и пустынно, но я знал, что Альтаир был здесь. Он не покидает эти места. Поднявшись по центральной лестнице, я обернулся, чтобы взглянуть на рабочее место наставника и так и замер, едва сумев удержаться от того, чтобы не открыть рот от удивления. Он был там не один. В свете центрального витража я видел их вместе. Его и Марию. Они держались за руки, она была счастлива. А затем в какой-то неуловимый момент он потянулся к ней. И я испугался. Он потянулся к ней не только телом, но и душой. Сердце пропустило удар. Я помнил эти ощущения лучше чем кто-либо. Он целовал ее. Красный. Красный цвет всегда ассоциируется с опасностью. С опасностью и возможной болью. Поэтому кровь красная. Но еще красный ассоциируется с болью. Ведь кровь проступает только после боли. Что-то во мне надломилось. Больно закусив губу, я сдержал гневный крик и сбежал вниз, стараясь не наделать много шума, но случайно задел пустым рукавом, стоящую на постаменте вазу, и она с грохотом упала вниз. -Малик? Альтаир перевесился через парапет и теперь удивленно и пристыжено глядел на меня сверху вниз. Вероятно, мой взгляд выражал сейчас непередаваемую палитру эмоций, потому что лицо Альтаира ранее не такое эмоциональное переменилось несколько раз. Не став дожидаться каких-то слов, я схватился за пустой рукав и побежал к коню. -Малик! Я бы пожелал сделать все что угодно, но только не слышать его голос теперь. Больше никогда. Конь подо мной заржал. Альтаир стоял прямо перед ним. Я бы мог сейчас с огромным удовольствием затоптать его. Его губы все еще были пунцовыми от ИХ поцелуя. Сердце больно жгло. Но я выше этого. -Прочь с моего пути! -Если ты посмеешь вернуться в Иерусалим, я сломаю ноги твоего коня! Меня раздирал смех и обида. Ударив коня по бокам, он пустился вскачь. Легко обогнув Альтаира, я поскакал к воротам, а затем и на волю. Я горько усмехнулся и покачал головой. Это все, что я мог сделать. Это все, чего я хотел, но это был конец. Возможно, я еще вернусь сюда, но уже не так скоро как хотел бы. Мой дом все еще стоял, могилы родных все еще виднелись из-за скал, а я скакал в Иерусалим. Подальше от всего этого. Подальше от всех. Пусть я погибну где-нибудь там, в холмах, но погибну один. И никто не посмеет упрекнуть меня в чем-либо. ~~~~~~~~~~~~~~ Да,да,а теперь можете меня убивать за такую маленькую главу и так далее. Заслужила.